Сергей Пефтеев

Плевать мне на игру! Тёмная душа

Глава 1. Не спрятаться, не скрыться

Подобно пауку, который ловит добычу едва уловимой глазу сетью, Нибор заманил Агату в хитрую ловушку. Привёл её в чайную лавку, где ей вместо чая преподнесли зелье энергии. Для NPC зелье имело один вкус, а для игроков другой — ничем не отличимый от крепкого кофе. Не подавая вида, жаждущий крови Нибор внимательно следил за её реакцией. Для него другие игроки, а точнее представители знати, были хуже чумных крыс. Настал момент истины. Агата поднесла фарфоровую чашку к губам и сделала глоток. На её лице возникла гримаса лёгкого непонимания, затем недовольства. Нибор не стал медлить и сам вынес напитку вердикт.

— Какой странный вкус, — Нибор с таким же непониманием посмотрел на чёрную жидкость в своей чашке.

— Согласна, — кивнула собеседница. — Сначала приторно-сладкий, а потом даже слегка жжёт.

«Неужели ошибся?» — Нибор был сильно разочарован её словами. Он так хотел увеличить счётчик убийств, и дело тут было вовсе не в пятипроцентом бонусе, а в жажде отмщения — желании терзать и мучить тех, в ком течёт так называемая голубая кровь. В его голове мелькали самые зверские мысли, но внешне он оставался таким же дружелюбным и любезным.

— Ах да, — словно осенило Нибора. — Должно быть, это то самое зелье, которое они подают бесплатно. Мы ведь с тобой даже не заказывали напитков.

— Точно, точно, — поддержала Агата. — Может, если выпить его полностью, появится эффект? И правда, показатель энергии вырос на десять единиц, а регенерация на пять.

Выпив содержимое фарфоровой чашки, Агата провела рукой по воздуху, отчего на столе возник свиток связи и перо.

— Что собираешься делать? — заглядывая в пергамент, поинтересовался Нибор.

— Нужно отчитаться перед Элизабет Фейтл. В тёмном переулке будет очень опасно, не исключено, что туда может заявиться Зависть Торгоса.

— Постой! Там в любом случае будет ждать засада, но впутывать в это Элизабет Фейтл или гвардейцев нельзя. Наш козырь именно в том, что тёмные воспринимают нас как горбатого в чёрном плаще. Они видят в нём непокорность, а потому и явятся на встречу. Появление гвардейцев выдаст наши планы, и детей перепрячут.

— Спятил?! Да нас же на мелкие куски порежут!

— Я-то думал, дети и служение благой цели для тебя важнее жизни.

— Не смешно! Одно дело спасать кого-то, а другое — бессмысленно идти на верную смерть. Наши с тобой уровни недостаточно велики, чтобы так беспечно соваться в ловушку.

— Уровень — это не главное. Как думаешь, за счёт чего существует тёмный переулок?

— Магия, проклятый предмет, — предположила Агата.

— И то и другое. Тёмный переулок существует благодаря чародею, который насыщает своей маной проклятый предмет. Убьём его, и тёмный переулок и всё, что в нём находится, перестанут существовать. Подозреваю, чародей скрывается в том же доме, что и страж стены.

— Ты уверен, что это так работает?

— Не то чтобы я проверял, но интересовался этим вопросом. Судя по размерам тёмного переулка, уровень мага должен быть минимум тридцатым. — Видя недовольство на лице собеседницы, Нибор добавил: — Не волнуйся. Вся его мана поглощается проклятым предметом. Для нас он будет лёгкой добычей.

— Ладно. Я попрошу Элизабет не вмешиваться, но всё равно доложу ей обо всём.

— Не забудь упомянуть, что горбатый в плаще — это я. Не хотелось бы получить кистенем по затылку.

— Хорошо, что напомнил. Элизабет только и говорит о горбатом. Точнее, о том, как хочет вырвать ему язык или сердце. Выбор зависит от настроения.

— Какая великодушная у тебя госпожа. Дело движется к полночи, предлагаю вернуться в тёмный переулок. Если владельцам кареты сообщили о краже, то они уже должны были подготовить засаду.

— Ты прямо-таки мечтаешь угодить в передрягу. Надеюсь, это не для того, чтобы впечатлить меня?

— Только представь, ты стоишь в окружении врагов, отбиваешься от них из последних сил, и тут появляюсь я и спасаю тебя. Как по мне, звучит очень романтично.

— Скорее это ты будешь стоять в окружении врагов, а я смотреть на это со стороны и смеяться над твоей глупостью.

— Какая ты жестокая, всегда мечтал о такой. Не хочешь выйти за меня?

— Даже не надейся. Скорее олень снесёт яйцо, чем я выйду за такого мужлана.

— Видимо ты не бывала за горным хребтом. Там все олени несут яйца.

— Умолкни.

Покидая чайную лавку, Нибор заметил, как половая уже в десятый раз смотрит в сторону Агаты, словно пытается в ней что-то разглядеть. Под предлогом обязательного туалета перед предстоящей битвой Нибор задержался в лавке и подошёл узнать у половой, в чём дело. Девушка в наряде горничной сообщила ему, что уже видела здесь Агату, правда, одета она была как офицер, а вместе с ней была женщина семьдесят первого уровня. Нибору это показалось более чем странным. Ведь если Агата уже была здесь, то она могла слышать о вкусе зелья от других. Тут же возникал вопрос, почему она умолчала об этом и делала вид, что пьёт зелье впервые? Хоть сейчас им нужно было возвращаться в тёмный переулок и искать детей, у Нибора снова возникли мысли об её убийстве. Стычка с тёмными была лучшим для этого прикрытием. Если он угадал, начнётся второй этап игры, если же нет, то выяснять, где и кто восстанавливает компрометирующий его документ, придётся из других источников.

* * *

В укутанном мраком городе воцарилась тишина. Лишь изредка разносящиеся эхом крики пьянчуг и цокот копыт нарушали мирное молчание. Полная луна озарила крыши домов, по которым резво бегали кошки, однако её свет так и не достиг переулка, где укутанный в чёрный плащ Нибор постучал в двери стража. Ничего не подозревая, рослый мужик двадцать второго уровня взял человеческую кость в качестве платы и открыл проход в тёмный переулок, а через мгновение стал жертвой меча и боевого молота. Нибор и Агата действовали быстро и беспощадно и уже через две минуты шагали по ту сторону кирпичной кладки. Владелец ангара в конце тёмного переулка нервозно перебирал в руке рунные камни. Чич — так его звали — обернулся на звук шагов и увидел на пороге сгорбленную фигуру в чёрном плаще двадцатого уровня и молодую девушку с боевым молотом двадцать первого. Чич невольно дёрнул носом, из-за чего ему пришлось поправить большие очки.

— Как это понимать?! — обратился к нему Нибор. — Я велел тебе поменять колеса и перекрасить карету, а ты сидишь, прохлаждаешься.

— Это не его вина, — послышался грубый голос позади.

Из всех скрытых в тени уголков повылазили представители тёмной гильдии, о чём свидетельствовали фиолетовые накидки с гербом в виде чёрной башни. Убийцы, карманники, следопыты и воины от двенадцатого до двадцать четвертого уровня обступили Нибора и Агату со всех сторон.

