Оглавление

От Автора

Приветствую тебя, Дорогой Читатель!

Прежде чем приступить к прочтению моих Книг, позволь вкратце рассказать, что же представляет из себя Удивительный и Сказочный Мир — «Эйриния».

Эйриния — мирная и спокойная Страна, простирающая от берегов Океана Грез на западе, до Эфирского моря — на востоке, от Семарийский гор на севере и до южных Аэширских пустынь.

Испокон веков эти Земли населяли множество видов и рас, наделенные Разумом и Даром Речи. Самыми многочисленными являлись Мышиный и Крысиный Рода. За всю свою историю существования Эйриния повидала много взлетов и падений, а её жители пережили столько бед и горестей, сколько и радостных моментов Жизни.

645 год от основания Эйринии стал началом Третьей Эпохи. В летописи она ознаменовалась началом Великой Войны, охватившей не одно Государство и получившей название «Гражданская Война в Вестии». Она закончилась лишь спустя десять лет, унеся бесчисленное множество жизней и похоронив с собой не одну Культуру. Под всепоглощающим пеплом Войны было погребено Наследие Предков. А многие Технологии и Знания, что передавались из поколения в поколение и обогащались новыми познаниями в устройстве Мира, оказались и вовсе утрачены безвозвратно.

Идет 665 год.

Сейчас мало кто помнит из-за чего началась эта Ужасная Война. А те, кто пережил последние её дни, предпочитают хранить молчание, и жить дальше…

Но не успела Мирная Жизнь наладиться, а «шрамы затянуться», как жителям Эйринии снова угрожает смертельная опасность. Наряду с назревающими внутренними раздорами между правящими Домами, с юга набирает силы Аэирское «полчище».

Смогут ли простые жители сего Мира, вовремя вразумить своих Господ, и направить все силы на защиту своей Родины, или им уже ничто не способно помочь?

Представляю Вашему вниманию Новую Серию Книг из Цикла: «Эйриния» под названием: «Марк и Афин», которая является предысторией к первой Серии, состоявшей из двух Книг: «Эйриния: Пик из Эхтера» и «Терриусиды: Осколки Души»

Хотелось бы выразить сердечную Благодарность Всем, кто помогал мне в интереснейшей работе при подготовке Книги к изданию:

Ольга Маркелова
Редактор/Набор текста и Корректура

Люда Пылаева

Художник/Дизайн костюма/Проработка Героев

Лифа Марцелли/Lifa Marcelli

Художник Иллюстрации для Обложки

Сергей Шилин

Художник/Автор Географической и Политической Карт

Алеся С./murasaki.sin

Художник/Автор Портрета Писателя

Анастасия Скорик

Художник/Дизайн костюма/Проработка Героев

Леонтина Трефилова

Художник/Иллюстратор

Михаил Герцев

Реклама в интернете и соц. сетях

Предисловие

«Рано или поздно это должно было произойти.

В очередной раз я совершил Ошибку.

И теперь расплачиваться за неё будет весь Мир».

— Эх-х-х, — тяжело вздохнул средних лет мышь, восседая на каменном Троне посреди Зала, такого же холодного и безжизненного, как и камень, из которого он был высечен.

«Даже зная, чем всё это закончиться, я изо всех сил верил, что быть может, Он одумается и найдет в себе силы победить то Семя Зла, что в нем взрастили».

— Но… — оборвался голос

Сомкнув глаза, словно наяву, перед очами предстала поистине Ужасающая Сцена схватки Добра и Зла — мышей и крыс, некогда имевшая место произойти. В ушах глухим эхом отдались звуки давно минувшей Войны. Стоны и крики идущих на смерть заглушали Голос Разума.

Не успел мужчина опомниться, как оказался погружен в События тех Роковых Лет. Облаченный в сверкающие на Солнце доспехи, он вновь встал во Главе своей Армии, что выступила против Тирана Аримаха.

В самой разгар Кровавой Битвы, он встречается со своим «Врагом» лицом к лицу, и между ними вспыхивает короткий Диалог.

«Арим, это не ты! Остановись, пока не стало…

— Поздно?! Ты это хотел сказать, мой друг и Наставник Аэир!? — перебил его высокий крыс, закованный в броню цвета крови и мрака.

«Поздно — стало в тот день, когда весь Мир отвернулся от меня. А мои друзья приговорили к казни, даже не выслушав».

Хрипел Тиран, раскидывая направо и налево своих и чужих солдат, неумолимо надвигаясь на Противника.

«Я знаю, ты зол.

Зол на весь Мир.

Сколько я тебя знаю — ты никогда никого не слушал.

И всегда поступал, как велит тебе сердце.

Мы столько пережили вместе, прошу тебя, Друг — остановись».

Из последних сил мышь пытался достучаться до него, но всё было тщетно.

В глазах друга он более не видел того Арима, каким был раньше этот крыс. Отныне это было Чудовище, порожденное Ненавистью и Злобой, вскормленное и выращенное Жрицами Древнего Культа Богини Ночи и Смерти — Турии.

Не успел Наставник и глазом моргнуть, как Аримах был уже подле него. Не позволив более и слова сказать, Деспот набросился на Предводителя Вражеской Армии.

Размахивая мечом, выкованным из металла, что отливался ало-красным цветом крови, и чье лезвие имело волнообразную форму, Тиран желал раз и навсегда покончить с Прошлым».

— Если бы тогда, я нашел в себе силы довести начатое до конца, — прошептал несчастный, сквозь боль сковавшую сердце.

Сомкнув очи перед ним предстал израненный Старый Друг, упавший перед ним на одно колено.

«Чего же ты ждешь?! — прорычал крыс, весь истекая кровью.

— Жду, когда ты одумаешься!

— Этого не будет — никогда! — завопил Тиран и в последний раз поднял свой меч супротив клинку Аэира.

В самый последний момент, когда Лучшие Друзья, а ныне Злейшие Враги, кинулись друг на друга, между ними выскочила молодая мышка. Не успел Аэир опомниться, как его клинок вонзился в грудь бедняжке, заслонившей собой Противника.

Следом раздался душераздирающий крик Боли и Отчаяния, принадлежавший самому Аримаху. Словно подкошенный, несгибаемый и непобедимый доселе Тиран, рухнул на землю, подле умирающей девушки.

— Зачем… Сира, зачем ты?! — чуть слышно проскрипел крыс.

К его собственному удивлению и страху, впервые за последние два века, из глаз потекли горькие слезы.

— Потому, что я… Всегда… Любила тебя, — ответила угасающим голосом малышка.

В следующее мгновение её очи сомкнулись. Ладошка, которую она протянула к его щеке в надежде в последний раз прикоснуться к Любимому, так и не достигнув лица, упала плетью на землю. Которая была обагрена кровью сотен сотней мышей и крыс, чьи жизни обрывались каждую песчинку.

На миг вся эта Схватка, казавшаяся бесконечной и кровопролитной, померкла перед глазами Генерала Сил Тьмы. Прижимая девушку к груди, мужчина задрал голову к Небу и дико завопил.

— За что-о-о-о-о?!

Пребывая в ужасе от содеянного, Аэир, чьи руки были по локоть в крови выронил свой меч. Не зная, что теперь делать, он стал пятиться назад.

В следующее мгновение, чувствуя близость Погибели Тирана, на израненного Аримаха со спины набросились его же собственные солдаты. Словно дикие ненасытные Твари, они принялись вгрызаться ему в шею и руки, дабы испить его кровь.

Безумная Сцена настолько испугала Аэира, что он в ужасе кинулся бежать прочь от места расправы».

— Ваше Императорское Величество, мятежники в бухте и готовятся к штурму города, — вывел Аэира из тяжких воспоминаний, весь запыхавшийся крыс-солдат, ворвавшись в Зал с дурной новостью.

— Покажи! — поднялся на ноги мышь в полный рост.

Тут же со всех окон были сорваны занавески, и перед ликом Властелина Далеких Земель предстала вся Ужасающая Картина. Словно сотни сотней светлячков, в ночное небо взметнулись горящие снаряды. Они были запущены с кораблей, что заполнили собой всю южную бухту города Аэир.

— Дочь Моя, — повернулся мужчина спиной к городу, объятому огнем.

— Я здесь Отец, — вышла из тени трона юная мышка.

— Ты должна покинуть Аэир. Покинуть Страну.

— Но отец…

«Ты должна исполнить то, ради чего я тебя готовил.

Найди Его и помешай любой ценой!

Ты должна остановить это Безумие».

— Хорошо, Отец, — смиренно поклонилась ему девушка.

Понимая, что времени на разговоры нет, поклонившись до пола, она кинулась со всех ног прочь из Зала.

— Император Аэир, только прикажите, и мы все, как один, умрем за Вас!

— Нет, Генерал! Отдайте приказ солдатам заняться эвакуацией Мирного Населения подальше от Очагов возгорания.

— Но, Ваше Величество — мы готовы дать отпор Мятежникам! Пусть их больше, но…

— Вольно, друг мой! Помяни мое слово — время схватки еще наступит. А пока — живо исполнять мой Приказ.

— Так точно, — ударил себя кулаком в грудь верный солдат Отчизны, и поспешно покинул Тронный Зал.

Аэир остался совершенно один.

Повернувшись лицом к охватившему его Родину зареву огня, даже отсюда он прекрасно слышал предсмертные крики о помощи. Не в силах вновь видеть напрасные Жертвы ненасытной Госпожи Войны, он прикрыл глаза.

— Время пришло, — сквозь слезы прохрипел Император, приготовившись к худшему.

Глава 1 «Далеко идущие Планы»

— А ну пусти, отброс пустыни! — ругался и дергался ершистый парень, пытаясь вырваться из могучих рук конвоира.

Тот оказался настолько любезен, что доставил его и двоих Спутников, чьи лица скрывали капюшоны, в одну из палаток, наспех разбитых посреди пустыни.

До рассвета оставалось совсем немного. Тем не менее здесь, посреди Лагеря Разбойников уже никто не спал.

— Еще одно слово, и я тебя… — пригрозил ему здоровяк, но спокойный голос остановил сей «благородный порыв».

«Успокойся Юрг, и дай-ка нам побеседовать с Посланником Шябмес!»

Бурого окраса крыс крупного телосложения, швырнул Гостя поближе к Хозяевам Шатра, которые мило устроились на коврах и попивали остывшую за ночь водицу.

Именно здесь, со всеми возможными почестями и роскошью, полусидя- полулежа, расположился сам грозный Глава Отверженных и его Дорогой Гость. Отбросив походные плащи, распахнув на груди рубахи, выпучив живот и раздувшись от самодовольства, мужчины кичились своей властью.

