Ундина
«Смотри, листва летит вверх», —
Ундина смеется.
И её звонкий смех
Достигает глубин колодца
Души моей.
Эту простую картину
Пальцами на мокром песке рисует Ундина.
Она танцует, как солнечный зайчик, пылая.
Хрупкая, словно ваза династии Мин, и такая же дорогая.
Я люблю ее в сентябре так, как не любят в мае —
Самозабвенно,
Искренне
И души не чая.
А мы пьем чай в нашей продрогшей квартире,
Собираем мои стишки в папку, квасим капусту гирей,
Развешиваем фотки по стенам. И нет больше в мире
Никого, кто был бы так счастлив. Я будто в тире
Попал в десятку даже вовсе не целясь.
Несу околесицу, несу какую-то ересь,
А она улыбается, глядя, как смотрят дети,
Которые точно знают что-то о вечном лете
Где все всегда радостны.
Она моя половина.
Только она — моя неземная Ундина.
Сводит меня с ума [она это умеет!].
Слушает этот стих и внезапно краснеет.
Сладкая, как малина
(Ундина!
Ундина!
Ундина!)
Кожа её пахнет рассветом.
Ундина раздета,
Прекрасна и неповторима.
Проходит три года. Всё также со мною Ундина.
Мы ходим осенью в парк и бросаем листья.
В голову лезут совсем безобразные мысли:
Любить её прямо тут на листве.
Осень резко кончается в ноябре,
И мы, кутаясь в плед,
Плотнее жмемся друг к другу.
Я беру теплый след, беру её тонкую руку,
Смотрю ей в глаза: «Ты станешь моею супругой?»
Она молча кивает. А за окном воет вьюга.
И мы с ней вдвоём у этой вьюги в плену.
Я ухом своим аккуратно припал к животу:
«Послушай», — очень нежно шепчет Ундина.
Через год беру на руки нашего с нею сына,
Сын также смеется, как смеется в ответ ему мама.
Я люблю их.
Люблю их вечно!
Люблю упрямо!
Люблю их так, как никого на свете!
Следом за сыном ещё появляются дети,
И в тот же парк с ними ходит гулять Ундина.
У нас новый дом, у нас дорогая машина…
Я говорю ей на ухо: «Видишь, листва летит вверх».
Она целует меня.
Она по-прежнему лучше всех!
Кіру не тіркелу пікір қалдыру үшін