автордың кітабын онлайн тегін оқу С любовью из «Книжного»
28 августа
Через месяц мне будет шестнадцать, и я загадаю его. Задую свечи на розовом торте с начинкой из малины и хрустящего безе и скажу одну только фразу: «Я хочу, чтобы у меня появился парень».
Теперь хотя бы есть шанс, что это может произойти. В десятый класс я иду в новую школу. Новую не в плане ремонта или каких-то наворотов, такого там и близко нет. Двухэтажное здание, выкрашенное в бледно-жёлтый цвет, который то ли выцвел за миллион лет, то ли сразу был таким отвратительным, с кучей пристроек и разбитым крыльцом.
Наш класс из шестнадцати человек после выпускного уменьшился до четырёх, и всем оставшимся сразу сказали: «Пойдёте в сто тридцать первую школу, пишите заявления». Оно понятно, кто будет учить класс из четырёх человек?
В маленьких городах вроде нашего, где огороды встречаются чаще, чем многоэтажки, магазины, кафе и вообще хоть какие-то признаки настоящего города, слияние старших классов не редкость. Но мы обижались и ныли до последнего, чтобы нас оставили в стенах родной школы. Потом смирились, мама подписала заявление, а я стала думать, что так даже лучше.
Я надеялась, что в новой школе встречу того, кто будет целовать меня на прощание у автобусной остановки, болтать со мной по телефону до поздней ночи, делиться своей курткой и булочкой в столовой, обсуждать Булгакова и дарить мне охапки садовых цветов, перевязанных лентой. Того, кто будет любить меня.
Мне надоело чувствовать себя невидимой, как будто я не существую для парней. Вокруг моей лучшей подруги Юли постоянно крутятся, как мы их любим называть, «поклонники», признаются ей в чувствах, зовут на свидания, пока я тщетно стараюсь запомнить их имена. Вчера она виделась с Глебом, а сегодня получила цветы от Артура. Или наоборот? Неважно. Всё лето она пропадала с кем-то, а я была одна и мечтала хоть раз сходить на свидание. Особенно в последние дни горячей августовской свободы.
Через месяц мне будет шестнадцать, и я за-гадаю его. А пока надо запостить итоги лета в соцсетях и погладить костюм для линейки, потому что через три дня наступит сентябрь, вместе с которым начнётся новая жизнь.
1 сентября
— Точно не надо заехать за цветами? — спросила мама, нервно постукивая пальцами по рулю. Она всегда так делала, если беспокои-лась о чём-то.
Я отвлеклась от телефона.
— Мам, я не пятиклашка, чтоб нести на линейку букет гладиолусов, — ответила я. — Не переживай, всё будет хорошо.
Мама кивнула, вернула радио на прежнюю громкость, как бы показывая, что у неё больше нет вопросов, и мы обе уставились на дорогу. За окнами тянулась грустная вереница одно-этажных домов, обнесённых забором из цветного профнастила, который едва ли мог сделать жизнь тут ярче. Изредка картинку разбавляли обшарпанные остановки, сплошь разрисованные баллончиком, продуктовые магазины и парикмахерские с однотипными безвкусными названиями: «Ольга», «Натали» и дальше по списку.
Ещё два года, и я уеду подальше отсюда, как уезжают другие. Молодёжи у нас делать нечего — ни работы, ни перспектив. Конечно, летом придётся приезжать, чтобы помогать родителям с огородом: полоть траву, собирать клубнику, закатывать с мамой икру из кабачков и томатный сок. Я буду приезжать, чтобы помочь, но остаться здесь на всю жизнь ни за что не соглашусь.
Мама остановила машину недалеко от школы. Я заёрзала на сиденье, ещё раз проверила телефон — Юля уже близко. Значит, можно идти. Глянув в боковое зеркало, поправила жилетку и вылезла из машины.
— Удачи, — сказала мама, провожая меня ободряющей улыбкой.