— Прости, — на лице Чича возникла ехидная улыбка. — Так вышло, что я наткнулся на хозяина кареты, и он изъявил желание встретиться с тобой лично.

Нибор бегло изучил тёмных. Кто из них тот самый, было трудно сказать, каждый скрывал своё лицо под натянутой на нос повязкой.

«Тридцать одна цель, не считая Чича, — подумал Нибор. — Вероятность убить их всех и остаться в живых равна нулю, слишком много неизвестных переменных, да и количество врагов изрядно превосходит наше качество. От всех стрел и кинжалов мне точно не увернуться. Даже ангел-хранитель не поможет. Всё-таки не зря перестраховался и обратился к ней за помощью».

— Значит, ты тот самый горбатый, о котором так много говорят в последнее время, — обратился к Нибору один из тёмных по имени Милтус.

Это был худой мужчина, что, не скрывая вытянутого лица, курил трубку, своей формой напоминающую чёрного волка в прыжке. Нибор уже мысленно нанёс ему два удара и убил, однако мужчина сделал глубокий вдох и рассеял иллюзию. Его уровень изменился с семнадцатого на двадцать второй, а очки здоровья — с девятисот на три тысячи.

— До этого момента мы лишь наблюдали за тобой и даже думали пригласить в свои ряды, — продолжал, выпуская густой дым, Милтус. — Но сегодня ты преступил запретную черту. Мало того, что ты угнал нашу карету, так ещё и проявил неуважение к Торгосу и его грехам. Заявил, что не боишься их.

Тёмные захохотали.

— Вот оно в чём дело, Зависть послал вас проверить, насколько я опасен, — донеслось из-под капюшона Нибора. — Не думал, что он окажется настолько труслив.

Смех тёмных тут же утих.

— Чего вякнул?! — возмутился кто-то позади Нибора. — Живо падай на колени и молись о быстрой смерти!

— В этом нет нужды, — оборвал Милтус, продолжая беззаботно потягивать трубку. — Зависть послал нас, чтобы мы на твоём примере показали всем, что бывает с теми, кто встаёт у него на пути! Как бы ты ни молился, быстрой твоя сметь не будет.

— Эй, кажись, я знаю эту бабу! — указал на Агату мужик позади Милтуса. — Это же сука, что таскается за Фейтл. Точно, она самая!

Агата крепко сжимала древко своего молота и была готова обрушить его на голову любого, кто сделает в её сторону хотя бы шаг.

— Как занимательно, — Милтус в улыбке обнажил пожелтевшие от табака зубы. — Мало того, что ты крадёшь у самого Зависти, так ещё и якшаешься с гвардейцами. Учитывая твою репутацию, подозреваю, что тебе всё равно, но всё же скажу, что мы намерены пустить её по кругу. Воспользуемся всеми щелями в её теле, а потом, когда она уже будет не в состоянии говорить, вздёрнем её на той же виселице, которую так любит Элизабет Фейтл.

— Как всегда, пустая болтовня, — прервал его Нибор. — Вы действительно настолько тупые? Думаете, я не подозревал о засаде?

Нибор резко обернулся в сторону тёмного, который хотел ударить его топором в спину. Меч Бродяги наполовину покинул ножны и «Ударом, не оставляющим тени» разбил лезвие топора вдребезги, критическим уроном оставив в голове нападавшего глубокую рану. Даже порог в 5 % не смог сохранить ему жизнь, которая покинула тело вместе с мозгами. Остальные представители тёмной гильдии тут же схватились за мечи, но Милтус жестом руки велел им успокоиться.

— Ты сказал, что знал о засаде, — Милтус не сводил с Нибора взгляда. — Судя по трупу за твоей спиной, ты искал встречи вовсе не для того, чтобы сдохнуть, как собака. Чего тебе нужно?

— Всё верно. Эта пташка, — Нибор указал на Агату, — служит мне. Она поведала, что вы украли детей и готовите крупную партию зелья опыта. Я хочу половину от этой партии.

— А что предлагаешь взамен?

— Взамен я сохраню вам жизнь. Перед тем как ты совершишь глупость и нападёшь, хочу кое-что показать.

Нибор достал из-под плаща две головы и бросил их к ногам Милтуса. Одна голова принадлежала стражу стены, а вторая чародею.

— Ублюдок, ты хоть понимаешь, что наделал?! — В этот момент от беззаботности Милтуса не осталось и следа.

— Гляжу, и ты в курсе, — донёсся довольный голос из-под капюшона Нибора. — После смерти чародея это пространство и все, кто в нём находятся, обратятся пустотой. Выживут лишь те, кто успеют выбраться до закрытия прохода, и те, кто владеют магией телепортации.

С помощью холода в ладони и светящихся из-под капюшона глаз Нибор продемонстрировал, что якобы обладает таким заклинанием.

— У вас осталась пара минут, — громко объявил и обернулся в сторону стены Бродяга. — Переулок уже начал превращаться в пустоту.

Чич, который первым увидел, как стена ангара, словно сгорая, превращалась в ничто, бросился бежать. Тёмные тоже не стали задерживаться и, позабыв о горбатом, подобно крысам, что бегут с тонущего корабля, ринулись к выходу из переулка. Пользуясь неразберихой, Нибор и Агата попытались схватить Милтуса, но тот выдохнул в них густое облако зелёного дыма. Невзирая на свою воздушность, дым оказался столь вязким, что скорость Нибора упала на 80 %. Он едва мог сделать шаг. Владелец трубки резво запрыгнул на место извозчика и вместе с остальными тёмными, что успели взобраться на карету, погнал лошадей к выходу. Способностью «Свободный дух» Агата моментально избавилась от сковывающего движения дыма, а потом «Яростью предков» высадила и послала вдогонку за каретой тяжёлую кованую дверь.

— Ты что, все осколки душ вложила в силу? — непринуждённо спросил Нибор. Его будто бы совсем не страшило происходящее.

— Чего встал?! — крикнула ему Агата.

— А куда спешить? Как только они выберутся из переулка, тут же устроят засаду и попытаются нас убить.

— Тогда что нам делать? Ты, насколько я поняла, блефовал насчёт магии телепортации. Обучиться ей можно лишь с тридцать пятого уровня.

— Так и есть, но это не помешает нам выбраться отсюда невредимыми. Нужно лишь немного подождать.

* * *

Как и предполагал Нибор, Милтус и остальные тёмные собрались по ту сторону кирпичной кладки. Возвращаться к Зависти с плохими новостями о том, что они утратили тёмный переулок да ещё и упустили горбатого, было непозволительно. Убийцы затаились в тени, следопыты обсадили крыши и нацелили луки и арбалеты на проход, а мечники отрезали все пути к отступлению. Повисла тишина, а через секунду крышу разворотило мощным взрывом. В членов тёмной гильдии со стороны городской колокольни полетели молнии и магические копья. Мощные взрывы отрывали конечности и разрывали тела тех, кто был ниже четырнадцатого уровня.

«Значит, горбатый скрывал свой уровень, — подумал Милтус, избегая обвала стены. — Телепортировался на колокольню и решил добить выживших! Ну, выродок, мы до тебя ещё доберёмся».

Милтус не стал дожидаться, пока его разорвёт на куски, он вновь занял место извозчика и погнал карету подальше от переулка.

«Тёмные разбежались, — появилось сообщение на свитке связи у Нибора. — Карета движется к городской площади».