— Как я посмотрю, вы нашли друг друга — шестерка Мурзы Бея и мальчик на побегушках Шябмес — Атаман Дэрей, — поднял голову статный юноша.

Высокий статный, темно-карего окраса песчаный крыс, с глазами цвета сапфиров обладал привлекательной внешностью, соответствующей его статусу.

На нем красовался поношенный походный кафтан с высоким капюшоном. На ногах одеты тканевые сапоги. Двое других Гостей также не особо блистали гардеробом. Им это и не требовалось, ведь сюда по стройным талиям, ими являлись девушки. Оказаться «распознанными маяками» раньше времени могло стоить им Жизни. Поэтому они вели себя крайне тихо и послушно.

— Сопляк, да как ты смеешь, — готов был стереть с лица наглеца усмешку помощник Главы Отверженных, но крыс жестом успокоил его.

— А не слишком ли много гонора, для без пяти минут Покойника?! — поднялся на ноги Радушный Хозяин.

Им являлся довольно крупного телосложения, плечистый, грязно-песчаного окраса песчаный крыс с короткой стрижкой. Мужчина с горящими алчностью и жестокостью темно-серыми глазами по своей натуре не любил ходить «вокруг до около». Оскал, сверкающих в ночи зубов, словно блеск холодного клинка сабли, отлично дополнял образ местного бандита.

— Нет, погоди, Дэрей! Пусть говорит. Всё же в его словах есть горькая правда, — остановил его Наемник — высокий серого окраса мышь.

Оскаленные зубы и прищуренный взгляд серых глаз выдавали в нем настоящего мерзавца, для которого страдания других были всласть. Даже роскошные сапоги, шаровары и кафтан из самых дорогих сортов ткани не могли скрыть тщедушие и жестокость мерзавца.

— Хорошо, Кирс.

— Так ты, Анис, сын Ятима, изгнанного Шябмес из Царства и тут же примкнувшего к врагам, пришел сюда лишь дерзить?! — прорычал бывший Командир Стяжателей с Понтийского Флагмана.

— Нет! Я пришел, чтобы предложить вам обоим одно очень Заманчивое Дельце, — поднял на них свой живой взгляд юнец.

— Мы слушаем! — дал отмашку Атаман и занял прежнее место на мягких перилах.

— На данный момент Бессария осталась без Законной Власти. Молодая Царица нынче вечером была выдана замуж, а после похищена…

— Вот так новость, — перебил его Дэрей. — Нам, что с того?

«А то, недалекий мой Друг, что всё это спланировала сама Госпожа Шябмес, также известная, как Зарима. Я сам видел, как она просто стояла на балконе и провожала «Небесный Корабль» Похитителей взглядом, даже не попытавшись их задержать.

Ну, конечно, зачем ей это, ведь теперь она, как Регентша, займет Трон Бессарии и даже сам Мурза Бей будет ей не Указ».

— Интересные вещи говоришь, — призадумался над его словами Хозяин Шатра. — Так в чем именно заключается твоя Задумка?

— Лично я не собираюсь более служить той, что вечно вытирает об меня ноги и называет мусором, — прорычал с гневом Анис, сжимая кулаки.

— Знакомое дело… Но на то она и Тарзи — вся власть здесь в её руках, — молвил задумчиво Дэрей.

— Лишь до поры до времени! Я собираюсь обломать ей зубы и оставить ни с чем.

— Поподробнее, — заинтересовался Кирс словами парнишки, чей взгляд и манера дерзко держаться его заинтересовала.

— Всё очень просто — еще до наступления вечера Оазис окажется под осадой. И благодаря мне, останется без поддержки с побережья, — шипел на распев Заговорщик, живо представляя лицо той, кто предала его и оставила «с носом».

— В осаде?! Да какие глупцы осмелятся на такое безрассудство?! Стены Бессарии неприступны, — почесал подбородок мужчина, не слишком веря словам Гостя.

— Вождь племени Туска, вот кто! Вам обоим прекрасно известно, что некогда Мурза Бей похитил у него Дочь для «Понтийского Царька», взамен на «послушание». Только представьте, сколько гнева накопилось в разбитом сердце Отца девочки. Да он голыми руками возьмет город измором или силой, если потребуется! — сжал кулаки крысенок, брызжа слюной.

— Пустые слова! С чего ему идти на это?! Раньше не посмел, не сделает первый шаг и нынче!

— Об этом не беспокойтесь, — вывел вперед Анис одного своего Спутника и сорвал с лица капюшон.

— Не может быть?! — воскликнули в унисон умудренные летами разбойники.

— Это же…

— Верно, единственная и горячо любимая Дочь самого Вождя, истинная Наследница племени Туска — Кириэка, — представил он девушку Дорогим Хозяевам.

— Уби-и-и-ть! — прорычала мышка, в глазах которой по-прежнему пылал огонь ненависти.

— Ту, что позволила ему сбежать, не про-о-о-щу, — проскрипела тусканка, а Дэрей и Кирс переглянулись.

Наемник первые песчинки опешил от подобной Нежданной Встречи. Заметив, что девушка не видит его в упор, мышь немного успокоился. Несколько дней назад он был приставлен к ней, дабы лично сопроводить напыщенную девчонку к Родные Края. Но с тех пор «много воды утекло». Теперь оставалось лишь догадываться о причинах резкой перемены в настроении тусканки. Решив лишний раз не ворошить прошлое, Наемник принял прежний надменный вид и весь обратился вслух.

— Допустим, ты говоришь правду, нам, что с того?!

— Вам будет интересно знать, что Шябмес отправила одного дурачка на юг, в Пустошь Велаксарэй, на поиски некоего Сокровища, так необходимого ей, — шипел крысенок, потирая руки.

— Слышал я о нем! Она и меня пыталась туда заманить, но я…

— Вот именно, Дэрей, ты не дурак, — перебил его Анис. — А вот этот Марк с его друзьями — наивные простачки, возомнившие, что у них выйдет.

— Марк?! — оживился тут бывший Глава Стяжателей. — Знавал я одного юнца с похожим именем…

«Если это он, в чем я уже не сомневаюсь, ведь их всех явно привело сюда желание спасти её — им это удастся».

Призадумался мужчина, косо поглядывая на бывшую Пленницу Флагмана Понтиса.

— Ха, это невозможно, Шябмес многих туда посылала, и не один…

— Вот именно, Атаман! Эти детишки не из простых, им многое по плечу.

— Так что ты хочешь от нас, парень?! — вернулась вся серьезность к Кирсу.

— Одному из вас, придется доставить девчонку к её Отцу, дабы она убедила его действовать против Регентши, и как можно быстрее…

— Ага, ищи дураков в другом месте!

— Во-во! Вот сам и веди Пленницу, коль жизнь недорога, — переполошились мужчины.

— Я не договорил… — поднял указательный пальчик юноша.

«Тот, кто вернет малышку в Отчий Дом, станет Героем, освободившим любимую Дочурку Вождя из лап негодяев. Тем самым он навсегда заручится поддержкой племени Туска».

— Если вы понимаете, о чем я, — хитро скривил жестокую усмешку мерзавец.

— Допустим так, а дальше…

— А второму из Вас предстоит пуститься в погоню за этим мальчишкой и его друзьями. Наградой ему станет тот корабль, что парит в небесах.

— Видели мы его ночью! Да решили, что напились… Но раз это не мираж — награда неплохая, — потер руки Дэрей.

— Нет, этим займусь я! У меня с этим мальцом давние счеты, — сжал кулаки бывший Ловец Невольников, поднимаясь на ноги.

— Отлично Наемник, сделай всё, чтобы их остановить!

— Не сомневайся, на этот раз я удавлю его собственными руками! — прорычал мужчина, в глазах которого вспыхнул огонек.

— Скажи-ка, Анис, а чем ты будешь занят, пока все «заботы» лягут на наши плечи?! — поинтересовался Глава Отверженных, видя, что его недавнего друга уже не отговорить от столь безумной авантюры.

— Как я уже упоминал, Атаман, я возьму под свой контроль Пэям. Если Шябмес решит попросить о помощи для Оазиса у Мурзы, в чем я не сомневаюсь, всех её гонцов будет ждать «один конец».

— Ха! И ты вот так запросто в одиночку вздумал захватить там власть, безумец!

— Не один, за этим я пришел к вам, Грозный Глава Разбойников. Мне нужны ваши бравые ребята для выполнения этой задачи.

— А ты не дурак! Вот только с какой кстати мне тебе помогать и вверять своих ребят такому жалкому крысенышу?! — хитро прищурил глазки Атаман.

«Пусть я жалок на вид, но вовсе не дурак. Когда падет Шябмес, в твоих руках окажется две-три страны, вместе с Пэямом, который я обязуюсь передать тебе. После уже никто не посмеет перечить твоей Воле».

— Узурпаторов в Бессарии отродясь не было! — воскликнул в голос старожил.

— Не беспокойся. Об этом позаботиться твой приятель Кирс. Ведь именно Марк и стал супругом Царицы… Само собой с его смертью, ей придется выбрать нового Мужа и будущего Царя всех Южных Земель Эйринии, — не переставал удивлять своей прозорливостью Анис бывалых негодяев.

— Меня престол не интересует, только мальчонка! — прорычал в ответ Наемник.

— Вот и славно. Тогда забирай корабль, а девочку доставь мне. Согласен?! — протянул ему руку Атаман.

— Согласен!

«Да с этим кораблем мне больше никто не будет указывать «куда плыть». Я стану воздушным пиратом и буду бороздить на нем всю Эйринию, грабя всё, что нажито «непосильным трудом».

Усмехнулся мышь и пожал руку Дэрея в знак согласия.

— Вот и ладненько, тогда приступим, — нарадоваться не мог юноша, что все пришли к согласию.

«Да, кстати, в качестве награды для себя — среди странников этого юнца, есть одна прекрасная мышка, но имени Батисия.

Приведи её мне целой и невредимой!

Ты меня понял, Кирс?!»

— Как не понять! Тоже решил стать «бароном», — усмехнулся мужчина, припомнив свои ошибки «на пути к богатству». — Во второй раз я на эту удочку не попадусь, — пожал ему руку Наемник.

Таким образом Трое Заговорщиков скрепили свой Негласный Договор…

Еще засветло, получив от Дозорных весточку, что к Замку со стороны Жемчужного моря приближаются Гости, на самую высокую башню крепостных стен стали стекаться Встречающие.

