Мои соклановцы вначале смотрели на меня как на психа, у которого от страха быть раздавленным крыша поехала, но после того, как я долго и упорно что-то втюхивал дереву, взгляды их сменились вначале на неверящие, потом ошеломлённые, а когда над деревом загорелось его новое имя, и вовсе восхищённые.
Лесовик. Книга 8. Отверженный
·
Евгений Старухин
