Оглавление

6. Кочевники

7. Голос души

8. Солнце

9. Звездою стать

10. А не проси ты

11. Сто ударов

12. Мечта

13. Утопия

14. Домой

15. Авангард

16. Замкнутый круг

17. Лужа

18. Турбулентность

19. Новый Эдем

20. Вечная тайна

Знамя одиночества

С нами одиночества знамя,

Над нами небесные цунами,

Под нами, лишь, тень под ногами,

Одиночества чёрное-белое знамя.

Сердце наше гранитное бьётся,

Путь одинокий вьётся и вьётся,

Волком, птицей и маяком,

Одиночества знамя под потолком.

Потому что одиночество — мудрость,

Потому что пророчество — верно,

Обречённый путь давно проверен,

Но мы в него так верим.

Краски, цветные и пёстрые краски,

Вокруг и внутри всё они ярче,

Маски, глупые строгие маски,

Только не телом, душой мы богаче.

Быстро, да вечен каждый миг,

Не слышен громкий крик,

Слова остались не напрасно,

Прочти ещё и станет ясно.

С нами одиночества знамя,

Над нами небесные цунами,

Под нами, лишь, тень под ногами,

Одиночества чёрно-белое знамя.

На счастье

На счастье осколки разлетелись,

На счастье монеты зазвенели,

На счастье радуга поднялась,

И жар-птица показалась.

Что искать в краю далёком,

К чему стремиться, чтоб найти,

Может это прям под боком,

Но лишь бы мимо не пройти.

И ценить бы каждый миг,

И дождаться новый рассвет,

Вновь увидеть солнца лик

И накопить на память лет.

Чтобы мир кругом и дружба,

Чтоб любовь и благодать,

Чтоб тогда, когда то нужно,

Руку помощи подать…

И будет точно счастье,

Если мы поможем нам,

Ведь это в нашей власти,

Ведь этот мир нам дан.

На счастье осколки разлетелись,

На счастье монеты зазвенели,

На счастье радуга поднялась,

И жар-птица показалась.

Обречённая вечность

Эта вечность уже не твоя,

Эта вечность уже и не наша,

Гаснут звёзд�� в заре хрусталя,

Всё случается когда-то однажды.

Убегаешь вновь от себя

В декаданс иллюзий обмана,

Кто спасётся с того корабля,

Когда места осталось так мало…

Не теряй же времени секунды,

Обернись и скажи, что не так,

Это шаг, и порой, очень трудный,

Это путь, но не белый флаг.

От спасенья в неги надежды,

Что станет лучше когда-то потом,

Но есть сейчас и будто как прежде,

Нам осталось идти напролом.

В лабиринтах сомнений блуждают,

Находят пути, чтобы потерять,

Напрасно за счастье страдают,

Любимых нельзя оставлять…

Эта вечность уже не твоя,

Эта вечность уже и не наша,

Гаснут звёзды в заре хрусталя,

Всё случается когда-то однажды.

Запрещённая луна

Уходила-возвращалась,

Только мне не улыбалась,

Посмотрела мне в глаза,

Запрещённая луна…

Тенью скрылись облака,

Где привет издалека,

Ты опять со мной одна,

Запрещённая луна…

Ты сегодня не одна,

Я сегодня не один,

С нами снова небеса,

Я опять тобой любим.

Снова тихо прошептала,

Тайны мира рассказала,

Ничего не слышал я,

Лишь запрещённая луна.

Я дождусь тебя, поверь,

Срок сороков опять отмерь,

Только ты есть у меня,

Запрещённая луна.

Уходила-возвращалась,

Только мне не улыбалась,

Посмотрела мне в глаза,

Запрещённая луна…

Никто, нигде, из ниоткуда

Я по траве пройдусь зелёной,

Вдали блистают образа,

Всё расцветает как по новой,

И вспомню я твои глаза.

Никто, нигде, из ниоткуда,

Ещё немного подождёт,

Найдётся место и для чуда,

Потом неузнанным уйдёт.

Никто, нигде, из ниоткуда,

Как будто снова верю в чудо,

Как будто снова всё всерьёз,

Как будто снова в мире грёз.

Положит вербу на оконце,

Мелькнёт и скроется опять,

Пригреет снова меня солнце,

Ещё немного подождать.

Где купола за сенью скрыты,

Где ручеёк, а там и пруд,

Ворота там всегда открыты,

Но слышу сердца тихий стук.

Никто, нигде, из ниоткуда,

Ещё немного подождёт,

Найдётся место и для чуда,

Потом неузнанным уйдёт.

Не просить-простить придётся,

Не искать опять тебя,

Привычно солнце улыбнётся,

Пусть возвращается весна.

Я по траве пройдусь зелёной,

Вдали блистают образа,

Всё расцветает как по новой,

И вспомню я твои глаза.

Никто, нигде, из ниоткуда,

Ещё немного подождёт,

Найдётся место и для чуда,

Потом неузнанным уйдёт.

Никто, нигде, из ниоткуда,

Как будто снова верю в чудо,

Как будто снова всё всерьёз,

Как будто снова в мире грёз.

Кочевники

Хватит пепел снова ворошить,

Нам не нужен новый костёр,

Нам бы ночь со двора проводить,

Да свернуть кочевой наш шатёр.

Что-то нужно нам вспомнить,

Что-то нужно забыть,

Не пустое слово молвить,

И что можно, то простить.

Ведь мы с тобой кочевники,

Земля — наш общий дом,

Идём путями вольными,

Идём сквозь жизнь и сон.

Не стоит молчать всё время,

Время требует что-то сказать,

Пронесём до конца своё бремя,

Нам всем нужно что-то понять.

Есть вопросы, что без ответа,

Есть ответы, но только вот где,

И спросить у кого бы совета,

Но искать дано лишь тебе.

Ведь мы с тобой кочевники,

Земля — наш общий дом,

Идём путями вольными,

Идём сквозь жизнь и сон.

Голос души

Послушай меня,

Говорю с тобой я,

Говорю с тобой я,

Совесть твоя…

Время есть, и время идёт,

Но время когда-то тоже пройдёт,

Давай с тобой поговорим,

Что как было, что нас ждёт.

И пусть многого не знаем,

Красный свет не замечаем,

Только я скажу ответ,

Но для других, пускай — секрет.

Текут в тебе сомненья,

Да жизнь урок даёт,

Но жизнь — игра на время,

Душе так хочется в полёт!

А душа не хочет молчать,

Она шепчет, она кричит,

Душа рождена летать,

Если крылья сохранить.

Послушай меня,

Говорю с тобой я,

Говорю с тобой я,

Совесть твоя!

Солнце

А время пришло — некого прощать,

Некому писать письмо,

Некому сказать: «Ты прости меня.»

Не за что теперь винить себя…

И снова в темноте луч от фонаря,

И снова вдалеке, в конце тоннеля свет,

Может быть поезд, а может рассвет,

Солнца лучей многих тысяч лет…

Солнце — не уходи,

Солнце — побудь со мной,

Солнце — ты посмотри,

Я здесь, ещё, с тобой!

И тысячи, тысячи зелёных трав,

И много ещё красивых цветов,

Последние силы за жизнь отдав,

Они не уйдут из чьих-то снов.

И белые горы, серебряный дым,

И синие море в плывущих облаках

Рисуют свободу в ярких лучах,

Что отдыхают лишь в тёмных ночах…

Солнце — не уходи,

Солнце — побудь со мной,

Солнце — ты посмотри,

Я здесь, ещё, с тобой!

Звездою стать

Закрой глаза как будто спишь,

А там кино, без смысла лишь,

Как же легки чёрно-белые сны,

Как далеко же твои мечты.

А ты лишь стань новою звездою,

Свети себе, свети другим,

И не закрыть звезду рукою

Ни ему, ни ей, ни им…

За пустыми глазницами — бездна,

За воротами рая — ад,

Этот мир давно сдулся и треснул,

А мы всё бредём наугад…

Кольцевые дороги петляют,

Снова виден палец: «Вперёд!»

