она боится, что это плохо закончится – партнер отреагирует негативно, а то и вовсе бросит. Эмоционально зависимая личность больше беспокоится о сохранении контакта, отношений, чем о собственных чувствах.
10 Ұнайды
Гораздо более подходящим решением будет научиться слышать себя, понимать себя, доверять себе, защищать себя – быть на своей стороне, стать хорошим родителем самому себе.
7 Ұнайды
Эмоционально зависимая личность не умеет расставаться.
6 Ұнайды
Периодически зависимая личность соприкасается с этим «островком», и тогда ей хочется пожаловаться кому-то на партнера, выйти из отношений, «проработать зависимость с психологом», кажется, что эти отношения и этот партнер являются средоточием дискомфорта и негатива. Однако проходит какое-то время, и снова отношения ощущаются как ценные, партнер как важный, как исключительный, и страшно потерять его. К психологу в этом состоянии идти уже не хочется и неприятно вспоминать все то, что ему наговорил в прошлый раз. Хочется постараться наладить отношения, «правильно себя вести», «попасть» в ожидания партнера. Ключевой точкой в этой поведенческой стратегии является подстраивание своей собственной психологической территории под реальные или воображаемые
6 Ұнайды
Именно с тем, что внутренний объект настолько агрессивен, связано отвергающее отношение к собственной внешности, к собственной манере держаться, к собственным эмоциональным и не только эмоциональным потребностям. Еще одной заметной чертой эмоционально зависимой личности является то, насколько ей трудно обращаться за поддержкой или просить кого-либо о помощи: сама такая личность расценивает такую ситуацию как унизительное признание собственной слабости (не говоря уже о том, что идея обратиться к кому-то часто вообще не приходит в голову как вариант возможных действий). Такое восприятие ситуации связано с тем, что происходило в ранних отношениях: не помогали и оставляли справляться самостоятельно, в беспомощности, а на призывы о помощи реагировали стыжением, возложением вины и издевками. Даже экспрессия собственного эмоционального состояния (плач от боли или крик гнева), как часто сообщают эмоционально зависимые клиенты, приводила к физическому или эмоциональному насилию со стороны значимых близких. Негативный внутренний объект, по сути, воспроизводит, повторяет то, что происходило много лет назад, в ранних отношениях.
6 Ұнайды
Такой человек игнорирует свои чувства, а если и слышит их, то не испытывает по отношению к ним достаточного доверия – достаточного для того, чтобы опираться на них при принятии решений, чтобы ощущать их как ориентир в понимании реальных собственных потребностей. В той или иной межличностной, например, ситуации он может ощущать отвращение, однако не использует его как точный сигнал того, что происходит нечто неподходящее – скорее он станет думать, что с его чувствами что-то не так и что он сам как-то неправильно воспринимает реальность. Теперь уже не кто-то другой, а он сам подвергает свои чувства газлайтингу. Это, в свою очередь, лишает его внутренней опоры и заставляет искать внешние ориентиры и «правильные» «способы жить» и строить отношения. Это подкрепляет его зависимость от других людей, зависимость от отношений.
4 Ұнайды
Важной линией в терапии эмоциональной зависимости является взращивание во внутренней психической реальности «взрослой части», которая сможет увидеть потребности детской, эмоционально зависимой и позаботиться о них способом, альтернативным привычному. На старте терапии можно увидеть неразвитость этой внутренней взрослой фигуры (что выражается в неспособности распознать свои настоящие потребности и адекватным и реалистичным способом о них позаботиться) и слабое развитие внутренних способностей, формирующихся на стадии раннего детства – способностей контейнировать собственные чувства, способностей успокаивать себя, переносить фрустрацию (напряжение, связанное с тем, что значимая потребность не удовлетворяется), способностей создавать интегрированный образ другого человека, относительно независимый от собственных потребностей. Естественный, адаптивный для зависимой личности способ строить взаимоотношения с окружающими заключается в том, что такой человек ищет кого-то, кому можно «вручить» собственного внутреннего ребенка и кто станет для него идеальным ангелом-хранителем. В ходе терапии необходимо взрастить психическое оснащение, с которым клиент сам будет в состоянии справляться с собственными эмоциональными и не только эмоциональными нуждами и сможет выстроить более зрелые отношения.
4 Ұнайды
Чтобы помочь такому развороту состояться, терапевту важно поддерживать нарождающийся зрелый процесс клиента и не поддерживать прежний пограничный (не объединяться с клиентом против третьего лица, а скорее помочь ему понять собственные чувства и поддержать себя в них). Например, грубой ошибкой является сосредоточение внимания на партнере, указания или намеки на то, что он плохой или неподходящий, жестокий или нечувствительный. Центром внимания должны быть собственные чувства клиента, которые важно эмпатически поддерживать и контейнировать, позволять им быть и помогать в них разобраться. Клиенту важно прожить гнев и боль, пройти через ощущение одиночества и бессилия для того, чтобы почувствовать, что он не развалился и может находиться в том, что произошло. Он может прийти к тому, что раз люди вокруг не идеальны, он тоже может быть не идеальным, имеет право испытывать самые разные чувства и, поскольку спасать его никто не собирается, он будет «добывать для себя пищу сам», станет опорой и утешением самому себе. Что он и в сложившейся ситуации тоже может что-то сделать для самого себя.
3 Ұнайды
Еще одна характерная для зависимой личности черта, которая очевидным образом проявляется в ее взаимоотношениях, заключается в трудности просить что-то для себя. Как известно, просить означает доверять другому, а также быть готовым к отказу.
2 Ұнайды
Пятая особенность самоощущения эмоционально зависимой личности тесно связана с переживанием беспомощности и выражается в восприятии себя как неценной, не имеющей значения, неадекватной
2 Ұнайды