автордың кітабын онлайн тегін оқу Соколиная невеста
Риска Волкова
Соколиная невеста
* * *
Глава 1
Я смотрела на него, а по коже разбегались мурашки. Темноволосый и смуглый, властный и немного надменный, знающий себе цену… Он знает, как смотрят на него другие, какбоятся, даже учителя, сказать что-либо против его железной воли… Я поймала себя на мысли, что испытываю такой же липкий страх. Стоило только ему мельком взглянуть на меня, сидящую с самого края ряда аудитории, как я уткнулась в тетрадь. Опасно, очень опасно привлечь внимание такого как он! Ведь он – убийца из клана Смертоносных Соколов. Тот, кто приехал сюда со своей «Свитой» в двадцать человек, выкупив все свободные места на факультете.
Я мысленно усмехнулась. Все места! Да уж… Если так подумать, то места здесь можно было и не покупать. Факультет «Использования темных недр» всегда был самым доступным в престижном Университете Сиятельных. Хотя бы потому, что на территории Светлограда и его окрестностях, попросту не было этих самых «Недр». Зато они располагались на территории Темнодара, густо заселенной темненькими, что и приезжали сюда учиться.
Я снова невольно взглянула туда, где сидела стайка особенно приближенных. Смеются о чем-то! Надо же… Вот мне не до смеха. Нужно как-то рассчитаться с долгами за дом, плюс лечение для тетушки Хлои, плюс еда… Хотя я давно уже перешла на магически неактивную пищу, для бедняков, но все равно экономила даже с нее каждую копейку.
– Тишина в аудитории! – зычно сказал вошедший профессор Вальтор.
Я вздохнула. Ну вот! Начались мои мучения… И зачем я только сюда поступила? Ведь моя специальность никогда мне не пригодится… Хотя, с другой стороны, это лучше, чем вообще никакого образования. Я не обладаю связями или деньгами, чтобы поступить куда-то еще. Ведь в нашем мире таким, как я, не место среди более достойных людей.
– Агкхов, Арсентьев, Васильков, Вортер здесь? – тем временем начал перекличку преподаватель.
– Да, все на месте. – ответил ему кто-то.
Я же вывела в тетради сегодняшнюю дату. Семнадцатое апреля. Это же надо! Даже в списке учащихся фамилия этого темного первая! И почему он не идет у меня из головы?
– Привет, Плюшка! – кто-то коснулся моего плеча.
Я обернулась, враз повеселев. Прибежал запыхавшийся от спешки Алексас – полуэльф. Наверное, единственный светлый, кроме меня, в этом театре абсурда.
– Привет, Ал! Вальтор только пришел, ты не много пропустил… – сказала я.
– Декабрьский, Дальрэнес?
– Дальрэнес здесь! – крикнул, подняв руку, Ал.
Перекличка продолжалась.
– Плюшкина! – наконец, дождалась я своей фамилии, лениво отозвавшись о своем присутствии.
Профессор назвал еще пару-тройку фамилий, а затем затянул лекцию. Я едва не засыпала, слушая про то, какие магические артефакты применяются для вскрытия чудодейственных темных тайников, и рисовала в тетрадке сердечки. Сидевший рядом со мной Ал был заинтересован больше, так как поступал сюда ради того, чтобы в будущем устроиться на хорошую работу в Темнодаре, ведь у него были там родственники, о которых он с воодушевлением рассказывал каждую свободную от учебы минуту.
– Запишите домашнее задание! – объявил Вальтор, а я обрадованно воззрилась на учителя. Неужели конец пары?
– Итак… Нас ждет зачет по предмету. А потому каждый из вас должен сделать курсовую работу. Я переведу задания на ваши магблоки. Единственное, я бы хотел, чтобы вы не работали в одиночку…
Мое сердце радостно затрепетало. Мне помогут! Сейчас мы объединимся с Алом, и задание будет выполнять легче! А я-то уж было подумала, что мне весь завтрашний день придется провести за учебниками, вместо того, чтобы бежать на подработку к целительнице Ашире.
Однако, не тут-то было…
– Вы разобьетесь по номеру зачетки. По последней цифре. Вас как раз около двадцати человек, этого достаточно, чтобы поработать в паре.
Я мысленно застонала. Ну конечно же! Естественно, мне и в этот раз не повезет…
Я достала свою зачетку, глядя на цифру одиннадцать. Один, то есть, если считать последнюю.
– У тебя какой номер? – спросила с надеждой я друга.
– Второй. – сказал тот, озадаченно отрываясь от зачетки.
– Ясно. – вздохнула я. – Придется все делать самой.
Почему самой? Да потому что ни один темный при мне еще ни разу самостоятельно не делал задание. Все покупали решения, или же проплачивали ректору и профессорам… Они шли сдаваться на экзамены отдельным потоком, а я… А у меня денег не было. От слова «вообще».
Я неспешно собрала свои вещи, глядя, как Ал, тоже приунывший, уже спешит к выходу.
Зачет был послезавтра, и времени совсем не оставалось.
* * *
Я сидела в библиотеке, стараясь вчитаться в то, что было написано в учебнике, однако, в голову лезли совсем другие мысли. Операция тетушки Хлои приближалась неминуемо с каждым днем, а я так и не сумела собрать необходимую сумму… Где взять денег? Может, устроиться еще на одну подработку?