«Спасибо, уходите оттуда», — ответил Нибор.

* * *

— А это ничего, что мы используем магию в городе? — спросила Талина у Флоры. — Там, кажется, были люди.

— Ничего, милая, — ласково ответила Флора, пуская последнюю молнию в сторону переулка. — Там не было людей, одни только крысы. А теперь нам нужно уходить. Ты хорошо постаралась, так что дома тебя ждут блинчики со сметаной.

— Не люблю крыс, у них мерзкие хвосты, — Талина по-своему восприняла слова наставницы. — А вот от блинчиков я не откажусь.

* * *

За час до этого Нибор написал Флоре и попросил её о помощи. Будучи заместителем Кристофера Олдрака, она не смогла ему отказать. По плану Нибора Флора и Талина должны были подняться на колокольню, откуда открывался хороший обзор на город, и спустя тридцать секунд, как только в переулке начнётся движение, забросать его мощными заклинаниями. Нибор и Агата вышли из пространства в самый последний момент. Их взору предстало сильно побитое взрывами здание и разорванные в клочья представители тёмной гильдии. Живых среди них не нашлось. Ловко заметая следы, тёмные убили всех, кто не мог идти самостоятельно.

— Поспешим, — Нибор направился от переулка к дороге, где его ждали Лютер и несколько лошадей.

— Что происходит? — спросил юноша, с опаской поглядывая на заваленный трупами переулок.

— Потом объясню, — седлая коня, ответил Нибор. — Посмотри, может быть, удастся вытащить кого-то из-под завала.

Нибор галопом мчался вдоль реки к главной площади, куда направлялась карета. Перед тем как отправиться в погоню, он споил жеребцу три флакона с зельем энергии, благодаря чему они довольно быстро наладили с каретой зрительный контакт. Тёмные, что сидели на крыше кареты, не обрадовались преследователю. В Нибора полетели стрелы и метательные ножи. Хоть жеребец и обладал неистовой выносливостью, полученные раны заставили его сбавить ход и вскоре завалиться набок. Впрочем, за время погони Нибору удалось несколько раз «Ударом, не оставляющим тени» разворотить заднее колесо кареты. Уже на следующем повороте карету занесло, и она перевернулась.

Пока Нибор безжалостно расправлялся с тёмными, которые встали у него на пути, Милтус взобрался на крышу дома. Укрывшись от стрелы созданным изо льда щитом, Бродяга пустил в ход меч. Вкладывая в удар максимум энергии, он рассёк мужчине грудь, от чего грязную дорогу покрыли кровавые брызги. На добивание противника энергию тратить не стал. Просто вырастил на плече ледяной шип, который с лёгкостью пробил плоть и забрал жизнь поверженного врага. Второй противник надеялся застать его врасплох, но Нибор голой ладонью ухватился за лезвие клинка и заклинанием «Обморожение» покрыл его толстым слом льда, тем самым уменьшив урон на 25 %. Игнорируя следующую атаку, Нибор в несколько мощных ударов сократил его здоровье и финальным разрубил от плеча до бедра. Сейчас его главной целью был Милтус, а потому он не мог позволить себе сдерживаться.

Наполнив рот зельем энергии, Нибор в несколько прыжков добрался до балкона и в самый ответственный момент глотнул, что позволило ему моментально восстановить энергию и сделать последний рывок. Чтобы избавиться от назойливого преследователя, Милтус выдохнул дым, который принял форму трёх больших кулаков и полетел в Нибора. От двух из них Бродяга уклонился, а третий ударил его в грудь. Урон был незначительным, всего двести пятьдесят единиц, но кулак из дыма едва не скинул его с крыши. На этом представление Милтуса не закончилось. Тёмный выдохнул из трубки чёрную гарь, которая обратилась проворным волком с красными глазами. Вместо индикатора здоровья у этой твари, больше напоминающей облако сажи, было три полоски. Нибор сразу догадался, что ему нужно нанести три удара, поэтому вместо того, чтобы расходовать энергию и махать мечом, он создал изо льда шипы и разом метнул их в волка. Зверь издал жалобный рык и вновь обратился сажей.

Глава 2. Татуировка на запястье

Мужчина в чёрных одеждах резво прыгал с одной крыши на другую и с помощью трубки выпускал в преследователя наполненный магией дым. Принимая форму кулаков, серые облака стремились попасть по фигуре в чёрном плаще, но та резко уходила в сторону, подпрыгивала и прижималась к черепице, оставаясь невредимой. Понимая, что дальше бежать некуда, Милтус остановился у края крыши и обернулся к Нибору.

— Признаюсь, я тебя недооценил, — дыхание Милтуса сбилось от долгой погони.

— Скажи мне, где производят зелье опыта, и я сохраню тебе жизнь, — донёсся голос из-под капюшона, что скрывал лицо Нибора.

— Вот ещё! — Милтус вооружился двумя кинжалами. — Я не стану предавать Зависть. Уж лучше смерть в бою, чем наказание от его рук. Ты даже представить не можешь, на что он способен.

— Не глупи, тебе не обязательно сегодня умирать. Я не стану кричать на весь Патрий, что именно ты выдал мне этот секрет.

Милтус ничего не ответил. Он встал в боевую стойку и, скрестив руки, начал нашёптывать слова странной молитвы:

— Демон-хранитель, я шёл стезёй мрака и отбирал всё у тех, кто встречался у меня на пути. Помоги мне взять больше, чем я в силах унести.

Глаза Милтуса покрылись красной пеленой, а его плеча коснулось ужасное существо, которое явилось в этот мир из алого пламени. Тело существа покрывали тлеющие письмена, меж больших рогов пылало оранжевое пламя, под тяжёлыми копытами трещала черепица. С победной улыбкой на лице Милтус ринулся в бой. Призыв Демона увеличил скорость хозяина в два раза.

— Серьёзно? — фыркнул Нибор, не воспринимая противника всерьёз.

Милтус сделал выпад и тут же получил мечом по предплечью.

— 290 ОЗ.

— Быть быстрее не значит уметь сражаться, — насмехался над ним Нибор.

Тем не менее, скорость Милтуса дала о себе знать, и уже через мгновение его кинжал ударил Нибора под рёбра.

— 250 ОЗ.

Зная, что демон-хранитель приходит всего на десять секунд, Бродяга попытался уйти от противника на безопасное расстояние, но тот был напорист, и его кинжал снова оставил на теле Бродяги кровавый след.

— 250 ОЗ.

«У двуручного оружия слишком большой расход энергии. Так мне его не победить, — подумал Нибор, выпуская меч из рук. — А вот теперь, когда штраф скорости в десять процентов исчез, можно помахать кулаками».

Каждый раз, когда Милтус делал выпад, Нибор, словно читая мысли противника, наносил удар крепко сжатым кулаком. А в моменты, когда молниеносный кинжал всё же настигал цель, тело Бродяги покрывалось толстым слоем льда, тем самым поглощая до 25 % урона. Всего по сто единиц, но за эти десять секунд Милтус лишился большей части своего здоровья. Когда демон растворился во тьме, а скорость Милтуса опустилась до нормы, он выдохнул в Нибора остаток дыма из лёгких. Зелёное марево окутало Нибора и снизило его скорость на 80 %, что было равносильно полному обездвиживанию.

