вительство контролировало своих подданных, вплоть до уровня отдельно взятой семьи, и измерило всю землю Китая, вплоть до последнего му, укрепляя идею единого государства, подчиненного воле императора. Империя Цинь просуществовала недолго, но ее наследие продолжит оказывать влияние на все последующие формы правления — от множества сменявших друг друга династий вплоть до республики, государства во главе с Мао Цзэдуном и даже современной КНР. Именно она завещала им принцип, согласно которому объединенный Китай управляется из единого центра, выступающего источником как исполнительной власти, так и правовых норм.
В те периоды китайской истории, когда обществу угрожал хаос, мировоззренческие установки Цинь всегда пользовались поддержкой. Мао Цзэдун считал, что сочетает в себе Маркса и Цинь Шихуанди. Искушающий образ конфуцианского «правителя-мудреца» [25] и необходимость принуждения со стороны государства, на чем настаивал легистский автор «Шан цзюнь шу», как выяснится, в равной мере были инструментально использованы автократией. Но Цинь все же объединили Китай. С этого момента, через все взлеты и падения, идея Китая как единой и неделимой цивилизации оставалась целью, к которой надлежало стремиться. Как говорится в самом начале знаменитого романа «Троецарствие», написанного более пятнадцати столетий спустя в эпоху Мин, «великие силы Поднебесной, долго будучи разобщенными, стремятся соединиться вновь и после продолжительного единения опять распадаются — так говорят в народе» [27].
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін