идящий во мне ревнитель серьезности — а он был зрелым еще внутри ребенка — по-прежнему уверен, что реальная жизнь еще впереди. По-прежнему видишь перед собой большие просторы, далекие горизонты. «Я уже в реальном мире?» — по-прежнему спрашиваю я себя сорок лет спустя… точно так же маленькие дети в долгой утомительной поездке беспрестанно спрашивают: «Мы уже приехали?»
