автордың кітабын онлайн тегін оқу  Антология преступлений. Маньяк-семиклассник, садист из реалити-шоу, убийца-астронавт и еще 77 самых кошмарных злодеев в истории

Анастасия Егорова

Ангарский чистильщик

В девяностых годах прошлого века сибирский город Ангарск был местом весьма специфическим. Расположенный в Иркутской области, густо усеянной колониями, он становился второй родиной для бывших уголовников и рецидивистов. Криминальная обстановка в Ангарске была напряженной, и обнаруженные в окрестных лесах несколько женских трупов списали на бандитские разборки. О том, что в городе появился серийный убийца, начали говорить, лишь когда число жертв перевалило за второй десяток.

Михаила Викторовича Попкова, занимавшего в УВД города должность помощника оперативного дежурного, коллеги называли за широкую улыбку Мишей Гуинпленом[2]. Мужчина отличался легким характером и доброжелательностью, всегда был готов прийти на помощь товарищам.

Попкова знали как хорошего семьянина, спортсмена и человека, который никогда не увиливал от общественной работы. Его супруга Елена тоже работала в УВД, в адресно-справочном бюро, и была на хорошем счету у начальства. Попковы воспитывали дочь – умницу и отличницу. Иными словами, Михаил был ответственным сотрудником и примерным гражданином.

Но внешнее благополучие семьи было иллюзорным. Елена изменяла своему мужу, и он об этом знал. Мужчина неоднократно планировал убить супругу – ему, младшему лейтенанту милиции, было бы просто замести следы, но он вспоминал о дочке и отказывался от своей идеи. Попков возненавидел женщин, и особенно тех, кто изменял своим мужьям. На долгие годы маньяк превратился в кошмар Ангарска и головную боль правоохранителей.

Охота серийного убийцы Попкова всегда проходила по одному и тому же отработанному сценарию. Вечером или ночью милиционер колесил на своей «Ниве» по улицам города, высматривая подвыпивших женщин. Он останавливался возле жертвы и предлагал подвезти ее до дома. Улыбчивый, вежливый милиционер в форме вызывал доверие – мало кто отказывался от предложения. По дороге Михаил намекал попутчице на продолжение знакомства в интимной обстановке. Согласие оборачивалось для женщины смертным приговором. В случае отказа Попков отпускал спутницу и продолжал свой поиск.

Со своими жертвами маньяк расправлялся со звериной жестокостью. Он насиловал, а затем убивал ножом, отверткой или небольшим топориком. Количество и сила ударов, которые милиционер наносил со знанием дела, практически не оставляли несчастным ни единого шанса.

Однажды от рук маньяка погибла трезвая женщина, случайно оказавшаяся в позднее время на улице. Она единственная из всех не была изнасилована – Попков задушил ее шарфом и несколько раз ударил ножом в грудь и шею. Позднее эту жертву убийца равнодушно назовет «технической ошибкой» и «издержкой».

Ангарск сковал страх. Скоро стало очевидно, что милиция бессильна перед маньяком, так как тот не только умело заметал следы, но и обладал невероятным везением. Две жертвы, чудом оставшиеся в живых, не смогли описать убийцу: они получили тяжелые черепно-мозговые травмы, а кроме того были сильно напуганы во время нападения. Не помогли и образцы спермы, взятые с тела одной из женщин.

Попков принимал непосредственное участие в расследовании с 1994 года (когда совершил первое нападение) вплоть до своего увольнения. Весной 1999 года он сильно избил одного из задержанных – переломал ребра пьяному дебоширу, пытаясь его «успокоить». Избитый оказался родственником одного из сотрудников, против Попкова возбудили уголовное дело о превышении должностных полномочий. Ему удалось отделаться выговором. Вкоре после инцидента он уволился из органов. По одной версии, из-за случая с избиением, по другой, просто хотел получать пенсию.

После увольнения он занимался частным извозом, копал могилы на кладбище, работал охранником, перегонял японские автомобили. В одном бывший милиционер сохранял постоянство – он продолжал убивать.

Полтора года беспомощной возни по делу ангарского маньяка привели к тому, что следственную группу расформировали и создали новую, во главе с опытным и энергичным следователем транспортной прокуратуры Николаем Китаевым. В УВД области на нового руководителя возлагали большие надежды, ведь Китаев сыграл весомую роль в расследовании дела другого маньяка – Василия Кулика, орудовавшего в 80-х годах в Иркутске.

Китаев сразу обратил внимание, что почти у всех жертв есть общие черты – это были молодые женщины 18–28 лет, среднего роста (155–170 см) и склонные к полноте. Все трупы были обнаружены за пределами города, возле небольших проселочных дорог, но недалеко от крупных автострад, таких как Сибирский тракт или объездное шоссе Красноярск – Иркутск. Это говорило о том, что у убийцы есть автомобиль и он хорошо знает окрестности.

В материалах дела, датированных 1998 годом, Китаев нашел важную информацию, которой в свое время халатно пренебрегли. 28 января 1998 года возле города Байкальска в бессознательном состоянии нашли семнадцатилетнюю девушку, которую изнасиловали, зверски избили и оставили в снегу. Мать пострадавшей только к лету смогла добиться, чтобы по факту нападения на ее дочь было возбуждено уголовное дело. Из показаний пострадавшей выяснилось, что 27 января она села в милицейский уазик, владелец которого, улыбчивый милиционер, предложил ее подвезти.

Но вместо дома новый знакомый отвез ее в лес, вытащил из машины и начал бить головой о дерево. Девушка очнулась в морге – наткнувшиеся на нее сотрудники милиции решили, что она мертва. Потерпевшая снова потеряла сознание и во второй раз пришла в себя уже в больничной палате, куда ее доставили с черепно-мозговой травмой и обморожением. Повреждения мозга были настолько серьезными, что она несколько недель не ориентировалась во времени и пространстве, а когда начала давать показания, то озвучивала совершенно противоположные версии случившегося.

