автордың кітабын онлайн тегін оқу Исчезнувшая в полночь
Джейк Андерсон

Үзіндіні оқу

Подписка подключится сразу. Нажимая на кнопку, вы соглашаетесь с подключением и Условиями.

Кітап туралы Қазір оқып жатыр2 Тегін фрагмент

Джейк Андерсон
Исчезнувшая в полночь

* * *

Элизе и Джилл, которые навсегда останутся в наших сердцах

Предисловие автора

Эта книга – результат моего многолетнего расследования смерти Элизы Лэм. Как журналисту мне пришлось столкнуться с серьезными препятствиями, а если точнее, с тем фактом, что с тех пор, как дело было официально закрыто, три самых очевидных источника информации – полиция Лос-Анджелеса, отель Cecil и семья – хранили полное молчание.

Однако я располагал чрезвычайно ценными сведениями, первоисточником, изменившим траекторию моего расследования, – Элиза оставила после себя настоящий клад из онлайн-постов. Вначале я рассматривал их как потенциальные источники подсказок, которые помогут понять, что происходило с девушкой в ее последние дни. Прочитав и проанализировав несколько сотен страниц ее текстов, я с изумлением понял, что у меня с Элизой очень много общего. В полной мере я осознал эту связь лишь в середине своей работы – и был потрясен до глубины души.

Несмотря на то что я не имел возможности побеседовать с семьей погибшей (такой возможности не имел никто), ее личные монологи, обращенные к широкой аудитории, дополнили те рассказы и предположения, которыми поделились со мной ее друзья, и позволили воссоздать некоторые аспекты ее жизни. И хотя кое-где я проявляю творческую вольность в изображении событий, действующих лиц и в компиляции фактов, те места, где присутствует Элиза, в большинстве своем основаны сугубо на ее собственных словах.

Пришлось потратить немало времени (по сути, годы), но постепенно я начал обнаруживать в деле Элизы новые улики. Поскольку подавляющее большинство сотрудников полиции Лос-Анджелеса и служащих отеля Cecil отказались говорить на эту тему, я был вынужден закидывать сеть фактологического поиска глубже и изобретательнее. В итоге, помимо записей Элизы и полицейских и судебных протоколов, мои источники включили сведения, полученные от полицейского информанта, журналиста-расследователя, частного детектива, отставного помощника коронера, эксперта-криминалиста, штатного психолога полиции Лос-Анджелеса, нескольких постояльцев отеля, вышибалы, родственника одного из служащих отеля и множества других людей. Предоставленная ими информация заставляет значительно пересмотреть официальное объяснение смерти Элизы.

Строго говоря, нежелание членов семьи сотрудничать – могу представить трагичность их положения, ведь поднятая прессой шумиха вокруг смерти Элизы лишь усугубила горе, – должно было отвратить меня от намерения извлечь из расследования коммерческую выгоду. Однако я твердо уверен: коль скоро в сети уже присутствуют десятки тысяч постов и видео (многие – с подключенной монетизацией), в которых Элизу стигматизируют, выставляют в нелицеприятном свете и часто сообщают о ней неверную информацию, найдется место и еще для одного рассказа – рассказа, который позволит читателю с головой погрузиться в ранее неизвестные подробности дела и, что не менее важно, даст возможность лучше понять обстановку, в которой она вела свою внутреннюю битву. В этом смысле моя книга является гибридом криминальной документалистики и мемуаров с элементом психоанализа, а кроме того – призывом к справедливости как в юридическом, так и в социологическом смысле слова.

Я верю, что история Элизы поможет другим более человечно и без стигматизации относиться к психическим заболеваниям, и в результате больше людей станут открыто говорить о своих проблемах с друзьями и родными и обращаться за помощью. Дело Элизы – и сама Элиза – стали символами эпохи, а для многих превратились в настоящий предмет одержимости (на пике охватившей соцсети лихорадки число поисковых запросов без рекламы доходило до 70 000 в месяц). Анализируя такую реакцию общества, я разбираю социологическую составляющую ее дела, что включает в себя анализ патологий, конспиративных теорий, поиска идентичности и жажды самореализации в цифровую эпоху.