И снова его глаза не моргают,

Ведь он всего лишь «бог»

Он знает всегда верный путь,

Его рука всегда тверда,

Но почему-то давят на грудь

Чёртиков целая толпа.

Они открутят лампочки у неба,

Закроют все млечные пути,

И спрячут счастье где-то,

Там, где больше его не найти.

А ты лишь стань новою звездою,

Свети себе, свети другим,

И не закрыть звезду рукою

Ни ему, ни ей, ни им…

А ты сотри все континенты

И нарисуй себе свой рай,

Пошли все к черту сентименты

И дальше, дальше улетай…

А не проси ты…

Не проси, не проси, ты слишком много,

Все равно, получишь «ничего»

Ведь этот мир жестокий и убогий,

Так живи, чтоб было весело!

Не воруй, не воруй, ты понапрасну,

Не лезь туда, где всё равно капкан,

А не ищи, не ищи, ты в жизни счастья,

Счастье есть, но это лишь обман.

Не разбрасывайся попусту словами,

Слова как камни, можно получить,

Решай проблемы реальными делами,

Старайся почти что не просить.

А ты забудь и вспомни про свободу,

Свобода — это путь ценою в жизнь,

Но не спеши, не спеши, ты в гости к богу,

Свечой сгори, согрей, потом остынь.

А жизнь-жестянка, русская рулетка,

Рулетка — это шанс прожить легко,

Но как же часто чёрная лишь метка,

Да на ладони, чтоб было весело!

А вот тоска — лекарство от похмелья,

Похмелье нам от счастливых дней,

Но не жди, не жди, ты наважденья,

Просто будь немного помудрей.

А не проси, не проси, ты слишком много,

У бога столько важных дел,

А этот мир жестокий и убогий,

А что ещё ты от него хотел?

Не проси, не проси, ты слишком много,

Все равно, получишь «ничего»

Ведь этот мир жестокий и убогий,

Так живи, чтоб было весело!

Сто ударов

У кого-то радость в душе,

У кого-то слёзы в глазах,

У кого-то путь в борьбе,

Сто ударов в наших сердцах.

У кого-то взведённый курок,

У кого-то обычная злость,

У кого-то школьный звонок

И на свадьбе ещё один тост.

Сто ударов — время в песок,

Сто ударов — пульс в висок,

Сто ударов в жизни часто,

Только жить бы не напрасно.

И не укрыться с головой

И не спрятаться нигде,

Кто-то идёт вместе с тобой,

А кто-то приснится во сне.

Лабиринты в душе, да небо,

Кто-то был, а кто-то там не был,

Кто-то готов нас защищать,

А кто-то учится прощать…

Сто ударов — время в песок,

Сто ударов — пульс в висок,

Сто ударов в жизни часто,

Только жить бы не напрасно.

Мечта

Солнце взойдёт на востоке,

И месяц станет луной,

Мы все идём по дороге,

Где всё бывает порой.

А дорога зовёт в бесконечность,

И манит надеждой всегда,

В круге жизни своя безупречность,

И зовётся она мечта.

Мечта, то подруга надежды,

Не иссякнет с последним глотком,

И не будет всё как прежде,

Лишь умчится на потом…

Поймать бы за хвост удачу,

Да понять бы, что и как,

Только это столько значит,

Да уносит тайны мрак…

И бесценно, что без цены,

Что невозможно купить,

Как же быть без мечты,

Чтобы верить, ждать и любить.

Солнце взойдёт на востоке,

И месяц станет луной,

Мы все идём по дороге,

Где всё бывает порой.

Утопия

Если есть в душе хоть капелька любви,

Значит всё не так уж плохо на сегодняшний день,

И надежда нас согреет серебристым крылом,

Что взлетая, оставляет тоске лишь тень.

Нам бы жить-не тужить и не ждать перемен,

И кого-то любить, и тепло взамен,

В ясном небе нам созерцать облака,

И всегда над нами светит наша звезда.