С крыльца школы доносилась праздничная музыка. Я махнула маме рукой и нырнула в поток шуршащих букетов, белых бантов, лакированных туфелек и выглаженных по стрелкам брюк. С каждым шагом музыка становилась громче, вокруг галдели голоса, и я чувствовала, как заражаюсь радостным настроением.
Увидев табличку с цифрой десять, я улыбнулась и двинулась к своему классу. Народу было так много, что я не знала, с кем здороваться, поэтому просто сказала: «Всем привет». Потом заметила классную. Она была ниже меня на голову, в кардигане странного лососёвого оттенка и чуть заметно прихрамывала на одну ногу. Мы бегло поздоровались, она представилась Валентиной Ивановной и рассказала, что ведёт труды. Что ж, значит, часто нам общаться не придётся.
Наконец-то в толпе я увидела Юлю. Я знала, что она будет в чёрной юбке с пайетками и белой рубашке оверсайз. Она всё-таки взяла розы для классной. Обрадовавшись, я крикнула ей, и подруга тут же подлетела обниматься.
Я выдохнула. Теперь она рядом, и можно ничего не бояться. Нос защекотал знакомый вишнёвый аромат её духов. Юля прощебетала что-то классной, вручила ей три красные розы и почти чмокнула в щёку эту надутую тётку. Я неотрывно, с восхищением наблюдала за подругой, которая вмиг стала центром внимания.
Выбранный наряд Юле шёл безоговорочно. Настолько, что мне стало неловко за свой строгий костюм-двойку из жилетки и расклёшенных брюк. Со мной часто такое случалось: в примерочной всё выглядело нормально, я выходила довольная, радуясь, что нашла что-то «своё», но стоило надеть это в реальной жизни — в школу, на улицу, — сразу накатывало ощущение, что я выгляжу нелепо и непривлекательно. Я каждый раз боялась ошибиться, нервничала, то ли выбрала, не слишком ли странно на мне смотрится новое платье, и часто смущалась своей одежды, которая только прибавляла неуверенности.
— Как тебя зовут? — приятный голос прервал мои мысли.
Я обернулась, заметив темноволосого красавчика, который улыбался. Только не мне, а…
— Юля, — подруга кокетливо подала руку парню, тот пожал тонкие пальцы в аккуратных серебряных колечках.
Я молча наблюдала за происходящим.
— Никита, — представился он, проводя рукой по шее, — я тут вроде как за главного, помогаю новеньким не заблудиться в школе… чтоб на уроки не опаздывали.
Парни позади загоготали.
— А подружку твою как зовут?
— Уля.
— Так вы обе Юли? Значит, у новеньких одно имя на двоих?
— Нет, Уля. Ульяна, — твёрдо проговорила я, чувствуя, как краснею от смущения и злости. Больше мне говорить не хотелось. Я столько раз просила её не называть меня «Уля», чтобы не было этой путаницы.
Началась линейка.
Юля толкнула меня в бок, шепнув:
— Он хорош, правда?
Я молча улыбнулась подруге и уставилась на сцену. Конечно, он хорош, я искренне была рада за Юлю, но, если б не костюм, наверняка Никита и на меня бы смотрел по-другому. Надо смириться — просто я не умею выбирать одежду, которая мне идёт. Я ещё раз глянула на свои брюки, потом на довольную Юлю, которая уже что-то шептала Никите, и тихо вздохнула.
Пока что новая жизнь совсем не отличалась от прежней.
5 сентября
Полчаса утром перед школой были моим любимым временем, настоящим ритуалом, без которого не мог начаться день. Два бутерброда со сливочным маслом и сыром, чёрный чай с лимоном и несколько страниц книги, которые обычно я проглатывала быстрее завтрака. Порой мама ругала меня за то, что я читаю за едой, тогда я доставала телефон, и мы возвращались к компромиссу в виде книг.