Кроме того, история Элизы – это повод поговорить об уголовном правосудии и зарождающемся движении сетевых расследований.

При работе над книгой я действовал простыми методами, но кропотливо. Я делал выводы, основываясь лишь на фактах или опровержениях ложных утверждений; я избегал оказывать предпочтение тем фактам, что подтверждали мои гипотезы, и, неуклонно подчиняясь требованию объективных данностей, подвергал эти гипотезы постоянному пересмотру; я следил за тем, чтобы повествование шло за анализом, а не наоборот; я стремился к информационной прозрачности там, где это было возможно (хотя некоторые мои собеседники потребовали сохранить их анонимность, опасаясь преследования); и я старался как можно чаще использовать первоисточники.

Техническое замечание: отель Cecil упоминается в этой книге несколько сотен раз. Несмотря на то что за несколько лет до описываемых событий его переименовали в Stay On Main, я решил сохранить первоначальное название, чтобы избежать путаницы.

Часть доходов, вырученных от продажи этой книги, я планирую пожертвовать семье Лэм, а также нескольким передовым программам изучения психических заболеваний и правозащитным организациям.

Часть 1
Страшная находка

В этом-то и беда с возможностью; цель была так близко, все готово было вот-вот случиться, но не случилось и уже никогда не случится. Звезды не встали в идеальном порядке. И сердце от этого разбивается.

Бояться смерти мне кажется полной глупостью. Я прекрасно осознаю, что смерть – это то, что происходило со всеми живыми созданиями, существовавшими до меня, и произойдет со всеми, кто будет существовать после меня. Когда она придет, я буду знать, что это. Я лишь надеюсь, что у меня будет возможность со всеми попрощаться.

Страшнее уйти раньше срока, не успев прожить насыщенную, наполненную смыслом жизнь.

Элиза Лэм

Глава 1
Исчезновение

Теплым, солнечным зимним днем, в разгар одной из самых исторически важных и напряженных недель для городской полиции Лос-Анджелеса, детективы вывели охваченную горем семью к жаждущей информации толпе журналистов, собравшейся у дверей участка. Шесть дней назад китайско-канадская студентка Элиза Лэм исчезла из отеля Cecil, где остановилась во время своей каникулярной поездки. Путешествовала она без спутников. Полиция уже дважды обыскала здание и опросила жителей окрестных домов; теперь детективы умоляли откликнуться любого, кто располагает сведениями касательно случившегося.

Однако вскоре после пресс-конференции полиция прекратила принимать и разглашать какую-либо информацию о деле. Теперь, по прошествии нескольких лет, можно осознать всю горькую иронию этих неискренних призывов к взаимовыгодному сотрудничеству между органами правопорядка и гражданами.

Детектив Уолтер Тиг из отдела по расследованию грабежей и убийств с подобающим ситуации мрачным лицом вел встречу, якобы имевшую целью заручиться помощью общественности в поисках двадцатиоднолетней Элизы. На выставленной рядом с подиумом огромной фотографии она, запечатленная осенним днем, сияла жизнерадостной улыбкой, распущенные обсидианово-черные волосы были перекинуты через плечо, глаза сверкали за стеклами очков в толстой оправе.

Излагая то, что на данный момент было известно полиции, Тиг выглядел встревоженным и сбитым с толку. Последний раз Элизу видели 31 января 2013 года. Во время своего самостоятельного путешествия по Западному побережью Калифорнии она каждый день отзванивалась родителям, но 1 февраля не позвонила. И с тех пор на связь не выходила. Ни с семьей, ни с кем бы то ни было. Ни СМС. Ни звонков. Все ее общение с миром – включая обильные записи в соцсетях и посты в блоге – внезапно прекратилось. Родители сообщили об исчезновении Элизы и вместе со старшей дочерью прилетели из Ванкувера в Лос-Анджелес, чтобы помогать расследованию.