И не ждать бы нам вновь плохих новостей,

И всем миром превратить всё в рай,

Чтобы помнили всех нас, да на ниве дней,

Чтоб творить добро и созидать.

Да укрыться теплом пухового платка,

Ощутить в душе всю мамину любовь,

И знать бы ещё, что так будет всегда,

И видеть ночью прекрасный сон.

И чтобы не было границ и других преград,

Всё спокойно и всем хорошо,

Каждый доле своей по-своему рад,

И письмо твоё Богу дошло.

Если есть в душе хоть капелька любви,

Значит всё не так уж плохо на сегодняшний день,

И надежда нас согреет серебристым крылом,

Что взлетая, оставляет тоске лишь тень.

Домой

Расскажи кому-нибудь,

Что творится не со мной,

Расскажи кому-нибудь,

Как идём всю жизнь домой.

Багровый рассвет тонет в песках,

Багровый закат всё знает о нас,

И чёрная ночь звёзды спрятала прочь,

И нам бы помочь пройти эту ночь.

Тебя не помню я почти,

Растаял светлый облик твой,

Но ты обидой не сочти,

Ведь мы весь век идём домой.

В дождь и туман

Мы вспомним жару,

И всем за обман

Штраф положен в раю.

И ты познаешь точный путь,

Когда закончишь поиск свой,

Но всё плохое ты забудь,

Всё что случилось не с тобой.

Расскажи кому-нибудь,

Что случилось не с тобой,

Расскажи кому-нибудь,

Как идём всю жизнь домой.

Авангард

Авангард — анархия и хаос,

Безупречность и во всём порядок,

Наугад, как сложно нам досталось,

Взращивать суть среди вселенских грядок.

За гранью надежды — новая грань,

Ломает горизонты туманной окаёмой,

Новый рассвет, стародавняя рань,

И путь, как всегда незнакомый.

И вновь инсинуации просты,

Там где конец, там и начало,

Но отраженья в зеркалах пусты,

Всего так много, но конкретно, мало.

Сублимация опять в примитивизме,

Только грация, но почему-то в призме,

А парадигма, как всегда, сокрыта,

Смысла нет, но истина открыта.

Неидеальность хаотически прекрасна,

Парадоксальность вышла не напрасно,

Как ни крути, а всё контрастно,

И данность в апогее, что не ясно?

Минимизировано немое бытие,

Оптимизировано, вроде бы моё,

Сечение так близко к золотому,

Пора бы выйти, обрести свободу.

Авангард — анархия и хаос,

Безупречность и во всём порядок,

Наугад, как сложно нам досталось,

Взращивать суть среди вселенских грядок.

Замкнутый круг

По кругу петляет уставший учёный,

Россыпи звёзд и воздух копчёный,

Как ты посмел вызов бросить богам,

Треснул твой мир напополам…

В урне решается важный вопрос,

Но только если ты не дорос,

Не светят тебе лавры героя,

И ветер печали снова накроет.

И ляжет печать на никчёмные жизни,

Ведь было реально, и даже, так близко,

Казалось, вот счастье и новый кредит,

Но злой рок нисколько не спит.

Права все намазаны, как бутерброд,

Сказки рассказаны, наоборот,

Урна встречает привычно его,

Быть стариком совсем нелегко…

Пёс ковыляет от жизни такой,

Кошка петляет по мостовой,

Голуби спорят с вороной за хлеб,

Всё хорошо, плохого ведь нет…

По кругу петляет уставший учёный,

Россыпи звёзд и воздух копчёный,

Как ты посмел вызов бросить богам,

Треснул твой мир напополам…

Лужа

Кто-то рисует красками вёсны,

Всё как обычно, но не так пёстро,

Тучи исправят всю благодать,

Любимая лужа воскреснет опять.

Катали ту лужу сотни катков,

Много видали директоров,

Был депутат, говорят, даже мэр,

Принято было тычячи мер.

И штраф налогали, и деньги гребли,

Грузовиками и всем, чем смогли,

Бумага терпела, как не стерпеть,

Нам в чистоте сомневаться не сметь.

