КИМБЕРЛИТЫ — СЕЗОН ПЕРВЫЙ
До того как я был переведен в партию, работающую на Сибирской платформе на кимберлиты, мне посчастливилось поработать год в Забайкалье под Чарой, затем лет 15 на Колыме в стратиграфической и поисковой партиях, где прошел путь от младшего техника до геолога, и два года в Верхоянье. Так что за это время у меня накопился большой опыт в разбивке полевых лагерей, организации бытовых условий на стоянках, охоте, рыбалке (в основном на хариуса), и самостоятельных маршрутах с ориентированием не только по карте, но и по аэрофотоснимкам (АФС).
Видимо такой молодой и «шустрый» геолог, которого можно было задействовать и на самостоятельных полевых работах, и для командировок в местные территориальные организации в поселок Нюрба и город Мирный, и понадобился во вновь организованную партию, начинавшую работу на Сибирской платформе с целью выяснения приуроченности кимберлитовых тел к глубинным разломам земной коры — так называемым «линеаментам», дешифрируемся На АФС и КосмоАФС.
Так я попал в партию Осташкина И. М. на работы в совершенно новый для себя регион Сибирской платформы левобережья реки Лены. Там уже работали две партии — Сибирцева Ю. М. (база в пос. Жиганск) и Шахотько Л.И. (база в пос. Оленек).
В новой для меня партии были три старших геолога (женщины) и техник, но в поле они не выезжали, кто по семейным обстоятельствам (?), кто по здоровью. И Осташкину, видимо, понадобился молодой, но опытный геолог, которого можно было бы посылать в командировки и использовать самостоятельным отрядом на полевых работах.
В первый полевой сезон Осташкин хотел проверить метод укрупненного шлихового опробования (УШО) в районе одного из кимберлитовых полей и заверить там как можно больше фотоаномалий, чтобы проверить кое-какую статистику. Этим эталонным участком был выбран участок с кимберлитовой трубкой «Заполярная» в Верхне-Мунском поле, которая хорошо выделялась большим треугольным темным шлейфом на сером фоне кембрийских известняков.
Комната в геологической гостинице Нюрбы
Я вылетел в поле первым. Залетел в Нюрбу на неделю по командировке и вылетел в Жиганск. Очень мне понравилась гостиница для геологов (домик для приезжих) — небольшой, чистенький, уютный.
Прилетев в Жиганск, я расположился в комнате с ребятами из партии Сибирцева, получил со склада снаряжение и продукты и стал ждать Осташкина. А в Батагай, привычный мне Батагай, где была администрация экспедиции, я, неожиданно для самого себя, дал такую радиограмму:
«К полученному в Жиганске для партии Осташкина И. М. прошу прислать следующее:
1. Лодки резиновые ЛАС-500 — 2 шт.;
2. Консервы тушенка говяжья (страшный дефицит) — 2 ящика;
3. Молоко сгущенка — 1 ящик;
4. Лотки деревянные большие — 2 шт (страшный дефицит);
5. Сковороды чугунные большие — 2 шт.;
…еще кое-что из посуды. И подписал — Музис В. А.»
Прямого сообщения между Батагаем и Жиганском не было и радиограмму я дал скорее для очистки совести, так, на всякий случай. Но «там» видно так удивились моей наглости, что… дали все, что я просил. Может меня с отцом перепутали и на инициалы не обратили внимания. Не знаю. А может быть фамилия Осташкин свое дело сделала — он прилетел из Африки и работал первый полевой сезон. Да и с главным геологом экспедиции он был на ты… Не знаю.
«Пчелка» — АН-14
Как-то неожиданно прилетела «Пчелка» спецрейсом из Батагая, заказанная, видимо, Сибрцевым и Петров, сопровождающий, сказал мне: — Там твоя заявка. Тут уж пришла пора удивляться мне самому… Как все удачно совпало.
Скоро прилетел Осташкин и мы на вертолете МИ-4 вылетели к месту полевых работ. На этом участке был оставлен геологами-разведчиками Амакинской экспедиции геологический поселок. Оставлен был в связи с окончанием работ.
Мы выбрали для жилья большую избу с двумя комнатами (по 30 кв. м.), прихожей и кладовкой. Это была изба то ли администрации, то ли камеральная. В первые же дни мы застеклили поврежденные окна из найденного целого блока оконного стекла (я поразил Осташкина, достав из своих запасов стеклорез), починили крышу найденным рубероидом, сколотили нары и я даже притащил из одной избушки самодельное, но искусно сделанное, кресло-качалку.
В оставленном поселке геологов
Полазив с ним по отвалам всех ранее выявленных кимберлитовых тел этого поля, а они располагались довольно компактно, отобрав образцы пород и отшлиховав нижние части склонов и ручьев, он, убедившись что я хорошо ориентируюсь по аэрофотоснимкам, оставил меня заверить полсотни выделенных фотоаномалий, а сам сплавился вниз по реке с переброской на реку Тюнг, где базировалась партия Сибирцева.
Интересна конструкция его сплавного сооружения: катамаран из дв