Я поглубже вдохнула, вновь погружаясь в чтение. Профессор задал действительно сложное задание. И большое. Ужасно, что мне придется делать его в одиночестве…
Перед глазами вновь запестрели формулы, а я, сцепив зубы, все же заставила себя вникнуть в тему, разбираясь со слоями, пропитанными темной магией и артефактами, помогающими их преодолевать. В общей сумме я просидела в библиотеке часа два, вырисовывая сложные схемы, стирая ошибки и все делая по новой. Устала – ничего не сказать. И сделала всего три задания из пяти, и то, не факт, что верно. Время клонилось к вечеру, а я еще хотела заскочить в больницу. Поэтому я засобиралась домой, решив, что, может, профессор сжалится, и примет у меня работу в том виде, в котором она есть сейчас.
– Эй! Первый вариант! – я вздрогнула, услышав, что меня кто-то окликнул. Голос был мне незнакомый, бархатный и немного насмешливый.
Я обернулась, отложив так и не собранную сумку с учебниками, и забыла, как дышать. Передо мной стоял Он. Тот парень, что сегодня все никак не шел у меня из головы на паре. С фамилией Агкхов. Имени же его я не знала.
– Что? – спросила я напряженно.
– Вариант. – парень сверкнул на меня темными глазами, в которых отразились нотки раздражения. – У тебя же первый, верно?
Я кивнула.
– Да.
– Как тебя зовут? – вдруг спросил он.
– Таня. – ответила я, все еще борясь с собственными эмоциями.
– Очень приятно, а меня – Илез. Так вот, Таня, ты ведь в курсе, что послезавтра зачет у Зануды? – сказал парень, опираясь одной рукой о библиотечный стол и таким образом нависая надо мной, замершей в кресле.
Он был так близко, что я даже чувствовала его запах. Терпкий, отдающий морем, камнями и дикими горными цветами.
– В курсе.
– У меня тоже единица – последняя цифра в зачетке. Думаю, нам стоит объединиться.
– Хочешь помочь мне с заданием? – приподняла я бровь, на секунду забывая, с кем разговариваю.
Парень усмехнулся.
– Нет уж, уволь. Я в этом не силен. Хотел предложить тебе скинуться. Я знаю того, кто сделает нам работу.
«Нам». Это слово царапнуло словно когти коршуна. Ну конечно! Он сэкономить что ли решил? Никогда в жизни не поверю в то, что у короля всего темного клана здесь на курсе не найдется лишних денег.
– Могу только поделиться заданием. Покупать я не буду. – сказала я, а сама невольно поджала губы. Как будто мне стоило стыдиться того, что я хочу сдать этот треклятый зачет мозгами, а не финансами.
Илез мягко улыбнулся. Словно кот. Так, что даже мурашки вновь побежали по спине.
– Я могу заплатить и за тебя.
Я вспыхнула, словно спичка.
– Спасибо, я и так справляюсь! – ответила я и, спешно дособрав сумку, не прощаясь, вылетела из библиотеки.
Сердце бешено стучало, а я старалась выровнять дыхание, спешно идя по узкой тропке к району целителей. И почему я так разволновалась из-за этой ситуации? Может быть, потому что Агкхов уязвил мою гордость? Подумаешь, предложил заплатить! Ну проявил благородство! Нужно было вежливо отказаться и все, а не строить из себя оскорбленную невинность! Еще сочтет, что его обидели, и тогда кранты… Подговорит кого из своей свиты пришить меня в темном переулке…
Я невольно огляделась вокруг. Темень была страшная.
Я всегда опасалась темноты. Быть может, у меня это было врожденное, как и у всех светлых… А, может, я просто была не очень смелой. Тем не менее, приходилось идти дальше, пугаясь каждого шороха, и настороженно оглядываясь по сторонам.
Идти стало значительно легче, когда впереди замаячил высокий шпиль больницы с резным флюгером в виде розы наверху. У нас, светлых, роза – это символ долголетия и здоровья. Поэтому на всех целительских учреждениях можно было различить этот символ. Он же был вышит и на светло – салатовой форме лекарок, что тут же подбежали ко мне, стоило мне только переступить порог.
– Танечка! Пришла! – кинулись они ко мне обниматься.
Я часто помогала здесь в свободное от учебы время, поэтому уже почти сроднилась с больницей и ее обитателями. К тому же, теперь у меня был повод бывать здесь еще чаще – тетушка.
– Как она? – спросила я у Марты, белокурой лекарки, под шефством которой находилась тетя Хлоя.
Девушка закусила губу.
– Ты же знаешь. Ей необходимо вживить артефакт жизненной силы. Иначе болезнь высосет из нее все соки. Видела же, в каком она состоянии.
– Я знаю. – шепнула я. – Пытаюсь собрать нужную сумму, но пока получается плохо. Моя бы воля…
Марта взяла меня за руку, заглядывая в глаза.
– Послушай… Тебе нужно найти эту сумму. Хлоя еще долго проживет, и счастливо, если вживить ей артефакт. Твой институт, Таня… Так ли он тебе важен? Понимаешь, я разговаривала о тебе с доктором Эхо, он все понимает и даже готов сделать операцию Хлое в долг… Но если ты… Если ты останешься в больнице отрабатывать. Всего на год, Таня. Эхо ты очень понравилась как работница. Он заинтересован даже в твоем дальнейшем обучении в колледже! – Он правда разрешил поступить так? – удивилась я.
– Решение за тобой. Ты можешь или согласиться, или отказаться. На размышления у тебя неделя. Если откажешься – артефакт, который сейчас в наличии в больнице, отдадут другому пациенту. Сама знаешь, такие вещи на вес золота.
