Вечером, когда они добрели до лагпункта, Ирина уже не могла плакать. Усталость была настолько нестерпимой, как и боль в конечностях, что все ее прежние терзания растворились. Это было удивительно, как быстро тело стало показывать, кто в доме хозяин, усыпляя тревоги привыкшего к капризам в удобствах ума. Ей теперь казалось, что ум мог терзать человека, только когда телу уютно и спокойно.
Сухой овраг. Вера
·
Алиса Клима