Стоящие по обе стороны от Тига родные Элизы были мертвенно-бледны и казались совершенно раздавленными, их поникшие фигуры выдавали затаенный ужас людей, понимающих, что с тем, кого они любят, произошло нечто ужасное.

Накануне пресс-конференции полиция распространила по району листовки.

«Лэм – женщина-азиатка китайского происхождения, – значилось в них. – Черные волосы, карие глаза, рост – 5 футов 4 дюйма. Вес около 115 фунтов. Свободно говорит по-английски, также владеет кантонским».

Завершалось описание просьбой всем, кому что-либо известно о пропавшей, обратиться в полицию Лос-Анджелеса.

Тиг сообщил репортерам, что руководство Cecil подтвердило: Элиза заселилась в отель на четыре дня и должна была выехать 1 февраля, в то самое утро, когда исчезла. Также в отеле подтвердили, что последний раз Элизу видели сотрудники лобби, вскоре после того, как она вернулась из книжного магазина The Last Bookstore с купленными для родных подарками.

В полиции полагали, что дальше Элиза собиралась ехать в Санта-Круз, но пока они еще только собирали воедино хронологию ее путешествия.

Главный следователь Уоллас Теннелл отметил, что делу уделяется особое внимание, поскольку в нем фигурирует иностранный гражданин.

– Нам поступали сообщения, немногочисленные, но не было никаких доказательств, что это была она, – заявил Теннелл. – Сообщали, что видели женщину, но оказалось, что это не она.

Позже, когда его спросили о ходе расследования, он сказал:

– Пока мы просто выясняем, какие личные привычки у нее были. И пытаемся разобраться, куда она направлялась и что хотела увидеть. Тут как с убийствами, которые я расследую, – дело может заглохнуть, но мы его не закрываем. Я уверен, что и с пропавшими людьми все так же – мы эти дела не закрываем.

Теннелл, чей сын несколькими годами ранее стал жертвой хладнокровного убийцы, упомянул о том, что держит семью Лэм в курсе расследования:

– Мы не можем сообщать им все, что нам известно, но мы все-таки стараемся держать их в курсе происходящего.

Ранее полиция устроила в лобби отеля штаб, откуда рассылались поисковые группы, сопровождаемые отельными служащими с мастер-ключами. Эта операция вылилась в «полномасштабный утомительный обыск всего отеля, включая крышу». Обыск продолжался несколько дней, но не дал никаких значимых подсказок относительно местонахождения Элизы.

Второй обыск проводили уже с участием полицейских кинологов. Снова обыскали весь отель, «заглянули в каждую щель», на крыше в том числе. И снова – ноль подсказок.

С того дня, когда Элизу видели в последний раз, минула неделя, и отчаявшиеся полицейские обратились к общественности. В эпоху, когда на смену фотографиям пропавших людей на молочных пакетах пришли хештеги в соцсетях и расследовательские онлайн-форумы, слухи распространяются быстро, и вскоре всем стало известно, что печально известный Cecil – прозванный в Лос-Анджелесе «отелем самоубийц», – похоже, вновь сыграл ключевую роль в некой мрачной загадке.

Даже сам Алистер Кроули не смог бы предугадать, насколько мрачнее все станет в дальнейшем.

ПРОПАВШИЕ БЕЗ ВЕСТИ

Тиг казался обеспокоенным. В комментариях под выложенным на YouTube видео пресс-конференции люди писали, что он говорит так, словно вот-вот разрыдается. Действительно, человек, за спиной у которого стоит раздавленная горем семья, должен испытывать немалое эмоциональное давление.

Мне всегда хотелось знать, что говорят следователи семье пропавшего человека. Что тут можно сказать? Сомневаюсь, что в таких случаях все происходит как в кино, где детектив со сталью во взгляде заявляет родителям: «Я найду ее, обещаю».

