О, если бы весь мир, если бы каждый в мире был бы, как я сейчас, тих, боязлив и был бы также ни в чем не уверен: ни в себе, ни в серьезности своего места под небом - как хорошо бы! Никаких энтузиастов, никаких подвигов, никакой одержимости! - всеобщее малодушие.
Москва – Петушки. С комментариями Эдуарда Власова
·
Венедикт Ерофеев