Большую часть книг я брала в районной библиотеке. В хорошую погоду я любила ездить туда на велосипеде, сложив в плетёную корзину на руле прочитанные книги. Под ними всегда лежал блокнот, а точнее мой читательский дневник, где хранились заметки, цитаты, впечатления, мысли, вырезки и бесконечные списки с названиями произведений, которые я хочу прочитать. Кажется, в этом жёлтом блокноте с шершавой льняной обложкой и была вся моя жизнь.
Я обожала бумажные книги, поэтому так часто заглядывала в библиотеку и радовалась, когда удавалось найти то, что нужно. Толстой, Набоков, Пастернак, Джейн Остен и романы сестёр Бронте. Я возила эти пухлые тома, пыльные от времени, с пожелтевшими страницами, и чувствовала себя в такие моменты самой счастливой на свете.
Библиотека — единственное место в городе, где я по-настоящему любила бывать. Наверное, если бы у нас открылся книжный магазин, я бы и там пропадала: листала бы новинки, часами бродила бы среди стеллажей, ведь это совсем не то же самое, что заказать книгу в пункт выдачи и забрать её в грязной плёнке, которая едва ли спасает от повреждений и ударов.
Но такой роскоши у нас не было. Точнее, не так, в центре был книжный магазин, но ходила я туда ровно один раз в год. Всё потому, что там продавали учебники и школьную канцелярию. Выглядел он уныло, зона кассы была завалена отрывными календарями со скидкой, а на полках никогда не менялся ассортимент, если только не требовали привезти какие-то новые учебники для школ. Да и вряд ли кому-то, кроме меня, здесь нужен был книжный магазин. Хотя родители поощряли чтение, я редко видела у них в руках что-то, кроме посевного календаря, который мама покупала на почте. В нашем городе жили те, кто охотнее ковырялся в грядках, топил баню, собирал грибы в пролеске, но точно не читал. А подростки вроде меня всё больше висли в телефонах или слонялись с друзьями по улицам.
Я забежала в комнату и положила книгу на стол — пора в школу. Чаще всего утром меня отвозила мама, потом она ехала на работу. Она была продавцом в зоомагазине. Когда-то там было не протолкнуться от покупателей, полгорода с мамой здоровалось, встречая её на ули-це, но с появлением сетевых супермаркетов и пунктов выдачи магазин опустел, а мама стала искать другую работу. Поэтому меня так отчаянно пугала перспектива застрять здесь, в тоскливой дыре, где жизнь скучнее любого из прочитанных мной романов. Я мечтала о большом городе: с высотками, огромными торговыми центрами, ресторанами и книжными магазинами, конечно.
За несколько дней в школе мы, четверо новеньких, вполне освоились. Парней приняли без проблем, а вот нас с Юлей девочки не спешили пускать в свою стайку. Они держались обособ-ленно, будто чувствовали конкуренцию. Меня это устраивало — я не хотела делить Юлю с кем-то третьим и заводить новых подружек. Лучше найти парня. Их в классе оказалось больше, чем девочек, и я всё ещё верила, что среди них может оказаться тот, кому я понравлюсь.
— Есть идея, как нам получше сблизиться с классом, — сказала Юля, когда мы вместе шли на физику. — На следующей неделе начнутся спортивные соревнования между школами, помнишь, как обычно, на стадионе?
Я кивнула.
— Никита говорит, наша сборная неплохо играет в футбол. Мы можем пойти поболеть. Уверена, ребятам будет приятно, если мы придём. А заодно посмотрим получше, кого тебе выбрать, — она заулыбалась.
— Что?! — я обернулась проверить, слышит ли нас кто-то ещё, и недовольно шикнула: — Не буду я никого выбирать.
— А я бы на твоём месте присмотрелась к капитану команды, — добавила Юля.
Я открыла рот от возмущения и хотела было снова возразить, но подруга уже убежала вверх по лестнице. Прозвенел звонок.
Интересно, кто у них капитан?
12 сентября
На игру мы опоздали. Юля помогала отцу разбирать рыболовные сети. Каждый раз, когда я наблюдала, как она это делает, как ей приходится копаться в грязной спутанной леске, воняющей рыбой, я искренне радовалась, что мой отец н
