Идеал симфонии позволяет Филофею ставить и вопрос об ответственности царя за «исправление» крестного знамения: «еже во твоем царствии не полагают человецы на себе право знамения честнаго креста». О чем здесь идет речь, с ходу понять нелегко, но во всяком случае, о чем-то немаловажном, так как старец применяет к неправо крестящимся весьма суровые слова апостола Павла о «врагах креста Христова», которых «конец погибель, их бог чрево, и слава их в сраме, они мыслят о земном» (Филиппийцам 3:18–19). При следующем царствовании на Стоглавом соборе, о котором нам предстоит говорить подробнее, возможно, и вследствие Филофеева призыва к «исправлению» будет решено строго следить за формой крестного знамения, которая еще позднее, во второй половине XVII века, сделается настоящим знаменем раскола. Старообрядцы станут уделять (и по сей день) особое внимание также истовости креста, его полной, правильной и осознанной жестовой артикуляции. Если насчет перстосложения мы могли бы только домыслить за Филофея и его современников, то на истовость прямо указывается в послании об обидах, где разъяснена суть неправильности того, что делают некоторые, «божественнаго креста знамение со оскудением на себе полагающе, яко вмале срамляющеся им или гордящеся прельщаеми».
Третий Рим: 500 лет русской имперской идеи
·
Илья Вевюрко