Теперь она предстала передо мной в лёгком летнем платье одуванчикового цвета, с расстёгнутой верхней пуговицей. Первым, что я нашёл своими истосковавшимися глазами, были пленительные плечи. Затем — нежная линия ключицы на бледной коже. Взгляд не мог выбраться из яремной впадины, не желал выбираться.