Среди «зевак», по большей части приближенных местного Правителя, особо выделялась группа мышей высокого Титула. Всех их привела сюда невиданное доселе Зрелище. На всех парусах к Понтису направлялись несколько кораблей пиратов. Эти дерзкие разбойники и раньше осмеливались подплывать к неприступным стенам, окружающим бухту со всех сторон. Но сейчас дела обстояли иначе.

Не скрывая коварной улыбки, в первых рядах «Хлебосольных Хозяев» находился сам Эрх Ворист.

Средних лет мышь пепельно-бурого окраса обладал высоким ростом, средним телосложением и крайне проницательным взглядом серых глаз, что казались потухшими и лишенными Искорки Жизни.

Еще за день до этого, получив нужные ему сведения, мужчина ожидал прибытия «Дорогих Гостей». И вот, наконец, этот миг настал.

Каких-то пара сотен еринов отделяли Его от долгожданной Победы над Бароном непризнанного в Эйринии Пиратского Княжества. Кому скажи, что сам Хозяин Архипелага Вольных приплывет «на поклон» — Наместник Понтиса тот же час отрубил болтуну голову. Даже в самых сладостных видениях Он и представить не мог, всё так удачно сложиться.

Рядом с Эрхом по правую руку стояла парочка мышат, благодаря которым и стало возможно воплощение Грез «Понтийского Царя», как его величали в Бессарии. С некоторых пор, Леони и Алтисия, за «Заслуги перед Отечеством», получили один на двоих Высший Титул. Находясь под властью Иллисы, именуемой себя «Безумие», они охотно приняли радушное Приглашение своего Благодетеля. Их нисколько не пугала встреча с тем, у кого они, самым вероломным способом, похитили любимую маленькую Дочку. Даже, наоборот, «дергавшая за Ниточки» Злой Дух, желала увидеть на лице бедного Отца, выражения полного отчаяния, от осознания глубины предательства.

Прочие Генералы, Вельможи и Знать, составившие компанию Правителю в столь погожий денек, молча наблюдали за приближением трех пиратских судов, соединенных единой цепью. У каждого из них было, что «сказать» разбойникам. Многим «вольные моряки» подпортили «репутацию». Желание увидеть мерзавцев, склоняющих перед ними головы — заставило даже самых ленивых, прибыть сюда.

Совершенно не обращая внимание на роптание позади себя, Ворист хранил гробовое молчание. В уме он раз за разом обдумывал свою Приветственную Речь, которой «искупает» Гостей по прибытию. Мужчина являлся опытным «переговорщиком», поэтому куда лучше остальных знал «Силу Слов». Не позабыл Он и «залог» будущего Мира — бедную девочку, угодившую ему в лапы. Для малышки он припас нечто Особенное, что обязательно должно было «понравиться» её Отцу.

Как только стены ненавистного Замка показались на горизонте, первым на палубу впереди плывущего судна, вышел сам Барон Димгар.

Средних лет мышь темно-рыжего окраса с хитрым выражением лица, ухоженными волосами до плеч и серьгой в правом ухе.

Разодетый с «иголочки» в атласный черный капитанский камзол нараспашку, накинутый поверх белой рубахи со шнуровкой на груди. А также в черные свободного покроя штаны, и сверкающие блеском высокие сапоги, он внушал уверенность и силу.

Храня полное молчание, он обвел экипаж непроницаемым взглядом голубых глаз. Моряки и без слов всё понимая, не посмели в присутствии своего капитана высказать опасения насчет их Плавания в один конец. Каждый из мужчин поставил себя на место несчастного Отца, силой и коварством разлученного с дочерью. Те, кто обладал Семьей, прекрасно понимали его чувства и нисколько не осуждали столь поспешных Решений. Юноши помладше, поначалу роптали, но, когда более умудренные летами мужи, поведали им Причину их Визита Понтиса, они остыли.

В душе каждого из моряков теплился «Огонек Надежды», что всё еще можно исправить без жертв и кровопролития. Хотя зная, насколько коварны понтийские крысы, благополучный исход Ситуации растворялся, как утренняя дымка на горизонте.

Прекрасно осознавая, что именно на него сейчас направлены множество голодных, жаждущих его крови взглядом, Димгар направился к штурвалу. Возможно в последний раз в Жизни, он хотел почувствовать себя Хозяином своей Судьбы.

Не успел мышь, расправить плечи и вдосталь насладиться Зорькой, как с высоты Башен Замка стали подаваться сигналы.

— Калякают по-нашенски! — окрикнул капитана смотровой, узнав Семафорную Азбуку, которую изобрел старший сын Барона.

— Чего они там хотят?! — повысил голос Боцман.

«Они приказывают членам команды арестовать пиратского Барона.

Заковать в кандалы, спустить все флаги и скинуть оружие за борт».

С явной неохотой пояснил Знаки моряк.

— Ха! Может дадим залп из наших орудий?! Чтоб знали, что подобные шуточки с нами не пройдут?! — подошел к Правителю Аршии штурман.

— Ни к чему! Раз это приказ — я выполню Волю Ворика, — поспешил остудить горячий пыл своих ребят опытный моряк.

«Но капитан!

— Так нельзя!

— Мы отступим!

— Не предадим Вас!

— За Вами хоть в «Огонь и Воду».

Зароптали верные мыши, готовые хоть сейчас кинуться в атаку.

Прекрасно зная, что в таком случае, все они погибнут, Барон поднял руку.

«Команда, долгие годы мы с вами не переставали бороться за Будущее наших Детей. Порой приходилось идти на крайние меры, проливать кровь и сеять панику в стан врага. Но всё то в прошлом.

Пришло время закончить эту Войну, раз и навсегда».

С этими словами, отважный капитан передал «бразды правления» судном штурману и сам направился к центральной мачте. Дабы забраться по веревочной лестнице и спустить Флаг Аршии, как того требует «этикет».

Никто из членов команды не посмел возразить столь мудрому и взвешенному решению. Склонив головы в знак сочувствия, аршинцы замерли, где кто находился.

Даже среди самых верных и преданных Общей Идеи, всегда найдется тот, кто поставит свои Интересы выше остальных. Такой подлой Личностью оказался Гость судна — капитан Бор.

Раскачиваясь из стороны в сторону, держа в руках чарку с горячительным, мужчина не замедлил воспротивиться столь опрометчивому поступку Димгара.

— Что же это происходит?! Друзья, с каких это пор, мы позволяем понтийцам диктовать нам условия?! — пробубнил, находившийся навеселе чуть полноватый мышь средних лет, темно-бурого окраса с болотного цвета глазами.

Во всей Аршии он известен, как заядлый посетитель таверн. За глаза получил прозвище «Капитан всех таверн» за то, что не способен пройти мимо не одной забегаловки, не посетив её «гостеприимные берега».

Его появление здесь, посреди всеобщего Траура, не осталось незамеченным. Парочка особо верных Барону моряков, хотели заткнуть ему рот. Но Член Совета оказался не так прост. Разбив о головы нападающих бутылки с ромом, он поправляет на поясе тесак и кидается на штурм мачты.

К тому времени, Отец, загнанный в угол самой Судьбой, уже находился на полпути к смотровой корзине. Достигнув которую, намеревался сорвать Флаг Аршии и пустить «его по ветру».

— Не смей этого делать! — завопил, что было сил гуляка и с ловкостью юноши, стал нагонять «предателя». — Лучше смерть, чем поражение!

Дикие истошные крики разгоряченного мужчины не остались без внимания. Как по сигналу, на судно Барона, при помощи металлических крючьев, забрались верные мыши капитанов Тираса и Крептия.

Первый являлся средних лет мышью, каменисто-серого окраса, с черными вкраплениями. Острые скулы и нос с горбинкой, в сочетании с чуть прищуренными маленькими серыми глазками, а также неоднородность при разговоре — посулили ему известность «Хитроумного Капитана». Он всегда вначале всё просчитывает наперед и только после — действовал.

Его друг средних лет мышь обладал черно-песчаным окрасом и сизыми глазами. Благодаря своему коварству и прозорливости не раз водил за нос крыс из Понтиса. Еще ни один «военный марш» к стенам ненавистного замка под его командованием, не увенчался успехом. Но при этом и потери среди моряков Аршии были минимальными. Благодаря чему заслужил звание «Стратега Аршии».

Еще пару песчинок и между мачтой и командой выросла «стена».

— Что это значит?! — вышли вперед верные Правителю Аршии моряки.

— Борсаний дело говорит! Мы не должны преклонять колени перед Эрх Вористом, даже если на кону жизнь одной соплячки! — прорычал Стратег.

— Нам лучше усмирить Барона и обменять его на Гарантии Независимости Архипелага, — вторил ему Хитрец.

— Да вы только послушайте себя?! Это бунт!

Не успела жаркая «дискуссия» на палубе перерасти в настоящую кровавую схватку, как с высоты раздался крик «возмутителя спокойствия».

— Врешь — не уйдешь!

— Борсаний, чего ты творишь?! Спускайся, пока ненароком себе шею не сломал! — громко отвечал ему Димгар.

— Нет! С меня хватит! Прошли те деньки, когда Мы все слепо верили в твои слова. Отныне пришло время думать своей головой!

Не позволив другу опомниться, гуляка достает из ножен тесак и замахивается. Капитан судна не остается «в долгу» и хватается одной рукой за своё оружие. Тут же между ними завязывается ожесточенная схватка над пропастью.

— Глупец! Поди проспись, раз ничего не понимаешь! — прорычал Правитель Аршии, когда ему удалось отбиться от первой волны нападения.

Оказавшись на «твердой почве» — одной ногой на рее, мужчина занял оборонительную позицию.

— Сами иди спать! — с диким криком кинулся на него Бор.

Еще пару песчинок и гуляка достигает Барона. Не в силах противопоставить искусству владения тесаком своё неумелое «махание», мужчина бросается в рукопашную.

— Одумайся, пока не стало…

Не успел Димгар довести мысль до конца, как подлец свободной рукой выхватывает из сапога короткий нож и всаживает промеж ребер друга.

Глухой стон, поверженного Барона огласил гробовую тишину, воцарившуюся на судах. После чего, не желая оттягивать неизбежное, Борсаний отшвыривает ногой бывшего Барона прочь от себя. Не удержавшись на рее, мужчина теряет равновесие и падает в пасть «Морскому Царю».

Как в подтверждение своей Победы, предатель поднимает над собой окровавленный нож. Чей смертоносный блеск тут же оказывается замеченным на стенах Понтиса.

Не понимая, что только что произошло, сам Ворик кидается к смотровому. Выхватив из его рук подзорную трубу, он становиться свидетелем «Военного Переворота» в рядах Аршинцев.

