Мирелла смотрела, как исчезает карета. Ей и в голову не пришло подойти и заговорить со столь восхитительными созданиями. Они, благородные, были до того чисты и нежны, что казались ей совершенно далекими. Никогда ее не гладили по голове. Она будто узрела иной мир поверх стены, которую не перелезть.
