Эта книга великолепна. Да она написана в 19 веке, но сейчас в 21 веке она не потеряла своей актуальности и остроты. Мне 20 лет и я рада , что я прочитала её именно сейчас, а не ранее . Я уверена , что прочитав раньше, я не смогла бы адекватно и полно , оценить её художественную и нравственную ценность. Я советую Её прочитать, современной молодёжи из за глубокого смысла , который заложил в неё автор.
В романе крутые персонажи (для 1856 года так вообще), и поэтому читать его интересно. Тургенев создал яркие характеры и живописно их передал (чего только стоят портреты постаревших Рудина и Пингасова).
Сюжет: Рудин приезжает в губернию, и тухлая их тусовочка оживает. Все очарованы новым персонажем: каждому очевидна одарённость Рудина, все чувствуют в нём большой потенциал. Но сам Рудин почему-то не может реализоваться в жизни. В нём масса положительных качеств, но, как окажется позже, он почему-то не может нигде закрепиться надолго («Я перекати-поле, я не могу остановиться»). Актуальная по сей день история, описанная великим русским писателем очень трогательно.
Почему так происходит у Рудина… Наверное, он болтун и дальше слов его дело не идёт. Но сколько было попыток (не менее 20 историй). Нет, видимо, он тщеславен и не умеет ладить с людьми. С другой стороны в губернии все его любили, но это до тех пор, пока он не сделал шаг к Наталье. Может, причина в его бедности, из-за которой приходится не просто ладить, а подстраиваться и «знать своё место». А, может, он не знает страны, в которой живёт и действует (вспомните эпизод с умирающей крестьянкой в начале романа).
Рудин то симпатичен, то противен, и голоса на его счёт разделятся пополам — в этом и крутость романа.
А бесцветный Лежнёв и старый пердун Пингасов («Нет уж! Лучше поеду к дуракам!»)? Даже эпизодический учитель Басистов нарисован с вниманием («Да я видел, как вы природой любуетесь!»).
Интересно, живописно, трогательно. Для всех, кто чувствует себя перекати-полем.
Наверное, generation gap уже слишком велик, чтобы понять все эти душевные терзания героев. Женская половина вообще никакой приязни не вызывает. Должна Наталья вроде как нравиться, но лично у меня к ней симпатии не было. Рудин - пустышка, но сегодня он бы был популярным блогером, считался бы успешным человеком.
Неожиданный конец. Очень красивый слог и сложная судьба одного человека.
Я прочитал роман Тургенева «Рудин», и какие-то новые, неожиданные последствия это оказало на меня и на мою жизнь: ощущение широкого и тягостного бреда от прочитанного, который окрасил собой всю русскую литературу, как чернила бумагу, расписавшиеся в её бесперспективности, возникло передо мной.
Раньше я не замечал этого, но потом понял: в то время как настоящее искусство дарит ощущение чуда, Божественного откровения, то русская литература издевается над читателем, каждый раз напоминая об его ущербности. Европейская литература, будь-то Уленшпигель или романы Дюма, говорят о сопротивлении героев каким-то мрачным силам, но эти силы материальны: жестокие короли и их собаки; и они выходят победителями, ибо в их мире есть кроме "зла" и "добро", а в нашем есть только "зло" и ощущение грядущего худшего "зла".
В русской литературе, каким бы великим ни был герой: новый человек, гордый человек, революционер, — он всегда обречён на одиночество, и провал, и даже смерть. Мне кажется, если бы сам Христос явился на нашу землю, его бы сначала не поняли, потом пожалели, но в конце концов уничтожили, как всегда это происходит в русской литературе. Почему у всех наших авторов — как почивших, так и современных — выведен этот узор, кракелюр высшей силы, тайного проклятья и обречённости всякой судьбы, имеющей место в России? Все начинания заканчиваются крахом, все герои или деградируют, или ломаются под пытками: рока ли, следователя ли; а получив своё, они понимают, что и начинать не стоило, ибо любая их фантазия так же далека от истины, как их борьба от успеха. Лишь Толстому в "Войне и Мире" удалось осуществить счастливый финал, и именно его роман можно сравнить по удовольствию от чтения с прочими европейскими Одиссеями и Илиадами, ибо он движется вперёд, как ветер, он наполнен жизнью, как паруса.
А остальная картина русской жизни крайне сумрачна: литература описывает или бессмысленные схватки героя с судьбою, или его прожигание жизни, или просто вечное презрение и холодную, как река, ненависть ко всему.
Мы можем радоваться небольшим завоеваниям героев, как-то: любовным подвигам Печорина, духовным прорывам Безухова, модернизму Базарова, но, в целом, все эти истории смертоцентричны, ибо как вся страна находится в состоянии вечной мобилизации, так и все герои вечно мечутся и ищут смысл в русской жизни, а смысл таков: отсутствие смысла в русской жизни и только желание мучить друг друга и уродовать, усложнять жизнь соседу и травить его корову — иначе история России последних 600 лет необъяснима.
Ещё есть забавный анекдот, говорящий, что русская литература позволяет отвлечься от ужасов русской жизни. Якобы, прочитаешь Чехова с Андреевым и подумаешь «Нет, не всё ещё у меня так плохо!». Но это глупый аргумент. Только глупый человек будет искать утешение в бумаге. Потому что на следующий день он вернётся в свою жизнь, порочную и разбитую, и так он проживет её, в вечном самоутешение, в вечном самообмане.
Если расположить русских авторов по погружению в пучину русского абсурда, то я бы составил следующий список: Тургенев, который только описывает, подводя итоги в Дыме; Толстой, который борется и страдает, начиная от жизнеутверждающей "Войны и мира" и заканчивая революционным Воскресением; Достоевский, который сходит с ума и сводит с ума в "Записках из подполья"; и, наконец, Леонид Андреев, который уже только упивается ужасом, предельно достигая этого в "Жизни Василия Фивейского", которую страшно взять в руки.
