Ее голос звучал как-то странно. Как будто он был не ее, а чей-то еще. Когда все стало так между ними? Между ней и Юханнесом? Неужели так было всегда? Неужели она никогда не была сама собой?
Голос, звучащий за столом, был полной противоположностью вчерашнему.