— 250 ОЗ.

— 510 ОЗ.

Милтус несколько раз ударил Нибора кинжалом по горлу, но этого урона было недостаточно, чтобы окончить бой. Понимая, что дым вот-вот рассеется, Милтус с разбегу попытался перепрыгнуть на дальнюю крышу. На этот раз Бродяга не стал утомлять себя погоней. Он ловким движением ноги вернул меч в руки, убрал его в ножны и тут же обнажил. Стремительным порывом ветра «Удар, не оставляющий тени» преодолел крышу и в момент перед прыжком отсёк Милтусу ногу.

— 800 ОЗ!

Конечность осталась на краю крыши, а сам тёмный рухнул вниз. Милтусу чудом удалось избежать падения на ограду, что своими острыми наконечниками ничем не отличалась от копий.

— Надеюсь, теперь ты будешь более сговорчивым, — Нибор швырнул Милтусу ногу. — Вот, принёс тебе подарок в знак примирения.

— Шути, сколько влезет. Когда Зависть узнает о том, что ты сделал, — Милтус не смог закончить фразу, так как закашлялся кровью.

— Хватит о нём, давай лучше поговорим о зелье опыта. С твоей помощью или нет, я всё равно доберусь до него.

— Я лучше поцелую кобылу в зад, чем скажу тебе что-то!

— Не вариант, моего жеребца вы убили, далеко придётся тащить. Но у меня есть другой способ сделать нашу беседу более информативной.

Нибор достал из инвентаря маленький флакон и вылил его содержимое Милтусу на ногу. Жидкость оказалась кислотой, которая тут же принялась разъедать ткань и плоть. Тёмного тут же скорчило от боли.

— О! Ещё один, — Нибор достал из инвентаря точно такой же флакон.

— Погоди, я всё понял, — сквозь боль произнёс Милтус. — У меня есть карта, на которой отмечены все места хранения и производства зелья.

— Показывай.

— Пообещай, что никому не скажешь, откуда она у тебя.

— Давай уже! — Нибор требовательно протянул ладонь. — Я не из тех, кто любит ждать.

Милтус достал из инвентаря пергамент и с наполненными безумием глазами улыбнулся Нибору. Бродяга сразу понял, что свиток представляет собой некую угрозу, а потому, покрыв спину льдом, бросился бежать. Милтус использовал свиток и тут же полыхнул синим пламенем, которое волной разошлось во всех направлениях. Озаряя улицы Патрия, синий огонь оплавил стены домов, раскалил землю докрасна и устремился в спину Нибора, который не успел добежать до поворота. Сильный порыв ветра от взмаха боевого молота сбил Бродягу с ног и столкнулся лицом к лицу с диким огнём. Всепоглощающее пламя воронкой устремилось к небу и нанесло Нибору лишь малую долю урона.

— Сразу видно дилетанта, — с насмешкой произнесла Агата, победно закинув молот на плечо. — Тёмные часто используют свитки самовозгорания. Выродки так бояться грехов, что предпочитают сгореть заживо, нежели принести им дурные вести.

— Рад тебя видеть, — лёжа на земле, произнёс Нибор.

— Ещё бы тебе не радоваться. Пламя от самовозгорания наносит в десять раз больше урона, чем было у самоубийцы. От тебя бы даже костей не осталось.

— В таком случае, я рад видеть тебя дважды.

«Почему она меня спасла? — задумался Нибор, глядя на голубоглазую девушку, которая в свете синего пламени казалась ещё красивее. — Не будь она игроком, не стала бы скрывать, что посещала чайную лавку и пила зелье. Так почему? Придётся подобраться к ней ещё ближе, чтобы это узнать».

— Вот мы и пришли к тому, с чего начинали, — Агата подошла к углям, которые остались от Милтуса.

— Так и есть, мы здорово оплошали. Можно ещё попытать счастья в бойцовых ямах, там точно кто-то использует зелья опыта.

— Бесполезно. Мы уже не первый день штурмуем такие заведения. Тёмная гильдия очень осторожна. Для распространения они используют местную шпану, обычных оборванцев с улицы.

— Дети торгуют зельем, которое сделано из детей?

— А кто, по-твоему, становится членами тёмной гильдии?

— И в чём проблема? Шпана тоже сжигает себя, когда вы задаёте им вопросы?

— Дело не в этом. Тёмные отправляют товар и получают плату с помощью свитков телепортации. Они сделаны так, что не пропускают ничего живого.

— Значит, это тупик, — с досадой произнёс Нибор.

— Боюсь, что так, — согласилась Агата. — Ох, Элизабет не обрадуется, когда увидит, во что мы превратили город. Кстати, об этом! Кто уничтожил тёмных у переулка?

— А. Это моя помощница и заместитель Кристофера Олдрака постарались.

— Отсюда возникает другой вопрос: почему ты умолчал об этом? Скажи, Нибор, ты не доверяешь мне?

— Есть немного. Сама подумай, а вдруг ты одна из тёмных и ходишь возле Фейтл, чтобы направлять её по ложному следу? Не делай такое строгое лицо, я шучу.

Нибор снял с себя чёрный плащ и убрал его в инвентарь.

— Ну ты и подлец. Ненавижу таких, — сказала Агата и направилась в сторону главной улицы, где её ждала лошадь.

Девушка запрыгнула на жеребца и уже собиралась тронуться с места, как вдруг обнаружила сидящего позади Нибора.

— Это моя лошадь! — грубо произнесла она.

— Фактически это моя лошадь, — Нибор погладил коня. — Причём вторую убили тёмные. Надеюсь, гвардейцы возместят мне потери.

— Слезай давай! Я собираюсь домой.

— Так и мне туда же.

— С чего вдруг?!

— Теперь тёмные думают, что ты помогаешь горбатому. Вполне возможно, что они решат наведаться к тебе в гости.

— Не припоминаешь, из-за кого они так решили?

— Из-за меня, поэтому я и собираюсь провести эту ночь, охраняя твой покой.

— Хорошо. Сейчас действительно лучше держаться вместе, но это лишь на одну ночь.

* * *

Агата открыла дверь и пустила Нибора в маленькую комнату, где из мебели были только кровать да тумбочка. Девушка сразу зашторила окно и от усталости рухнула на мягкий матрас.

— М-да, гвардейцы знают, что такое роскошь, — огляделся вокруг Нибор.

— Что-то не нравится?!

— Да нет, просто ищу, куда можно налить вина, — Нибор достал из инвентаря обвитую соломой бутылку.

— Ты что, с самого начала планировал нарушить границы моего личного пространства?

— Откровенно говоря, да, — признался Нибор.

— Бокалов нет, так что придётся пить из бутылки.

Агата приподнялась с кровати и потянулась за вином. Она с такой силой вытащила пробку, что в руке осталось стеклянное горлышко, а алое содержимое расплескалось по одежде.

— Какая досада, — вздохнула Агата и, несмотря на острые края, отпила из бутылки.

Девушка отдала вино Нибору и принялась переодеваться. Она повернулась к нему спиной и сняла с себя стальную пластину, а вслед за ней рубаху. Нибор увидел гладкую кожу на жилистой спине. Его взгляд скользнул к шее и через лопатки достиг талии. На мгновение Агата замерла, словно ожидая чего-то. Даже самый наивный парень смог бы разглядеть в этом намёк, а так как Нибор был ещё тем ловеласом, он уже стоял позади и целовал её шею. Агата резко обернулась и приставила к его рёбрам нож, но Нибора это не остановило. Момент, когда она могла сопротивляться его натиску, был упущен.

Получено достижение «Глубокий омут» — восстановление энергии увеличено на 2 единицы в секунду.

Женский крик привлёк внимание живущих по соседству гвардейцев. Раздался стук в дверь.

— Агата, у тебя всё в порядке? — послышался мужской голос.

— Да, — замерев, ответила Агата. — На стекло наступила.

Как только шаги за дверью стихли, девушка игриво улыбнулась и укусила Нибора за плечо. Истратив весь запас энергии, Агата расположилась на его широкой груди. Они так долго лежали, наслаждаясь тишиной, пока умиротворённую обстановку не прервало системное сообщение.

Игрок Еджен Форпс покинул игру.

Начался второй этап игры, теперь запястье каждого игрока отмечено специальной меткой.

Для начала следующего этапа из игры должно выйти ещё 15 игроков.

Условия каждого этапа:

35 человек в игре — будет отображаться количество игроков в локации.

10 человек в игре — стрелка, указывающая на потенциального игрока, не действует на расстоянии ближе 1 километра.

2 человека в игре — оба игрока будут телепортированы для финальной дуэли.

После убийства другого игрока ваши характеристики увеличиваются на 5 %.

Не скрывая своих намерений, Нибор поднял руку Агаты и посмотрел на её запястье. Из-за страсти между ними он на время позабыл о своих целях, но татуировка в виде коронованной планеты заставили злобу и ненависть, словно магму, что поднималась из недр, выплеснуться наружу. В руке Нибора возник нож. Стремительным движением он вонзился и распорол подушку, на которой только что лежала Агата. Напуганная девушка сбросила Нибора ногами с кровати и поспешила облачиться в комплект, что лежал у неё в инвентаре.

«Агата Солер. 21 ур. ОЗ — 6,5 т.»

Нибор вооружился мечом и, не мешкая, использовал «Удар, не оставляющий тени».

— 180 ОЗ.

Так как его вещи были разбросаны по всей комнате, а зад не прикрывали даже портки, он значительно уступал Агате в силе. Расчёты показывали, что вероятность победы мала. Способность Агаты освобождаться от сковывающих движения эффектов делали её неподходящим противником, но он всё равно перемахнул через кровать и вступил с ней в бой. Даже не имея оружия, Агата смогла использовать способность «Ярость предков», которая отбросила Нибора к стене. Девушка пинком отправила тяжёлую кровать вслед за ним, а сама с помощью способности «Верное оружие» вооружилась своим молотом.

Мозг Нибора работал так быстро, что за несколько микросекунд он сумел облачиться в полный комплект брони изо льда. Дадао Стальной крушитель разрубил кровать надвое, а острый шип на колене устремился Агате в грудь. В своём ассортименте девушка с короткими синими волосами имела ещё один полезный навык. «Зоркость» была одним из пассивных навыков ищеек, она позволяла видеть образ противника за тонкими стенами. Именно это помогло Агате разбить молотом шлем на голове Нибора и отправить его лицо на свидание со стеной.

— 700 ОЗ.

— Остановись, Ник! — крикнула Агата, она могла нанести ещё один удар, но не стала. — Я не хочу с тобой сражаться, давай просто поговорим.

— Тебе нечего мне предложить! — Нибор ловким движением подскочил на ноги и продолжил атаку. — Всё, чего я хочу — это выпустить тебе кишки!

— Так ты хочешь отблагодарить человека, который дважды спас тебе жизнь?! — обмениваясь ударами, спросила Агата.

— Заткнись! Не важно, что ты скажешь, смерти тебе не избежать!

Даже в столь тесном пространстве Агата умудрялась держаться от Нибора на расстоянии.

— Разве тебя не удивляет, что я называю тебя по имени?

— С чего бы мне удивляться? Робин Гуд — это олицетворение справедливости и краха королей. Я взял это имя, чтобы все знали, что вас убил вовсе не потомок короля, а самый обычный простолюдин! Я втопчу вас в грязь, которой вы являетесь!

— Не так я представляла нашу встречу, — в голосе Агаты звучало искреннее сожаление. — Прошу, остановись! Я не хочу с тобой сражаться, но и умирать не собираюсь. Только не сейчас, когда ты так близко. Неужели то время под мостом для тебя действительно ничего не значит?!

Агата опустила молот, и меч Бродяги тут же вонзился ей в грудь.

— 110 ОЗ.

Девушка не стала сопротивляться, вместо этого она с нежностью провела рукой по его щеке и произнесла:

— Ты сильно изменился с того дня, но я по-прежнему тебя люблю. Люблю человека, который подарил мне свободу.

В гневных мыслях Нибора возник просвет из воспоминаний. Пока острая сталь в груди Агаты поедала очки здоровья, Нибор мысленно вернулся в тот день.

Глава 3. Хорошие манеры

Семилетний мальчик по имени Ник лежал в куче картонных коробок и смотрел на граффити под мостовой. Среди объёмных надписей, матерных слов и трафаретов с лицами знаменитостей, на фоне синего неба раскинуло свои ветви персиковое дерево. Наполненная теплотой и светом картина позволяла на время позабыть о холоде, голоде и шуме машин, что проносились над ним. Однако суровая реальность отозвалась болью в животе, вернула Ника в этот холодный одинокий мир. Три дня без еды и воды навели мальчика на простую истину — жизнь несправедлива, ведь мы не выбираем, кем и когда нам родиться. Кто-то получает всё, не может ходить в одном и том же, есть на обед то, что было на завтрак, а кто-то вроде него голодает, умирая под мостом. Именно тогда в его голове зародилась ненависть к толстосумам, а в особенности к королю, плакаты которого были развешаны по всему городу. «Пока народ заботится о своём Короле, Король заботится о своём народе», — подобные лживые цитаты вызывали в Нике желание сравнять нынешнюю систему с землёй. Отобрать у богачей всё, заставить их жить и страдать, как жили он и его родители. Ник был исполнен решимости, однако сил, чтобы воплотить это в жизнь или просто подняться на ноги, не было. Смерть холодной рукой собиралась закрыть ему веки, но звонкий девичий голосок заставил её отступить.

— Привет, а почему ты здесь лежишь? Отдыхаешь? — спросила девочка, с интересом разглядывая его лицо.

Девочка, чей возраст опережал Ника едва на год, походила на современную принцессу. Она была одета в фирменную джинсовую куртку и юбку, из-под которой выглядывали длинные чулки с котиками. На её длинных вьющихся волосах сидела большая синяя бабочка, которая на самом деле являлась заколкой. В руках она сжимала покрытый блёстками рюкзак.

— Тебе какое дело?! — грубо ответил Ник, но на самом деле он лишь пошевелил губами. Слова не смогли покинуть пересохшего горла.

— Ты, наверное, хочешь пить.

Не дожидаясь ответа, девочка поставила рюкзак на грязный асфальт и достала из него газировку. Подобно заботливой сестре, она помогла Нику приподняться и сделать первый глоток. Как только освежающий напиток коснулся горла, мальчик вырвал бутылку из её рук и жадно начал пить, после чего громко отрыгнул.