В Лос-Анджелесе люди пропадают часто. Для города, гордящегося тем, что все в нем на виду, все напоказ и все тешит самолюбие, статистика исчезновений невероятная. Согласно данным подразделения по расследованию преступлений, связанных с пропажей людей, в год поступает приблизительно 3900 заявлений об исчезновении взрослых. «Около 80 % всех объявленных в розыск людей находят, или они возвращаются сами в течение двух-трех суток». Но все равно остаются сотни людей, которые ежегодно пропадают в Лос-Анджелесе – навсегда.

На территории Соединенных Штатов в год регистрируется около 750 000 объявлений о пропаже людей, и большинство действительно обнаруживают. Но многих – нет. За последние несколько десятилетий сотни тысяч человек словно растворились в воздухе.

На сайте полицейского управления Лос-Анджелеса перечислены самые распространенные причины исчезновения людей: психическая болезнь, депрессия, злоупотребление алкоголем или наркотическими веществами, задолженность по кредиту, насилие со стороны близких или семейная ссора.

Там же, на сайте, утверждается следующее: «Трудность с розыском пропавших людей заключается в том, что пропавший человек имеет право пропасть. Иначе говоря, у него могут быть законно обоснованные или личные причины хотеть, чтобы его оставили в покое, и полиции не позволяется нарушать это его право. Это может причинять страдания родным и близким пропавшего, которые считают (возможно, небезосновательно), что имело место преступление. Если факт совершения преступления установлен – или у полиции есть повод подозревать, что жизнь человека находится под угрозой (например, если ему требуется регулярно принимать медикаменты, которых у него не было при себе на момент исчезновения), – может быть начато расследование».

Правоохранительные органы призывают родственников и друзей заявлять об исчезновении человека как можно раньше. Однако если речь идет о взрослых, у полиции практически нет возможности быстро определить, пропал человек или же лишь распрощался со старой жизнью и начал новую. А в случае с детьми или молодыми девушками нельзя считать каждый случай исчезновения сексуально-мотивированным похищением, совершенным посторонним человеком. В большинстве случаев либо пропавший благополучно возвращается домой, либо выясняется, что произошло какое-то недоразумение.

«Если вы просто задержались в городе на два часа дольше обычного, потому что пошли постричься, вам захочется, чтобы в парикмахерскую заявился начальник полиции? – резонно заметил Тодд Мэтьюз, директор службы по связям с общественностью Национальной системы пропавших и неопознанных лиц. – Нет, вам не захочется, чтобы вас контролировали или чтобы за вами следили».

Во время первых, критических сорока восьми часов полицейские должны аккуратно преодолеть «скользкий склон», не нарушив права пропавшего человека на частную жизнь и выполнив свои обязательства перед его семьей.

Если гражданин имеет право исчезнуть, то его родные имеют право заявить о его исчезновении. Они могут обратиться в полицию в любое время – нет никакого минимального срока, который требуется выждать. В Калифорнии пропавшим человеком считается «лицо, чье местонахождение неизвестно заявителю». В случае с исчезновением детей и других несамостоятельных граждан важен каждый час, и члены семьи должны сообщить о пропаже как можно скорее.

Однако преждевременное обращение в полицию может привести к тому, что сотрудники правопорядка зря потратят свое время и силы. В 2017 году мать двадцатидвухлетней Ребеки Мартинес сообщила о пропаже дочери, инициировав розыск по всему штату, а в результате оказалось, что Ребека тайком улизнула в Лос-Анджелес, где начала сниматься в реалити-шоу «Холостяк».

Бывают истории с менее радужным финалом. В начале 2018 года родители девятнадцатилетнего студента Университета Пенсильвании Блэйза Бернштейна сообщили, что их сын исчез. В управлении шерифа округа Ориндж проследили перемещения Блэйза по его постам в Snapchat и установили, что последний раз парня замечали около полуночи 2 января, когда друг высадил его у парка Боррего. С тех пор Блэйза никто не видел.

