обвиняли в том, что он развивает «политически опасные теории», не поддерживает партию и строительство коммунизма и ведет по ложному пути Коровина и других юристов-международников [1479]. Это последнее обвинение наверняка его особенно взволновало.
Из советских участников Нюрнбергского процесса не только Трайнин стал мишенью антикосмополитической кампании Сталина. Обвинителя и писателя Льва Шейнина, а также офицера НКВД Леонида Райхмана в 1951 году арестовали и посадили в тюрьму. Абакумов, бывший глава Смерша, вскоре после того был арестован по обвинению в измене и расстрелян. Трайнин, Шейнин, Райхман, Абакумов и Лозовский (которого казнили в августе 1952 года) участвовали в операции прикрытия Катыни. Все они были евреями, кроме Абакумова, — но среди обвинений против последнего было и соучастие в «сионистском заговоре» [1480]. Ирония такого поворота событий, вероятно, не осталась не замеченной Трайниным, который сформулировал советскую идею заговора во время Московских процессов 1930‐х годов, а во время войны наряду с другими советскими юристами и писателями упирал на советскую идентичность евреев — жертв нацизма, чтобы подчеркнуть единство советского народа.
Суд в Нюрнберге. Советский Cоюз и Международный военный трибунал
·
Франсин Хирш