Понимая, что прошлый Безупречный План отныне пошел прахом, он отдает приказ:

«Открыть врата — взять пиратов в плен!

Всех до единого живьем доставить ко мне!».

Не успели отважные моряки кинуться в воду, дабы отыскать тело своего Лидера, как Предатели отдали приказ атаковать всех, кто будет противиться Новой Власти.

Глава 2 «Кто прошлое помянет…»

— Капитан Арад, капитан Арад, а вы уверены, что у нас всё получиться?! — окрикнул здоровую крысу молодой паренек, пробираясь вместе с девушкой, за ним сквозь базарную площадь Бессарии.

Как только Врата в Оазис отворились, Трое Гостей рано поутру решили претворить свой План в действие. На обдумывание всех деталей у них было порядочное время. И вот теперь, скрывая свои истинные лица под кафтанами пустынных путников, они шли уверенной поступью к намеченной цели.

— Тише ты, выдать нас хочешь?! Называй меня дядей, понял, Фес? — зашипел на юнца мужчина в возрасте, пестро-серого окраса весь в кудряшках.

— Хорошо, но… — дрожал всем телом среднего роста молодой паренек, светло-песчаного окраса, с короткой стрижкой, голубыми глазами и заботливым сердцем.

— Никаких, но! Все надежды на вас. Как и договаривались, вы должны проникнуть во Дворец и разузнать о судьбе моих подопечных. Но будьте осторожны — Зарима очень коварная женщина. Дадите слабину — она и вас не пощадит.

Слова капитана не были лишены смысла, и его подопечный не стал более с ним спорить.

— И нас?! Вы что с ней раньше якшались?! — поинтересовалась девушка, облаченная в красное Одеянии Палача — с высоким капюшоном мантию до пят.

Прекраснейшая на всем белом свете мышка, нежно-песчаного окраса обладала длинными гладкими волосами, словно морская гладь в самый безветренный погожий денек. В её полных печали и грусти чарующих больших глазках цвета изумруда можно было утонуть без остатка.

— Зия, а ты очень догадливая, — подметил дядя, расталкивая толпу, чтобы они все поскорее достигли «Места Назначения».

— Профессия обязывает, — развела ручками мышка.

— Профессия?! Ха, а кто после целого дня игнорирования Феса — смягчилась на второй. Даже более — призналась нынче ночью, что страстно желает Созидать, а не убивать?!

— Так вы слышали?! — замялась малышка, пряча свои ручки в длинных рукавах.

— И не только…

«Вы так горячо шептались и мило обнимались на палубе прохладной ночью, что у меня весь сон, как ветром сдуло. Вот только парнишка оплошал, дальше слов дело не сдвинулось».

— Капитан, вы… вы… — вся разрумянилась девчушка, готовая побить рослую крысу своими маленькими кулачками.

— Дядя, вы нас неправильно поняли! Было холодно, Зия вся дрожала, вот я и отдал ей свою накидку, — попытался встать на защиту Чести Дочери Палача мышонок.

— Ну да, а твоя рука сама скользнула по её плечам и опустилась на талию… Знаю, проходили мы это, — подмигнул капитан.

— Дядя, вы злюка! — ударила его локтем в бок малышка, скрывая своё личико от Феса, который был слишком прост, чтобы понять, в чем была истинная причина её негодования.

— Нет! — встретил парень, осуждающий взгляд Капитана. — Честно, я…

— Ладно, ладно, не оправдывайся. Сам некогда был юным… Кровь так и бурлила… Эх молодость, — вздохнул бывалый моряк.

Погрузившись на миг в сладостные воспоминания своей бурной молодости, он направился вперед, скрывая лицо под пологом капюшона.

Оказавшись впервые в Оазис, Гости не могли оторвать глаз от нарядов местных мышей.

Женская одежда обычных горожанок состояла из облегающего фигуру плиссированного платья — калазириса, и накидки на плечи — палерха. На мужчинах и юношах одеты достигающие уровня талии рубашки с короткими рукавами — ирисы. Штанов, как таковых не было. Ноги до уровня колен прикрывал большой прямоугольный кусок ткани, обвязанной вокруг талии в несколько слоев. Подобный наряд носил название — сахенти. Он был плиссированным в долевом направлении, и завязывался на аккуратный узелок спереди поверх рубашки. Концы спускались сбоку или спереди, и нередко были украшены вышивкой и узелками по краям.

Головных уборов бессарийцы не носили. Волосы мужчин были прямыми и аккуратно подстриженными средней до лопаток длины. Их носили убранными за уши и редко обрамлялись зажимами. Женские прически отличались разнообразием косичек. Их носили все мышки. Различались также длина волос и количеством зажимов — колец, которыми обрамляли кончики.

Несмотря на всю, казавшуюся громоздкость и тяжесть подобной прически с украшениями, бессарийским девушка они очень шли и нисколько не стесняли движения. Они даже умудрялись таскать на своих плечах увесистые кувшины, при этом оставаясь грациозными и хрупкими, словно стебельки тростника.

Обувки на жителях Бессарии не наблюдалось. Все от мала до велика — босоноги. И это несмотря на раскаленный камень под ногами.

— Отлично, пришли, — прошептал Арад, спустя получаса интенсивного пешего марша к стенам «Дворца Царей».

— Там стража, нас не пропустит?!

— Еще как пропустят, Зия! Просто будь сама собой и громко, четко, как разучивали, огласи Свою Волю. Вот увидишь, никто не посмеет тебя и пальцем тронуть.

— Хорошо, я вам верю, дядя.

— А ты давай сюда кафтан, — схватил Феса за плечо капитан.

— Но ведь под ним… — задрожал как лист на ветру бывший стражник Ишпы, оказавшийся здесь не по своему желанию.

В самое сердце Бессарии его, как и Зию, привел довольно необычный «Случай с Казнью». Которую они предпочли «отодвинуть на задний план» Событий.

— Знаю, из одежды лишь ремни, да набедренная повязка. Но так надо! Или ты думал, я просто так приказал Кнуру нарядить тебя во всё это?! — резким рывком мужчина сорвал с паренька накидку, заставив тем самым всего скукожится от смущения.

На голую грудь песчаного мышонка были наброшены ремни через плечи, сцепляющиеся на груди увесистым кольцом. Ноги прикрывала лишь набедренная повязка из плотной ткани, не доходившая до колен.

— Стыд то какой! На меня все смотрят, — прошептал Фес, прикрываясь ладонями.

«Это от тебя и требуется!

Ты, как ни как, Личный Телохранитель и Слуга Дочери Палача. И просто обязан, привлекать к себе внимание окружающих.

Кроме того, зная Зариму, она точно будет немного «заинтригована» такой «преданностью» и на время потеряет бдительность.

Тогда-то, Зия и действуй».

Напоследок напутствовал детишек мудрый крыс.

— Хорошо, дядя, — пуще прежнего раскраснелась девушка, одним глазом поглядывая на полуголого парнишку.

— Также, прошу не забывать, что нам необходимо «обстряпать наше Дельце» раньше, чем сюда завиться твой Отец и начнет наказывать нас по всей строгости Закона. И тебя в том числе, Фес, — одернул мальца капитан, заметив, что тот не слушает.

— Меня?! — захлопал глазками юноша.

— А ты думал, он простит того наглеца, посмевшего прикоснутся к его Дочери?! — пригрозил ему Арад, на что у несчастного язык к нёбу присох.

«А теперь — выпрямись, расправь плечи. И чтобы не случилось, не смей смотреть никому в глаза!

При этом держи голову прямо.

Твоя походка должна быть уверенной и вселять страх и уважение».

— Какое уважение?! Я же почти нагой, — проскрипел жалобно горемыка.

— На подобные случаи у меня есть один очень «Весомый Аргумент», — достал крыс из-за спины увесистый обоюдоострый топор с большой рукоятью и вручил его Фесу.

— А это еще, что такое?! — прохрипел Слуга Дочери Палача и под тяжестью «подарка» прогнулся назад.

— Трофей из Аргандэи — боевая секира, дабы уравновесить твои шансы, — похлопал мужчина паренька по плечу. — Как знал, что пригодится. Носи её с честью и помни, что от твоей Игры будет зависеть не только наш План, но и жизнь девушки, — подмигнул ему опытный моряк.

— Буду стараться! — выпрямился тут Фес, понимая, что на него возложена чрезвычайной важности Миссия.

— Ну, ни пуха, ни пера, — препроводил их взглядом Арад до самых Врат во Дворец.

После короткого Диалога с местными Блюстителями Порядка, Дорогих Гостей Бессарии пропустили.

Рослые песчаный мыши были одеты в белые рубашки и сахенти из такой же благородной ткани, как у самой Царицы. Кроме того, они имели бордовые повязки вокруг талии и обувь, в виде сандалий без подошвы, сплетенных из лоскутов тростника.

Вооружены телохранители холодным оружием с изогнутым рубяще-режущим лезвием и короткой рукоятью. Именовался подобный вид копья-меча кхопеш. Честь «носить» его нужно было заслужить.

Зачастую стражниками Бессарии, которых назвали в честь этого оружия — Кхопеши, становились младшие сыновья вельмож, не имеющие права на наследование. Еще в раннем детстве их разлучали с Семьей и обучали Военному Искусству. Достигших лучших результатов в период взросления брали в ряды Дворцовых Стражей. Остальных ожидала служба на стенах города и за их пределами.

Чтобы «дорасти» до телохранителей Царей, нужно было проявить небывалую выучку и дисциплину, и не каждому такое было по плечу.

Удостоверившись, что детям удалось сделать «первый шаг», мужчина поспешил растворится в толпе…

«Хнык…

Царя не стало более полугода назад…

Хнык…

А теперь и его любимая Доченька пропала…

Хнык, хнык».

Наиграно строила Регентша на своей ухмыляющейся физиономии непомерное горе по поводу утраты Царицы.

«Ха! И до чего же всё здорово складывается!

Жалко, конечно, что Целительницу освободили…

Не велика потеря.

Да к тому же, если она своими «чарами» продлит жизнь этому мальчонке — мне лучше.

Наконец-то, я в шаге от задуманного!

А когда этот нежилец принесет мне то, что заставит признать мои заслуги в Эйринии, меня уже ничто не остановит».

Парила наяву в облаках высокая, стройная песочного окраса крыса с хитрым взглядом рубинового цвета глаз.

Восторгаясь собственной расчетливостью и продуманностью, Зарима восседала на элегантном стульчике возле небольшого изящного столика со всякими вкусностями.