Я, вздохнув, распахнула дверь в одну из палат, двести четырнадцатую. Мою тетушку моими стараниями поселили в отдельной ото всех комнате.
– Танюша? Это ты? – услышала я слабый скрипучий голос, даже еще не зайдя внутрь.
– Марта… – я обернулась к подруге.
– Иди! Я знаю, что пока ты внутри, все будет в порядке! – улыбнулась девушка, оставляя меня наедине с той, что посвятила моему воспитанию всю свою жизнь.
Я подошла к постели больной, невольно отмечая, что тетушка заметно похудела с прошлого раза. Ее темные волосы, не тронутые вследствие наличия магии в ее крови, сединой, теперь потускнели. Жизнь уходила из ее тела капля по капле.
Я присела на краешек кровати, беря ее за руку.
– Привет! – улыбнулась я.
– Танечка… Плюшка моя! Как твоя учеба? У тебя ведь сейчас сессия началась, да? Экзамены с зачетами сдаешь? – спросила женщина, приподнимаясь на подушках.
– Сдаю потихоньку. Все хорошо.
– Я за тебя рада! Мое сердце спокойно, когда у тебя все хорошо… Ты знаешь, я вновь хочу вернуться к разговору о магическом завещании, оно… – начала было Хлоя, но я сурово сдвинула брови.
– Тетя! Я же говорила! Никакого завещания! Вернемся к этому разговору лет через двадцать!
– Но я…
– Тетя! Ну пожалуйста! Сказала же, что найду средства! Вот доктор Эхо уже согласился помочь… Так что все будет хорошо… – улыбнулась я.
– Доктор Эхо? Правда?
– Да! Не переживай…
Я старалась быть как можно более невозмутимой и радостной, но внутри меня клокотала буря. Бросить институт! Мне придется оставить за спиной годы труда, надежд… Хотя… Какие надежды? Разве может мне когда-нибудь пригодиться моя специальность? Марта права, права, права! Я – безнадежная эгоистка. Нужно было сразу же бросать учебу, едва только выяснились все обстоятельства болезни тетушки. Тогда, может быть, я бы могла найти еще работу с более высокой оплатой, нежели я имею сейчас, и тогда…
Что тогда я так и не додумала. Тетушка Хлоя вовлекла меня в какой-то разговор о новомодных бытовых заклинаниях, а еще о том, что у известной певицы Лауры искусственный нос, и еще о чем-то… Я старалась поддерживать беседу, но все равно клевала носом. Сказывался напряженный день…
– Ты завтра с нами? – спросила Марта, подошедшая спустя пару часов.
Я кивнула.
– Да. Вроде к зачету подготовилась, могу и поработать…
– Тогда отлично! Слушай, не ходи по такой темноте одна. Доктор Эхо просил выделить тебе палату, которая пока пустует. Можешь поспать, а с утра приступать к обязанностям. – сообщила девушка.
– Спасибо! – улыбнулась я.
Затем попрощалась с тетушкой, поцеловав ту на ночь, и отправилась следом за Мартой. Впереди меня ждали долгожданный сон и целый день усердной работы.
Глава 2
– Привет! Готова? – подсел ко мне Ал, когда я разместилась в небольшом кабинете, уже заполненном галдящими студентами, за партой, на задних рядах.
Я качнула головой.
– Пятьдесят на пятьдесят. Не все задачи сделала, но надеюсь, что прокатит. Я вообще мало понимаю в этих всех формулах и графиках…
Невольно заметила, как в кабинет проходит Илез вместе со своими друзьями-прихлебателями. С гордо выпрямленной спиной, с чуть застывшей высокомерной маской на лице. Вот уж у кого точно были сделаны все задачки к зачету… Он даже не сомневается в себе, не испытывает ни капли волнения!
Следом за ними в кабинет зашел и чуть сутулый профессор, несший стопку наших мерцающих магическим фоном ведомостей.
– Все присутствуют, надеюсь? – сказал он, раскрывая верхние из них.
На зачете были все, желающих пропустить его не оказалось. С замиранием сердца я стала смотреть как одни за другим стали подсаживаться к профессору студенты, открывая свои идеальные работы, которые учитель просматривал, и, прищелкивая пальцами, ставил в ведомостях «Зачет».
Прошли уже почти все, в том числе и Ал, к которому хоть профессор и прокопался касаемо выполнения работы, но все равно получил необходимую запись в зачетке.
– Давай уже, трусишка! – шепнул мне на ухо полуэльф, видя, что я никак не могу решиться.
– Ага! – отозвалась я, невольно бросая взгляд туда, где сидела стайка темных с Илезом во главе. Я не могла понять, почему он все еще не подошел к преподавателю, ведьвсе его друзья уже сдали зачет! Неужели не готов? Обдумать я как следует эту мысль не смогла, так как профессор, устав ждать следующих желающих, начал просто вызывать к себе методом выборочного тыка. Естественно, я была одной из первых, на кого указал его крючковатый палец.
– Ну с… Что тут у нас? – приподнял профессор кустистые седые брови и рассматривая мою работу.
– Я сделала несколько задач… Все не сумела… – горестно вздохнула я, стараясь принять смиренный вид и надеясь на лучшее. Сердце же бешено колотилось от волнения.
Я надеялась, что мужчина, пролистав решенные задания, пожурит меня за несделанные пару задач, но все же смилуется, однако, все произошло совсем не так.
