в тучах дыма плавали тёмные, рваные, неопределённые фигуры, ругались, разговаривали, пели и делали всё это очень возбуждённо, очень громко и с полным сознанием своей безопасности.
– А как же теперь ребёнок? Куда мне его?
– Что? Какой ребёнок?
– Подкидыш. Нашёл я. Вот.
И Семага вытащил из-за пазухи свою находку. Она дрябло перегнулась на его руках.
– Да он мёртвый уж! – воскликнул частный пристав.
– Мёртвый? – повторил Семага и, посмотрев на ребёнка, положил его на стол.