Красоту и стройность фигуры подчеркивало длинное до пола элегантное плиссированное платье — калазирис. На плечах покоился роскошной выделки палерх. На ножках красовались мягкие плетеные из тростника сандалии.

Отлично причесанные, ухоженные рыже-песчаные волосы, обрамленные браслетом из жемчужин, лучше любых слов говорили, что их Обладательница много времени уделяет своему внешнему виду.

Несмотря на то, что женщина уже немолода, было трудно судить об истинном возрасте. Жадный взгляд, полный надменности и высокомерия выдавал в ней Истинную Госпожу.

Пребывая в своих Палатах, которые за ночь служанкам удалось вернуть в первозданный вид после «Марафета Гостей», она и в ус не дула.

Довольно просторный богато украшенный Зал был обставлен большим количеством мебели вдоль стен. Начищенный до блеска мраморный пол, стены сплошь усеянными коврами и бархатом искусной работы, так и блистали чистотой. Неповторимая мозаичная кладка потолка и большие витражные окна, сквозь которые сюда проникали лучи солнца, отлично дополняли Роскошь и Шик, которыми окружила себя коварная женщина.

— Регентша Шябмес, вас хочет видеть Палач! — прервал полет её фантазий, постучавший в дверь стражник.

Вход в Покои Госпожи «сторожили» довольно увесистые деревянные двустворчатые двери, сплошь украшенные резьбой. По бокам красовались расписанные яркими орнаментами колонны в виде арки. Даже пол здесь имел не обычную кладку из синего мрамора, как во всем Дворце, а состоял из яркой мозаики. Благодаря чему сразу складывалось впечатление, что за ними проживает крайне придирчивая в плане декора Особа.

От подобного «заявления», угощение встало поперек горла, и крыса глухо закашлялась.

— Какие будут приказания?! — вошел внутрь её Покоев Кхопеш, не дождавшись ответа.

— Гони, гони его прочь! — прохрипела Регентша и смогла, наконец, выбить из себя сухофруктинку.

— Будет исполнено!

— Стоять! Вот же бестолочь, препроводи его ко мне, — попыталась Госпожа принять прежний хладнокровный вид, но вид Палача на пороге с огромным топором заставил её опешить.

— Это не требуется, мы сами найдем дорогу, — послышался тихий голос и в Гости к Шябмес вошли двое — полуголый парень с оружием своего «труда», возлежащим на плечах, и молодая мышка в красном плаще.

— Чем могу?! — жестом руки препроводила Хозяйка Палат стражника.

— И долго мне прикажете ждать Должного Приема?! — сурово произнесла девушка, не снимая капюшона.

— Ах да, конечно! Проходите, садитесь, — засуетилась крыса, приглашая жестом руки сесть мышку на дальний стул у стены.

Но Гости Дорогие прошли в самый центр комнаты. Затем, не церемонясь, Зия нагло заняла место, на котором с минуту назад, сидела сама Госпожа Шябмес.

— Нас не представили… Меня зовут Зия. Пусть я всего лишь Дочь моего Отца — Палача Бессарийского, надеюсь это вас не смутит. Ведь я к вам по Делу.

— Какому-такому Делу?! — оживилась Зарима.

При этом она не сводила глаз с парня в ремнях. Гордо задрав нос и несмотря на неё, он занял место подле девушки и принялся поглаживать острие своего топора.

Невозмутимый вид юноши, голубые глаза, загорелое полуобнаженное молодое тело со здоровой мускулатурой, заставило женщину чуть приоткрыть ротик от восхищения. Её сердце забилось бешенным ритмом, а в голове мысли так и путались.

— Так зачем, вы говорите пожаловали…

— Я здесь по поручению Мурзы Бея, — не позволила ей договорить девушка.

— Мурзы?! — переполошилась Шябмес, а сама жадно впилась взглядом в парня.

В эту самую песчинку Дочь Палача легким взмахом руки позволила Слуге испить из кубка, с котором с минуту назад соприкасались губы самой Регентши.

— Правда, я-я-я, — замямлила крыса, когда она стала медленно следить взглядом за единственной капелькой прохладительного напитка из сока Алоэ.

Она стекла по щекам мышонка на шею, затем на грудь и, неотступно, стала спускаться всё ниже.

— Ам, — прошептала Зарима, проглотив ком в горле и сомкнула губы. — Буду рада вам помочь, — очнулась она после времени.

— Вот и хорошо! — пригубила Гостья Напиток, убедившись по жесту Телохранителя, что в нем нет отравы.

— А то, все-таки, этот беглец — капитан Арад, очень опасный тип…

— Кто?! Арад?! Он еще жив?! — воскликнула в голос женщина, чем чуть не себя выдала.

— Вы с этим Субъектом знакомы?! По лицу вижу, услышав его имя — вы переполошились, — хитро спросила мышка, не сводя пристального взгляда с Госпожи.

— Знакомы?! Нет, конечно, нет! Лучше поведайте, почему Вы прибыли в Бессарию?! — взяла себя в руки Зарима.

— Дело в том, что этот наглый преступник сбежал от моего Отца прямо перед казнью. И теперь я, как его Любящая Дочь, решила помочь «Папе с Работой».

При этих словах её Телохранитель, ни с того ни с сего, как схватится за топор. Не успела Хозяйка Роскошных Палат и глазом моргнуть, как тот со всего размаха нанес такой силы удар по столику с угощениями, что он разлетелся на кусочки.

— А-а-а! Что произошло?! — ужаснулась Шябмес, отпрыгнув назад.

— Ата Зия, муха! — как бы извиняясь за свой проступок, прохрипел юноша, доставая из остатков порубленного стола топор.

— Какой ужас?! — прохрипела женщина, подивившись столь разрушительной силе Помощника Палача.

— И не говорите! Не люблю мух, особенно если они садятся на еду. Кстати, уж простите моего Слугу, он всегда такой вспыльчивый, — нежно положила девушка ему на плечи свои ладошки, таким образом усмиряя его пыл.

«Ух, и горячий тип. Мне бы такого».

Прошептала вслух крыса, готовая укусить себя за хвост от зависти.

— То есть, я хотела сказать — появись здесь в Бессарии вышеупомянутый Вами преступник, я была в курсе, — поправилась Шюбмес, которой пришлось довольствоваться лишь своими губами.

— Не сомневаюсь! Ведь именно к Вам меня послал Мурза Бей, как к старшей здесь. Надеюсь, Вы не будете возражать, если мы осмотримся во Дворце?! — поднялась на ноги девушка.

— Конечно, нет! Если желаете, я лично вам всё здесь покажу, — засуетилась Госпожа.

— Хорошо, мы согласны. А после, Вам не составит труда, расположить нас в «Гостевых Палатах»?!

— Вам выделят две самые лучшие комнаты.

— Одну… — перебила Зариму мышка, подняв указательный палец. — Я предпочитаю, чтобы Слуга спал у моих ног!

— Ага-га, — закивала Регентша, пустив от жадности слюну.

— Он, знаете ли, боится темноты, — шепнула озорно Зия, подмигнув Шябмес, которой пришлось язык прикусить, дабы не выдать свой стон умиления.

— А теперь ведите. А заодно поведайте всё, что произошло за последние дни в Оазисе.

— Конечно, конечно, прошу за мной…

Немного проплутав по Базарной площади Оазиса, внимание Арада привлекли многочисленные глиняные домики, что располагались вдоль крепостных стен.

Они были небольшими, квадратной или прямоугольной формы, с чуть закруглёнными углами и плоской крышей без водостока. Окон нигде не видно. Их заменяли небольшие отверстия в верхней части стен под потолком. Двери находились спереди и были приоткрыты, как бы давая понять, что местные мыши Радушный Народ и всегда рады Гостям.

Каждое здание имело небольшую площадку возле двери и ряд жердей, торчащих сбоку из стены. На них были натянуты веревки, на которых под солнышком сушилась одежка и ковры.

Словно небольшие кирпичики из обожжённой глины песчано-желтого цвета, домики почти вплотную прилегали друг к другу и покоились на крышах, выступающих внизу зданий. Это обуславливалось холмистой местностью, на которой располагался Город.

Для того чтобы добраться до своих жилищ на верхних ярусах, которых было не менее трех — к ним сбоку вела каменная лестница с небольшими площадками. Благодаря чему складывалось впечатление будто все жилища местных мышей являются единым Сооружением, которое разделялось на большие кварталы широкими улочками.

Несмотря, на казавшуюся простоту Архитектуры, Оазис смотрелся очень гармонично и даже имел некую симметрию и строгую планировку. Расписные стены возле входа, а также обилие небольших растений-кустарников, посаженных в глиняные горшки вдоль всех ступеней, наполняли кварталы городка некой романтикой и спокойствием.

Каменные основания зданий выполнены из песчаника и находились в слегка потрепанном виде. Это добавляло им особый Шарм Древности и ореол Загадочности.

Некогда эта крепость была основана, как последний аванпост перед рубежами Врага. А ныне Оазис стал Священным местом поклонения Богине Арима, в Честь которой назвали Озеро. Из него берет начало единственная во всей Бессарии судоходная река Сира, впадающая на западе в Океан Грез.

Заострив внимание на одном из домов, явно принадлежавшему Знатной мыши, капитан остановился. Приметив герб на двери в виде «Мешочка» и пару амбалов, охраняющих вход в Палаты Хозяина, он решил «тактично и деликатно» завалиться в Гости.

Без лишней шумихи быстро скрутив охранников, крыс затолкнул их внутрь. После чего, устроив «отдыхать» в уголочке, вошел сам.

Стены, пол и потолок небольшого по площади помещения украшали пестрые тканые полотна-ковры. В воздухе веяло благовониями. Вдоль стен «толпилась» плетеная мебель — стулья, скамейки, столы и шкафы. В самом центре располагалось «рабочее место Трудяги» в виде целой кучи мягких подушек и перил.

Непомерное удивление Хозяина наглости Незнакомца, при одном только виде могучей фигуры моряка, резко сменилось страхом.

«Нет! Нет! Уходи! Я завязал! Я больше не тот, кем был раньше».

Принялся мужчина швырять в Арада всем, чем был «вооружен до зубов».

В дело пошли мягкие «снаряды», на которых возлежал в окружении молоденьких мышек сам Учредитель Празднеств Бульбуль.

Им являлся полноватый, невысокий, с изнеженными ручками, пухленькими щечками, аккуратно причесанный и прилизанный мышь средних лет, светло-песчаного окраса. Хитро прищуренные глазки цвета янтаря и ладошки, не привыкшие к физическому труду, отлично дополняли образ Ценителя Прекрасного. Ко всему прочему обладает сладкозвучным, мелодичным голоском и очень трепетным характером.

