А вот меня с новой силой начали одолевать сомнения – всё ли я предусмотрел и не совершаю ли где-то ошибки своим бездействием.
Основания для сомнений образовались вполне приличные: пристрелка высоты 43,1 давала бы высокую вероятность того, что в ее районе находится обошедшее мой взвод немецкое подразделение, что внесло бы определенную ясность в столь мутную уже сколько часов как обстановку. Вот только черта с два так получилось – немцы привычно отказывались поступать так, как мне бы того хотелось.
– Топор Тринадцать – Десятому. Ханин, ты точно никого вокруг себя не видишь? Может, угол какой-то непросматриваемый образовался, а вы там мух ловите? Прием.
– Топор Десять – Топору Тринадцатому. Товарищ лейтенант, обижаешь, начальник. Согласно инструктажу сижу на дубе по западному краю рощи, не то что противоположный берег – река вся наблюдается. Даже вас вижу. Никакого движения. Прием.
– Понял тебя, Тринадцатый. Смотри в оба, пока до связи.
Скверный ход. В этот раз немец, похоже, решил не рисковать и теперь ждёт подхода танков и авиации. Черта с два! Как через полчаса выяснилось, я тут снова не угадал.
* * *
– Граб Один – Топору Десять. Наблюдаю противника, восемь человек с ручным пулеметом. Выдвинулись из леса на юг от высоты, косятся на госпиталь, перебежками продвигаются в мою сторону… В лесу движение, наблюдаю еще одного немца, предполагаю выход разведки.
– Граб – Десятому. Тебя наблюдают?
– Нет, думаю, что не обнаружен, мы хорошо замаскированы, Десятый. Ещё… вижу в лесу пулеметный расчёт, лежат с ручником в прикрытии. Приём.
– Хреново, Граб. Валите оттуда. Только осторожно, чтобы не обнаружили. Спустишься по склону – бегом в лес. В лесу сядешь так, чтобы наблюдать высотку.
– Принято, Десятый. Приступаю.
И что же теперь делать? Злоба на упоротого подполковника вновь подняла свою голову – занимай оборону на высотке стрелковый взвод хроноаборигенов, реакция немцев была бы предсказуема. Они, несомненно, опять вызвали бы артиллерийский огонь по холму и под прикрытием огневого вала пошли в атаку. А как подошли к вершине и завязали ближний бой – шлёп, и вот он я, такой внезапный, со своей бронегруппой. Ну, это в идеале, в суровой реальности было бы желательно, чтобы данный взвод, сидя на дне окопов, выход противника в атаку не прозевал, как это собственно в первый раз и произошло.
А тут все пошло по весьма скверному сценарию – немцы, увидев пустую высоту, выслали вперед одну разведывательную группу. И вовсе не факт, что высоту 43,1 они планируют удерживать большими силами. Если планируют удерживать вообще.
Скверно-то как. По большому счету им даже из леса выходить не надо, они одним пулеметным огнём из лесного массива могут сорвать эвакуацию госпиталя. А если перевалят высоту и уйдут в массив за моей спиной, то станут угрожать моему опорному пункту, пункту боепитания, станции и госпиталю одновременно…
Гадюкинский мост
·
Ростислав Марченко