— Как неприлично, — прикрыв рот кончиками пальцев, смутилась девочка. — Ничего не хочешь сказать?

— У тебя еда есть? — хриплый голос Ника не смог скрыть грубый тон.

— Есть, — девочка сделала шаг назад. — Но я поделюсь с тобой печеньем, только если ты попросишь, как следует.

Вместо слов Ник протянул раскрытую ладонь.

— Нет, — фыркнула девочка. — Ты должен сказать спасибо за смайл, и со словом «пожалуйста» попросить угостить тебя печеньем.

— С чего бы это мне распинаться перед какой-то девчоночкой?!

— С того, что это правила приличного тона. Неужели родители не учили тебя, как нужно говорить с незнакомыми людьми?

— Не твоё дело, чему меня учили родители! Давай так, если я заставлю тебя смеяться, ты отдашь мне то, что лежит в твоей сумке.

— Это рюкзак.

— Не важно. Так что, согласна?

— Сомневаюсь, что грубиян вроде тебя может меня рассмешить, но попробовать можно.

— Однажды злая колдунья предсказала королю, что его дочь уколет палец и умрёт. Чтобы спасти принцессу от смерти, король приказал отрубить ей все пальцы.

Повисло неловкое молчание.

— Ты дурак? — с нотой возмущения спросила девочка. — И что здесь смешного?!

— Ладно, тогда используем тяжёлую артиллерию. Идут по Африке король и шут. Король тащит за собой большой сейф, а шут — рельсу. Шут спрашивает у короля, зачем тот тащит сейф. Король ему отвечает, что это для того, чтобы спрятаться от льва, если тот нападёт. Король тоже решил поинтересоваться, зачем шуту рельса, а шут ему ответил, что, если за ними погонится лев, он рельсу бросит и побежит налегке.

— Не хочу тебя огорчать, но твои шутки ужасны, — с каменным выражением лица произнесла девочка.

— Да ты издеваешься! — взъерошил на голове волосы Ник. — Тогда изменим тактику.

Имитируя руками двух сорок, Ник поднял перед собой руки. Одна рука предложила другой широко открыть рот и сказать «а», но та отказалась. Рука снова попросила подругу открыть рот и сказать «а», в этот раз подруга согласилась и открыла. Как только она сказала «а», рука как бы наплевала ей в рот и начала хохотать, а пока она хохотала, подруга тоже наплевала ей в рот в ответ. В итоге обе руки стали заливаться смехом. Безумный спектакль из рук заставил девочку широко улыбнуться.

— А ты забавный, несмотря на то, что странный. Давай дружить, — девочка протянула Нику пачку печенья.

Мальчик с трудом разорвал упаковку и, позабыв о собеседнице, запихал столько печенья в рот, сколько смогло влезть.

— Скажи, а ты тоже сбежал из дома? — спросила, присаживаясь рядом, девочка.

— Нет, я здесь живу, — вылизывая упаковку, ответил Ник. — Я бродяга. Земля мне постель, а небо крыша. Гуляю где хочу, ложусь спать когда хочу, а самое главное — под этим мостом не нужно клеить подошвы.

— Вот здорово, а можно я тоже буду бродягой?

— Ну не знаю, быть бродягой — это особый талант. Хотя, если у тебя есть ещё сладкая вода и печенье, я готов принять тебя на стажировку.

— Вот, держи, — девочка, не мешкая, протянула ему ещё одну упаковку.

— Не хочется этого признавать, но своим появлением ты спасла мне жизнь. Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

Так зародилась дружба между детьми из разных, грубо говоря, противоположных слоёв общества. Словно брат и сестра они проводили всё время вместе. Играли, грелись в объятиях друг друга и воровали в магазинах еду. Теперь, когда у Ника был сообщник, сделать это было проще простого. Пока он отвлекал продавцов на себя, девочка набивала доверху рюкзак. Причём из-за того, как она была одета, никто и подумать не мог, что она ворует. Так пролетели три недели.

— У тебя есть мечта? — спросил Ник у Фелисии, как представилась девочка.

— Есть, — ответила, свесив ноги с моста, девочка. — Я хочу уехать далеко-далеко, где меня никто не найдёт. Уеду туда и буду жить в своё удовольствие. Не важно куда, главное, чтобы подальше от сестёр. А у тебя есть мечта?

— Ты будешь смеяться.

— Не буду, говори.

— Я хочу свергнуть королей. Хочу разрушить мир, в котором детям вроде нас приходится жить под мостом или работать на фабриках.

— Отличная мечта! — улыбнулась Фелисия. — Знаешь, а я никуда не поеду, я останусь здесь с тобой и помогу тебе осуществить задуманное.

— Правда? — обрадовался Ник. Для воплощения плана в жизнь ему было необходимо много единомышленников, и одним он уже обзавёлся.

Детей ослепил прожектор вертолёта. Замигали сирены. С десяток полицейских машин съехались к мосту со всех сторон. Люди в формах поймали детей и рассадили их по разным машинам. Ника посадили в фургон, чтобы отвести обратно на фабрику, а Фелисию в чёрный лимузин.

* * *

Нибор вернулся из воспоминаний к реальности. Сейчас у него был отличный шанс, чтобы избавиться от соперника в лице Агаты. Он легко сымитирует нападение тёмной гильдии, нужно всего лишь оставить на стене тот же знак, что был на карете. Взгляд Агаты, та нежность, с которой она на него смотрела, заставил Нибора сомневаться.

«Если она с самого начала знала, кто я такой, то почему не натравила Элизабет Фейтл, почему спасла от камикадзе? — задумался Нибор. — Неужели она действительно Фелисия? Та самая Фелисия, которая спасла меня от голодной смерти и жила со мной под грязным мостом? Это было слишком давно, чтобы иметь какое-то знание. Я попал на фабрику, а она вернулась в свой дворец. Точно, она одна из тех толстосумов — мой заклятый враг! Ни для кого не секрет, что я лучший игрок. Она просто хочет использовать меня, чтобы дойти до финала».

— Агата Солер! — после стука из-за двери послышался мужской голос. — Авантюрист из Стального кулака обнаружил детей. Объявлен общий сбор.

Нибор ожидал, что Агата позовёт на помощь, обвинит его в нападении и причастности к тёмной гильдии. Учитывая разрубленную кровать и рану в её груди, доказательства были бы неопровержимые, но вместо этого девушка спокойным голосом ответила:

— Хорошо, сейчас буду.

— Что ты задумала? — прошептал, прижавшись к ней, Нибор. Его меч по-прежнему отнимал её очки здоровья.

— В это трудно поверить, но я хочу тебе помочь. Хоть мы и не виделись двадцать лет, всё это время я думала о тебе. Смотрела, как ты сражаешься, и мечтала о том, чтобы снова сбежать и оказаться с тобой под тем мостом.

Нибор резко вытащил меч из её груди и сделал несколько шагов назад.

— Откуда сбежать, из дворца?! — Он был готов вновь нанести удар. — Устала спать на мягких простынях, есть бутерброды с чёрной икрой или видеть лицо прислуги, которая подмывает тебе задницу?!

— Вот, значит, что ты обо мне думаешь, — Агата отвела от него взгляд. — У нас с тобой куда больше общего, чем ты можешь себе представить. Единственная разница между нами в том, что ты смог обрести свободу, а я так и осталась птицей в клетке. Если тебе так будет проще, можешь убить меня, я не буду на тебя сердиться.

