— Может, зря ты так цепляешься за жизнь? — вопросил Другой в моей голове. — Зачем в твоем возрасте работать? Почему, скажи на милость, ты не можешь остановиться, уйти на пенсию, отдохнуть? Твоя работа — кромешный ад. У человека с характером попроще нервная система давно бы в разлохмаченную мочалку превратилась. А ты все пашешь. Чего ждешь? Смерти прямо на уроке во время объяснения Present Simple в стотысячный раз? Хочешь, чтоб дети смотрели, как у тебя из-под брюк и трико, которое ты заправляешь в носки, сочится жидкий кал? Хочешь у них на глазах рухнуть на пол и подохнуть в луже дерьма с мочой?
— Да ты хоть понимаешь, о чем ведешь речь?! — сварливо возмутился я вслух. — Ты хоть представляешь себе, что бывает с теми, кто вот так работает почти до восьмидесяти лет, а потом раз — и бросает? Они стремительно деградируют! Превращаются в овощи за какие-нибудь пару месяцев! А потом большую часть каждого своего дня сидят и пускают слюни! В тряпках, пропахших экскрементами! Не могут отыскать сортир в собственном доме! Хочешь, чтоб я стал таким? Никогда, черт возьми! НИ-КОГ-ДА! Дудки! Я лучше приму такую смерть, какую ты описал, чем превращусь в старую развалину
