мне черепаха белая опасна
ползет она как сердце через тело
у рвущегося в финиш бегуна
так гусеница совмещает выстрел
в лесу и бабочку над лесом
охотник дробью робкой вызрел
и как курок упав расстался с весом
и дева на плечах несла Игнатия [11]
я деву целовал и мучил как огонь
дистанцию в себя вложил как деву конь
излишек претворив в изъятие
уходит медленное небо
безмерностью слепой несомо
и слово старца невесомо
и ахиллес тяжел от гнева
земля из раны состояла
из плача состоял уродец
и в ахиллесе смерть стояла
глубокая словно колодец
не тронь меня ушко иголки
расширенное больше вдоха
ни колесо неси по телу
просторной как рубаха крови
нет птицы разбрелися перья
и не собрать обратно выдох
и не кончается эпоха
где старец среди слез молчит
Обратные композиции
·
Андрей Тавров
