Илья Ильф

Новый дворец

В довоенное время, если судить по газетным и журнальным объявлениям, самым распространенным бедствием была лысина. 

С лысиной боролись. Против лысины восставали герои -- изобретатели средств для ращения волос. 

Средства эти рекламировались в извещениях самого трогательного свойства. 

Я БЫЛ ЛЫСЫМ! 

Моя мать была страдалицей. Мой отец был лысым от природы. Я сам уже в детстве потерял всякую растительность. Но в прошлом году, в горах Швейцарии, я встретился с профессором X., который снабдил меня баночкой чудодейственного бальзама "Киска-Волосатин". И с тех пор я отличаюсь завидной пышной шевелюрой. 

Все это вранье подкреплялось штриховым портретом господина, чья мать была страдалицей, чей отец был лысым от природы и который сам был лысым до употребления бальзама "Киска-Волосатин". 

И хотя лысина не побеждена, но граждане уже не так болезненно относятся к своему облысению. Может быть, это происходит оттого, что теперь труднее, чем в мирное время, попасть в Швейцарию, а может быть, и потому, что беда более важная, чем плешь, постигла человечество. 

Если бы нашлось средство борьбы с новым бедствием, то о нем нужно было бы дать объявление такого свойства: 

Я ХОДИЛ НА ЗАСЕДАНИЯ! 

Моя мать была активной страдалицей. Мой отец начинал заседать в 6 часов утра. Он кончил тем, что сошел с ума и съел председательский колокольчик. Я сам из цветущего юноши превратился в развалину. Виной всему были бесконечные заседания, на которых мне приходилась бывать. И внезапно в горах Кавказа я встретился с молодым человеком, который снабдил меня чудоде... 

Пора уже дать такое объявление, потому что чудодейственный бальзам найден. Найдено средство борьбы с самой могучей ветвью бюрократизма, -- бесконечными, многочасовыми заседаниями. 

Конечно, это не налог на никелированные колокольчики и не высылка портфеледержателей за пределы административных центров. 

Наше средство является несравненно более могучим. 

Для борьбы с заседаниями нужно построить огромный дворец заседаний. Во дворце должно быть множество зал, и в каждой зале длинный стол, и на каждом столе суконная скатерть, и на каждой скатерти -- колокольчик с хрустальным звоном и кувшин с водой для освежения гортани докладчика и гортани содокладчика, и выступающих в прениях, и высказывающихся по вопросам порядка дня, и вносящих внеочередные предложения, и высказывающихся по мотивам голосования, и кричащих с места "правильно", и зачитывающих резолюции, и прочих, и прочих. 

Новому дворцу можно присвоить красивое наименование: 

"Слушали и Постановили". 

В разговоре это получается весьма импозантно: 

-- Вы куда? 

-- Я -- в филиал Центрального дома секции печати работников просвещения! А вы? 

-- Я -- во Дворец "Слушали и Постановили"! Но главное, конечно, не в полнозвучности названия нового заседательского комбината, а в том, что он нанесет смертельный удар всем любителям многочасового потребления чаю и бутербродов с собачиной, всем приверженцам двухсуточных заседаний с докладами, содокладами, контрдокладами и докладищами по мотивам голосования. 

Дворец "Слушали и Постановили" будет широко открыт для всех бюрократов. Все двери его будут открыты настежь: 

-- Приходите! Володейте нами! Заседайте! 

Вообще заседания всякого рода разрешается устраивать только во Дворце "Слушали и Постановили". 

Главарям любого учреждения предоставляется право заседать в любой из дворцовых зал на таких условиях: 

а) первые 30 минут -- совершенно бесплатно; 

б) еще 2 минуты -- с платой за счет учреждения по карательному тарифу из расчета 20 рублей за минуту; 

в) неограниченное количество времени -- с взысканием платы по 500 рублей в час из личных средств участников заседания. Плата может быть заменена тюремным заключением из расчета за каждые лишние полчаса -- два месяца заключения. 

И можно считать верным делом, что больше тридцати двух минут ни одно заседание продолжаться не будет. 

Конечно, из нудного стана бюрократов послышится ужасный визг. 

Они будут протестовать. Они начнут кричать о гибели страны. Они потребуют, чтобы разрешили проработать вопрос о Дворце "Слушали и Постановили" на заседаниях по старой норме времени. 

Но этого позволять не надо! 

Кто вообще установил, что заседания не ограничиваются временем? 

Ограничены известным, заранее установленным временем, и рабочий день, и пароходный рейс, и сеанс в кино, и солнечная ванна. 

В театре за один вечер спектакля Гамлет решает важнейшие вопросы, а восемнадцати надутым чиновникам из конторы "Торглоханка" нужно шесть часов, чтобы решить вопрос о закупке одного кило гвоздей для нужд своего лоханочного производства. 

Если они уже иначе не могут, то пусть заседают за свой счет! По карательному тарифу! "Чудак" за постройку Дворца "Слушали и Постановили". 

1929