Оглавление

ПРЕДИСЛОВИЕ

Современная философия медицины стоит на рубеже глубокой трансформации, когда медицина перестаёт быть лишь набором клинических практик, а превращается в систему познания и адаптации, охватывающую человека как био-психо-социо-техно-экзистенциальное целое. Вступление человечества в эпоху постнеклассической науки (ПостНаука) — современную стадию развития научной рациональности, характеризующуюся политеоретичностью, полидисциплинарностью и «человекоразмерностью», ставит перед медициной беспрецедентные вызовы. Она требует формирования и внедрение новой познавательной системы, способной не только синтезировать медицинские, философские и технологические знания, но и превращать их в робостоспособные знания. Между тем, стремительное развитие медицинских знаний и технологий, безусловно повышающую качество диагностики, оценки патологии, лечения и профилактики заболеваний, одновременно порождает сложнейшие этические, социальные и мировоззренческие проблемы, требующие глубокого философского осмысления и разрешения.

Как известно, в современных условиях классические и неклассические научные подходы все чаще оказываются неадекватными для исследования таких «систем особой сложности», как человек. В этом контексте, настоящая книга отражает, во-первых, нашу позицию о необходимости познания и развития медицинских знаний и технологий на принципах ПостНауки, а, во-вторых, нашу попытку осмыслить проблемные ситуации в современной медицинской науке и практики и на этой основе предложить некоторые философские ответы на эти вызовы с разработкой конкретных философских систем. Они являются результатом нашей философской рефлексии и многолетнего исследовательского опыта, направленных на повышение теоретического, фундаментального и методологического уровня медицинской науки, практики и образования в направлении повышения их «человекоразмерности».

Мы предлагаем вниманию читателей две системные концепции, разработанные в ответ на настоятельную потребность в новых познавательных и оценочных инструментах. Первая. «Трехэлементная познавательная система» (Система «А-В-С»). Речь идет о системно-ответственной популяризации (А), концептуализации (В) и философизации (С) знаний и технологий, способной стать универсальной методологией для познавательного процесса, в том числе и в сфере современной медицины. В этой области человеческой деятельности задача новой системы — не просто накопление новых знаний, а осуществление последовательно-поэтапного накопления знаний и междисциплинарного синтеза для формирования всесторонне развитого и мировоззренчески подготовленного врача, способного ориентироваться в идеологии современной технологизированной медицине, а также в теоретических конструктах интегрированной медицинской науке и образовании. Вторая. «Четырехэлементная оценочная система «Цель (Ц) — Средство (С) — Результат (Р) — Последствия» (П) («Ц-С-Р-П»). Такой, по сути, «квадрант этической оценки» разработан нами для глубокого анализа и разрешения острых противоречий в трансплантационной медицине, где в настоящее время вопросы жизни и смерти, этики донорства и последствий медицинских вмешательств стоят особенно остро. Она предназначена для разрешения, прежде всего, аксиологических, морально-этических и методологических противоречий в трансплантационной медицине.

Итак, предлагаются такие системы, где популяризация, концептуализация и философизация медицинских знаний, а также оценка эффективности специфического раздела современной медицины (трансплантологии) с обязательным учетом разрешения острых этико-деонтологических противоречий в трансплантационной науке и практике, становятся не вспомогательными средствами, а самостоятельными познавательными и оценочными стратегиями, отвечающими вызовам XXI в.: технологическому ускорению, этическим дилеммам, «человекоразмерным» объектам науки и необходимости выработки новых гуманитарных ориентиров и технологий.

Мы приглашаем к диалогу о будущем медицины, о том, как философия может помочь в создании единой, стройной теоретической базы современной медицины, восстановить равновесие между правом и нравственностью, и обеспечить, чтобы научно-технологический прогресс служил Человеку и его универсальному благу. Надеемся, что предложенные идеи послужат основой для появления новых направлений в философии науки и теории познания, способствуя формированию здорового и думающего общества. В этом контексте, книга представляет собой в той или иной степени новаторским исследованием в области философии медицины, предлагающим две оригинальные системные концепции, отвечающие вызовам современной ПостНауки и стремительному развитию трансплантационной медицины. Эти системы лежат в основе путей оптимизации познавательной стратегии в современной медицине, а также путей восстановления равновесия между правом и нравственностью, становясь оценочной стратегией.

Во введении говорится о проблемных ситуациях в сфере познавательной и оценочной деятельности современной медицины (на примере хирургии), требующих философского анализа и разрешения. Подчеркивается специфика развития современной хирургии, делается резюме о том, что если хирургия «хочет» саморазвиваться и адаптироваться к современным условиям научно-технико-технологического прогресса (НТ-ТП), а также ПостНауки, ей нужно осознать и свою социально-психологическую базу, активно решая аксиологические проблемы путем правильной акцентуации научно-техноэкономических следствий хирургических новшеств и нововведений.

В первой части книги говорится о необходимости разработки и применения новых познавательных и оценочных технологий в современной медицине. В частности, в главе I говорится о внутритеоретических задачах философии для разрешения проблемных вопросов современной хирургии, касающихся сферы познания, адаптации и оценки, а в главе II — об актуализации методологических и аксиологических проблем современной хирургии и о внутритеоретических задачах философии для их акцентуации, тогда как в главе III — о деформации проблемного поля современной хирургии в условиях НТ-ТП и о внутритеоретических задачах философии для ее коррекции.

Во второй части речь идет о поиске новых познавательных систем современной медицины в рамках новой научной рациональности. Поиск аргументируется рассмотрением, во-первых, ситуации напряжения предметного поля психологии познания в современной хирургии с учетом усложнения ее понятийного аппарата, а, во-вторых, обсуждением внутритеоретических задач философии для ее ослабления (Глава I). В главе II говорится о поиске новой познавательной системы современной медицины в ракурсе стратегий ПостНауки, а в главе III речь идет о сущности и значимости разработанной нами трехэлементной познавательной системы («А-В-С»), кстати, пригодная для любой сферы человеческого познания и деятельности.

В третьей части книги рассматриваются вопросы поиска новых оценочных систем современной медицины в рамках ПостНауки. При этом поиск мотивируется рассмотрением, во-первых, ситуации напряжения предметного поля психологии познания в современной хирургии с осмыслением факта усложнения ее понятийного аппарата, а, во-вторых, обсуждением внутритеоретических задач философии для ее ослабления (Глава I). В главе II речь идет о философии трансплантационной медицины и теориях трансплантационной этики, а в главе III — о сущности и значимости четырехэлементной оценочной системы («Ц-С-Р-П»).

В целом, в книге достаточно глубоко анализируются острые проблемы осмысления последствий научно-технологического прогресса, этические дилеммы трансплантологии, предлагает пути восстановления равновесия между правом и нравственностью, а также обосновывает возможность создания единой философской системы для медицины. Предложенные подходы имеют определенную практическую значимость для ученых-медиков, философов, этиков, правоведов и широкого круга читателей, интересующихся будущим медицины и выживанием человечества в эпоху «человекоразмерных» систем. Книга рассчитана на широкий круг читателей, интересующихся вопросами познания, научного мировоззрения, мировоззренческой культуры.

ВВЕДЕНИЕ

МЕДИЦИНА КАК ФИЛОСОФСКАЯ ПРОБЛЕМА

ЭПОХИ ПОСТНАУКИ

Хирургия имеет особый статус, являясь не только авангардным, но и сложным, динамичным разделом медицины с поразительными достижениями. Тем не менее, следует заметить, что хирургия как «адаптивно-адаптирующаяся система», следовательно, имеющая и приспособительную, и преобразовательную природу, будучи активной по характеру, всегда проявляла известную пассивность в своем познании и адаптации к новым реальностям мира. Последствия этого Sui generis surgery (своеобразия хирургии) в особенности проявились на рубеже ХХ-ХХI вв., а так как проблема «базиса» и есть проблема встречи познания и реальности через адаптацию, то, безусловно, есть смысл не только в анализе, но и синтезе новых философско-методологических оснований хирургии этого рубежа — эпохи НТ-ТП.

Общеизвестно существование следующих уровней познания: эмпирического (Е,е); теоретического (Т,t); методологического (М,m). Е,Т,М обозначает развитую, а e,t,m — неразвитую форму соответствующего уровня познания. При этом существует закономерность познания, которую можно условно выразить схемой: е → Е; t → T; m →M. В целом конечной целью познания является движение e,t,m → E,T,M, то есть от неразвитой формы к развитой. Общеизвестна система TNM (Tumor, Nodulus, Metastasis), посредством которой в хирургии выражается стадия ракового поражения органов у больных. По аналогии с ней стадию развития научного познания в хирургии рубежа ХХ-ХХI вв., согласно результатам метаанализа, проведенного нами, можно обозначить как II Etm, тогда как слаборазвитую науку отображают как I Еtm, а высокоразвитую — III ETM.

Profession de foi (исповедание профессиональных взглядов): к сожалению, несмотря на то что хирургия начала ХХI в. сделала настоящий прорыв в своем развитии и познании, она все же отстает от передовых наук, стадии развития научного познания которых можно обозначить как III ETM и которые опережают ее в том, что научились обсуждать философско-методологические проблемы своих областей познания. А это ведет к тому, что содержание понятий, которыми авангардные науки (бионика, биофизика, биокибернетика и пр.) оперируют не фиксировано жестко, как в хирургии, остается открытым и получает дополнительные подпитки и разъяснения то от одной, то от другой теории. Сказанное прежде всего характеризует цельность науки и образа действия, способствующего прогрессу познания.

В целом ситуация такова, что в условиях НТ-ТП хирургия оказалась на распутье. Именно из-за того, что, во-первых, возникли новые условия развития знания; во-вторых, совершенствовались базисные моменты познания; в-третьих, трансформировались принципы функционирования; в-четвертых, расширилось прикладное поле для новых теоретических воззрений; в-пятых, возникли новые идеалы и нормы деятельности, хирургия явно изменилась. Причем не только в хорошую сторону, о чем можно судить по актуализации глобального вопроса: как удержать хирургию в нравственно-цивилизованных рамках профессиональной деятельности?

На сегодня проблемное поле хирургии, как никогда, выглядит деформированным и напряженным. Совремнная хирургия переживает «великий переход» на основе технического и информационно-технологического перевооружения, следствием которого является, во-первых, то, что качественно пополнился понятийный аппарат науки; во-вторых, изменились условия и стиль аргументации; в-третьих, возникли новые принципы, идеалы и нормы. Все это является предпосылкой для возникновения конкурирующих новых либо пролиферации существующих теорий, способствующих адаптации современных специалистов к новым развивающимся мировоззренческим установкам в хирургии.

К сожалению, приходится констатировать, что хирургический социум делает относительно слабую попытку в разработке методологических вопросов и философского осмысления многочисленных хирургических новшеств, а потому в литературе мало работ по научно-философскому анализу тех или иных методологических следствий хирургических нововведений. А между тем только в случае «сцепления» хирургии с логикой, математикой, методологией, философией происходит восхождение конкретного к абстрактному и, наоборот, только тогда, когда наступает последующая закономерная стадия познания высокого уровня от абстрактного к конкретному, можно говорить о хирургии уровня III ETM. Именно этот момент является для хирургии начала ХХI в. тем самым Ens rationis et ens reale (мыслимой и реальной вещью).

На основании метаанализа достижений и коллизий современной хирургии создается впечатление, что познание в хирургии зациклилось на стадии осознания НТП (сер. ХХ в.), которая характеризуется: во-первых, тенденцией перехода от механизированного труда к автоматизированному; во-вторых, созданием сложных приборов и оборудования, способствующих автоматизации процессов; в-третьих, интенсификацией сроков внедрения научных достижений в практику. НТ-ТП связан прежде всего с эффектом технологического переворота (ТП) — компьютеризацией, кибернетизацией, биотехнологизацией. В терминологический кентавр «НТ-ТП» мы вкладываем следующий смысл: основная область научного прогресса и его основной компонент — это новая и сверхновая технология.

По свидетельству многих исследователей, XXI в. — это «век биотехнологий». Прорыв в области молекулярной биологии (ХХ в.) заложил основы для перехода хирургии на уровень «биотехнологических чудес» (искусственные органы и ткани, включая «атомное» сердце, электронный протез памяти и нервов, нанотехнологические чипы на основе отдельных молекул и пр.). Однако, к сожалению, указанные новшества представляют лишь «всплеск» хирургической науки и являются яркими примерами влияния на хирургию общего роста теоретических знаний в XXI в. Вместе с тем, как показывает социометрия хирургических коллективов, до сих пор хирургия все же остается угрюмо-эмпиричным. Однозначно, если хирургия хочет саморазвиваться до стадии III ETM, ей нужно активнее преодолевать новые уровни организации знаний, способных к осознанию научно-технологических достижений, а также более цельному их использованию на практике. Сказанное является Differentia specifica (характерной особенностью) хирургии первого десятилетия ХХI в.

Безусловно, появление каждого нового уровня всегда приводит, во-первых, к трансформации уже сложившихся уровней; во-вторых, к появлению новой частной теоретической схемы; в-третьих, к росту понятийного аппарата науки; в-четвертых, к пролиферации существующих теорий и конструктов. К сожалению, можно сделать следующее допущение: хирургический социум пока еще недостаточно осознает то, что прогресс в познании и развитии прежде всего бывает обусловленным на базе интеграции знаний (общественных, технических, математических, философских) в аспекте становления единой науки будущего. Именно этот момент был Causa formalis (формирующей причиной) для наших исследований.

Однозначно при рассмотрении «механизмов» возникновения и решения крупных проблем нужно учитывать два аспекта: во-первых, социально-психологический, а во-вторых, научно-техноэкономический. Они взаимно влияют друг на друга по типу обратных связей. Причем главным всегда является социально-психологический аспект, а между тем без технико-техноэкономического, социально-психологические не обострялись бы. Следовательно, если хирургия хочет саморазвиваться до стадии III ETM, ей нужно осознать также свою социально-психологическую базу и активно решать аксиологические проблемы путем правильной акцентуации научно-техноэкономических следствий хирургических новшеств и нововведений. Сказанное является очередным Differentia specifica хирургии ХХI в.

Именно на этапе НТ-ТП создается идейная база для внутреннего («цементация», «фундаментация», «стержнезация») и внешнего («через философию», «через гуманитарий», «через технику») синтеза наук. В указанном аспекте есть смысл определения внутритеоретических задач современной философии в аспекте «цементации», «фундаментации», «стержнезации» теоретических воззрений, а также пролиферации ее теорий «через философию», «через гуманитарий», «через технику». Однозначно, если хирургия хочет саморазвиваться до стадии III ETM, она должна использовать весь свой объективно-субъективный потенциал для внешнего и внутреннего синтеза. Сказанное и служит Causa materialis (внутренней причиной) для самосовершенствования хирургии ХХI в.

Метаанализ, проведенный нами, свидетельствует о том, что современный хирургический социум действует в эпоху, когда ежегодно наступают кардинальные подвижки в их науке — рождаются новые и сверхновые технологии. То есть не просто новый метод, способ диагноза или оперативного вмешательства, а целые уникальные технологии, обусловленные объективными достижениями информационной индустрии, кибернетики, биотехнологии. В этом аспекте, безусловно, представляет интерес диалектика старого и нового в психике и мышлении хирурга. Однозначно хирургу достаточно непросто успевать работать и осмысливать перемены, которые несут с собой НТ-ТП. В связи с вышесказанным следует отметить, что среди всех философских проблематик современной хирургии, на наш взгляд, самым актуальным является философское осмысление НТ-ТП, его перспектив и тех воздействий, которые он оказывает на хирургическую деятельность и науку. Очевидно то, что узко понятая хирургия — это всегда неопределенность и непредсказуемость. В этом плане призыв Nosce te ipsum! (Познай самого себя!) для хирургического социума является своевременным и назревшим.

Хирургия первых двух десятилетий ХХI в. добилась впечатляющих успехов в области видеоэндоскопической, эндоваскулярной хирургии, эфферентнойя, гравитационной, плазменной, молекулярной, робототехнической хирургии, трансплантации и выращивание органов, тканей, создание искусственных органов и пр.). К сожалению, говорить о том, что эти достижения должным образом осмыслены, не приходится, ибо методологические заблуждения, как оказалось, достаточно часты, а последствия достаточно серьезны. Сказанное является той самой Causa movens (движущей причиной) для самоосмысления хирургии начала ХХI в. В этом плане истекшее последнее десятилетие ХХ в., условно названный информационным, со всей ясностью обнаружило, что хирургия — слишком серьезная специальность, чтобы ею занимались сугубо хирурги. Из него хирурги, бесспорно, вынесли алогичное, казалось бы, убеждение, что логика, математика, информатика, кибернетика и, наконец, методология и философия нужны им в работе также, как и бестеневая лампа операционного зала. Указанные предметы усиливают его «интеллектуально-познавательное зрение».

В свое время, еще на рубеже столетий нашей общей исследовательской целью являлась разработка мезотеорий основных разделов хирургии (диагностика, оценка патологии, принятия решений и социализации хирургической деятельности). Реализация этой цели невозможна была без проведения философско-методологического анализа теорий отличительного распознавания патологии как методологии научного познания; теорий количественной оценки патологии как методологии изучения целостности организма в условиях болезни; теорий оптимального решения как методологии минимизации эмпирического риска и неоправданных потерь в хирургии; теорий социализации хирургической деятельности как методологии удержания хирургии в нравственно-цивилизованных рамках профессиональной деятельности. Именно на основе выявления и изучения сущностных противоречий в них можно заложить методологические основы их мезотеории, призванной адаптировать современные знания к новым мировоззренческим установкам.

Научный поиск (Ашимов И. А.) проходил через освещение логико-методологическую необходимости философского осмысления проблемного поля хирургии начала ХХI в., а также нужно охарактеризовать внутритеоретические задачи философии и хирургии в эпоху НТ-ТП с освещением специфики его влияния на методологию хирургической деятельности, особенности познания и развития современной хирургии; выявить единство и взаимосвязь сущностных противоречий в теоретических конструктах основных разделов хирургии (диагностике, оценке патологии, принятии решений, микросоциологии). При этом необходимо решить следующие задачи: охарактеризовать изменение стиля «диагностического», «клинического», «хирургического» мышления и принципов применения, соответственно, диагностических, врачебно-измерительных и лечебно-операционных технологий, а также специфику и тенденцию их развития в условиях НТ-ТП; реконструировать необходимость разработки нового информационного языка в интраскопии, новых подходов и принципов в диагнозе, нозометрии, оптимального решения, а также нового качества в культуре «диагностического», «клинического», «хирургического» мышления; охарактеризовать морально-гуманистические аспекты современной хирургии, тенденции и динамику изменения нравственных принципов, идеалов и норм в хирургии начала ХХI в., а также реконструировать новое качество аксиологически-ориентационных характеристик и целеполагающей модели современного хирурга в условиях ТП и ЭК.

Построение мезотеории невозможно без анализа характера и специфики проявления и преодоления познавательно-психологического барьера (ППБ) в основных разделах хирургии начала ХХI в. (диагностике, оценке патологии, принятии решений, микросоциологии). Поиск здесь проходит через: изучение эволюции ППБ и способов их преодоления на основании характеристики основных этапов истории развития хирургии, становление и функционирование теории диагноза, нозометрии, оптимального решения и хирургической микросоциологии в ракурсе «детства», «незрелости», «неполной зрелости» и «полной зрелости», соответственно «диагностической», «клинической», «хирургической» мысли и принципов «морального сознания» хирургов; выполнение философско-методологического осмысления результатов преодоления ППБ в основных теориях диагноза, нозометрии, оптимального решения и хирургической микросоциологии, на основании чего заложить новый базис современной хирургии.

Если говорить о подходах и базе исследований (Ашимов И. А.), то следует оговориться о следующем: во-первых, работу следует рассматривать как первый опыт научно-философского исследования в области теоретических вопросов, касающихся диалектики стиля клинического мышления, современной стратегии диагностического поиска, семиотики и прагматики, моделирования патологического процесса, алгоритмизации диагноза, оптимизации выбора решений в условиях критической нехватки информации, времени, сил и средств, а также микросоциологии современной хирургии. Из разработанных вопросов, составляющих содержание большой проблемы, приведенных выше, мы взяли на себя задачу исследовать только некоторые вопросы — наиболее дискуссионные и наименее ясные на современном этапе и в то же время наиболее важные в плане адаптации научных знаний к новым, развивающимся и перспективным мировоззренческим установкам в хирургии. Во-вторых, данная работа представляет собой попытку рассмотреть с точки зрения материалистической философии и методологии основные вопросы проблемной «сверхситуации» в хирургии начала ХХI века: «оптимология и культурология» диагноза, нозометрии, принятия решений; «математизация» и «кибернетизация» хирургии; «аксиология и социализация» хирургии.

Думается, в сложившейся ситуации нельзя ограничиваться ревизией существующих теорий и выработкой лишь средств деятельности. Видимо, нужно формировать элементы нового мировоззрения на базе философско-методологического анализа хирургии начала ХХI в. касательно методологии отличительного распознавания, количественной оценки патологии, минимизации эмпирического риска операций, социализации хирургической деятельности с формированием их мезотеорий. Касательно Causa motivi (мотивационной причины) исследования следует подчеркнуть следующее:

Первое. Наука продвигается вперед прежде всего благодаря новым теоретическим обобщениям (теориям). Безусловно, неопределенность, запутанность, возникающие в научных дисциплинах и будучи в истоках научных проблем и методах их решения, накладывают отпечаток и на само содержание теории. Это особенно характерно для масштабных, поворотных моментов, резко меняющих теоретические воззрения. Именно такая ситуация возникла в хирургии как науке и сфере профессиональной деятельности начала XXI в., когда все явственнее начала ощущаться, образно говоря, «контузия» хирургии и хирургического социума ударной волной НТ-ТП.

Второе. В хирургии всегда и во все времена вопрос сближения теории и практики был «узловым», то есть проблемным. Конечно же, подчеркивая ошибочность мнения о том, что хирургия есть сфера профессиональной деятельности и прикладная наука, считаем нужным заметить: метаанализ, выполненный нами по материалам ВАК бСССР, НАК КР, к сожалению, показал, что научные тематики, разрабатываемые коллективами, центрами, институтами и учреждениями, во многом носят прикладной характер (соотношение прикладной и фундаментальной науки составляет 10:1). Между тем практику неведомы «петли времени», «петли пространства», тогда как теоретик может «летать» и во времени, и в пространстве. Может показаться хирургу-практику, что после интервенции в хирургию математики, информатики, кибернетики и теперь философии они все больше и все чаще перестают понимать хирургию. И это верно, пока они не осознают то, что наступили совсем другие времена и обстоятельства для хирургии и что сообразно этому надо срочно менять образ мышления, позицию, заново осмыслить многие новые нормы, идеалы и принципы в сфере профессиональной деятельности. Сказанное является тем самым Conditio sine gua non (непременное условие) для хирургии начала ХХI в.

Третье. Оценка любой науки и сферы профессиональной деятельности не будет полной без характеристики социально-психологического момента. В указанном аспекте следует подчеркнуть безусловность того, что в настоящее время социализация хирургов, как никогда, осуществляется быстрыми темпами. В этих условиях существует настоятельная необходимость формирования сложных и гибких связей, позволяющих регулировать совместную деятельность во всем разнообразии форм ее проявления. Дальнейшее развитие хирурга в условиях равноправия традиций идет в направлении формирования его как все более сложной по внутреннему миру специалиста и личности;

Четвертое. По мере выделения узкоспециализированных хирургов (абдоминальный, торакальный, сосудистый, сердечный, эндокринный, детский, трансплантационный, пластический, ожоговый и т.д.) общение тоже претерпевает дифференциацию, то есть вырабатываются определенный стиль мышления, характер и виды общения. Создалась такая ситуация, когда хирурги разных специализаций порою недопонимают друг друга. В этом плане общение как объективная необходимость становится неотъемлемым фактором самосовершенствования, саморазвития, самокоррекции и внутренней регуляции взаимоотношений хирургов разного толка и специализаций между собой. При этом, безусловно, степень урегулированности циркулирующих в хирургическом сообществе потоков информации отражает не только уровень его развитости и качественно многообразную деятельность, но и включает ценностно-ориентационные и целеполагающие характеристики общества.

К сожалению, нынешние условия ТП и ЭК, бесспорно, накладывают отпечаток на ценностные ориентации современных хирургов. А между тем, как писал А. Вознесенский: «Все прогрессы — реакционны, если рушится человек». «Человек есть мера всех вещей — сущих, что они суть, не сущих, что они не суть», — писал Сократ. Оптимальное целеполагание, аксиологичность также являются «узловыми» вопросами современной хирургии. Перечисленное и является для хирургического социума и философов тем самым Credo, ut intelligam — верю, чтобы понять!

Несколько слов о предмете, об объекте и о рабочей гипотезе. В первом десятилетии ХХI в., благодаря бурному НТ-ТП, которую мы рассматриваем как Causa efficiens (активная, действующая причина) возникли новые условия развития и познания принципов функционирования науки и теоретических воззрений, идеалов и норм поведения хирургического социума. Предметом нашего исследования являются компоненты НТ-ТП начала ХХI в.: ревизия соответствующих теорий через феномен «математизации», «компьютеризации», «кибернетизации», «биотехнологизации», «технократии»; рассмотрение проблем хирургии через призму «культурологии», «оптимологии», «праксиологии», «синергетики»; осознание новых принципов, идеалов и норм хирургической деятельности через призму «социологии», «аксиологии», «идеометрии», «этометрии». При этом мы придерживались как принципа однородности проблемы, так и принципа спецификации проблемы.

Говоря об однородности проблемы, мы имели в виду, во-первых, изучение специфики влияния НТ-ТП на современную хирургию, а во-вторых, выявление специфики, а также динамики идеалов, норм, принципов и ценностей в хирургии в условиях НТ-ТП. Говоря о спецификации проблемы, мы имели в виду, во-первых, специфику проявления сущностных противоречий в теориях основных разделов хирургии под влиянием НТ-ТП, а во-вторых, специфику преодоления ППБ в них на современном этапе НТ-ТП. Касательно специфики философствования мы нашли целесообразным придерживаться концепции сущностей и концепции ответственности. На наш взгляд, именно они отвечают духу нашего исследования — «многое увидеть как единое».

Конечной целью наших исследований является формирование мезотеории, соответственно диагноза, нозометрии, оптимального решения и социализации хирургической деятельности, а потому исходный тезис: мезотеория — есть ситуационная теория, обусловленная сменой взглядов, идеалов и норм, она — «по-новому» очерчивает проблемное поле философии, расширяет горизонты профессионального и философского мышления, является формой подготовки общественного сознания к новым идеалам, принципам и нормам, служит приводным ремнем от одной («старой») теории к другой («новой»).

В последние годы философская проблематика, вокруг которой ориентируются исследования, связана, прежде всего, с явно обозначенными противоречиями времени, обусловленными ТП и ЭК. Мы переживаем время пересмотра не только научно-методологических, но и социально-нравственных концепций на основе последних достижений информатики, кибернетики, синергетики, психологии и целого ряда других наук. Бесспорно и то, что НТ-ТП — это мировой глобальный процесс, протекающий на сегодняшний момент в разных социальных формах. В частности, в Кыргызстане она протекает в условиях: во-первых, выравнивания традиций — социалистической и капиталистической; во-вторых, социального, нравственного и экономического кризиса. Следовательно, он имеет свои особенности, которые находят и обязательно найдут свое отражение в специфике частных сфер профессиональной деятельности, в том числе и хирургии. В указанном аспекте изучение и, главным образом, осознанное соблюдение «осевого принципа» хирургической деятельности в республике не лишена логики, а также, безусловно, актуально для осмысления здравоохранительной политики страны в целом.

Следует подчеркнуть, что все новое или сверхновое в хирургии начала ХХI в. имеет ряд нерешенных методологических проблем, по большей части носящих познавательно-психологический характер. Сложилась ситуация, при которой возник избыток идей в каком-либо направлении хирургии, когда для разработки всех идей сразу не хватает ученых, призванных обобщить их. И, наоборот, в определенной области хирургии характерны нехватка общих идей, появление избытка ученых. В указанном аспекте существует опасность двоякого рода: во-первых, с самого начала не пропустить новую идею; во-вторых, с самого начала не допустить вульгаризацию либо канонизацию теорий и взглядов. Ясно одно, что любая новая идея, концепция, теория, любой новый принцип, подход, чтобы стать постулатом, должны пройти через процедуру методологического обоснования и философского осмысления. В этом аспекте считаем нужным признать назревшим необходимость не только анализа, но и, что особенно важно, синтеза нового философско-методологического базиса хирургии первых десятилетий ХХI в.

Если говорить о новизне исследования, то надо подчеркнуть следующее: впервые проведен философско-методологический анализ теорий отличительного распознавания патологии как методологии научного познания; теорий количественной оценки патологии как методологии изучения целостности организма в условиях болезни; теорий оптимального решения как методологии минимизации эмпирического риска и неоправданных потерь в хирургии; теорий социализации хирургии как методологии удержания хирургии в нравственно-цивилизованных рамках профессиональной деятельности. В работе последовательно освещена логико-методологическая необходимость философского осмысления проблемного поля современной хирургии, а также охарактеризованы внутритеоретические задачи философии и хирургии в эпоху НТ-ТП с освещением специфики его влияния на методологию хирургической деятельности, особенности познания и развития современной хирургии. При этом впервые выявлены и охарактеризованы в единстве и во взаимосвязи сущностные противоречия в теоретических конструктах основных разделов хирургии начала ХХI в. (диагностике, оценке патологии, принятии решений, микросоциологии). При этом охарактеризованы изменения стиля «диагностического», «клинического», «хирургического» мышления и принципов применения, соответственно диагностических, врачебно-измерительных и лечебно-операционных технологий, а также специфики и тенденции их развития в условиях НТ-ТП.

В работе реконструирована необходимость разработки нового информационного языка в интраскопии, новых подходов и принципов в диагнозе, нозометрии, оптимального решения, а также нового качества в культуре «диагностического», «клинического», «хирургического» мышления; охарактеризованы морально-гумманистические аспекты современной хирургии, тенденции и динамика изменения нравственных принципов, идеалов и норм в хирургии, а также реконструировано новое качество аксиологически-ориентационных характеристик и целеполагающей модели современного хирурга в условиях ТП и ЭК. Помимо того, в работе проанализированы характер и специфика проявления и преодоления ППБ в основных разделах хирургии рубежа ХХ-ХХI вв. (диагностике, оценке патологии, принятии решений, микросоциологии). Они основаны на изучении эволюции ППБ и способов их преодоления на основании характеристики основных этапов истории развития хирургии, становления и функционирования теории диагноза, нозометрии, оптимального решения и хирургической микросоциологии в ракурсе «детства», «незрелости», «неполной зрелости» и «полной зрелости», соответственно «диагностической», «клинической», «хирургической» мысли и принципов «морального сознания» хирургов. Впервые выполнено философско-методологическое осмысление результатов преодоления ППБ в основных теориях диагноза, нозометрии, оптимального решения и хирургической микросоциологии, на основании которого необходимо заложить новый базис современной хирургии.

Основная идея данной работы состоит в том, что проблемное поле современной хирургии предельно деформировано и напряжено. При этом создавщаяся «проблемная сверхситуация» обусловливает необходимость философского и методологического осмысления достижений и коллизий хирургии, а конечная цель — удержать хирургию в нравственно-цивилизованных рамках профессиональной деятельности. Современная хирургия оказалась методически перегруженной, а методологически недогруженной, что является основной специфической чертой познания и реальности в современной хирургии, требующей смещения акцента в сторону повышения общетеоретического уровня и методологической нагруженности ее парадигм. Кроме того, в настоящее время в условиях ТП+ЭК в хирургии сложилась ситуация, когда свободное общество предполагает равные права разных традиций (рациональных, иррациональных), когда проблемы хирургии не всегда решаются хирургами, но и заинтересованными лицами (менеджеры, бизнесмены, коммерсанты, банкиры, политики и пр.) в соответствии с идеями, которые они ценят, и способами, которые они считают подходящими и выгодными для себя. В этих условиях, безусловно, важна предсказуемость ценностной ориентации хирургического социума и целеполагающая характеристика хирургии.

Другим положением, подлежащим обсуждению, как в среде хирургического социума, так и в среде философов, является то, что «техно — техническая дезадаптация», которую следует понимать как диспропорцию между высокими темпами и масштабами внедрения современной техники, новых и сверхновых технологий в хирургию на современном этапе НТ-ТП и существующими, господствующими сегодня мировоззренческими установками, принципами, идеалами, нормами и правилами в хирургии — это состояние, которое следует понимать как результат отсутствия методологической выверки в существующей идеологии хирургической науки, а также как результат методологического принуждения хирургов со стороны таких обстоятельств сегодняшнего мира, как повсеместная бурная технизация и кризис экономических основ.

Следующей идеей является то, что противоречие как завершение отрицания, преобразование старого, включая старое в снятом, преобразованном виде как свой собственный момент, безусловно, существует в теориях диагноза, количественной оценки патологии, принятии решения и социализации хирургов. На современном этапе развития хирургии оно, бесспорно, обострилось, и тому есть множество причин. В этой связи актуальным является проблема характеристики качественного представления о самом движении внутреннего противоречия, а также изучения некоторых возможностей его категориально-системного отображения. Причем своеобразная и глубоко противоречивая ситуация в основных разделах хирургии и составляет логико-психологическую предпосылку и основу очередной мезотеории либо полноценной теории.

В вышеуказанном аспекте любую научную мысль, любую теорию или мезотеорию следует расценивать и понимать как потенциальный и своеобразный внутренний механизм разрешения ситуации. Идеи подкрепляются следующими: во-первых, традиционный диагностический поиск основан на индуктивной логике, когда врач психологически настроен на выявление и обработку максимума информации о больном, тогда как ему нужно перестроить свою психологию на выявление минимума симптомов (но самых главных!) при минимуме исследований (но самых информативных!). Повсеместное и широкое использование в диагностике «думающих машин» предполагает использование высокорезультативного дедуктивного метода вразрез недостаточно эффективного индуктивного метода мышления при постановке диагноза; во-вторых, нынешнее развитие науки и техники позволяет хирургу получить достоверную, надежную информацию о состоянии больного, а имеющийся у хирурга арсенал современных методов позволяет ему выбрать оптимальное решение.

Одна из задач теории оптимального решения и есть перевод стихийной рандомизации на четкую математически выверенную тактику; в-третьих, сегодня в среде хирургического социума возникло несоответствие между реальной и заданной величиной совести с последующим проявлением в условиях ТП+ЭК недостаточности общественных отношений. Возникает угроза стихийного обоснования нравственных принципов, идеалов и норм профессиональной деятельности и стихийной оценки ситуации и выбора линии поведения. Есть настоятельная необходимость соразмерного развития морального сознания и хирурга, и его пациентов, а также активная гуманизация общества с наращиванием «положительного» баланса во взглядах на ценности.

В качестве основных методов в исследовании использованы: во-первых, метод целенаправленного построения систем новых теоретических представлений, синтезированных на совокупности элементов сопоставления «нового» и «старого» в соответствующих теориях; во-вторых, диалектико-логический метод восхождения от абстрактного к теоретически осмысленному конкретному; в-третьих, деятельностный метод с переформулированием исходных данных и конечных требований научно-теоретических задач в той системе новых понятий и представлений; в-четвертых, сравнительно-сопоставительный метод на базе различия и общности фундаментальных законов диалектики применительно к предмету исследования; в-пятых, методы моделирования теоретически прогнозируемых или вероятностных ситуаций; в-шестых, метод реконструкции и деконструкции без вмешательства исследований; в-седьмых, метод пропедевтического и контрольного анкетирования, типологизация (исторический аспект) и классификация (логический аспект) теоретико-прикладных фактов; в-восьмых, метод шкалирования, оценки силы влияния факторов риска, рангового распределения признаков, видеометрии, морфометрии, построение алгоритмов и доверительных интервалов.

Настоящая работа опирается, во-первых, на работы, которые составляют методологическую основу исследования, в частности, касающегося разработки вопросов теории диагноза, информации, патологии, вероятностей, оптимальных решений, статистики, деловых игр, регулирования, функциональной активности, автоматики, нозометрии, а также общей теории систем, теории автоматов и пр.; во-вторых, на работы, которые составляют идейно-теоретическую базу исследования в абстрактном и конкретном значении (идеи, схемы, умозаключения, модели, тезисы, доводы, гипотезы, концепции и пр.); в-третьих, работы, которые составляют основу исследования в научно-прикладном значении (работы по обоснованию диагностической техники, методов исследования с помощью новых технологий, оценки диагностических и лечебных их возможностей, моделирования процесса, семиологических исследований и пр.).

Одним из основных методических процедур исследования был метаанализ (анализ анализов), когда из банков данных собирается максимально возможное число уже сделанных кем-то исследований по изучаемой проблеме и проводится их суммарная обработка. Подобное исследование нами выполнено по материалам НАК КР. Естественно, использовались и методы эмпирических исследований (наблюдение, фронтальные и индивидуальные беседы и обсуждения не только с хирургической профессурой, научными работниками, но и с практическими хирургами и врачами других специальностей и пр.).

Идеи, подходы, итоги и выводы представляют определенную ценность для философии и методологии наук, техники, познания, психологии научного творчества, истории медицины. Разработанные мезотеории диагноза, нозометрии и оптимальных решений могут быть использованы в разработке методологической проблематики теоретической медицины, философии и методологии медико-социальных наук и в целом для формирования общей теории современного научного знания, диалектики и теории познания. Результаты работы в указанном аспекте могут найти применение в работе методологических, проблемно-поисковых семинаров по диалектике и теории познания, по проблематике влияния НТ-ТП на специфику частных наук, философии науки и техники.

Единая диалектика разных процессов — мышления, психологии познания, стратегии научного поиска и профессиональной деятельности, адаптации и дезадаптации хирургического социума, нового видения внутренних противоречий в основных теориях и составляет предмет настоящего исследования. В работе, именно, как компонент «адаптивно-адаптирующей системы», хирургия со своими многочисленными проблемами является предметом философского осмысления. По крайней мере, малопонятно то, что до сих пор хирургия, ее поразительные достижения, новшества и нововведения не явились парадигмой для философии. А между тем именно философия несет ответственность за качество наук, их мировоззренческий мониторинг по выбору приоритетов.

Именно философия как «наука наук» должна оценивать эффективность развития наук, определить уровень развития, проследить динамику изменения тенденций и направлений, оценить и прогнозировать интенсивность развития или затухания тех или иных научных направлений. Именно философия должна оценивать проникновение новых концепций, идей и методов в различные области знаний, в том числе и в хирургию. В этом аспекте, значимость работы и заключается в жизненном выражении взаимосвязи философии и конкретной науки, проникновении и совершенствовании философского, общенаучного уровня методологии. Опыт познания свидетельствует о том, что эмансипация специальных наук от философии, по сути, неправильная тенденция, ибо доказано, что если внутри науки в какой-то момент возникает необходимость заново переосмыслить некоторые фундаментальные понятия с обязательным достижением более глубокого осознания их, то это надо осуществлять только с помощью философского анализа.

ЧАСТЬ I. КРИЗИС АНАЛИЗА, ПОЗНАНИЯ, ОЦЕНКИ И НЕОБХОДИМОСТЬ ФИЛОСОФИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ СОВРЕМЕННОЙ МЕДИЦИНЫ

ГЛАВА I. ВНУТРИТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРЕДЕЛЫ И ЗАДАЧИ ФИЛОСОФИИ МЕДИЦИНЫ

Приступая к изложению проблемной «сверхситуации» в современной хирургии и внутритеоретических задач современной философии, ориентированных на разрешение этой проблемы, хотелось бы подчеркнуть, что философское осмысление действительности во всем ее многообразии невозможно вне скрупулезного, методически выдержанного, научного исследования. А это предполагает не только использование соответствующей научной методологии, но и тесное содружество философов и конкретных специалистов. В указанном аспекте взаимоотношения философии и хирургии рассмотрены нами в контексте взаимосвязи философии и наук; специфики наук. Что же побуждает хирургический социум искать ответы на свои вопросы в философском дискурсе? Ответ на этот вопрос мы искали в рассуждениях о месте философии в мире, о ее роли в познании действительности, о необходимости рационализации мышления как главного, универсального инструмента познания.

Следует подчеркнуть, что с учетом того, что данная глава по большей части является предпосылочной для всей работы в целом, следуя методологическому правилу, мы старались при анализе и рассуждениях соблюдать как закон однородности проблемы, так и их спецификации. Ещё Платон (427—347 до н.э.), Кант (1724—1804) при выборе метода философствования советовали руководствоваться законом однородности, что, по их мнению, означает выявление сходства вещей, процессов, явлений и их соответствие друг другу, а также законом спецификации, означающим строгие различия вещей, процессов и явлений, объединенные общими понятиями. Говоря об однородности проблемы настоящего рассмотрения, мы, имели в виду изучение специфики влияния НТ-ТП на современную хирургию; выявление специфики, а также динамики идеалов, норм, принципов и ценностей в хирургии в условиях НТ-ТП. Говоря о спецификации проблемы, мы имели в виду специфику проявления сущностных противоречий в теориях основных разделов хирургии (диагностика, оценка патологии, принятие решения, микросоциология) под влиянием НТ-ТП; специфику преодоления ППБ в них на современном этапе НТ-ТП.

Касательно специфики философствования мы нашли целесообразным придерживаться концепции сущностей и концепции ответственности [Л. Фейербах]. На наш взгляд, именно они отвечают духу нашего исследования — «многое увидеть как единое». А. Пуанкаре писал: «Проблема не в том, каков ответ, проблема в том, каков вопрос». Высказывание автора подчеркивает, что осмысленность и точность вопроса — есть важный момент правильного и четкого мышления. Х.Г.Гадамер (1900—1986) говорил: «Кто хочет мыслить, должен спрашивать. Ожидание ответа уже предполагает, что спрашивающий затронут преданием и слышит его зов». В указанном аспекте хотелось бы отметить, что вопрос как высказывание, фиксирующее неизвестные и подлежащие выяснению элементы какой-либо ситуации или задачи, имеет две стороны: проблематическую; ассерторическую (характеристика предмета, выделение нечто, существование чего подразумевается в нем и признаки чего пока неизвестны, а также очерчивание класса возможных значений неизвестного) [И.Т.Фролов и др.]. Ассерторическая сторона вопроса, в нашей работе, выступает на первый план, приобретая самостоятельный смысл — риторический, провокационный, предполагающий, направляющий. В этом плане мы много и часто вопрошаем, и это имеет свой специфический смысл.

Какова динамика идеалов, норм, принципов и ценностей хирургии во времени? Что определяет эту динамику и какова связь времен? Каковы ближайшие прогнозы развития хирургии? Что ожидать и к чему готовиться хирургическому социуму? Следуя методу философствования Ж. Деррида (1930—1998) — методу деконструкции, суть которого «чтобы нечто понимать, надо различать: в настоящем есть и прошлое, и будущее» [В.А.Канке], мы полагаем, что наши намерения — это попытка, хотя бы частично, ответить на указанные выше вопросы. В свое время А.Д.Тойнби (1889—1975) выделил и описал 21 цивилизацию, которую можно разделить на два класса: традиционные; техногенные. Если традиционные характеризуются замедленными темпами социальных изменений, замедленным прогрессом вида деятельности, их средств и целей, соответственно приоритет отдается традициям, образцам и нормам прошлого, то в техногенные — ускоренными темпами прогресса и социальных изменений, а резервы роста черпаются за счет перестройки оснований, формирования принципиально новых возможностей и возникновении новой системы ценностей [Х. Байнхауэр, Э. Шмакке и др.]. Во все времена существования техногенная цивилизация всегда была динамичной, подвижной и агрессивной (она подавляла, подчиняла, переворачивала, поглощала традиционные общества, как правило, приводила к гибели последних, к уничтожению традиций [В.П.Алексеев, Кууси Пека и др.], самобытных целостностей, к их трансформации, резко меняя смысложизненные установки, заменяя их новыми мировоззренческими доминантами [П.В.Сорокин и др]. В этом плане, характеризуя нынешнюю техногенную цивилизацию, можно смело добавить, что она сверхдинамична, сверхподвижна, сверхагрессивна. Она кардинально меняет свои основания, активно генерируя новые идеи, принципы, концепции, ценности, которые задают принципиально иной вектор человеческой активности в третьем тысячелетии человечества [В.С.Степин и др.]. На этом основании условно можно называть нынешнюю цивилизацию «сверхтехногенной».

ХХ в. не без основания называли столетием великого кризиса (О. Шпенглер (1880—1936), Н.А.Бердяев (1874—1948), Л. Витгенштейн (1889—1951), Э. Гуссерль (1859—1938),Р. Карнап (1891—1970), Б. Рассель (1872—1970), Н. Бор (1885—1962) и др.), ибо для него была характерна эсхатологичность массового сознания, как предощущение кардинальной подвижки в базисе деятельности и мышлении человека [В.П.Алексеев, Н.А.Бердяев и др.]. В философии начала ХХI в. возникло определение «pre-millennial tension» («предтысячелетнее напряжение») — деформация и напряжение проблемных полей различных сфер деятельности человека, появление «сверхситуаций» в них [В.А.Канке]. Одну из таких состояний человечество пережило недавно в связи с известной «проблемой 2000 года», когда цивилизация находилась в состоянии оцепенения и массового страха ожидания глобального компьютерного сбоя. Ввиду того, что медицина — одна из древнейших культур и сфер практической деятельности, вызывает определенный интерес ее связь с этапами цивилизации для методологически правильной оценки не только ее состояния в настоящем и для прогнозирования будущего, а также для характеристики эволюции хирургии как ее составляющей. Существуют ли закономерности развития цивилизаций и медицинской науки? Какова стратегия развития медицинских наук в различные эпохи развития цивилизации?

Развитие цивилизации происходит по-разному: от условной линейности до условно беспорядочного, внешне хаотического развития. Нами выявлены следующие закономерности в развитии цивилизации и медицинской науки: в Средние века траектория развития цивилизации и медицинской науки представляет чередование периодов «нормальной» науки (а, б, в, г, д…) и периодов упадка (а₁,б₁,в₁,г₁,д₁…), обусловленных влиянием религии (h1, h3, h5, h7…., — уровень упадка науки, h2, h4, h6, h8…. — уровень подъема (прогресса) науки). При этом заметно, что с течением времени период «нормальной» науки имеет тенденцию к удлинению (а> б> в> г> д> …), а период упадка науки, наоборот, к уменьшению (а1 <б1 <в1 <г1 <д1 <….). Причем смена упадка периодом нормального развития медицинской науки с течением времени и с каждым разом сопровождается все более высоким подъемом в сравнении с предыдущими этапами (h1 <h2, h3 <h4, h5 <h6, h7 <h8,…). В целом общая траектория приобретает все более крутую форму. Таким образом, в результате повышения уровня теоретических знаний и ослабления влияния религии создавались условия для более высокого темпа прогресса медицинской науки.

В Новое время траектория развития науки представляла собой чередование периодов «нормальной» науки (а, б, в, г, д…) и периодов «скачка», обусловленных научными, научно-техническими революциями. При этом заметно, что с течением времени период «нормальной» науки имеет тенденцию к уменьшению (а> б> в> г> д> …), то есть интервал между «скачками» укорачивается. Причем, уровень «скачка» науки с течением времени и с каждым разом становится все более заметным, значительным в сравнении с предыдущими этапами (h1 <h2 <h3 <h4 <h5 <h6 <h7 <h8,…). В целом общая траектория приобретает еще более крутую форму, чем таковая в Средние века. Таким образом, в результате прогрессивного роста уровня теоретических знаний, интеграции различных наук создавались условия для «скачкообразного» прогресса медицинской науки.

В Новейшее время развитие медицинской науки приобретает беспорядочную, внешне хаотическую форму. Невозможно проследить какую-либо четко выраженную закономерность, а каждый крутой зигзаг обусловливает появление кардинально новых направлений в ее развитии. Можно заметить скачкообразный переход в новое качество, на более высокий уровень существования либо, наоборот, резкую «депрессию» траектории развития, обусловленную прежде всего оторванностью технологических достижений от философского и методологического осмысления их результатов (влияние ТП, ЭК). В этих условиях возникает ситуация двоякого рода: новое направление науки в силу опасности реализации их результатов для человечества преднамеренно сдерживают (создание оружия массового уничтожения, методика клонирования человека и пр.; новое направление, еще полностью не оформившееся, уже приобретает «синтетическую» форму, интегрируясь в другие направления (бионика, биокинематика, нанотехнология, роботохирургия и пр.). Такой резкий, качественный зигзагообразный «скачок-переход» сопровождается, как правило, кризисом, охватывающим и общество, и природу в целом, что, по сути, мы и наблюдаем на рубеже второго и третьего тысячелетий нынешней цивилизации.

История цивилизаций свидетельствует о том, что каждый переход этапа из одного уровня в другой сопровождается кризисом [Б. Коммонер], который завершается научным, научно-техническим, научно-технико-технологическим и, наконец, научно обоснованным мировоззренческим прорывом [К.Н.Любутин]. Причём чем больше продолжительность этапа, тем более глобальны перемены на его переломе. В настоящее время человечество на рубеже второго и третьего тысячелетий переживает время и действие одновременно трёх этапов разного порядка, а потому можно ожидать, что перемены предстоят наиболее кардинальные, глобальные [А.Л.Никифоров]. В этой связи, философы и нефилософы задаются вопросом: знаем ли мы свой мир, в котором живем сегодня? Каковы его характерные черты, сближающие или отличающие его от других эпох? Какова возможность узнать о своем ближайшем будущем?

Общеизвестно, что научно обоснованное мировоззрение не может возникнуть до тех пор, пока не появится в обществе потребности в нем [И. Пригожин]. Состояние нынешней медицины и хирургии в том числе, уровень познания в хирургии, явные пробелы в них к началу ХХI века свидетельствуют, что такая потребность возникла и связана она прежде всего с НТ-ТП, в результате которого изменились взгляды на ценности, идеалы, принципы и нормы. Надо заметить безусловность того, что каждая из них должна быть конструирована в своем праве, что означает: быть признанным в своих особых влияниях на текущий момент, в своей неустранимости для мировоззрения; быть удержанным в своих границах. Конечная же цель –удержать хирургию в нравственно-цивилизованных рамках профессиональной деятельности. Именно это проблемное поле медицины и хирургии в отдельные эпохи становилось предельно деформированным и напряженным.

Как это было высказано во введении, хирургия даже первого десятилетия ХХI в. выглядит эмпирично-прикладной. Рассуждая в этом ключе, хотелось бы подчеркнуть, что все многообразие научных методов познания можно условно разделить на три категории: всеобщий, диалектико-материалистический; общие (анализ и синтез, индукция и дедукция, историческое и логическое, обобщение и абстрагирование, гипотеза, эксперимент, аналогия, моделирование, формализация, аксиоматические методы); частные (методики) [П.А.Рачков, Ю.А.Петров и др.]. Процесс исследования может быть успешным только в том случае, когда в сложном, противоречивом процессе познания все вышеприведенные методы познания применяются в теоретических исследованиях в неразрывном диалектическом единстве [Г.И.Ракитов, Э.Ю.Соловьев и др.]. К сожалению, именно этот момент является наиболее слабым звеном в теоретических исследованиях хирургии как науки и сферы профессиональной деятельности. Ситуация такова, что хирургия начала ХХI в. оказывается методически перегруженной, а методологически недогруженной. А между тем речь идет о глубоко эшелонированной хирургии третьего тысячелетия человечества. Даже сугубо психологически специалисты будут ориентироваться на уровень развития хирургии первого десятилетия XXI века. Существуют ли ограничения в выборе путей развития хирургии? Существует ли предел развития хирургии? Какова функция философии для осознания этих вопросов? Каковы ее внутритеоретические задачи, ориентированные на хирургию?

В.А.Канке пишет: «Философия — это обостренно совестливое отношение человека к окружающему его миру». «Философия — это поиск и нахождение человеком ответа на главные вопросы своего бытия». «Философия выявляет и вырабатывает смыслы человеческих деяний, поступков, формирует стратегические цели, она стремится к логической аргументированности и обоснованности». «Философия сознательно выступает против засилья легкомыслия, отказа от всестороннего анализа состоятельности намечаемых планов практических действий и столь же основательного рассмотрения последствий уже сделанного. Практичность философии состоит в ее этической направленности, в моральности». Основными функциями философии являются: синтез знаний и создание единой картины мира, соответствующей определенному уровню развития науки, культуры и исторического опыта; обоснование, оправдание и анализ мировоззрения; разработка общей методологии познания и деятельности человека в окружающем мире. В.Ф.Шаповалов пишет: «Философия есть стремление к всеохватности и единству. И если другие науки делают предметом изучения какой-то отдельный срез реальности, то философия стремится охватить всю реальность в ее единстве. Реальность мира как целого — таково содержание философии».

По признанию многих ученых и мыслителей от медицины, хирургия — это не только наука и сфера профессиональной деятельности, но и искусство [Н.И.Пирогов, С.С.Юдин, В.В.Кованов, Н.М.Амосов и др.]. Следовательно, точек приложения философии и хирургии более чем достаточно. В этом плане особый интерес вызывает рассмотрение взаимосвязи философии и хирургии в контексте общемировой тенденции сближения философии и науки, философии и искусства, философии и практики. Преждевсего что сближает или отличает философию и науку? Сближают общие идеалы: доказательность; систематичность; проверяемость высказываний. Отличаются они тем, что в отличие от конкретной науки философия никогда не дистанцируется от какой-либо сферы бытия человека или явления [В.И.Вернадский, Г.С.Батищев, С.П.Капица и др.]. Если в свое время ядерная физика могла дистанцироваться от вопроса последствий изобретения ядерного оружия массового поражения, а сегодняшняя медицинская генетика, вероятно, сможет дистанцироваться от последствий массового клонирования людей, то философия не сможет этого сделать. Может ли философия дистанцироваться от тенденции дегуманизации медицины и хирургии в этом контексте? Если учесть, что хирургия как сам