Солнце и в смутных делах государства
Верный вещун. Очевидны становятся
Скрытые хитростью ложь и коварство
Или созревшие тайно усобицы:
Юлий убит! — И светило, скорбя,
Тотчас же в Риме явило себя,
Голову — ярко доселе сияла —
Мрачно ржавеющим скрыв покрывалом.
Мы же… Наш век — нечестивый, и мы
Вечной страшились сгустившейся тьмы.
Впрочем, и почва в ту страшную пору,
Птицы в гаданьях, морские просторы,
Чуя недоброе, даже собаки
Нам подавали зловещие знаки.
Видели сами, ты помнишь? Киклопова
В поле бурлила и брызгами хлопала
Этна, горячие кузницы руша.
Георгики. Первая и четвёртая книги в переводе Елены Иванюк
·
Вергилий