На нем красовались широкие шаровары нежно-алого цвета, светло-фиолетовая рубаха-канди с длинными рукавами и множеством пуговиц. На плечах покоилась наспех одетая накидка с кружевной оторочкой, а на ногах элегантные лиловые домашние тапочки.

С невозмутимым выражением лица, храня полное молчание и терпя «невыносимую боль» от ударов по лицу подушками, Гость продолжал на него надвигаться.

После чего в доме погасли все огни ароматических масел, а гармонию и спокойствие, царившие здесь до этого, разорвали девичьи крики, шум потасовки и драки.

Вслед за этим отсюда выбежали все, кто был неугоден капитану.

Остались лишь он и Бульбуль.

— Булька, я смотрю, ты вышел в свет? — немного успокоившись, оба старых приятеля уселись на пол.

Пропуская по кружечке пиратского рома, что как раз для подобной встречи хранил Хозяин сие Дома, мужчины завели дружественную Беседу.

— А то, Арад! Теперь я больше не тот оборванец, каким был раньше. Отныне я, кхе… кхе… Учредитель Празднеств, сам Бульбуль Блаженный, — представился мышь, чем вызвал дикую волну едкого смеха у Собеседника.

— Ты?! Учредитель?! Я, конечно, помню, ты всегда любил покутить, но — Учредитель?!

— Не смейтесь капитан, в мои обязанности, входит не только Организация Особо Важных Мероприятий, но и Воспитание у юных девушек Вкуса и Утонченности, — протянул нежно мужчина, чем снова заставил Арада разразиться смехом.

— Ты всегда был еще тем дамским угодником! Но чтобы обучать чему-то хорошему — это на тебя не похоже.

— Смейся, смейся! Но знайте, моя Работа сопряжена с не меньшим риском, чем наше прежнее Занятие.

«Булька и Учредитель! Ха! Тот самый паренек, который и ложки отродясь не видел и всегда предпочитал есть грязными руками — стал Учителем Благородных Девиц! Вот умора. Прознают про это мои ребята — со смеху помрут».

Не переставал подкалывать Хозяина Гость, потирая бока.

— Анум, Кнур, Зеб и Аркаим тоже здесь, с тобой?!

— Все кроме последнего.

— А что так?!

— Странствующий Рыцарь давно покинул нашу дружную компанию, — грустно вздохнул Арад.

— Понимаю, такой тяжкий Груз на его плечах покоится. Не каждый справится, — понимающе закивал Бульбуль. — Но как говориться: «Кто прошлое помянет…».

— Верно, — перебил его Гость, решив оставить эту Тему. — Ты упомянул про риск. Что-то опасное произошло в последние дни в Бессарии?!

— Не то слово, капитан! Если расскажу, ты не поверишь, — широко распахнулись глаза у мужчины.

— А ты попробуй! Я, знаешь ли, с некоторых пор разучился чему-то удивляться. И этому есть несколько причин, — припомнил своих подопечных бывалый моряк.

— Хорошо! Так вот, всё началось, когда под мою опеку попались парочка прекраснейших мышек…

Завел свой рассказ мышь, а его Слушатель поудобнее разместился на остатках подушек, дабы не пропустить ни единой детали.

Глава 3 Город-Мираж «Мечта» и Откровения Богини

— Как он?! — посреди тихого мирного «шипения» судна раздался крайне обеспокоенный голос.

Следом к дверям каюты на цыпочках подошел рыжий мышонок с серьгой в правом ухе.

На голове паренька красовалась белая повязка — память о Первом Благодеянии Ордена Венчи. Её он получил, как Дар от спасенной девочки по имени Эра. С тех самых пор мальчик не расстается с ней ни днем, ни ночью. Она стала его талисманом и напоминанием о Добрых Делах.

Красные глаза, взъерошенные волосы, помятая одежда яснее всех слов говорили, что паренек не знал покоя долгое время.

— По-прежнему не приходил в себя, — почти шепотом отвечал ему страж — высокий статный красавец песчаный крыс, светло-коричневого окраса.

Гордая осанка, правильные черты лица, уверенный взгляд, а также то, как он говорил и двигался — всё кричало о его высоком положении. От природы наделен голубыми глазами и средней длины прямыми волосами, что спадали на плечи.

Являясь Наследником Асмахамской Империи, парень совсем не кичится этим титулом, и предпочитает умалчивать о нем. Даже своему закадычному другу — Данису, с которым любит покутить в Бессарийских тавернах, приударяя за здешними красавицами, он не рассказывал о своем положении в Семье.

— Айжан, небось всю ночь простоял, давай сменю. Рассвет уж наступил, а ты еще не отдыхал.

— На себя посмотри, — упрекнул его Принц.

Обведя его усталым взглядом покрасневших глаз, он тяжко вздохнул. На друге лица не было и не без причины.

Пусть им с горем пополам удалось покинуть Оазис Бессария, их не покидали самые страшные предчувствия. Не желая ими делиться, как только «Воля», как назвал Афин их судно, воспарило в небеса — мальчики и девочки разошлись кто куда.

Но, как оказалось, ненадолго, ибо сердца тянулись к единственному на борту мышонку, не разделявшему их опасений. Не потому что ему было на всех наплевать — вовсе нет. Он не мог ничего сказать, так как пребывал в беспамятстве с момента отбытия из «Дворца Царей».

Попрятавшись по каютам, друзья всю ночь не отходили от дверей, в надежде услышать голос любимого ими мышонка.

— Прости, немного «заплутал», вот и позабыл про отдых, — в своё оправдание молвил паренек.

— Не стоит лгать своим друзьям. Я всё слышал…

— О чем ты?!

«Как только мы взмыли в небеса, наш корабль повел нас на север.

Наверное, он решил вернуть Вас в Родные Земли.

Понимая, что выбранный «Волей» путь противоположен спасительному для Марка, ты не один час блуждал по коридорам и палубам.

Везде и всюду вымаливая «Неведомую Силу» повернуть на юг».

— «Не ради себя, а ради спасения Друга!» — так ты говорил.

— Значит ты слышал?! — поник плечами Афин.

— Все слышали… Лишь чувство вины за произошедшее с Марком, остановило нас присоединиться к тебе.

— Эх-хе-хе… — тяжко вздохнул повеса. — Впервые в жизни я чувствую себя настолько паршиво, что нет сил даже, чтобы закричать в голос.

— Понимаю, сам валюсь с ног… От одной лишь мысли, что нам однажды придется расстаться — становится не по себе.

— Нам тоже, — послышались тихие голоса всех друзей, выходящих из «убежищ».

Первыми показались сестренки Нали и Лима.

Светло-песчано-каменистого окраса, стройные, шустрые, низкорослые хрупкие на вид, но очень ловкие песчаные мышки. Обладают большими карими глазками, маленькими носиками, острыми ушками, румяными щечками, в обрамлении пушистых, непричесанных волос до плеч, что развивались, словно одуванчики. Старшая сестра чуть темнее с красноватым оттенком, а младшая с более нежным молочным отблеском.

Совсем недавно, «по единогласному решению» Афина, песчанки оказались вовлечены в «игры» мальчишек. С тех пор они именовали себя Мурзателоохранительницами. Для которых Высшей Целью стала «охрана» Марка от всех угроз Внешнего Мира.

За ними показался носик Сарвилы — юной песчаной крыски.

По своей натуре воровка и лентяйка в одном лице. Обладает редким блестящим нежно-глиняно-рыжий окрасом, большими озорными лазурно-зелеными глазками, чуть вздернутым носиком пуговкой, пышными волнистыми жгуче-бурыми с переливами волосами до лопаток и рыжей кисточкой на кончике хвоста.

Очень влюбчивая и ранимая натура, со своими принципами и моралью. Так например — воровать еду для неё слишком низко и подло. Ей проще «упасть на хвост» своей подруге Шамсии, у которой и без неё хватает проблем.

Следом из-за её спины выскочила маленькая босоногая голубоглазая песчаная мышка, цвета песка с желтоватым отливом, длинными сухими и растрепанными почти до земли волосами.

При первой встречи малышка чуть не погубила Марка и его друзей. После инцидента с Песчаной Бурей и последующими передрягами, Леячка заслужила Титул «Дитя Пустыни». Кроме того, с легкой руки Сарвилы — стала для неё и Марка приемной Дочкой.

Не заставила себя долго ждать Шамсия — юная, статная красавица песчаная мышка с огненно-рыжими, под стать пламени кузни, волосами, и на пару тонов светлее — окрасом.

Светло-рубиновые глазки в сочетании с прекрасными чертами лица, стройностью и кротостью, делали мышку подобием самой прекрасной и милой Богини Домашнего Очага.

Она бы стала завидной невестой, если не одно «Но». Вспыльчивый характер в сочетании с намозоленными «кулачищами» кузнеца, быстро отбивали желание подойти к ней и заговорить у любого, даже настырного ухожера.

«Пробудился от сна» молодой песчаный мышонок, нежно-песчаного окраса с рыжеватым отблеском по имени Данис.

Парень обладает мягким кротким взглядом голубых полусонных глаз и растрепанными курчавыми волосами на голове. Миловидные черты лица, изнеженные ручки, почти девичья комплекция фигуры — выдавали в нем еще того гуляку.

По своей натуре — романтик, любит побалагурить и покутить дни напролет. Очень боится Шамсию, которая пусть и выглядит как Богиня, но из-за своего характера не подпускает его к себе. Благодаря чему ему частенько влетает от неё за «всё хорошее».

Не могла оставаться в стороне недавняя подруга мышат — Уся.

Каффа была очень похожа на свою Мать — Советницу Царей Бессарийских. Но обладала куда более миниатюрной фигуркой, миловидным кругленьким личиком, большими глазками, круглыми ушками и длинным пушистым хвостом. Как и мышата, девушка была прямоходящей.

Имела желтовато-коричневую с чёрными кольцеобразными пятнами шерстку, прилизанную и зачесанную назад. Длинный хвост, с округлой кисточкой, всегда оставался пушистым. Мех внутри колец на пару тонов темнее, чем вокруг них. На шее и вокруг плеч пятна переходили в полосы, а на руках — в точки.

Большие цвета ночи кругленькие ушки с крупными белыми точками на задней стороне, торчали из-под пышных прядей чуть вьющихся волос. Они спадали до уровня спины и сейчас были собраны в локоны зажимами.

Каффа оказалась с головой завернута в длинный плащ с капюшоном, подвязанным выше уровня талии широким поясом. Под ним виднелись шаровары до уровня лодыжек и рубаха с длинными рукавами.