Профессор, едва раскрыв первые страницы, вдруг с яростью отшвырнул мою работу. Да так, что исписанные листы, плохо скрепленные между собой в папке, разлетелись по затоптанному полу.
– Вы в своем уме, Плюшкина?! – противным блеющим голосом вдруг взревел он, а его лицо исказила гримаса гнева.
– В моей работе было что-то не так? – дрогнувшим от волнения голосом спросила я, изо всех сил стараясь держать себя в руках.
– Цвет! Вы использовали черные чернила! А я говорил, что ненавижу их! Работа должна была выполняться только синими! – закричал профессор.
Меня кинуло сначала в холод, а потом в жар. Я смотрела на свои буквы и числа, выведенные аккуратным почерком, и никак не могла взять в голову, в чем все-таки моя вина. Разве можно было так кричать просто из-за цвета надписей?
– Простите, профессор! – вытянул вдруг кто-то руку из нашей группы, какой-то светловолосый парень. – Вы правда ничего не говорили про цвет чернил на прошлой паре. Как Таня могла бы об этом узнать?
– Ты тупой или глухой?! – вновь взревел преподаватель. – Говорил! А Вы, Плюшкина, убирайтесь из кабинета, и не занимайте мое время! Придете на пересдачу.
К горлу подступил горький комок слез обиды. Какая разница, какими чернилами написана работа, если она правильная? Неужели было сложно хотя бы посмотреть ее?!
Дрожащими руками я стала собирать рассыпавшиеся листы. Затем подошла к своему месту, рядом с Алом и, поймав от него сочувственный взгляд, схватила сумку и выбежала в коридор. Я промчалась по нему, едва ли не бегом, стараясь найти такое место, где меня бы никто не смог найти. Я знала, что в конце этажа есть узкий проход на застекленную хрусталем веранду. Она никогда не пользовалась особой популярностью из-за излишнего холода зимой, или из-за жары летом… Зато я облюбовала это место, чтобы можнобыло посидеть в тишине, устав от шума чужих голосов и смеха.
Сейчас же, я, усевшись на небольшой подоконник, и глядя вдаль, на городские черепичные крыши, позволила себе разреветься. Ведь я работала! Правда! Сама делала эти дурацкие задачки, в отличие от тех, у кого принимали зачет с легкостью, за деньги. Неужели сложно было посмотреть? Или хотя бы не кричать… Не хамить… Я вытерла с щек набежавшие слезы, успокаиваясь.
– Сама виновата, глупая Плюшка! – шепнула я сама себе. – Почему позволила на себя накричать? Нужно было ответить этому старому хрычу что-то….
Но я не могла. Не умела хамить с детства, не умела и спорить с теми, кто меня старше, почти преклоняясь перед их опытом и знаниями…
Внезапный скрип открывающейся двери, оторвал меня от мыслей. Я тут же сделала вид, что невозмутимо любуюсь пейзажем за окном, надеясь, что следы от слез уже высохли.
– Привет. – я повернулась на голос, вновь удивляясь тому, что этот человек оказался сейчас здесь, рядом со мной. Илез стоял, чуть склонив голову и изучающе смотрел на меня. – Слышал, что произошло на зачете…
– Чернила не того цвета… – пробормотала я, немного смутившись и убирая выбившуюся рыже-каштановую прядь волос за ухо.
– Он полный дурак. – покачал темноволосой головой парень, присаживаясь рядом со мной на подоконник.
– А ты сдал уже? – спросила я, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.
– Нет. Даже не готовился. – невозмутимо ответил парень.
– Но ты же мог заказать ее или…
Илез чуть улыбнулся краешками губ.
– Не захотел.
Мы немного помолчали, каждый думая о своем.
– Мне нравится вид на город… – вновь начал парень, спустя какое-то время. – Я видел, что ты приходила сюда пару раз, поэтому решил, что сейчас ты тоже здесь.
– Зачем ты меня искал?
– Не знаю. – казалось, что темный чуть смутился, и это меня удивило. – Решил проверить, все ли у тебя в порядке.
– Все хорошо. – сказала я, с грустью понимая, что мое одиночество было нарушено. – И мне… Мне уже пора.
Илез удивленно приподнял бровь.
– Сбегаешь? Я тебе помешал? – от его голоса почему-то по коже разбегались мурашки. Волнительные и жутко неудобные, заставляющие щеки наливаться краской, и отводить в сторону взгляд от его темных, как ночь, глаз.
– Нет… Просто… Просто мне еще в больницу нужно… На работу… – попыталась поубедительнее соврать я, вставая и делая несколько шагов в сторону выхода с веранды. Уже когда я схватилась за ручку двери, Илез снова меня окликнул, заставляя вновь на него посмотреть, обернувшись.
– Таня!
– А?
– Ты можешь на меня положиться. Если что-то будет нужно, то обращайся…
– Хорошо. – быстро ответила я, мысленно понимая, что никогда, ни за что в жизни к нему не обращусь. Он же – сокол! Тот, для кого чужая смерть – это пустяк! И то, что сейчас, на территории Светлограда и Академии, все они принимают благообразный вид – это всего лишь маска! Я знала, что стоит им только пересечь границу Темнодара, как все поменяется. Тот, кто казался ангелом, станет самим дьяволом, не считающимся ни с кем и ни с чем. Тот, кто за защиту своего имени может взять плату кровью и жизнью…
Но я не могла понять другое… Почему сюда, на веранду, пришел именно он? Не Ал, и не тот парень, вступившийся за меня на зачете? Почему именно Илез вдруг решил предложить свою помощь в качестве плакательной подушки?
