Невозможность переменить судьбу оказывалась страшнее, мучительнее нищеты. Именно это в первую очередь толкало на восстание в торжественно расчерченной геометрии имперских пространств.
Живые и мертвое. Заметки к истории советского кино 1920–1960-х годов
·
Евгений Марголит