Потирая от недосыпа глазки, показалась высокая, стройная, с осиной талией прекрасная девушка. Мышка наделена необычным светло-солнечно-желтым окрасом, лазурными глазками цвета моря и шикарными золотистыми прядями вьющихся волос до лопаток.

Мягкие нежные черты лица Батисии, певучий голосок и чарующие глазки — словно вся сила и красота моря вмещалась в них, могли вскружить голову любому парню, впервые повстречавшему такую девушку.

Лишь пару дней назад она, после недолгой разлуки с друзьями, снова воссоединилась с ними. Не успев толком нарадоваться, сразу оказалась вовлечена в очередные Лиходейства Марка и Афина.

Последней, как и подобает её Титулу, «на свет» вышла сама Царица Флиралиолла Мудрая.

Взъерошенные рыжевато-красные волосы без украшений. Отсутствие всякого макияжа на личике. Заплаканные широко распахнутые глазки нежно-сиреневого цвета и босые ножки — говорили, что девушка также не сомкнула очей на протяжении всей ночи.

Друзья не успели переодеться в привычные им одеяния. Поэтому девушки по-прежнему «щеголяли» в помятых, грязных калазирисах, а парни в ирисах и сахенти. Им было до такой степени тяжко на Душе, что меньше всего их сейчас волновал внешний вид и состояние одежды.

Собравшись возле Покоев Дорого Друга, все замерли, не зная, что сказать в своё оправдание. Щемящая сердце боль и отчаяние сковали Разум и не позволяли вздохнуть полной грудью.

— Простите, — почти одновременно в один голос прошептали мальчики и девочки, спустя некоторое время.

За этим последовала очередная неловкая пауза, которой не суждено было продлится вечность. На смену горю и отчаянию пришла паника и смятение. Сохраняя полное молчание, Гости «Корабля Небес» готовы были волосы на голове рвать, лишь бы высказаться по поводу всего, что «натворили».

Огласить вслух все самые страшные страхи и опасения им не позволила сильная качка. Словно, находясь на море в момент шторма, судно резко тряхнуло. Затем тусклый свет в коридорах погас. Последующий за этим мощный по силе толчок, заставил всех попадать с ног и покатиться, как шарики, по «склону вниз».

Еще пару мгновений и «Воля» резко прервала свой полет. Непредвиденная Преграда заставила «Хранительницу Левитании» повести судно к земле, дабы оно не развалилось прямо в небе…

«Добро пожаловать в Город, где всегда Царит Праздник и Веселье!

Где Вы забудете все свои проблемы и Вам не захочется покидать его».

Где-то совсем рядом раздался громкий, до боли знакомый голос, заставивший Марка вмиг очнуться от продолжительного забытья, в котором пребывал не весть сколько времени.

«Я — избранный вами „Правитель на День“ Города „Мечта“, рад сообщить, что Торжество объявляется открытым!»

Распростер к небесам руки Афин, и вся толпа, что собралась здесь на городской площади, радостно заликовала и захлопала в ладоши.

Не понимая, что здесь происходит, мальчик неистово тер глаза. Он никак не мог сообразить, где очутился и что его окружает. Последнее, что помнил, были крики друзей, собравшихся подле его каюты. Затем судно покосилось на бок, он упал на пол, ударился головой о стену и потерял сознание.

Очнувшись здесь, посреди кучи незнакомого ему Народа в самом центре Праздника, где всё кружилось, пело, смеялось и радовалось жизни — мальчик ума не приложил Причину всему этому.

С первого взгляда что-то в этом Раздолье показалось Марку странным и неправдоподобным. Он даже хотел поделиться своими опасениями с братом, к которому стал пробираться сквозь толпу. Но не достигнув цели, внезапно оказался подхвачен за руки и вовлечен Нали и Лимой в безудержный «Танец Счастья и Радости».

Не успев и глазом моргнуть, как вся Площадь вокруг него поплыла перед глазами. Не позволяя и рта раскрыть, паренька, словно эстафетную палочку, стали передавать из рук в руки сестрицы, Сарвила, Шамсия, Уся.

Даже Царица Флира не брезговала весельем простых горожан и лихо отплясывала наравне с остальными.

На глаза попались Данис и Айжан, играющие на инструментах и задающие ритм Танцам. Активно всех подбадривал сам «Правитель на День» — Афин. Озорник нарадоваться не мог столь почетному Назначению и охотно поддерживал всех и каждого добрым нравоучением и дружеским Советом.

В глубине Души мальчики и девочки терялись в догадках, как оказались здесь. Но атмосфера всепоглощающего Счастья и Умиротворения пришлась им по вкусу. Долгое время каждый из них винил себя в бедах, постигших Марка. Кто-то оказался слишком Невнимательным, другие через чур Заботливыми. Тех и других объединяла жуткая нестерпимая Боль, пронзающая сердце насквозь. Друзья находились на грани помешательства.

Очутившись неведомо где, все эти Беды показались мелочными и не заслуживающими внимания. Их обуяло Ликование, супротив которой они не могли ничего противопоставить. Решив для себя: «Лучше Смех, чем Смерть» — Гости Города «Мечта» отдались общему Настроению.

Сколько времени светло-каштанового окраса мышонка с голубыми глазами кружили в лихом Водовороте Счастья, он не мог знать. Ведь стоило только начать, как счет ему для него был потерян, и он окончательно лишился связи с реальностью.

Паренек очнулся лишь, когда оказался на площади совсем один, напевая себе под нос мелодию и кружась из последних сил. Всё вокруг вдруг стало серым и безжизненным. Откуда ни возьмись, на округу опустился серо-пепельный туман, с каждой песчинкой поглощающий в своей пучине близлежащие постройки вместе с теми, кто замер на месте.

Холодными взглядами пустых зрачков жители Города «Мечта» в последний раз смотрели на всех, кому «посчастливилось» погостить у них. Их время пришло, они сделали свою работу. Новым жертвам предстояло стать пищей Туману, подбирающемуся к друзьям всё ближе и ближе.

Не успел Марк осознать, что Праздник давно уже закончен, как был схвачен за руку.

— Скорее, надо уходить отсюда! — разорвал тишину звонкий голосок и мальчик оказался утянут маленькой мышкой в один из темных переулков.

— Леячка, ты тоже тут?! Как я рад, — прошептал паренек, не до конца осознавая бедственное положение.

— Скорее, нам нужно бежать! — всё дальше и глубже утягивала малышка Папочку в самую гущу Тумана.

Словно живое Существо, он принялся окружать его. При этом, по неведомой причине, боялся приближаться.

— Бежать?! А как же остальные?! — простонал Гость.

— Твоим друзьям уже не помочь! — сказала, как отрезала мышка, чьи слова прозвучали эхом в ушах Марка.

Он резко остановился и сцепленные с девочкой ладони разомкнулись.

— Твоим?! Постой… Ты… Ты не Леячка, — проговорил мышонок.

Пусть перед глазами всё плыло, но здравый рассудок не покинул его.

— Так, кто ты?!

— Хм… Смотри-ка, какой смышленый оказался, — не оборачиваясь, проговорила девчушка уже не детским голоском, а сухим басом. — Дочки мои, он ваш! — подняла она ладонь и дала отмашку.

«Хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи-и-и».

Раздался тут дикий истерический смех с разных сторон.

Оказавшись не в силах устоять, Марк упал на колени и нервно замотал головой по сторонам.

«Какой малыш…

— Еще совсем кроха…

— Но уже сумел дать отпор нашим сестрам «Зависти» и «Наваждению».

— И что в нем такого?!

— Да ведь он простой слабачек.

— Только взгляните на него!

— Он еле на ногах держится».

Шептались голоса, описываю круги возле своей Жертвы.

— Кто вы?! Покажитесь! — выдавил из себя мальчик, теряя терпение.

— Ну раз ты того желаешь! — прохрипели Иллисы и прямо на глазах мышонка из теней, отбрасываемых домами, стали выползать Три Фигуры, каждая из своего Угла Тьмы и Мрака, что окружали его.

— «Страх», — прошептала первая Гостья Мира Живых.

Пребывая вся в черном тумане, она поднялась во весь рост.

— «Ненависть», — представилась вторая Иллиса.

Также пребывая в дымке, что не позволяла разглядеть её Истинного Обличия.

— «Жестокость», — прорычала третья Фигура.

Затем, они все вместе стали надвигаться на несчастного, загнанного в угол. У каждой из рук выросли по клинку, которые они готовились пустить в дело.

— Иллисы! — сорвался с уст паренька истошный писк.

Еле держась на ногах, Гость «Мечты» приготовился к худшему. Почувствовав смертельную угрозу, он первым делом хотел схватиться за чекан.

Небольшой молот, больше походил на молоток плотника, но более изящный с удлиненной металлической рукоятью, на которой были выгравированы непонятные символы.

Само «тело» выполнено в виде рыбы с мощным хвостом, чуть заостренным, как кирка и узкой широкой головой. Повернув рукоять, можно удлинить древко под рост его Хозяина.

Некогда подобным оружием более грациозным, чем мечи и копья, предки мышей сражались за то, что старались сохранить и сберечь.

Чекан достался капитану Араду от его хорошего друга, который отказался от него, когда решил, что предал всё во что верил. Он бросил оружие и убежал прочь, поклявшись никогда больше не возвращаться в эти земли. Но времена меняются. Спустя много лет мудрый крыс даровал это Оружие Марку, с наказом: «Никогда не сдаваться».

— Не это ли ищешь?! — обернулась на него Мамочка трех Иллисов, держа в руках его оружие.

«С ним или без него — ты нам не соперник!»

Скривив жестокую усмешку, она отбросила его на землю.

— Ведь мы… — зашипели Сестры.

— Это часть тебя!

— А значит сражаться с нами, тоже самое, что биться с самим собой, — замахнулись на него Хищницы.

Марк ловко отскочил, перекувыркнулся через голову и спустя песчинку был уже при оружии.

— Не знаю, что здесь происходит, но вы пропустите меня к моим друзьям, — прошептал сурово мальчик.

— До тебя еще не дошло, глупенький ты мышонок?! Твоих друзей больше нет! Если ты сейчас же не покинешь это место, тебя ожидает та же участь, — прохрипела та, что скрывалась под личиною Леячки.

— Ты лжешь! — нанес мышонок первый удар по руке одной из Иллисов.

— Я не верю тебе! — нанес второй по ноге следующей, метнувшейся к нему.

— Я не отступлюсь! — нанес третий в грудь последней из Сестер.