— И ты хочешь, чтобы я поверил, будто ты так просто расстанешься с жизнью?

— К моменту, как я вошла в игру, моя судьба уже была определена. Единственный выбор, который я могу сделать — это умереть, сражаясь за тебя или за неё.

— О ком ты говоришь?

Нибор попятился назад и, не сводя с Агаты взгляда, собрал свою одежду в инвентарь, а затем в одно нажатие облачился в привычные для себя вещи.

— Я говорю о своей сестре. Родители отправили меня в игру, чтобы я помогла их первенцу заполучить власть над миром.

— Вас двое?

— Семеро. Я не видела остальных, но точно знаю, что как только они доберутся до наследницы, она станет непобедима. В этой игре мы лишь разменные монеты. Пешки, которые должны жертвовать собой, чтобы победа досталась королеве. Так что ты решил, убьёшь меня или позволишь быть одной из бродяг?

— Почему ты сразу не рассказала, кто ты такая?

— Зная твой вспыльчивый характер, это было бы равносильно самоубийству. К тому же, столько слухов ходило о том, как хорош Бродяга Ник в постели, что я просто не смогла отказать себе в удовольствии. Я знаю, что ты сблизился со мной лишь для того, чтобы подобраться к Фейтл, и всё же я получила своё. Признаться, я немного разочарована. Не то чтобы совсем плохо, но могло бы быть и лучше.

— Ты же кричала, — смутился Ник.

— Не будь так наивен. Это была простая вежливость.

— Это действительно ты. В детстве Фелисия не упускала возможности поучить меня манерам. И что теперь?

— Как что? Я помогу тебе воплотить мечту в реальность.

— Пойдёшь против своих?

— С превеликим удовольствием. Ты не единственный, кто хочет доказать, что деньги и власть — не главное.

— Если ты попытаешься меня предать…

— Не беспокойся об этом, я буду верна тебе как жена, а чтобы ты не сомневался в этом… — вместо рукопожатия Агата поцеловала Нибора взасос и даже потискала за ягодицы. — Интересно, в жизни они такие же упругие?

— Агата, поторопитесь! — в дверь снова постучали. — Элизабет Фейтл уже выступает.

* * *

Чтобы не привлекать внимание тёмной гильдии, сбор проводился в погребе таверны, которую ещё неделю назад выкупила Элизабет Фейтл. Скопление гвардейцев в этом заведении было обыденностью и не вызывало подозрений. Кроме женщины в блестящих облегающих стройную фигуру латах, с выбритыми по бокам розовыми волосами и шрамом над правой бровью, здесь было около двух десятков гвардейцев, все не ниже двадцатого уровня, Кристофер Олдрак в компании дюжины крепких авантюристов, среди которых были Анрин, Клиф и Лютер, а также Громила Филипп и его старший брат Данай. Но вот кого Нибор не ожидал увидеть, так это Балл Вея и ещё четырёх членов Золотого грифона. Главный подозреваемый на роль игрока был высоким блондином в дорогой кольчуге и латах. Несмотря на то, что Балл Вей орудовал мечом и щитом, он выполнял роль атакующего. Как и полагается члену Золотого грифона, он был одет в доспехи не ниже эпического качества.

«Балл Вей 24 ур. ОЗ — 8.4 т.»

Команда Бродяги, точнее их способности и умение работать сообща, превосходили команду Балл Вея, но их уровень и качество снаряжения оставляли желать лучшего. Нибор представил несколько вариантов сражения и пришёл к выводу, что сражаться с ними слишком рано.

— Наша цель, — Элизабет Фейтл указала место на карте, — винодельня графа Гринза. Сам граф уже давно не появлялся в городе, но у нас есть веский повод считать, что винодельня является главным укрытием тёмных. Учитывая, что там делают зелье опыта, а для Торгоса это ценный ресурс, она хорошо защищена. Вокруг виноградных полей высокие стены, а в самом поселении несколько осадных башен, так что прорываться придётся штурмом.

— А с чего вы взяли, что мы найдём там детей? — поинтересовался соратник Балл Вея.

— Я слышал, как они закапывали истерзанное детское тело под виноградом, — ответил ему Клиф. — Там полно таких могил. Они уже не первый год убивают детей и варят зелье опыта прямо у нас под носом.

— Давайте кое-что проясним, — Элизабет одарила члена Золотого грифона строгим взглядом. — Здесь командую я! Если кто-то из вас ослушается моего приказа или будет перебивать, когда я говорю, он тут же будет заклеймён предателем и убит.

— Простите несдержанность моего товарища, — преклонил голову Балл Вей.

— Итак, — продолжила Элизабет, — Для создания зелья опыта дети должны быть живыми, так что о том, что их убьют, как только мы постучим в дверь, можно не переживать. Скорей всего, их попытаются вывести через катакомбы и перепрятать. Наша задача атаковать со всех сторон и перехватить детей. Любого, кто будет мешать, убивайте без раздумий. Крестьяне, что работают на этих полях, ничем не лучше тёмных.

— Простите, — поднял руку Нибор.

— Да? — Брови Элизабет соприкоснулись от недовольства.

— Недавно я проник в тёмный переулок и узнал, что к похищению детей причастен один из грехов Торгоса — Зависть. Высока вероятность, что он укрывается там же, где держат детей.

— Я могу подтвердить его слова, — вмешалась Агата. — На карете похитителей один из тёмных узнал знак Зависти.

Нибор заметил на лицах авантюристов и гвардейцев смятение, у кого-то даже задрожали колени.

— Мне известно об этом, — ответила Элизабет Фейтл. — Именно поэтому я позвала Кристофера Олдрака. Кто не знает, когда-то он был охотником за грехами.

— Эх, давно это было, — покачал головой мужик с пышной белой бородой. — Я уже не тот, что прежде, но чем смогу, помогу.

— Если наткнётесь на Зависть, — Элизабет прикрепила к доске автопортрет пожилого мужчины, — дряхлого старика шестидесятого уровня, используйте свиток алой вспышки. В бой с ним не вступайте. Говорят, одним прикосновением он способен высосать из человека весь опыт и жизнь. Мы потеряли уйму времени на поиск их логова, поэтому выдвигаемся немедленно!

Перед началом штурма Элизабет Фейтл поделила всех на команды так, чтобы в группе было три гвардейца, два представителя «Стального кулака» и один представитель «Золотого грифона». Это было сделано для того, чтобы, если одна из гильдий или сами гвардейцы окажутся предателями, у них были связаны руки, так как они будут под надзором верных закону мечей.

Две группы, в одной из которых были Кристофер Олдрак, Клиф и Лютер, отправились к винодельне через катакомбы. Три других, среди которых была Элизабет Фейтл, зашли к винным полям с разных направлений. Нибору повезло попасть в одну группу с Агатой, Анрином и Балл Веем.

«Если он игрок, на его запястье тоже есть знак планеты с короной, — думал Нибор, посматривая в сторону Балла. — Однако, как и у любого авантюриста, оно скрыто кольчугой и наручами. В любом случае сейчас лучшее время для того, чтобы подобраться к нему вплотную и убить. Судя по экипировке и тому, как он держит щит и меч, сделать это будет непросто. Недаром он дожил до второго этапа. — Нибор взглядом указал Агате на Балл Вея. — Вот и посмотрим, на чьей она стороне».