Я шла быстрым шагом в сторону выхода из Академии, и старалась гнать от себя эти мысли прочь. Может, действительно стоит вновь наведаться в больницу, к тетушке? Быть может, действительно стоит подумать над предложением Марты и бросить институт? У меня все равно не хватит средств в нем доучиться… И сил тоже… Сейчас, когда на вес золота каждая секунда времени, я впустую трачу ее на преподавателей, которым важен цвет пишущей ручки или перьевых чернил…
– Данияр… – обратился Илез к другу, удобно расположившись в кресле, и потягивая алое, словно кровь, Темнодарское вино.
– Да?
Данияр был невысоким и крепко сложенным темноволосым пареньком. Он был предан Илезу настолько, насколько обычно бывает предан сторожевой пес хозяину. Это пошло еще из самого детства, когда отец Данияра прислуживал в доме Агкховых. Мальчишки, будучи одного возраста, подружились, и разлучить их было сложно настолько, что Данияр даже последовал вслед за своим другом в Светлоград, поступать в университет, хотя склонности к наукам никогда не имел.
– Ты что-нибудь знаешь об этой девчонке из нашей группы? – продолжил парень, чуть прищурив взгляд, словно представляя перед собой ее образ.
– Кроме того, что она единственная девушка на курсе – ничего. – ответил его друг. – Меня никогда не интересовали светлые, ты же знаешь, они другие. Им никогда не понять нас, и они все время будут относиться к нам с презрением… Нет смысла строить отношения с этими выскочками.
– Мне показалось, что она другая… – тихо сказал Илез, вновь сделав глоток рубиновой жидкости.
– Другая? В смысле? Она просто рыжая, да… Нетипичный цвет волос для святоши… Но она такая же, как и все внутри, будь уверен!
– Думаешь?
– Даже не сомневаюсь. К тому же, ты сам говорил, что матушка уже подобрала тебе невесту в Темнодаре. Из хорошей семьи. Скромная, держит очи долу, здоровая и ненавязчивая… Так ты о ней отзывался?
– Мм? Что?
– Илез! Ты меня вообще слушаешь? Я говорил про девушку, которую уже выбрала твоя мать! Сейчас, интересуясь этой светлой, ты только все усложнишь! – с нажимом сказал Данияр, всерьез начиная волноваться за друга.
– Да. Невеста… Знаю… – Илез чуть нахмурился, словно его эта новость расстроила. – Но я могу же взять Таню как вторую жену… Ты же знаешь закон, у нас это не запрещено…
Данияр рассмеялся.
– Даже думать забудь! Светлые, как только слышат о многоженстве, тут же делают круглые глаза и обходят нас по широкому кругу, словно мы звери! Попробуй, предложи ей пополнить твой личный гарем и получи пощечину и телегу презрения. И потом, ты ее даже не знаешь, с чего такие мысли вообще?
Илез усмехнулся.
– Не знаю… Наверное, вино виновато! Вот я и помечтал немного… Да, кстати… Можно тебя попросить?
– Что нужно? – тут же с готовностью отозвался его друг.
– У твоей семьи же есть связи среди местных лекарей? Таня зачем-то ходит в больницу, здесь неподалеку. Хочу узнать, зачем ей это надо. – сказал парень.
– Зачем надо! – фыркнул Данияр. – Денег нет, вот и работает там… Ты же сам видел, она ни за один зачет никогда не платила, все жмется…
– Все равно узнай. Кем работает, сколько ей платят… Ну и так, по мелочи. Может, что о ней еще, и о родственниках.
– Твое любопытство не доведет тебя до добра, друг!
– Я просто хочу знать… – прошептал Илез. – Хочу понять, почему она вдруг стала мне интересна. Это же не преступление? К тому же, ты прав, завязывать отношения со светлой действительно глупо.
– Рад, что здравый смысл все-таки тебя посетил сегодня! Может, тогда лучше не лезть в это все? Не копаться в ее жизни лишний раз? Но Илез качнул головой.
– Нет. Я все же хочу знать.
Глава 3
Я возвращалась из больницы уже рано утром, когда нужно было спешить на пары. Просидев сегодня всю ночь у тетушки Хлои, я окончательно решилась – нужно бросить университет. Если есть хоть какая-то возможность ей помочь, ее необходимо было использовать. Иначе я просто не прощу себе этого никогда. Всю жизнь буду думать, что променяла профессоров с их маразмом на жизнь родного мне человека. Конечно же я лукавила! Профессора, отсутствие средств… Я бы справилась со всем этим, но сейчас попросту не могла. Мне не хватало времени. Будь у меня год или два, я бы скопила бы денег, и все было бы хорошо… Но сейчас… Такой возможности не было. А это значило, что нужно было все же принести какую-то жертву. И если она – моя учеба, то я готова была променять ее на жизнь тети Хлои.
Мне все же было страшно. Заходя за высокие двери ВУЗа, я знала, что уже решилась идти в деканат, однако, все равно, глянув на расписание, отправилась в аудиторию. Никто же не помешает мне в последний раз посидеть на артефакторике? Сяду с самого края, а потом уйду пораньше, и сразу отправлюсь забирать документы.
Я зашла в кабинет сразу со звонком. Села так, как и хотела, с краю. Невольно поискала глазами Илеза – его не было. Неужели Его Высокомерие решило прогулять занятия? Сегодняшняя пара важная, как раз перед экзаменом.