После каждого соприкосновения с чеканом, они растворялись в воздухе. Но лишь на мгновение. Ибо, когда мальчик воочию ощутил все три нанесенные им удара на себе, они вновь обрели Форму.

— А-а-а, — захрипел несчастный от боли, заставившей выронить молоток и упасть на землю боком.

Не имея возможности пошевелить рукой и ногой, он попытался подняться, но всё было тщетно.

— Вот видишь, все твои потуги напрасны. Любой твой замах вернется к тебе в десятки раз больнее. Ведь Они — это ты Сам, — хрипела сладостно, наблюдавшая за всем этим с издевкой, Зачинщица всего случившегося.

— Раз так, — из последних сил потянулся за чеканом Марк. — Убив себя, я погублю их!

— Не-е-е-т! — закричали в голос Иллисы, когда мальчик, схватив молоток в одну руку, замахнулся, целясь острием себе в самое сердце.

— Довольно-о-о! — раздался здесь резкий и пронзительный голос той, которая в самый последний момент вышла из тела Смертного и собственной рукой остановила его желание погубить себя.

— Ну, наконец-то! А я всё гадала, когда ты явишь себя, Сестричка, — прохрипела Хозяйка Иллисов и жестом руки дала знать своим Дочкам удалиться.

«Какая Ирония…

Встретиться здесь — на месте твоих Героических Подвигов.

Довольно символично, не находишь?»

— Довольно Игр, чего ты желаешь?! — сурово спросила мышка, чей облик так же скрывал туман, но более светлый, угольно-серого цвета.

— Чего я желаю?! — переспросила ЛжеЛеячка, переводя взгляд с пребывающего без сознания мальчика, на ту, что всё это время скрывалась у него в сердце.

«Ты еще смеешь спрашивать меня об этом?!

Та, что поклялась Любимому в верности, а после предала?!

Не поверила, как бы сильно он не молил тебя об этом!

Ты, что отвернулась от него, как и все…

Даже больше — не пришла на его казнь!

А ведь последним желанием перед тем, как ему отрубят голову, было увидеть тебя — Любовь всей его жизни».

Хрипела девушка, более не в силах сохранять обличие мышки.

— Я не смогла, ведь в тот момент у меня были…

— Довольно оправданий! — прервала её речи маленькая девочка с очень длинными ушками, представшая взору Спасительнице Марка.

«Ты не лучше всех, кого он считал своими друзьями, а как случилась беда — они предали его!

Основатели Эйринии и Рода Мышиного…

Ха, на деле — вы ничем не лучше Убийц!

Я презираю Вас! Но больше всех…»

Начала вскипать Гостья Мира Смертных, до этого скрывающаяся под личиной малышки.

— Я ненавижу тебя! Слышишь?! Не-на-ви-жу! — надрывно завопила мышка и по её щеке потекли горькие слезы боли и отчаяния.

«Ведь я… Я любила своего Названного Брата больше всего на Свете. С тех самых пор, как спас меня от неминуемой гибели и принял в Семью, он всегда помогал мне и был со мной добр, но ты…

Ты отняла его у меня.

И зачем?!

Чтобы после предать его в руки Палачей?!»

— Сира, прошу выслушай меня!

— Да, я Сира! Та бедная дурочка Сира, над которой в силу моих увечий, все вы потешались при жизни, считая меня недалекой. Только мой брат — Арим, видел во мне не калеку, урода, а истинную Меня!

Дабы он не погиб от ваших рук, я попросила помощи у Жрицы темной Богини Турии»

— Нет! Так это была ты?!

— Да, видя, что Приговоренному не верят и зная, насколько вы быстры на расправу, я попросила уберечь братика и сокрыть от Вас, как можно подальше…

— Сира, ты сама не понимаешь, что натворила?! Эти фанатики и их Жрица… Именно они превратили Арима в Чудовище, с одним лишь желанием — убивать всех и каждого, — жалобно проскрипела Собеседница ушастой мышки.

— Но он остался жив! — перебила её девушка.

«Долгих двести лет я ждала того дня, когда он вернется ко мне, вновь обнимет, погладит по головке, но… но… Ты вновь всё испортила!»

— Я?! Тиран Аримах к тому времени изничтожил две трети Населения Эйринии и готов был вторгнуться в Аэир, но…

«Он повернул, верно?!

А всё потому, что я, его младшая сестра, явившись к нему в Лагерь, попросила об этом.

Жаль, он не узнал меня тогда, и мне пришлось назваться другим именем, под стать ему — Арима. Но именно благодаря мне, в его руки попала Весточка, что далеко-далеко на западе, у берегов Океана Грез, еще осталась в живых последняя из тех, кто предал его! И этим кто-то…»

— Была я, Эста — последняя из живых Основателей Эйринии, — не веря своим ушам прошептала женщина.

— Да, моя дорогая Сестричка. Сгорая от ненависти, мой брат повел свою армаду на запад, дабы раз и навсегда покончить с Прошлым… Но… но… ты снова предала его.

— Это не правда! Узнав, кто есть этот Безумный Тиран, уничтожающий всё живое на своем пути, я вызвала его на Переговоры…

— Ты заманила Арима в ловушку! А тем временем крысиное войско Аэира ударило ему в тыл.

— Клянусь тебе, в том не было моей вины…

— А разве не ты, еще до Переговоров, встречалась с Императором и просила у него помощи?! Скажи еще, что нет?!

— Это правда! Но я умоляла дать мне время, дабы вразумить Аримаха. И мне даже почти удалось достучаться до его Души, которую долгих два века отравляли Жрицы Турии. Но…

— Аэир не стал ждать! Когда он, в пылу сражения, готов был пронзить грудь моему брату, я приняла этот клинок на себя.

— Сира, прости, — проскрипела мышка. — Если бы я знала…

— В народе я прослыла, как Героиня по имени Арима — Основательница крепости Бессария, предназначенная для защиты от надвигающейся угрозы Деспота. А по жизни, являлась лишь слабовольной дурочкой, погибшей на Чужой Войне, — печально прохрипела несчастная.

«Знаю, лишь благодаря тебе в меня поверили после смерти. Даже стали воспевать гимны, как Богине Ветров и Пустыни. Но я до сих пор не могу простить тебя, Сестра моя».

— Ведь ты… ты… — снова проступили на щеках девочки слезы.

«Будь оно проклято это тело, эти чувства…

После смерти я сама выбрала себе Путь в Царство Теней. Там я рассчитывала отдастся целиком и полностью своему горю и, возможно, отыскать моего братика… Но… Там я была лишена возможности лить слезы и после нескольких сотен лет, так и не смогла его найти».

— Сира, сестренка моя, — хотела подойти к ней Эста, но та подняла на неё глаза, которые вспыхнули огнем.

«Пока я страдала, а мои осиротевшие Дочери воспылали ко всему живому лютой ненавистью, ты бросила Эйринию. Уплыла за моря и основала новое Государство Эрилифию — Королевство Лифов. Где после смерти, стала их Богиней — Икселой.

Где же справедливость?!

Убийца переродилась в Высшего Светлого Духа, а Любящая Сестра, принявшая смерть за брата — на суде «Древа», была признана Отродьем-Демоном, без права голоса в свою защиту.

Тем не менее, надо отдать тебе должное.

Прибыв сюда, ты не устояла и вмешалась в Дела Смертных. В тот миг, когда вернула своей силой «Рины» к жизни умершую девочку — «развязала мне руки». После подобного Святотатства сам «Отец-Солнце» послал меня и моих Дочерей Иллисов остановить тебя. Но я не стану — доведи начатое до конца.

А я между тем сделаю всё, чтобы вызволить моего брата Аримаха из Заточения».

— Нет! Сира, не делай этого. Ведь тогда…

— Сира мертва! Нет больше той дурочки! Отныне я — Богиня Арима!

— Одумайся, Сестра! — взмолилась к ней девушка.

«Ты так боишься повторения Событий, в которых виновата сама?!

Нет Иксела, Богиня, как тебя там… Ах да — Мудрости и Просвещения.

Теперь всё будет иначе».

— Сира, предупреждаю тебя, если ты не остановишься, я…

— Что, ты?! — зарычала девушка и подняла обе руки.

По одному лишь жесту ладоней на Соперницу обрушился целый столб песка, пыли и земли.

— Я уже сделала «первый шаг», наставив на «Путь Истинный» одну очень пытливую смертную. Когда она доберется до саркофага, в котором заточен Дух моего брата, этому Миру наступит конец.

— Я не позволю! — закричала Эста и своей силой смогла отстранить от себя песок и ветер.

«Аримах вернется! И вот увидишь, этот Мир прекратит своё существование».

Еще сильнее ушастая мышка направила порывы ветра и песка на Сестру, которая слабела с каждой песчинкой.

— Признай подруга, Сила Демонов куда более безгранична, чем Богини! Бха-ха-ха, — сипло засмеялась Сира.

— Одумайся, Сестра, — упала на колени Иксела, возле которой лежал Марк с полуоткрытыми глазами.

— Нет! Я уничтожу тебя! Твоего Избранника и всех его друзей! А этот Мир сотру в порошок! После, придет очередь сгинуть «Иве» и «Отцу-Солнце».

— Ты безумна!

— Нет, я Арима — сестра Аримаха, — скривила жестокую усмешку малышка.

Желая раз и навсегда стереть с лица Эйринии ненавистных ей предателей — в лице Сестры и Основательницы Рода Мышиного, она приготовилась нанести решающий удар молотом из песка и земли.

Раздался посреди бушующей стихии нежный тонкий голосок девочки. Не побоявшись, малышка вышла одна против Сил Богини и Демона. Обе, утопая в своей вражде и междоусобице, готовы были поглотить всё и вся в округе.

— Что?! Кто?! — резко стала слабеть Арима при звуках этого голоса, продолжавшего мелодично петь.

— Прекрати, слышишь! — упала на колени Сира, держась из последних сил.

При последних словах девочка коснулась плечика мышки. Следом вся её Форма осыпалась, а сама она была развеяна.

— Это еще не конец! — просвистел ветер, унося прочь отсюда коварную Богиню.

Еле поднимая голову от земли, лежа рядом с Марком, Эста взглянула на свою Спасительницу. Ею оказалась Леячка. Здесь, в окружении тумана, девочка вся светилась и была объята теплом, согревающим Душу и Сердце.

— Похоже, не всё еще потеряно, — было последнее, что смогла прошептать Иксела, после чего окончательно выбилась из сил.

Растворившись в воздухе серым дымом, она вернулась в тело мышонка через ноздри и рот.

— Папочка, — подошла к мальчику «Дитя Пустыни» и чмокнула в щечку. — Убереги Мамочку от бед…