Как я уже сказал, если мы признаём облагораживающую роль искусства, а это далеко не общепризнанный императив, то и читать мы должны хорошие книги о сильных и весёлых людях, потому что только чудесным примером можно изменить другого человека в лучшую сторону.
Но русская литература про другое!
Большинство её текстов с этой точки зрения просто бесполезны: читать Леонида Андреева, эту червоточину ада, может и щекотливо местами, как танцевать на вулкане, но, по сути, так же полезно было бы каждый день выпивать стопку абсента, известному своей настоенностью на полыни и из-за неё постепенным разрушением мозга. Андреев же разрушает душу.
Дело в том, что русские писатели пишут все-таки очень сильно, очень убедительно, и эти образы западают в память, жизненные их коллизии, безумные и неисчерпаемые, ранят сердце.
Я не хочу сказать, что нужно запретить русскую литературу! Я считаю, что это может быть очень полезная школа жизни — но это школа неправильной жизни, концлагерной, а жизнь начинается за концлагерем, и вот об этом русской литературе ещё только предстоит написать.
"Рудин" - об образованном, умном идеалисте, прошедшем свою собственную, личностную эволюцию от человека малодушного и тщеславного по юности к обречённо от себя самого уставшему зрелому мужчине, что не может найти себе места ни в жизни, ни в любви. Стоит ли говорить, что написанная Тургеневым история совсем не теряет актуальности? Думаю, нет. Стоит ли читать? Да да да.
Не потеряла актуальности, следует читать вдумчиво, осмысливая сюжет. Есть над чем задуматься.
Итак, я дочитал «Рудина» Ивана Сергеевича Тургенева. Роман меня глубоко тронул. История «Рудина» очень напоминает мою историю. Да, я всего лишь 18-летний юноша, а не 35-летний барин 19 века, но мы с «Рудиным» крайне похожи.
Я понимаю, что сюжет романа и образ самого Рудина как таковой гораздо сложнее, чем образ мой собственный. Тургенев сравнивал Рудина с такими людьми, как Бакунин, которые своим энтузиазмом создали, быть может, и не так много последователей, но эти люди должны были быть, чтобы мир продолжал жить; чтобы мир стал таким, каким мы видим его сегодня. Но я все-таки обращусь к более мелочной стороне Рудина и проведу параллель со мной, сколько бы это ни было оскорбительно для Тургенева.
Итак, Рудин, с одной стороны, пустослов и ленив. Всё, чего хотел Рудин (как казалось людям, которым он не нравился), так это задрать о себе мнение выше крыши и ходить, разбрасываться словами. Но, с другой стороны, это человек преисполненный истины. Всё, чего он хотел в жизни, это отрыть её, просто найти эту истину. Я уверен, что он её знал, что она где-то в нём глубоко лежала, и он её рыл, рыл, рыл… И малейший фактор, который влиял на Рудина, позволял ему копнуть еще чуть-чуть глубже, еще чуть-чуть, и, понимая это, быть может даже несознательно, Рудин продолжал рыть бесконечно; но нельзя рыть вечно на одном месте. И он убегал.
Вот в этом и есть вся проблема Рудина и, собственно, моя проблема. Мы не можем остановиться. Как сказал сам Рудин, он «родился перекати-полем». Он даже сказал, что не дочитал ни одной агрономической книги, когда хотел заняться агрономией. Как-то раз Рудин сказал, что все отношения его с людьми сперва были очень красивыми: люди им восторгались, любили, пытались провести в общество повыше, но почему-то быстро разочаровывались в нём. Человек перекати-поле не может остановиться. Он никогда не природнится к человеку, никогда не найдёт опору. Человек перекати-поле вынужден катиться до тех пор, пока не сгорит или не утонет, ну или не иссохнет… «Рудин» это книга о Деле и о Слове.
Да, в мире должны быть свои Рудины. Но я как-то не хочу быть одним из тех Рудиных, которые лягут под этот мир. Как сказал Михаил Михайлович Лежнёв, он отличается от Рудина лишь хладнокровием и тем, что смог остаться на этом поле жизни зрителем. А Рудин всю жизнь считал своей ролью встать посреди поля и всем сказать, что «я есмь!»
Меня, честно сказать, взбудоражил роман. Последние страниц двадцать я читал со слезами на глазах, с придыханием. Мне было очень тяжело, потому что Рудин - это Я, просто Тургенев описал человека, который родился 150 лет спустя.
Эти 130 страниц, надеюсь, перевернут в мою жизнь с ног на голову, потому что это уже произошло с моим сознанием. Как будто бы та метафизика, которая красной нитью плелась сквозь мою жизнь, стала больше не метафизикой, а банальным сплетением фактов. И да, быть может, я тоже рождён странником, как выразился Михаил Михайлович Лежнев. Быть может, и я тоже. И мне страшно, мне правда страшно. И теперь, из-за того, что Рудин родился до книги Тургенева, а я после, моя жизнь будет иной. И в это свято верю. Спасибо Тургеневу. Этой книге я ставлю 10 из 10. Это шикарно... хотя нет, это не шикарно, – это истинно. Вся эта любовь, все эти знакомства, друзья, дела, весь этот напускной ум, красноречие. Чего это всё стоит, когда ты не знаешь Дела…
Мда,только началась интрига Рудина с Натальей и он так легко сдался и уехал ,и сразу пропал интерес,но в конце все-таки жалко главного героя по-человечески,хотя кому-то возможно он стал омерзителен.Хотелось конечно более острого развития событий
Одно из самых лучших произведений Тургенева!