Старенький преподаватель затянул лекцию, активно наставляя студентов на путь истинный, я же вся погрузилась в мысли о том, что буду сейчас говорить в деканате… Это было правда страшно. Взять и своими руками перечеркнуть страницу своей жизни, навсегда закрыть дверь, которая могла бы принести мне покой и счастье.
Я настолько углубилась в свои мысли, что не заметила, как кто-то подошел ко мне совсем близко.
– Таня… – я вздрогнула, услышав уже знакомый мне голос.
Я подняла взгляд. Илез стоял возле меня, всем своим видом намекая, что хочет сесть рядом. Я смутилась под насмешливым взглядом и чуть пододвинулась со стулом, пропуская его.
– Прости, задумалась. Проходи.
– Ничего… – улыбнулся парень, устраиваясь рядом. – Давно вещает?
– Профессор Альтор? Нет, минут семь… – ответила я, враз переключившись со своих меланхоличных мыслей на темного. Что он тут забыл рядом со мной? Вон вся его компания уже сидит на задних рядах… У него что, резко зрение испортилось? Или, может, он с кем-то поссорился?
– Почему ничего не записываешь? – вновь шепнули на ухо, а по телу разбежались мурашки.
– Да я уже все…
– Что все? – нахмурился Илез. – Ты о чем?
Во мне появилась какая-то горечь. Но, с другой стороны, долго тянуть я все равно не смогу. Попробую думать, что это генеральная репетиция перед деканатом.
– Собираюсь отчисляться. – как можно беспечнее сказала я, изо всех сил стараясь не выдать того, как мне было жаль на самом деле.
А вот реакция Илеза меня удивила.
– Спятила? – он спросил это так, словно его действительно волновало что-то, что происходило со мной.
– Нет, почему? Просто у меня так сложились обстоятельства… Подумаешь, университет… Может быть, в будущем вернусь и тогда…
Договорить мне не дали.
Профессор Альтор обратил внимание на мой взволнованный щебет.
– Плюшкина? Вы сюда пришли побеседовать или послушать меня? Если Вам в этой жизни не нужно высшее образование, то можете быть свободны! – заявил профессор, а я внутри себя мрачно усмехнулась.
Ну вот и решилось.
– Вы правы, профессор. Уже не нужно! – в сердцах сказала я и, подхватив свою сумку, вылетела из кабинета прочь.
Мне было ужасно гадко. Горько, хотелось рыдать, кусая губы. Но меня уже не держало здесь ничего. Нужно было скорее решить все с деканатом и бежать в больницу к тетушке… Вот она обрадуется, что ей все же сделают операцию!
Не знаю, как я дошла до деканата. Сердце стучало так, будто готовилось проломить мне ребра.
– Плюшкина? Что случилось? – спросил лысеватый дядечка, наш декан.
– Я… Я хочу забрать документы. – выдохнула я. – Хочу отчислиться.
– Чеееего? – только и сумел выдавить из себя мужчина. – Но почему?
– Не могу совмещать с работой… Семейные обстоятельства и все такое… – сказала я, сжимая добела кулаки. – Ну так что, когда я смогу забрать документы?
Декан хотел что-то ответить, но, видимо, подавился собственными словами, потому что даже я едва не задохнулась от ледяного властного голоса у себя за спиной.
– Ничего она не забирает. Девушка перенервничала из-за зачета.
Я обернулась.
– Ты? Но ты же… Подожди… Ты просто не можешь так говорить!
– Почему? – смоляная бровь взлетела вверх.
– Потому что это моя жизнь, ясно? – я вновь повернулась к декану. – Какое заявление нужно написать?
– Ээээ… Нуу вот возьмите здесь на столике… – проблеял мужчина.
Я потянулась было к одной из бумаг на невысоком столе декана, но не успела. В стол с бешеным грохотом вонзился остро заточенный нож с костяной ручкой. От ножа во все стороны стали разбегаться угловатые прожилки – тени. Я впервые видела магию тьмы так близко. Все, чего касалась эта тень, тут же превращалось в пыль. И вот уже нет никакого стола, есть лишь обуглившийся остов, а нож вновь покоится в руке у парня.
– Я сказал, что девушка перенервничала. Я не ясно выразился?
Илез обращался к декану, и тот от страха и ужаса даже покрылся испариной. Если честно, я тоже была на гране разрыва сердца, однако, позволить того, чтобы кто-то распоряжался моей жизнью, не могла. – Ты с ума сошел, Агкхов?! – в моем голосе зазвенела сталь. – Какого дьявола ты творишь?!
– Это я у тебя спросить хотел! Долго думала, прежде чем сюда прийти?! Это же бред! Полный!
– Может, вы где-то в другом месте поговорите, а? – робко пробормотал декан.
Я вздохнула. Похоже, мне действительно придется перед своим отчислением объясниться с этим темным. Навязался на мою голову! Катился бы в свой Темнодар лучше, чем вмешивался в мои личные дела!
Полная клокочущей в груди ярости я шла следом за темным в сторону излюбленной мной веранды. Видимо, по душе это место пришлось не только мне. Илез шел так уверенно, словно знал, что я в любом случае пойду за ним.
Когда за нами захлопнулась дверь веранды, парень присел на подоконник. Как и тогда, когда мы разговаривали в прошлый раз.
– Жду объяснений. – сказал он, упрямо гипнотизируя меня взглядом.
