Nijni-Novgorod уже давно оказывал на нас это неотвратимое влияние. Никакая мелодия не звучала для нашего слуха более восхитительно, чем это смутное и далекое название. Мы повторяли его, как лилейно-сакральное
[4]
, почти не отдавая себе в этом отчета; мы смотрели на него на картах с чувством неизъяснимого удовольствия; его конфигурация нравилась нам, как арабеска
[5]
на любопытном рисунке. Близость «i» и «j», аллитерация, производимая заключительным «i», три точки, которые придают слову остроту, как в этих заметках о «j», очаровывали нас одновременно по-детски и по-каббалистически. Буквы «v» и «g» во втором слове также обладали своей привлекательностью, но в "-od» было что-то властное, решающее и убедительное, против чего мы не могли ничего возразить. — В результате, после нескольких месяцев борьбы нам пришлось ехать.
Теофиль Готье о Нижнем Новгороде. Перевод с языка французского, языка парижанина и языка 19 века
·
Ольга Клевер
