— Вот тут ты ошибаешься, — возразила Рут, проследив направление ее взгляда. — Прежде это был мой любимый наркотик. До двадцати моим наркотиком было желание быть принятой, после двадцати — желание получить одобрение, после тридцати — любовь, а после сорока — виски. Последнее немного затянулось, — признала она. — А теперь меня по-настоящему заботит одно — была бы хорошая перистальтика.
