Кто имел дело с детьми, тот знает, что в каждом школьном классе, в каждой спортивной команде по плаванию или по гимнастике, всюду там, где дети собраны в группы, обязательно есть один, кого остальные терпеть не могут.
Вот и на Инсу-Пу был один такой, которого никто не любил: Курт Конрад. Почти у каждого были к нему личные счеты и обиды. Оливер не мог забыть, как Курт Конрад тогда, в утро их прибытия, напустился на него и, позеленев от злости, утверждал, что Оливер хочет их всех сделать своими рабами. И у Дианы то и дело происходили стычки с Куртом Конрадом — не только потому, что он называл паршивой скотинкой ее любимца Бобо, но и потому, что высмеивал недостаточность ее школьных познаний, которая давала о себе знать вечерами у костра. Сам Курт Конрад, сказать по правде, блистал знаниями и ученостью. Собственно, он знал все: все войны и всех королей, все главные реки и расстояние от Земли до Луны. Он даже умел — а для Змеедамы это было совершенно внове — извлекать квадратные корни.
— Это умеют только зубные врачи, — сердито утверждала она. — А у чисел не бывает корней!
— В цирке, вероятно, не бывает, — язвительно отвечал Курт Конрад, — но в старших классах гимназии бывают!
Голубые глаза Дианы темнели от гнева.
— Твое высокомерие тебя еще погубит, — сказала она. — Мне плевать на твои старшие классы вместе с корнями. К нам в цирк мы такого, как ты, вообще не пустили бы, даже зрителем.
— От такого горя я откусил бы сам себе нос, — посмеивался Курт Конрад.
— А это бы ему не повредило, уж больно он у тебя острый, — наносила ответный укол Диана.
Тут вмешивался Зепп, Волшебник, который всегда отвечал в государстве за мир и согласие:
— Да перестаньте вы. Что про вас подумают обезьяны…
Но втайне он был доволен, что Диана давала такой суровый отпор Курту Конраду. Зепп совершенно точно знал, что этот воображала, профессорский сынок, считал себя лучше, чем он, мальчик Зепп из рабочей семьи. Но кроме того, что он вел себя заносчиво и отвратительно, Курта Конрада больше не в чем было упрекнуть. Он был умным, ловким и важным для государства. Никто не мог так хорошо, как он, отловить дикую козу; никто не приносил с рыбалки такую крупную рыбу. Курт Конрад был прирожденный охотник: терпеливый, быстрый и беспощадный. Он так уверенно обращался с луком и стрелами, что разил птиц на лету, и они падали замертво. Катрин бледнела всякий раз, когда видела это, а уж Курт Конрад специально старался провести этот трюк, когда она была поблизости.
— Я теперь знаю, почему твоя мать убежала из дома, — сказала она со слезами на глазах. — С таким сыном я бы тоже не осталась!
Но Курт только посмеивался над ней, называл ее слезливой теткой и советовал ей хлопотать о травяных отварах, а не об отношениях в его семье. Катрин кусала губу, вытирала слезы и ненавидела Курта Конрада всем сердцем.
«Ну погоди, — думала она, — настанет день, когда я смогу отомстить тебе за все твои подлости…»
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін