Дальнейшее обсуждение пришлось прервать, на другом конце стола вспыхнула громкая ссора, и Элизабет пришлось улаживать конфликт.
Роб снова глянул на Анну, она все еще смеялась вместе с Маддингли. Этим вечером она действительно выглядела великолепно в своем прекрасном платье и с сияющими глазами. Вдали от дома и своих обязанностей она казалась свободнее и моложе, будто вспомнила давно забытое умение веселиться. Отставив серое, она блистала в своем ярком наряде.
Роберт внезапно пожалел, что не может сделать такой всю ее оставшуюся жизнь, превратить ее в сплошную радость и смех. Анна заслуживала, чтобы ее красоту окружало веселье, а работа была не тяжелее вышивки и верховых прогулок.
Впрочем, она заслуживала и много-много большего. Например, гораздо лучшего мужчину, чем он – актер и тайный агент с темным прошлым и еще более темным будущим. То, что случилось с Мэри, изменило навсегда не только ее саму. Его тоже. Он никогда уже не станет таким, как прежде. Он не может позволить себе нежности.
Но он даст Анне возможность побыть в Харт-Кастл и обеспечит ее безопасность. И если Маддингли может ее развеселить, Роб не должен возражать. Однако он обнаружил, что возражает, и даже очень. Роб встал и поднял кубок.
– Предлагаю тост за наших прекрасных хозяев! – провозгласил он. – И за красоту, что их окружает.
– И музыку, – со смехом добавил Эдвард. – Может, ты сыграешь нам что-нибудь после ужина, а, Роберт?
– О да! – воскликнула леди Арабелла и захлопала в ладоши. – Нежную балладу, полную любви и томления.
– Леди Арабелла, вашей чувствительной душе лучше подойдет сказ о давних сражениях, – возразил лорд Маддингли.
– Я думаю, выбор песни надо предоставить нашей милой хозяйке, – сказал Роб.
– Тогда я выбираю песню о любви, – заявила Элизабет и взяла Эдварда за руку. – Как всегда.
Эдвард поднес к губам ее руку, сверкающую драгоценностями, и нежно поцеловал, все присутствующие засмеялись и зааплодировали. Роб перевел взгляд на Анну и обнаружил, что она по-прежнему улыбается, но ее лицо омрачила какая-то тень. Она отвернулась от нежностей Элизабет и Эдварда и потянулась к своему кубку.
Роб не мог больше оставаться в стороне. Минуя смеющихся гостей, он быстро прошел вдоль стола и присел на корточки рядом с ней, взяв ее руку, спрятанную в складках юбки. Анна наградила его изумленной улыбкой.
– Хорошо проводите время, прекрасная Анна? – тихо поинтересовался он.
Анна улыбнулась, но он видел в ее глазах скрытую печаль.
– Не представляю, чтобы здесь было возможно иное. Этот дом кажется зачарованным.
– Как убежище?
– Да. Хотя и не такое, как бывает в твоих пьесах.
– Или песнях? – Он быстро прикоснулся губами к ее запястью, вдыхая сладкий розовый аромат, и затем поднялся. – Пойдем, ты должна выбрать песню для сегодняшнего вечера…
– И куда мы идем? – смеясь, поинтересовалась Анна.
Роб повел ее вверх по лестнице. Они поднимались пролет за пролетом, и шум смеющейся компании постепенно стихал. Роб нес в руке фонарь, поднимая его выше, чтобы осветить путь к т