Такой спокойный и невозмутимый, будто бы и не он несколько минут назад погрузил кабинет декана в полную тьму и мрак.
– Ошибаешься! – фыркнула я. – Это я хотела у тебя спросить, какое право ты имеешь вмешиваться в мою личную жизнь? Не кажется, что это как-то ненормально?
Взгляд Илеза на мгновение стал колким, словно шипы дикой розы.
– Спасибо мне еще скажешь!
Какое-то время мы молчали, хмуро играя в гляделки. Я проиграла, первая отвела взгляд, невольно заметив, как на лице у парня проскользнула лукавая улыбка.
– Так что? Есть какая-то причина, которая заставила тебя пойти на такой шаг? – взгляд Илеза стал пытливым.
– Если расскажу, оставишь меня в покое? – спросила я.
– Возможно.
Он был невыносим! Но я понимала, что связываться с темным – себе дороже, а потому решила, что если этот парень хочет того, чтобы я излила ему свою душу, то пусть наслаждается.
– У меня тетя в больнице. Она меня воспитала, заменив мать. У нее магическая болезнь – истощение жизненного потенциала. Ей необходимо вживление особого артефакта… Операция дорогая. Тетя умирает, а в больнице как раз есть все необходимое… Я там работаю… И хоть денег мне платят немного, но мне предложили сделку… Операцию сделают за счет моего контракта на работу у них. С учебой это несовместимо. – выпалила я, изо всех сил стараясь выровнять дыхание.
– Вот значит как… – Илез нахмурился, о чем-то размышляя. – А что если у тебя появится необходимая сумма? Тогда не оставишь учебу?
Я усмехнулась, чуть качнув головой.
– Сомневаюсь, что кто-либо сможет дать в долг столько.
– Я смогу.
Я покачала головой. В платежеспособности темного я даже не сомневалась. Однако брать у него что-либо было себе дороже. За неуплату долга Смертоносные Соколы вполнемогли забрать жизнь.
– Я уж лучше сама. Но спасибо за предложение… Надеюсь, теперь я, удовлетворив твое любопытство, могу идти?
Я думала, что темный сейчас кивнет, отпустив меня. И уже даже развернулась, собравшись уходить, как услышала ответ.
– Нет.
– Что?! – я даже забыла как дышать от такой наглости.
– Хочу навестить твою тетю!
– Ну, знаешь ли! – сказала я, уже просто выходя из себя. – Ты – сумасшедший!
Илез молчал, сверля меня каким-то странным взглядом. В нем, словно в омуте, плескалась насмешка и что-то еще… Какое-то молчаливое превосходство, словно, он, еще не начав игры, уже праздновал свою победу.
– Я – реалист. И знаю, что из твоей затеи ничего толкового не выйдет.
Я уже не слушала его. Лишь, развернувшись, быстрым шагом направилась к выходу с веранды. Я уже решила, что сегодня возвращаться в деканат не буду. Лучше просто прекращу посещать учебу, диплом же заберу позже, когда начнутся через две недели долгие, на целых три месяца, каникулы. Илез так же, как и все темные, наверняка уедет к себев Темнодар.
– Узнал что-нибудь?
Был уже вечер, когда друзья вновь смогли поговорить за кружкой хлебного кваса, который щедро разливали у самого входа в общежитие. И хотя в обычной жизни подобным напитком никто бы из них не соблазнился, жизнь студенческая располагала к экспериментам…
Данияр вздохнул.
– Твой интерес меня пугает! – с нажимом сказал он. – Между прочим, уже почти весь Универ в курсе, что ты сегодня натворил в деканате. И, кстати, прошел слушок, что профессура собирается отправить в Темнодар ноту протеста!
Илез усмехнулся.
– Пусть попробуют. Сомневаюсь, что Ее Величество Шанисса не вступится за лучшего игрока Темнобола.
– Ты все-таки псих. – Данияр подлил себе еще в кружку кваса, с удовольствием делая новый глоток.
– Так что ты узнал?
– Таня трудится в «Больнице Милосердия» на улице Красных Кленов. – с неохотой сказал Данияр. – Ее там весьма ценят, однако, один из докторов проявляет больше внимания, чем нужно. Именно он предложил Тане ту самую сомнительную сделку, о которой ты мне рассказал по дороге сюда.
– А ее тетя? Действительно так больна? – с интересом уточнил Илез.
– Да, болезнь ее совсем измучила, вот только мне сложно поверить, что в этом лечебном заведении есть нужный артефакт для пересадки. Все больше похоже на какой-то фарс.
– Ты уверен? – Нет, но есть определенные предположения.
Илез на мгновение задумался, а затем встал со своего места, подхватывая со спинки стула темную кожаную куртку.
– Эй! – крикнул Данияр. – Ты куда?! Неужели собрался и впрямь в больницу?
Илез пожал плечами.
– Хочу проверить твои догадки. К тому же, мне интересно посмотреть на этого чудо-доктора, что сделал моей девочке такое заманчивое предложение… – ответил парень.
– МОЕЙ ДЕВОЧКЕ?! Агкхов, очнись! Вернись с небес на землю! Она же светлая!
– Она мне интересна… – невозмутимо отозвался парень. – Я просто поиграю немного и все.