Росли поколения и даже леса,

Сушили всю воду аж небеса,

Вопрос сей дошёл до самых верхов,

Был возмущён даже Город Грехов.

Но это, конечно, и даже не всё,

Лужа узнала ещё про любовь,

И замутила роман с ручейком,

Который являлся порою тайком.

Лужа-красавица, гордость и честь,

Как же ты нравишься, спасибо, что есть,

Если б не ты и стойкость твоя,

Я бы не смог, не смог без тебя…

Кто-то рисует красками вёсны,

Всё как обычно, но не так пёстро,

Тучи исправят всю благодать,

Любимая лужа воскреснет опять.

Турбулентность

Упало сердце, вонзилось в душу,

Жизнь засверкала кинолентой,

И видно море, и видно сушу,

В такую турбулентность.

Взлетели мысли птицами надежды,

Завыл же кто-то чистым волком,

Жизнь не останется как прежде,

В ней будет больше толку.

И никчемна больше бренность,

Зачем кредиты и кресты,

И проглотила турбулентность

Пустые планы и мечты.

Снова слышна песнь моторов,

Вновь слышен детский смех,

Нет больше смертных приговоров,

Испили искупленья грех.

Но вновь платить за бешеный кредит,

Киллеру опять идти на дело,

Жизнь опять кипит-не спит,

Но что-то, всё-таки, задело…

Упало сердце, вонзилось в душу,

Жизнь засверкала кинолентой,

И видно море, и видно сушу,

В такую турбулентность.

Новый Эдем

Я отпускаю в небо душу твою,

Я не забуду, но знай, не прощу,

И не обернувшись, в полной тишине,

Отразишься лебедем ты в моём окне.

Я услышу опять музыку счастья,

За стеклом вновь грозы и вальсы,

Окрасит молния чёрные масти,

А ты улетай отсюда подальше.

Бликами свечей всё отражаясь,

Минутами вечными, уже не прощаясь,

Уходит под воду последний ковчег,

Тихий стук сердца переходит на бег.

Всё же запомни, что жизнь там осталась,

Она затаилась, она не прервалась,

Она ещё теплится, или казалось,

Прости за то, что мне солнце досталось.

Когда лучи его коснутся жёлтой пыли,

Бури дождей поднимутся в небо,

Дикие лебеди меня не забыли,

Гадкие лебеди меня лишь простили…

И тогда, мы все вместе, ворвёмся в рассвет,

Мы войдём в те миры, где нас ещё нет,

В которых взрастёт новый Эдем,

Который опять возьмёт тебя в плен.

Я отпускаю в небо душу твою,

Я не забуду, но знай, не прощу,

И не обернувшись, в полной тишине,

Отразишься лебедем ты в моём окне.

Вечная тайна

Упало бремя, разбилось время,

Нам надоело, такое дело.

Упало бремя и стало легче,

Исчезли тени, явилась вечность.

Вечная тайна всё же осталась,

Кто, для чего, кому всё досталось,

Что было до, что будет потом,

Но это неважно, ведь дело в другом.

Она мерцала россыпью звёзд,

Она играла, дико и всерьёз,

Музыка снова где-то рождалась,

Кубики Рубика вновь собирались.

Словно на вече, у первых костров,

Как будто навечно, в мире из снов,

В царстве иллюзий, где выхода нет,

Лишь только музы знают секрет.

Секрет мирозданья, грани сознанья,

Без колебанья, где вечная тайна,

Всё кажется просто, но временно,

Мы только гости, но своевременно.

Так было всегда, так будет навеки,

И лишь иногда испаряются реки,

Но снова дождями, своими цунами,

Мы снова все вместе, снова мы с вами.

Упало бремя, разбилось время,

Нам надоело, такое дело,

Упало бремя и стало легче,

Исчезли тени, явилась вечность.

Вечная тайна всё же осталась,

Кто, для чего, кому всё досталось,

Что было до, что будет потом,

Но это неважно, ведь дело в другом.