Словно следуя негласному, но уже совершенно очевидному сценарию, Кирилл и Артем, не теряя ни секунды, избавились от последних остатков своей одежды. Их действия были быстрыми, лишенными всякого смущения, словно они снимали не одежду, а лишь некий условный барьер, отделявший их от первобытного инстинкта.
