Он и не представлял, на что в молодости тратил в этом вакууме время. В те годы время ощущалось иначе, оно тянулось и не имело конца, оно представляло собой целый мир, а не как в Америке — пустоту, которую необходимо заполнить работой и заставить приносить пользу.