Николай Китаев был возмущен халатностью следователей, которую они допустили два года назад.

Он выяснил, что все опознания и допросы проводились формально, с нарушениями процедуры, а информация, полученная от пострадавшей, никого не интересовала:

«Мы могли найти его [маньяка – Прим. ред.] тогда за полгода. У нас уже был список подозреваемых, в котором фигурировали фамилии семи милиционеров, причем из этого списка можно было сразу исключить следователей и оперативников».

Помощнику прокурора Китаеву оставалось лишь «раскрутить» дело, но в 2000 году транспортную прокуратору ликвидировали. Следователь вышел в отставку, а расследование было приостановлено. Тем временем нападения в Ангарске продолжались.

Следующая попытка найти маньяка, продолжавшего убивать, была предпринята только в 2002 году. Тогда была создана новая оперативная «маньячная» группа, которую возглавили следователь Генпрокуратуры по особо важным делам Евгений Костарев и старший уполномоченный МВД полковник Сергей Державин.

По их настоянию была проведена генетическая экспертиза, раскрывшая генотип убийцы. Ее можно было сделать и раньше, но до 2008 года технически такое исследование было доступно только в Москве, и одна проба стоила около 10 тысяч долларов. Позднее правоохранители оправдывались, что если бы экспертиза была доступнее, то Попкова могли бы поймать гораздо раньше.

Сам Миша Гуинплен давно уже находился под подозрением, но улик против него не было. У следователей была группа крови убийцы, установленная по образцу спермы, – третья положительная. Кроме этого, девушка, в 1998 году опознавшая старшего сержанта как убийцу, описала машину маньяка. Судя по ее описанию, речь шла о «Ниве». Это подтвержали и следы автомобильных покрышек, оставленные рядом с телами жертв. Очевидно, что Михаила Попкова должны были проверить в первую очередь. Но вместо этого следователи в 2009 году инициировали генетическую экспертизу для владельцев «Нив» из Ангарска, имеющих третью группу крови.

Так как экспертиза проводилась в алфавитном порядке и была небыстрой, до Попкова добрались лишь спустя три года – в марте 2012 года. Биологический материал убийцы совпал с генотипом подозреваемого.

Для Попкова арест был полной неожиданностью – он был уверен, что его никогда не найдут. Ангарский маньяк сознался в 81 убийстве. Следствию удалось доказать из них 78, причем одна жертва была сотрудницей милиции. Еще три жертвы чудом выжили после встречи с маньяком. Попков оказался «продуктивнее» Чикатило, на счету которого было 56 доказанных жертв.

Психиатрическая экспертиза признала Попкова полностью вменяемым, что лишило его шанса попасть в спецбольницу. У преступника диагностировали гомицидоманию (непреодолимую тягу к убийствам) с садистическими элементами. Материалы уголовного дела составили 195 томов. По делу было проведено более 300 судебно-медицинских и криминалистических экспертиз, свыше 2,5 тысяч генетических исследований, допрошено более 2 тысяч свидетелей.

14 января 2015 года Иркутский областной суд признал его виновным в совершении 22 убийств и 2 покушений на убийство и приговорил к пожизненному лишению свободы.

10 декабря 2018 года Попкова судили снова и приговорили ко второму пожизненному сроку. Преступника лишили звания младшего лейтенанта милиции, благодаря которому он, даже сидя в тюрьме, получал от государства пенсию. Убийца имел наглость опротестовать решение суда и настаивал, что заслужил эти выплаты. Также он обжаловал приговор по нескольким первым убийствам, по которым вышел срок давности.

С декабря 2018 года Михаил Попков отбывал наказание в «Черном дельфине» в Соль-Илецке Оренбургской области. В 2020 году Михаил Попков был этапирован в СИЗО № 1 Иркутска, после того как он сознался в убийствах еще двух женщин. Приговором Иркутского областного суда от 4 июня 2021 года он был осуждён на 9 лет лишения свободы, а с учетом ранее вынесенных приговоров – к пожизненному лишению свободы.

В январе 2023 года СМИ сообщили, что Попков сознался еще в двух убийствах женщин в Иркутской области в конце 1990-х годов, написав явки с повинной. В июле расследование по трем новым эпизодам убийств (включая те два, в которых убийца признался сам) было завершено – Попков был осужден еще на 10 лет лишения свободы. Это был уже четвертый по счету приговор.

Жертвами маньяка стали 86 человек, в том числе и коллега-милиционер, убитый им в 1999 году.

Ангельское личико

В детстве мать называла Шона Винсента Гиллиса «малышом с ангельским личиком» и даже не подозревала, что ее ребенок превратится в монстра-убийцу и маньяка.

За десять лет, с 1994 по 2004 год, этот «ангелок» убил и изнасиловал в штате Луизиана восемь женщин.

Преступник был очень осторожным и попался только благодаря достижениям современной науки.

Шон Винсент Гиллис появился на свет в 1962 году в городе штата Луизиана Батон-Руж. Его отец сбежал из семьи сразу после рождения сына – мальчика воспитывала мать Ивонн и бабушка с дедушкой.

Шон рос в неполной, но благополучной семье: Ивонн работала на телевидении и полностью обеспечивала сына. Юный Гиллис не проявлял криминальных наклонностей, ограничиваясь довольно безобидными и типичными для американских подростков правонарушениями. На счету Шона были штрафы за превышение скорости, один арест за хранение марихуаны и административное дело за неуважение к суду. Со сверстниками Шон Гиллис легко находил общий язык, в школе учился хорошо и не доставлял старшим особых хлопот.

Повзрослев, он остался жить в доме матери, всячески его опекавшей. Только после тридцати Гиллис смог наконец вырваться из-под маминого крыла. В 1994 году мужчина начал жить с девушкой по имени Терри Лемоан, с которой будет неразлучен до самого ареста в 2004 году.

Всего через два месяца после ухода из дома Шон Гиллис совершил свое первое убийство. Серия смертей началась с 81-летней Энн Брайан. Маньяк перерезал женщине горло и нанес 50 колотых ножевых ран.

Позднее Гиллис рассказал следователям, что не хотел убивать старушку, а лишь планировал ее изнасиловать, но та стала звать на помощь и яростно отбиваться, что «заставило» Шона прибегнуть к радикальным мерам. Энн стала самой пожилой жертвой серийного убийцы: после нее он расправился еще с семью женщинами в возрасте от 29 до 52 лет.

До сих пор не удалось выяснить, почему парень с «ангельским личиком» превратился в безжалостного маньяка. Судебные психиатры считают, что толчком стало расставание с матерью.

Ивонн оплачивала все счета Шона, кормила и одевала сына, предоставляла ему деньги на расходы. Редкие и вялые попытки мужчины начать самостоятельно зарабатывать заканчивались неудачами, но это только радовало мать, которая не желала расставаться с любимым отпрыском.

Но в 1992 году Ивонн Гиллис получила выгодное предложение от крупной телерадиокомпании из Атланты и уехала за 700 км от Батон-Руж. Шон категорически отказался покидать родной дом и остался без присмотра, если так можно сказать о взрослом физически здоровом мужчине. Видимо, в пустом мамином доме у Гиллиса окончательно поехала крыша, и он люто возненавидел женщин, которые чем-то походили на его мать.

Все жертвы маньяка были (или выглядели) старше его, а еще отличались деятельной, как у Ивонн, натурой. Как, например, третья по счету жертва маньяка – 52-летняя Харди Шмидт. На эту женщину Гиллис обратил внимание потому, что она каждое утро совершала пробежку и выглядела энергичной и властной. Маньяк почти месяц наблюдал за Харди, пока не напал 30 мая 1999 года. В тот день Шмидт была изнасилована и убита, после чего Гиллис затаился на целых пять лет.

Насиловавший и кромсавший ножом своих жертв психопат после ужасных преступлений приходил домой, а его гражданская жена Терри даже не подозревала, с кем вот уже десять лет делит кров и постель.

После перерыва Гиллис, почувствовав себя неуловимым, продолжил убийства и не останавливался уже до самого разоблачения.

Официально на счету Шона Гиллиса восемь жертв, но эта цифра до сих пор под сомнением. Совершая нападения, Шон Гиллис был крайне осторожным и старался не оставлять улик. Но однажды все-таки допустил оплошность: полиция нашла возле очередной жертвы его волос. В 90-х годах такая находка ничего бы не решила, но в 2000-х, когда эксперты получили возможность делать ДНК-анализ, все было иначе.

Возле зверски убитой 43-летней Донны Джонстон полиция нашла не только волос, но и следы шин. Оказалось, что это очень редкая в США серия покрышек Goodyear, снятая с производства всего через три года после появления на рынке. Отыскать в 300-тысячном Батон-Руже владельцев уникальной резины было несложно: в автомагазинах были данные всех покупателей. Таким образом, в руках правоохранителей оказался список из нескольких сотен горожан обоих полов, из которого сразу исключили женщин. Осталось найти среди оставшихся двух сотен парней владельца волоса при помощи анализа ДНК, и преступление было раскрыто.

Шона Гиллиса арестовали в присутствии ошеломленной подружки прямо в доме матери, где он жил с самого рождения. В подвале полиция нашла тайник, в котором маньяк хранил вещи, взятые «на память» у своих жертв, вырезки из газет и даже сделанные им фотографии убитых. Эта находка позволила сразу же получить неопровержимые доказательства трех из восьми убийств, в которых подозревали Гиллиса. Улик было достаточно, чтобы суд Луизианы приговорил Шона Гиллиса к пожизненному заключению.

Позднее, видя, что терять ему нечего, маньяк признался еще в пяти убийствах. Сейчас парню с «ангельским личиком» почти 60 лет, и он по-прежнему «постоялец» государственной тюрьмы строгого режима Луизианы. Следователи считают, что ставить крест на деле Гиллиса рано, а сам он не прочь «потрепаться» и задать очередную работу полиции. Он постоянно намекает на то, что нападений было гораздо больше. Это обычная тактика «пожизненников», которые пытаются разнообразить свою бессмысленную и серую жизнь допросами, опознаниями и выездами на места преступлений. Тем не менее полиция Луизианы не исключает, что следствию известно далеко не все.

Банда «живых покойников»

Весной 1920 года несколько питерских милиционеров в штатском прогуливались по темным закоулкам Петрограда. Наконец они увидели тех, кого долго искали: их окружили странные фигуры в белых саванах и колпаках, передвигающиеся огромными прыжками, окружили якобы «зазевавшихся» прохожих. Правда, на этот раз «жертвы» не начали как обычно убегать от «мертвецов», а наставили на преступников оружие.

Так была арестована преступная группировка, около двух лет терроризировавшая жителей Петрограда. Страх, который внушали ужасные «Попрыгунчики», был так велик, что отголоски его живы и по сей день – образ банды «живых покойников» ярко отражен в городском фольклоре, литературе и кинематографе.

Неспокойные послереволюционные годы стали временем раздолья для жуликов, мошенников и воров всех рангов. Преступники изощрялись как могли. Однако то, что придумал уголовник Ванька Живой труп, он же Иван Бальгаузен, превзошло все, что можно было бы ожидать от обычных грабителей.

Вдохновившись историями о Джеке-Прыгуне[3], он предложил своим подельникам нарядиться во время ограбления покойниками, а чтобы еще сильнее запугать жертв, подняться на ходули или придумать какое-нибудь устройство для прыжков.

Приятель Бальгаузена, жестянщик Демидов, взялся изготовить сильные пружины, которые можно было прикрепить к обуви. Белые саваны шила подруга главаря Мария Полевая по кличке Манька Соленая. Костюмы привидений дополнили страшными масками, покрытыми фосфором.

Потренировавшись немного, преступники взялись за дело. Места для нападений бандиты подбирали под стать своим образам – орудовали в окрестностях Охтинского и Смоленского кладбищ, а также неподалеку от Александро-Невской лавры. Главную ставку они решили делать на эффект внезапности, выпрыгивая в самый неожиданный момент из-за заборов, кустов или из окон первых этажей, а затем с диким воем окружая жертву.

Первое же ограбление одинокой прохожей закончилось для разбойников весьма успешно: приняв бандитов за оживших мертвецов, остолбеневшая от ужаса женщина безропотно отдала все ценные вещи и одежду. «Покойники» поспешили в расположенную в доме № 7 по Малоохтинскому проспекту квартиру главаря, где спрятали награбленное.

С тех пор члены банды Ваньки Живого трупа совершали по несколько налетов каждую ночь: с жертв снимали драгоценности и раздевали до нижнего белья.

По городу поползли слухи об ужасных «Попрыгунчиках» – грабителях-мертвецах. На милицию обрушился шквал заявлений от ограбленных «ожившими трупами» граждан. Поначалу те списывали услышанное на фантазии напуганных граждан – до тех пор, пока число подобных обращений не перевалило за полсотни.

В 1920 году численность банды возросла до двадцати человек. Городские власти потребовали от милиции положить конец этому террору. Операцией руководил член коллегии Петроградского УГРО Владимир Кишкин, которого уголовники прозвали Циклопом (он потерял правый глаз, работая в кузнице Морского инженерного училища).

Грабителей было решено брать «на живца». Пару недель сотрудники угрозыска, изображавшие богатых граждан, курсировали по ночному Петрограду, сорили деньгами и хвастались успешными сделками.

Несколько «попрыгунчиков» попались на удочку и попробовали ограбить компанию из троих таких «обывателей». Те сначала изобразили испуг, дождавшись, когда из засады появятся Кишкин и группа милиционеров, а затем приняли активное участие в задержании преступников. Длинные саваны не дали грабителям уйти. Все прошло быстро и бескровно, нападавших доставили в здание уголовного розыска, где они сразу выдали своих подельников.

При обыске в квартире Бальгаузена было изъято 97 шуб и пальто, 127 костюмов и платьев, 37 золотых колец, а также много других ценных вещей. Когда милиция нашла дом, где хранилось награбленное, стало очевидно, что сотня поступивших к ним обращений всего лишь вершина айсберга. Похоже, большинство из тех, кому не посчастливилось встретиться ночью с «попрыгунчиками», пережили такой ужас, что решили сохранить все в секрете.

Суд приговорил Ивана Бальгаузена и Демидова к расстрелу, остальных членов банды отправили в лагеря – для многих это стало билетом в один конец. Согласно архивным сведениям, Мария Полевая, отсидев свой срок, вернулась в город (на тот момент уже Ленинград), завязала с криминальным прошлым и работала кондуктором трамвая.

После ликвидации «попрыгунчиков» молва о необычной банде быстро разлетелась по советским городам. В преступных кругах это привело к созданию группировок-подражателей.

Одна из таких банд появилась в Москве осенью 1925 года и орудовала на прилегающей к Ваганьковскому кладбищу территории. Эти грабители были гораздо кровожаднее, чем бандиты Бальгаузена: они безжалостно убивали своих жертв, чьи окоченевшие тела по утрам находили дворники. Сотрудникам МУРа и чекистам пришлось приложить немало усилий, чтобы поймать и наказать преступников. Окончательно банду ликвидировали в январе 1926 года.

Барби и Кен

Пол Кеннет Бернардо родился 27 августа 1964 года в Торонто. В семье Кеннета Уолтера Бернардо и Мэрилин Элизабет Бернардо было трое детей, и у всех них было очень непростое детство. Кеннет регулярно насиловал одну из своих дочерей Дебру на глазах у всех членов семьи, а когда его жена решилась рассказать обо всем полиции – мужчину посадили за педофилию. Мэрилин после этого впала в депрессию, начала страдать агорафобией и перебралась жить в подвал.

В шестнадцать лет, во время ссоры с матерью, Пол узнал, что Кеннет не является ему родным отцом. После этого парень стал обвинять Мэрилин в неверности, а она называла его «ублюдком».

Застав в раннем детстве сцены инцеста, он, взрослея, стал испытывать странные сексуальные фантазии, связанные с причинением партнершам боли, увлекся пироманией и стал мечтать о том, чтобы создать «ферму девственниц», которых «разводил бы», чтобы насиловать. К моменту поступления в университет Бернардо уже имел опыт унижения и избиения девушек, с которыми встречался. Большое впечатление на парня произвел роман Брета Истона Эллиса «Американский психопат» (1991), который он «читал, словно Библию».

В октябре 1987 года он встретил Карлу Хомолку. Они сразу же почувствовали взаимное влечение: Карлу, в отличие от других девушек, не пугали садомазохистские пристрастия Пола.

Карла родилась 4 мая 1970 года в Онтарио. Она училась и подрабатывала в зоомагазине в близлежащем торговом центре. По ее словам, начало их отношений было чудесным. Но Пол начал понемногу вводить свои правила: ему не нравилось, что Карла надевает мини-юбку, что она общается с другими парнями. Девушка не видела ничего плохого в том, чтобы уступить в этих вопросах. В конце концов Пол начал маниакально контролировать каждый аспект ее жизни: говорил, что носить, как укладывать волосы, какое иметь мнение и что есть. Называл ее толстой и уродливой.

В то время Карла так писала о своих отношениях с Полом:

«Никогда не позволять кому-то знать об их отношениях ничего, кроме того, что они идеальны. Не отвечать Полу. Быть ему идеальной девушкой. Если Пол просит выпить, принести ему напиток быстро и радостно. Помнить, что ты дура. Помнить, что ты уродливая. Помнить, что ты жирная».

Пол регулярно упрекал Карлу за то, что на момент их встречи она уже не была девственницей. Он внушил подруге, что та должна расплатиться за это невинностью своей младшей сестры – 15-летней Тэмми. Он проникал в комнату к спящей Тэмми по ночам, чтобы мастурбировать, причем Карла помогала ему в этом, заранее оставляя окно открытым.

В конце концов она решила «подарить невинность Тэмми Бернардо на Рождество».

24 декабря 1990 года Карла Хомолка и Пол Бернардо напоили Тэмми алкогольным напитком, в который Карла подсыпала снотворное. После того как Тэмми уснула, Карла на всякий случай приложила к лицу сестры тряпку, смоченную анестетиком. Почти два часа Карла и Пол развлекались с бесчувственным телом девушки, снимая все на видеокамеру.

В процессе изнасилования девушку начало тошнить. Пара вызвала скорую помощь не сразу, потратив время на одевание жертвы и уничтожение улик. В больнице девочка умерла, не приходя в сознание. Ее смерть никто не расследовал, и по официальной версии она захлебнулась рвотой, перебрав с алкоголем.

Карла и Бернардо не сильно горевали из-за смерти Тэмми. Спустя какое-то время после похорон они сняли домашнее порновидео, на нем Карла одета в вещи Тэмми и выдает себя за сестру. Мать и отец Карлы не могли справиться с потерей и хотели побыть одни, поэтому влюбленным пришлось переехать в Сент-Катаринс в 51 км к югу от Торонто.

7 июня 1991 года Карла пригласила неизвестную 15-летнюю девочку на «девичник», пообещав, что они проведут время вдвоем, напоила алкоголем, смешанным с сильнодействующим препаратом. Когда девушка потеряла сознание, Хомолка позвонила Полу и сообщила ему о «сюрпризе». Они раздели жертву и записали изнасилование на видео. Следующим утром девушка плохо себя чувствовала, но посчитала это признаками первого в жизни похмелья.

15 июня 1991 года Бернардо увидел Лесли Махаффи у двери ее дома в Берлингтоне. Девушка спросила, не угостит ли он ее сигаретами. Пол ответил, что они в машине. Парень затолкал Лесли в автомобиль и увез к себе, где вместе с подругой держал жертву в заложниках 24 часа. Они засняли все на видеокамеру, в том числе сцену, где Хомолка позировала в разнообразных нарядах, прежде чем начать насиловать Лесли. В конце концов они убили девушку. Позднее Хомолка утверждала, что Бернардо задушил Махаффи электрическим шнуром. Бернардо же заявил, что Махаффи умерла, когда его не было в комнате, и что Хомолка убила девушку передозировкой лекарств. Они отнесли тело в подвал, где Пол расчленил его циркулярной пилой, залил цементом и сбросил в озеро Гибсон. Позже труп Лесли Махаффи был обнаружен местными жителями.

16 апреля 1992 года Бернардо и Хомолка, проезжая мимо школы, заметили 15-летнюю Кристен Френч, возвращавшуюся домой после уроков. Хомолка вышла из автомобиля с картой, делая вид, что они с супругом заблудились, и попросила помощи. Бернардо, угрожая Френч ножом, затащил девушку в машину. Родители быстро заметили отсутствие Кристен, и полиция начала поиски в кратчайшие сроки. Они смогли быстро установить картину похищения и даже выяснили приметы похитителей и их машины, однако поиски девочки не увенчались успехом.

На протяжении трех дней Пол и Карла пытали и разными способами насиловали Кристен, снимая происходящее на камеру. Они убили заложницу, перед тем как отправиться на пасхальный обед к родителям Хомолки. В зависимости от того, чьим показаниям верить, это сделал или Бернардо, который душил жертву на протяжении семи минут, либо сама Карла, забившая девушку резиновым молотком.

Кроме трех известных убийств, в период с 1987 по 1990 год Пол Бернардо совершил серию изнасилований. Несколько человек обращались в полицию с подозрениями на Пола, в том числе и его лучший друг.

После этого полиция опросила Бернардо, взяла на анализ кровь, волосы и слюну для ДНК-тестирования. Парня отпустили. Официально с Пола не снимали подозрений, дело считалось незакрытым.

27 декабря 1992 года Пол жестоко избил Карлу фонариком. После попытки притвориться жертвой автокатастрофы, Карла в конце концов уступила настояниям родственников и, уже находясь в больнице, признала факт избиения. Пола арестовали, но снова отпустили. Он написал предсмертную записку и решил покончить с собой, но приятель ему помешал.

9 февраля 1993 года отдел полиции Торонто по сексуальным преступлениям допросил Карлу Хомолку. Она сообщила о своих – якобы – подозрениях на причастность Пола к преступлениям, но в основном сосредоточилась на вреде, который Бернардо нанес ей самой. Однако позже в тот же день она призналась дяде и тете, что именно ее муж Пол совершил серию изнасилований в 1987–1990 годах, а также что они вместе совершили несколько убийств.

11 февраля 1993 года Хомолка встретилась с юристом, который потребовал для нее полного иммунитета от уголовного преследования в обмен на показания против супруга. 17 февраля 1993 года Бернардо был арестован. Адвокат убедил обвинение пойти на сделку, дабы получить полную картину преступлений, а присяжных – в том, что Хомолка была лишь несчастной запуганной жертвой мужа-садиста.

Суд вынес решение в пользу Карлы, сделка была заключена. Позже полицейские обнаружили кассеты, на которых Карла вела себя не как жертва, а как полноценная соучастница преступления. Хомолке все-таки засчитали сотрудничество со следствием и приговорили всего к 12 годам лишения свободы. Она полностью отбыла свой тюремный срок и была освобождена 4 июля 2005 года.

1 сентября 1995 года Пола Бернардо приговорили к пожизненному заключению с правом на освобождение не ранее чем через 25 лет, то есть в 2020 году. Также Бернардо получил статус «опасного нарушителя», делающий его будущее досрочное освобождение из тюрьмы маловероятным. Бернардо содержится отдельно от других заключенных. Несмотря на это, они несколько раз устраивали нападения на него, причем однажды тюремной охране пришлось подавлять штурм сегрегационного блока при помощи газа.

После освобождения Карла жила в провинции Квебек до 2007 года, а затем переехала жить на Антильские острова с новым партнером и сменила имя на Линн Тилл. В 2017 году ее опознали в женщине-волонтере, работающей в частной христианской школе. Администрация учебного заведения также подтвердила, что в школе учатся ее дети. В школе Карла присматривает за ребятами во время производственной практики, а также учит их общению с животными на примере своей собаки.

Безумие Терезы Норр

17 июля 1984 года водители заметили огонь в лесу. Думая, что начинается лесной пожар, они спустились в овраг с огнетушителем. Когда дым рассеялся, их взору предстал обугленный человеческий труп. Детективы пометили найденное тело как Джейн Доу [4]#4873/84 и отправили его в морг. Приблизительный возраст – между 18 и 22 годами. Рядом с трупом были обнаружены подгузники, и полиция опасалась, что похищен ребенок. Личность женщины не смогли установить.

Год спустя смотрители лагеря заметили картонную коробку. Решив, что это мусор, они уже собирались ее выбросить, когда увидели в ней тело девушки со связанными руками и ногами. Идентифицировать останки и установить причину смерти не представлялось возможным. Единственная отличительная черта, которую заметили судмедэксперты, – сколы непонятного происхождения на передних зубах. Об исчезновении девушки никто не заявлял. Ей присвоили имя Джейн Доу #660785.

27 декабря 1993 года в офис шерифа обратилась женщина по имени Терри Норр.

Она сообщила, что найденные тела принадлежат ее сестрам Сьюзан и Шейле Норр, а убийца – родная мать девочек Тереза Норр.

Терри сообщила, что сбежала из дома в 15 лет. На момент звонка ей было уже 23 года. Сержант полиции Рон Переа был ошарашен рассказом девушки. Он решил лично ее допросить.

…Тереза Норр родилась 14 марта 1946 года в Сакраменто. Она была младшим ребенком в семье и обожала свою маму. Когда Тереза была еще подростком, мать скончалась от сердечного приступа, из-за чего девушка впала в тяжелую депрессию.

29 сентября 1962 года шестнадцатилетняя Тереза вышла замуж за Клиффорда Сандерса, который был старше ее на пять лет. Через год у них родился первенец – сын Говард. Но семейная жизнь не складывалась: Тереза ревновала мужа, подозревала в изменах, затевала ссоры и даже устраивала слежку. Вскоре она забеременела вторым ребенком.

22 июня 1964 года супруги снова начали ссориться. Тереза в очередной раз обвинила мужа в неверности, и тот ударил ее по лицу. Женщина сообщила об инциденте в полицию, но позже забрала заявление. В июле история повторилась, и Клиффорд сказал, что уходит из семьи. Тереза пришла в ярость, схватила свою винтовку 30-го калибра и выстрелила мужу прямо в сердце. Он скончался на месте.

Прокурор настаивал, что женщина убила мужа из-за ревности. Тереза не признавала вину, настаивая, что случившееся было самообороной. По ее словам, это она была жертвой в семье и постоянно терпела побои мужа-алкоголика. Беременную подсудимую оправдали.

Терезу с сыном приютили друзья. 13 марта 1965 года она родила дочь, Шейлу Гей Сандерс. В баре Тереза встретила Эстель Ли Торнсберри, парализованного ветерана-инвалида. Они начали встречаться, а потом съехались.

Тереза, любившая выпить, часто оставляла детей с сожителем, а сама отправлялась в бар. Отношения прекратились, когда Торнсберри узнал, что Тереза закрутила роман с его лучшим другом.

Уже скоро Тереза положила глаз на морпеха Роберта Норра. Через несколько месяцев она забеременела в третий раз, и пара стала планировать свадьбу. Роберт усыновил Говарда и Шейлу и дал им свою фамилию.

27 сентября 1966 года Тереза родила третьего ребенка, Сьюзан Марлин Норр, 15 сентября 1967 года сына – Уильяма Роберта Норра, а 31 декабря 1968 года – Роберта Уоллеса Норра. Последним, шестым ребенком, была Тереза (Терри) Мари Норр, которая появилась на свет 5 августа 1970 года.

Как и в случае с Клиффом, женщина начала обвинять Роберта в неверности, а когда его не было дома, срывать свою злость на детях. Она заставляла их неподвижно сидеть на полу, а если те не слушались, приходила в ярость и била их. Роберт, не менее вспыльчивый и агрессивный, тоже не гнушался рукоприкладства и нередко дрался с женой. Устав от постоянных обвинений в свой адрес, мужчина ушел от Терезы в декабре 1970 года и получил развод в 1971 году. После развода Роберт попытался увидеться со своими детьми, но Тереза помешала ему это сделать.

Она еще дважды выходила замуж, но каждый раз брак закончивался разводом. Женщина начала беспробудно пить, набрала лишний вес, перестала следить за собой. В квартире царил беспорядок, пахло затхлостью и мочой. Тереза отключила домашний телефон и перестала выпускать детей из дома, а также запретила им приводить друзей. Наказания и избиения участились и становились все более изощренными.

Вся ярость и безумие женщины обрушились в большей степени на ее дочерей: когда девочки стали подрастать, Тереза возненавидела их за молодость и привлекательность – она страдала параноидальными идеями, что дочери сговорились украсть у нее красоту.

В течение многих лет Норр издевалась и пытала своих детей различными способами: била, насильно кормила, тушила о них сигареты и даже бросала в них ножи. Она заставляла своих детей прижимать друг друга к земле, в то время как сама хлестала их специальной лопаткой для битья.

К сыновьям Тереза Норр относилась гораздо мягче: любила, меньше наказывала, многое разрешала и даже отпускала за пределы дома для встреч с друзьями и подработок. Она сделала их своими помощниками в наказаниях над девочками. Вскоре те перестали воспринимать своих сестер как живых людей, поэтому не чувствовали ни жалости, ни угрызений совести. Тереза внушила детям, что такие вещи творятся в каждой семье и их жизнь нормальна. Запуганные наказаниями и верящие, что так и должно быть, ребята никогда никому не рассказывали, что происходит за дверьми их дома.

Несмотря на серьезные психические отклонения, Тереза работала: ухаживала за стариками в домах престарелых и за пациентами в больницах. Никто вокруг и не представлял, каким монстром она была для собственных детей.

Одна из старших дочерей, Сьюзан, начала осознавать, что образ жизни, навязанный матерью, ненормален. Она единственная из детей Терезы осмеливалась бунтовать против матери. Однажды девочка сбежала из дома, рассказала врачам и полицейским об ужасах, которые там творятся, но Тереза убедила всех, что дочь психически больна. Никто из братьев и сестер не решился свидетельствовать против матери.

За побег она приковала Сьюзан к кухонному столу, заткнула ей рот кляпом – и держала ее так в течение двух лет. Иногда ей разрешали вставать из-за пролежней.

Тереза утверждала, что ее четвертый муж превратил Сьюзан в ведьму, и из-за нее она набрала лишний вес. Мать делала огромные порции макарон с сыром, сдабривала их кусками сала и масла и насильно скармливала все это Сьюзан. Если Сьюзан рвало, она должна была съесть рвотные массы.

Утром 16 июля 1984 года у Норр начался психоз, и она жестоко избила всех детей. На минуту сняла наручники с Сьюзан, но вручила Терри пистолет, чтобы та выстрелила в сестру, если она хотя бы шевельнется. Пока Норр и другие дети готовили на кухне овсянку, кто-то из них уронил ложку. Испугавшись резкого звука, Терри случайно нажала на спусковой крючок. Норр немедленно приковала Сьюзан цепью к столу.

Ее единственной реакцией на то, что дочь истекала кровью и умоляла отвезти ее в больницу, было огорчение из-за испачканного ковра.

Женщина решила «выходить» Сьюзан самостоятельно, заставляя ее лежать в ванне в течение нескольких недель. Все это время девушка умоляла мать позволить ей уйти.

Через год Тереза пыталась достать пулю, но Сьюзан заразилась желтухой, стала вялой, бо́льшую часть времени находилась без сознания и не могла контролировать себя, поэтому ее держали в подгузниках. Белки ее глаз пожелтели, начался сепсис, но Тереза верила, что все это из-за одержимости злыми духами. По ее мнению, только огонь мог изгнать дьявола.

16 июля 1984 года Тереза заклеила рот Сьюзан скотчем и связала ей руки и ноги. После этого упаковала все вещи девушки в мешки для мусора и приказала сыновьям отнести Сьюзан в машину. Они привезли еще живую Сьюзан к оврагу, где вместе со всеми вещами, включая подгузники, полили бензином, подожгли и уехали не оглядываясь.

Спустя какое-то время мать выбрала своей новой мишенью дочь Шейлу. Весной 1985 года она заставила двадцатилетнюю девушку зарабатывать проституцией. Шейла была в ужасе, но боялась ослушаться безумную мать. Вскоре девушка стала приносить домой неплохие деньги, и Тереза, казалось, даже начала гордиться дочерью. Она перестала бить ее и разрешила Шейле приходить и уходить, когда ей захочется. Однако свобода длилась недолго.

Через пару месяцев мать решила, что Шейла скрывает беременность и что она заразила ее венерической болезнью через ободок унитаза.

Она начала принудительно откармливать Шейлу. Один раз, когда та отказывалась есть, Тереза засунула ей в рот ложку с такой силой, что повредила ей передние зубы – вот откуда взялись те сколы, которые заметили у второй Джейн Доу. Тереза заперла Шейлу в тесной душной кладовке и запретила другим детям разговаривать с ней и приносить еду и воду.

«Она хотела, чтобы Шейла призналась, – вспоминала Терри годы спустя. – Это был мамин способ. Бей их, пока они не сознаются».

Шейла в конце концов уступила матери и созналась, но Тереза обвинила ее во лжи, и наказание продолжалось. 21 июня 1985 года, на третий день заключения Шейлы, из чулана донесся какой-то шум. Это был последний звук, который они слышали от Шейлы. Открыв дверь три дня спустя, они обнаружили разлагающееся тело Шейлы, свернувшееся калачиком в позе эмбриона. Очевидно, девушка пыталась взобраться на какие-то полки в шкафу, но они не выдержали ее веса, и она рухнула вниз.

Норр нашла старую большую коробку и набила ее одеялами и подушками. Братья положили тело Шейлы и загрузили в багажник. Они выбросили ее вблизи озера и вернулись домой. Элмер Барбер, совершая обход кемпинга, наткнется на нее спустя несколько часов.

После смерти Шейлы паранойя Терезы Норр усугубилась. 29 сентября 1986 года женщина собрала вещи и приказала Терри поджечь дом. Дочь, повинуясь приказам матери, полила полы жидкостью для розжига и чиркнула спичкой.

Однако соседи сразу заметили возгорание и вызвали местную пожарную службу. Дом практически не пострадал.

Пятнадцатилетняя Терри опасалась, что станет следующей жертвой, поэтому вскоре девочка сбежала. Уильям переехал к своей девушке, Говард тоже не хотел иметь с семьей ничего общего. Единственный, кто остался с матерью, был Роберт – вместе с ним женщина позднее переехала в Лас-Вегас.

В начале все шло хорошо, но 7 ноября 1991 года Роберт совершил ужасную ошибку. Отчаянно нуждаясь в деньгах, он зашел в бар и вытащил пистолет. Что именно там произошло, остается неясным, но бармена нашли мертвым возле стойки. Роберта арестовали. Суд приговорил его к 16 годам тюремного заключения. Тереза нервничала из-за всеобщего внимания и через несколько недель перебралась в Солт-Лейк-Сити, штат Юта.

…Сержант Рон Переа, в течение нескольких часов слушавший шокирующую историю семьи Норр, с трудом верил словам Терри. Неужели родная мать может быть настолько жестокой по отношению к своим детям? Но детали, которые описывала Терри, не мог знать посторонний человек. Он отнес свои записи в офис окружного прокурора, для проверки была сформирована оперативная группа. Вскоре следователи обнаружили отчеты Джейн Доу, и все начало вставать на свои места.

В ноябре 1993 года были выданы ордера на арест Уильяма, Роберта и Терезы. Уильям находился в пригороде Сакраменто, где он работал на складе и жил в спальном районе. Полицейские узнали о предыдущем аресте Роберта и нашли его в окружной тюрьме штата Невада. В конце концов они оба пошли на сделку со следствием и признались в своей причастности к гибели обеих сестер.

15 ноября Терезе Норр были выдвинуты обвинения в двух убийствах с применением пыток, двух случаях заговора с целью убийства и двух особых обстоятельствах – серийные убийства и убийства с применением пыток, что уже могло грозить преступнице смертной казнью. Подсудимая продолжала настаивать на своей невиновности. Однако, узнав, что сыновья пошли на сделку со следствием, она решила перестраховаться и сказала, что сознается, если ей даруют жизнь. Адвокат утверждал, что Норр глубоко раскаивается, но судья не увидел смягчающих обстоятельств и настаивал, что ее преступления отличаются крайней жестокостью и невероятным бессердечием.

17 октября 1995 года Терезу Норр приговорили к двум пожизненным заключениям. Она отбывает свой срок в Калифорнийской женской тюрьме. В июле 2019 года состоялось слушание по условно-досрочному освобождению, но Норр было отказано. Ее следующее прошение было рассмотрено в июле 2024 года и так же оклонено. Следующее прошение она сможет подать только в 2027 году. Роберт во время суда над Терезой отбывал срок за убийство бармена. За участие в убийствах сестер он получил 3 года тюрьмы одновременно с текущим наказанием. Он вышел на свободу в 2014 году.

Уильям получил условный срок, и ему было назначено принудительное психиатрическое лечение.

Терри вышла замуж, однако она пронесла через всю свою жизнь чувство вины за то, что не смогла спасти сестер. Ее постоянно мучили кошмары. В декабре 2011 года в возрасте 41 года она скончалась от сердечного приступа.

Бруклинский вампир

Гамильтон Говард Фиш родился в 1870 году в округе Колумбия, США. Его отец, 75-летний Рэндалл Фиш, был на сорок три года старше матери. У мальчика было два брата, Уолтер и Эдвин, и сестра Энни. Сам он называл себя Альбертом.

Семья Гамильтона имела богатую историю психических заболеваний. Его дядя страдал религиозной манией, сводный брат по отцовской линии болел шизофренией, сестре диагностировали психическое расстройство, а у матери случались зрительные галлюцинации.

Когда Альберту исполнилось пять, его отец скончался от инфаркта. Мальчика отдали в сиротский приют Святого Иоанна в Вашингтоне – место, где он узнал, что такое настоящая жестокость. Воспитанников нещадно били за любую провинность.

Именно там Фиш понял, что получает удовольствие от боли и физического насилия.

Он провел в приюте четыре года.

В 1879 году вдова Эллен Фиш устроилась на работу и наконец смогла забрать девятилетнего сына домой. Однако ужасы, пережитые в приюте, навсегда изменили психику ребенка. Фиш начал еженедельно посещать общественные бани, где любовался обнаженными телами. Кроме того, он практиковал питье мочи и копрофагию[5].

В начале 1890-х Альберт Фиш перебрался из Вашингтона в Нью-Йорк, где в течение восьми лет он пытал и насиловал детей. Его излюбленным оружием была лопатка, утыканная гвоздями.

В 1898 мать женила Фиша на девятнадцатилетней Анне Мэри Хоффман, которая родила супругу-педофилу шестерых детей. По свидетельству самого маньяка, семейная жизнь нисколько не мешала его «увлечениям». На протяжении всего 1898 года он работал маляром и продолжал растлевать детей.

С 1903 по 1905 год Альберт Фиш отбывал наказание в тюрьме Синг-Синг за крупную кражу. Позже он вспоминал случай, когда его сводили в музей восковых фигур, где Фиш был очарован рассечением пениса пополам. Вскоре после этого у него развился нездоровый интерес к кастрации.

Несколькими годами позже, примерно в 1910 году, от рук маньяка погиб девятнадцатилетний Томас Бедден, страдавший умственной отсталостью. Фиш привел его к себе и совершил насилие.