Глава 4
Доктор Эхо был высоким блондином – эльфом, полностью погруженным в науку, и целыми днями пропадающим то в своей лаборатории, то в магическом оперблоке. Пожалуй, в Светлограде он был одним из десяти докторов, кто мог делать операции, такие как вживление артефактов особого назначения или пересадка участков ауры или даже нитей силы. Доктор Эхо мог даже вживить человеку магию, которой у него отродясь не было. Например, с его помощью тонкокостные феи вдруг обретали силу мощных орков, а те, у кого не было шансов на восстановление из-за сильнейших проклятий, повреждающих ауру, вдруг излечивались. Эхо почти всегда носил узкие профессорские очки, а в свои длинные и гладкие, словно шелк, волосы вплетал бусины и цветные нитки. Ему нравился его неординарный для эльфов стиль, который в жизни вне работы он разбавлял черными кожаными штанами и майкой с вышитой надписью «Умняша 90 lvl».
Сколько я себя помнила, доктор Эхо всегда был вечно занят, и с ним было не очень-то просто поговорить или выпить по чашке каэры, бодрящего утреннего напитка на основе молока, листьев вауки и кленового сиропа. Я не понимала, с чего вдруг эльф заметил меня, проникшись моей проблемой, но считала это сродни благословению.
С самого утра, любуясь багряной зарей, я летела в больницу, словно на крыльях. Сегодня я скажу, наконец, всем, что согласна. Что готова бросить университет, и что теперь можно будет сделать тетушке Хлое операцию. Однако, стоило мне зайти в здание, как ко мне подбежала Марта. И, судя по ее взволнованному лицу, ждать чего-то хорошего не приходилось.
– Таня! Тут такое ночью случилось, просто ужас! – девушка схватила меня за руку, оттаскивая от посторонних глаз за массивную колонну, которая подпирала потолок первого этажа больницы. – Артефакт жизненной силы, что должны были отдать твоей тете, он…
– Что с ним!? – я в ужасе уставилась на подругу. – Его украли? Разбили? Сломали?
Чудовищные предположения роились у меня в голове, вызывая страх и липкий ужас. Я ничем, ничем не смогу помочь своей тете, если сейчас окажется, что с артефактом что-то не так!
– Он оказался поддельным. – Марта потупила взгляд.
– Как? – только и сумела выдохнуть я.
– Не знаю, все в шоке. Сегодня ночью приходил какой-то темный. Сказал, что хочет сделать у нас операцию своему другу, и хочет убедиться в целостности артефакта. Ему вынесли его, ведь те, у кого темный дар, действительно могут распознавать ошибки в таких вещах, ведь большинство подобных вещей работает именно на темной энергии….
– И что?
– Что, что… Он руками поводил над ним, сказал, что подделка. Оболочка правильная, а сила – низкокачественный орочий «долголет». То есть, та штука, которая при поступлении в организм дает улучшение на несколько лет, а потом выжирает человека.
– Кошмар… – прошептала я, сжимая кулаки. – Что же мне теперь делать? Где взять нужный артефакт?
– Не знаю. Думаю, что тебе лучше поговорить с доктором Эхо. Он как раз был у себя в кабинете. Сегодня отменили одну операцию, и он свободен весь день. – сказала Марта, а я, кивнув и поблагодарив ее, помчалась наверх.
Кабинет доктора располагался на четвертом этаже. Там же, только в соседнем крыле – оперблок. Это было удобно, так как ему не приходилось бегать по лестничным этажам или тратить дорогущие кристаллы перемещения по вертикалям.
Я добралась до него довольно скоро, в нерешительности замерев у его кабинета и положив руку на тонкую металлическую дверную ручку. Мы не разговаривали с ним уже довольно давно. Даже новость о том, что артефакт достанется моей тете Хлое, я узнала от Марты… Что мне ему сказать?
Однако, Эхо будто бы предвидел, что за дверью нахожусь я.
– Заходи, Плюшка! – крикнул он, и я поняла, что деваться некуда.
Набрав побольше воздуха в грудь, я открыла дверь и прошла внутрь кабинета.
Здесь, как и всегда, царил беспорядок. Полки были завалены книгами, газетными вырезками и всякими магическими штучками… Диванчик у стены занимал скелет, клацающий каждый час зубами столько раз, сколько было на циферблате часов, что он сжимал в своих костлявых руках. Сам же Эхо сидел за столом, на котором так же царствовал всякий хлам и, нахмуренный, тер переносицу над очками.
– Привет. – поднял он на меня взгляд, чуть улыбаясь.
– Как Вы узнали, что это я за дверью? – спросила я все же волнующий меня вопрос.
Эхо улыбнулся еще шире.
– Я чувствую энергии… Это мой дар. Любая жизнь – словно яркий свет. Ее видно и слышно.
Я, удовлетворенная ответом, кивнула.
– Я хотела поговорить по поводу артефакта… Марта мне кое-что рассказала… – начала я издалека, но доктор со вздохом поднялся из-за стола, подходя ко мне совсем близко.
– Таня… – он коснулся руками моих плеч, заглядывая в глаза. – Мне нужно извиниться. Это все просто дикость какая-то! Я так заработался, что забыл проверить новую партию артефактов. Они все – подделка!
Я шмыгнула носом, чуть отстраняясь, и пугаясь подобной близости.
– Жаль. – только и смогла выдавить из себя я.
– Тань, послушай… Мне правда весьма стыдно за этот случай… Но я могу предложить тебе альтернативу. Правда, не знаю, понравится ли она тебе.
Я чуть нахмурилась. Я не знала, что задумал доктор, и меня это напрягало. Особенно, когда выяснилась эта ужасная ситуация с долголетом.
– Что Вы хотите предложить
