автордың кітабынан сөз тіркестері Либерализм — Госкапитализм — Социализм. Для тех, кто хочет лучше понять экономику
В целом, интеллектуальная монополия, конечно же, дает возможность корпорациям извлекать для себя большие прибыли, однако, в то же время, она сильно замедляет развитие инноваций, делая их слишком затратными. Научно-технические прорывы очень часто осуществляются даже в результате небольших инноваций. Инновационный процесс часто сопровождается обменом информацией, когда разные ученые или инженеры могут свободно пользоваться и экспериментировать с паралелльными наработками и продвижениями других. Обмен информацией увеличивает шансы инноваторов быстрее продвигаться вперед, учитывая опыт коллег, их ошибки и успехи. Именно в этом контексте актуальны слова Исаака Ньютона, когда в ответ на вопрос, как он добился таких результатов, он ответил, что «стоял на плечах гигантов», имея в виду то, что использовал наработки многих предыдущих ученых.
2 Ұнайды
и O’Рурк писали, что, исторически, торговлю «можно было правильно понять только как результат некоторого военного или политического равновесия между соперничающими державами». Именно политика всегда определяла торговлю, как и торговля способствовала определению политики
Tragedy and Hope» («Трагедия и надежда», 1966), описав целостную картину эволюции властных элит в Западной цивилизации[20].
Квигли, в частности, отнес восхождение и дальнейшее развитие власти от финансовых элит сначала от венецианских торговцев, затем торгово-финансовых элит процветающей Голландии в XVII — XVIII веках, затем кульминационного расцвета Британии в XIX веке и, наконец, окончательному формированию торгово-финансовой элиты в Америке в XX веке. Квигли отметил, что многие исторически важные события были продиктованы государствам не в интересах их народов, а в интересах этих самых элит, преследующих свои частные цели.
В Соединенных Штатах Миллс выявил существование властных элит в трех основных общественных институтах: экономике, политике и военно-промышленном комплексе, которые очень взаимосвязаны между собой и смогли достичь небывалого ранее в истории уровня властного контроля над государством[16]. Миллс описал в своей книге, что становление военизированного государства в США происходило в соответствии с интересами элиты, вовлеченной в промышленный сектор экономики и регулярно получающей раздутые государственные заказы
В частности, Люндберг описал, что ядро из 60 семей поддерживается более широкой вторичной группой из 440 семей, а вместе все они формируют пирамиду власти американского общества, контролирующую большую часть экономики страны, средства массовой информации и, соответственно, политическую власть в США. Люндберг утверждал, что такая ситуация уникальна и присуща только США, так как плутократия Европы была сильно дезинтегрирована после Первой Мировой войны, а затем еще больше после Второй Мировой. Ведущие американские университеты также, по мнению Люндберга, находятся под опекой и контролем со стороны некоторых властных семей, члены которых оказывают влияния на эти заведения через попечительские советы.
Роберт Михелс же развил, так называемый, «железный закон олигархии», гласящий о том, что в любой сложной общественной системе, какой бы демократичной она ни была в начале, наблюдается тенденция, что, в конце концов, она превратится в олигархию, то есть во власть небольшого меньшинства
о том, что в природе наблюдается закономерность, что небольшое меньшинство стремится обладать большей частью богатства, и часто небезуспешно при «свободных» неурегулированных условиях
В конце XIX века итальянский политический исследователь Гаэтано Моска развил теорию о «правящем классе», где, в частности, написал: «кто бы вами не правил, вероятнее всего, это будут худшие представители человечества
парламентаризм развился в Англии именно как усиление торгово-финансовой элиты, которая выбила для себя большие привилегии в обмен на займы королю для ведения войн
Даже Англия, которая совершила прорыв в своем экономическом развитии в XVIII веке и часто приводится классическими экономистами как хороший пример «инклюзивного» (то есть всеобщего, поступательного) развития по причине своих «прогрессивных институтов», стала успешной «не из-за консенсуса… а вследствие интенсивного конфликта различных групп, конкурирующих за власть, протестующих против власти других и пытающихся структурировать институты в свою пользу