Команда Нибора достигла кованых ворот, за которыми простирались гектары виноградных полей. Казалось, проход никто не охраняет, но не успели защитники правосудия подойти вплотную, как к ним навстречу вышли три облачённых в кольчугу и вооружённых короткими топорами воина, каждый семнадцатого уровня.

— Заблудились? — скрестив руки на широкой груди, спросил самый рослый из них.

— Именем капитана Элизабет Фейтл и властью королевских гвардейцев я требую, чтобы вы нас пропустили и сопроводили к винным погребам, — Агата показала мужикам грамоту с гвардейской печатью — объятый пламенем молот.

— Вынужден отказать, — ответил мужик. — Это частные владения графа Гринза, нам не велено никого пропускать.

Не успел мужик достать из-за пояса топоры, как два гвардейца копьями прижали его к стене. Молот Агаты ударил в грудь и сбил с ног близ стоящего к ней охранника. Третий сразу поднял руки, показывая, что он не собирается им мешать. Мужиков обезоружили и повязали веревками так, что они не могли шелохнуться.

— Может, стоит их убить? — предложил Балл Вей. — Они ведь могут ударить в спину, а Элизабет сказала никого не жалеть.

— Здесь я принимаю решения, — одарила его недобрым взглядом Агата. — Мы не станем никого убивать без повода. Идём дальше!

«А она хорошо играет свою роль», — подумал Нибор, он тоже был не прочь убить охранников и поживиться их опытом и снаряжением.

Со стороны северных ворот прозвучал раскат грома, это Элизабет Фейтл не приняла отказа охраны и уничтожила их одним ударом вместе с коваными воротами. Параметр силы позволял не только носить латную броню, но и крошить кулаком камни и поднимать немыслимые для человека тяжести. Со стороны винодельни донёсся громкий звон колокола. Он эхом разнёсся по виноградным полям, заставляя крестьян заткнуть ладонями уши и прижаться к земле. Казалось, звук причиняет им немыслимую боль.

— Берегись! — крикнул Нибор.

Он боковым зрением заметил угрозу и вовремя подоспел, чтобы прикрыть гвардейца щитом изо льда. Щит разлетелся на осколки под ударом острых когтей, а Агата и Балл Вей, моментально среагировав, атаковали темношкурого волка, что, как ликантроп, передвигался на задних лапах.

«Голодный линчеватель 23 ур. ОЗ — 4.6 т.»

Зверь был наделён столь неистовой силой, что сумел остановить лапой молот Агаты. Гвардейцы тут же бросились в атаку и с помощью усиленных способностями ударов пронзили чёрную шкуру. Завершающий удар зверю нанёс Нибор. Дадао Стальной крушитель полоснул Голодного линчевателя по прессу и снёс ему голову. Не успели защитники правосудия умертвить одну тварь, как к ним уже мчалось две других. Шкура этих ликантропов была рыжая, как у лисиц, а по оценке Нибора скорость их движений была близка к 180 %. Агата встретила и отбросила их способностью «Ярость предков», а Балл Вей совершил рывок и оглушил зверя щитом. Благодаря этому гвардейцы и Нибор смогли беспрепятственно наносить удары.

— Что происходит? — отбиваясь копьём от второго зверя, задавался вопросом гвардеец. — Откуда они взялись?!

— Это крестьяне, — ответил Нибор, спасаясь от когтей быстрого зверя с помощью льда.

Вне зависимости от урона, обморожение могло выдержать всего один удар, из-за чего лёд тут же осыпался на землю. Ядовитые когти прошлись по руке Нибора, оставляя на ней царапины. Урон был небольшим, всего триста единиц, однако яд тут же забрал у Бродяги два очка силы.

— Там! — Анрин, который прикосновением снимал эффект ядов и лечил союзников, указал на винодельню. — Бьюсь об заклад, что колокол — это проклятый предмет, и с его помощью тёмные обращают крестьян в этих тварей.

Женщина, что собирала в плетёную корзину виноград, вскрикнула от ужаса и упала на колени. Она больше не могла вынести звона, который поедал её мысли и заменял их картинами кровопролития. Глаза женщины стали звериными, изо рта вытянулись клыки, из-под ногтей выросли когти. Её мышцы стали быстро расти, а кожа — покрываться рыжей шерстью, от чего вся одежда пошла по швам и лоскутами упала на землю. Меньше, чем за минуту крестьянка пятого уровня обратилась рыжим оборотнем двадцать второго уровня. На полях работало больше сотни крестьян, и каждый из них обратился чудовищем, которое жаждало свежей крови и плоти.

Одного из гвардейцев повалили на землю и потащили к виноградным кустам. Сразу пять оборотней принялись рвать его на части. Нибор применил «Удар с провокацией» и бросился ему на помощь. Чтобы отпугнуть линчевателей, он покрыл своё тело ледяными шипами, но уже было поздно. Здоровье гвардейца коснулось нуля, а в его глазах застыла безмятежность. По оценкам Нибора, чтобы продержаться под натиском такого количества и уровня врагов, им нужно было объединиться и выложиться на полную, в противном случае он рисковал потерять не только Агату, но и Анрина.

Глава 4. Когда звонят колокола

Тёмная гильдия встретила защитников правосудия звоном проклятого колокола, который превратил слабых крестьян в опасных ликантропов двадцатого уровня. Темношкурые оборотни были столь сильны, что ударом лапы сбивали гвардейцев с ног, а рыжие обладали немыслимой скоростью и своими когтями накладывали слабость, которая суммировалась до десятка раз. Несмотря на то, что ликантропы не использовали способностей и не носили брони, сдержать их дикий натиск было очень тяжело. Они уже растерзали одного гвардейца и нацелились на мрачного лекаря, который взмахом лопаты призвал вспышку света. Звери зарычали и зажмурились, но как только вспышка угасла, словно стая волков бросились в его сторону. Понимая, что без лекаря в группе ему не выжить, Балл Вей пришел Анрину на помощь. Авантюрист Золотого Грифона принял десяток ударов на щит и способностью «Месть» выпустил из него волну света, которая разом нанесла всем стоящим перед ним ликантропам 1 500 урона. Нибор, Агата и ещё один гвардеец тут же принялись добивать раненных монстров. Чтобы повысить вероятность критического удара, Нибор бил по жизненно важным точкам: голове и сердцу. Пользуясь грубой силой и тяжестью молота, Агата отбрасывала одного оборотня к другому, а гвардеец пронзал их копьём.

Со стороны винодельни донёсся раскат грома, и звон колокола утих. Элизабет Фейтл истребила всех оборотней, что встали у неё на пути, и уничтожила колокольню. Сила этой женщины была так велика, что она в один удар обращала своих врагов в требуху из мяса и костей. Хоть звон проклятого колокола больше не тревожил слух, прежний облик крестьянам это не вернуло. Пока защитники правосудия сражались на виноградных полях, Кристофер Олдрак вместе с Клифом и Лютером в катакомбах противостояли алмазным саламандрам.

Нибор сбросил с себя Голодного линчевателя и мечом рассёк ему грудь. Впитав опыт с поверженного врага, он тут же восстановил четверть здоровья и повысил свой уровень до д

...