Во время последующих поисков на территории парка полиция применила дроны. Но Блэйза нашли, лишь когда обильные дожди обнажили его тело, зарытое в неглубокой могиле. Сэмюель Вудворт, тот самый друг, что высадил Блэйза из машины, был обвинен не только в том, что он убил Блэйза двадцатью ножевыми ударами, но и в преступлении на почве ненависти, поскольку, как выяснилось позже, Вудворт был связан с группировкой белых нацистов и мог выбрать Блэйза жертвой потому, что тот был евреем и геем.

Дроны все чаще применяют при поиске пропавших, поскольку они позволяют детективам исследовать большие участки пространства, а затем направлять людей и собак лишь на те участки, где это необходимо. В другом случае, во время поисков трехлетней Шеррин Мэтьюз, полиция привлекла для обследования округа Ричардсон опергруппу беспилотного авиационного комплекса Северного Техаса. Как и в деле Бернштейна, поиски Мэтьюз завершились трагической находкой. Впоследствии отца девочки обвинили в убийстве с отягчающими обстоятельствами, а мать – в оставлении ребенка в опасности и пренебрежении родительскими обязанностями.

Дроны – часть растущего арсенала новых технологий, используемых при поиске пропавших людей. В этот арсенал входят прогностическая аналитика, замкнутые телевизионные системы, GPS-датчики, блокчейн и даже экспериментальные системы распознавания лиц. В 2008 году полиция отыскала объявленного пропавшим склонного к суициду человека, отследив данные его мобильного телефона, – этот случай стал предвестником царящих сегодня в публичной сфере бурных споров о неприкосновенности частной жизни.

Мобильные телефоны и смартфоны – огромное подспорье в поиске пропавших. Если сам телефон оказывается в распоряжении полицейских, они могут восстановить ход событий по самым свежим сообщениям и звонкам. Но даже не имея на руках телефона, сотрудники правопорядка обычно в состоянии многое узнать о местонахождении человека по расшифровкам от сетевых провайдеров, позволяющим отследить номер. Определив, от каких вышек аппарат ловил сигнал, можно прикинуть его координаты.

К несчастью, сталкеры также все активнее пользуются этой технологией для своих подлых целей.

Однако если свидетельства совершенного преступления отсутствуют, следователям могут на законных основаниях отказать в доступе к мобильным данным. А это значит, что сотрудники правопорядка снова оказываются на «скользком склоне»: они должны применять современные технологии для поиска пропавших, не попирая гражданских прав тех, кто просто хочет исчезнуть на несколько дней.

Когда на пресс-конференции Тиг перешел к ответам на вопросы, один из репортеров немедленно поинтересовался, не искала ли полиция информацию в мобильном телефоне Элизы.

– Я не хочу говорить о мобильном телефоне, – ответил Тиг и добавил: – У нас есть… какое-то количество ее вещей.

Вопрос следующего репортера оказался поистине провидческим:

– Есть какие-нибудь записи с Элизой на камерах наблюдения в отеле?

ВИДЕО С КАМЕРЫ НАБЛЮДЕНИЯ

Неделю спустя, в День святого Валентина, друг прислал мне по электронной почте ссылку. Ни темы, ни текста в письме не было – только гиперссылка на URL-адрес ролика YouTube. Бездумно щелкнув по ней (а ведь это мог оказаться вирус), я обнаружил зернистую запись, сделанную камерой наблюдения в лифте отеля. Я понятия не имел, что будет происходить на видео, но смутно подозревал: что-то нехорошее.

Одно из моих хобби – курировать и создавать контент для веб-сайта The Ghost Diaries[1]. Я запустил его за год до описываемых событий, чтобы утолять свою страсть к зловещим тайнам. Размещал там про все подряд, от рисунков серийных убийц до текстов о параллельных вселенных, и просматривал тысячи странных видео – среди них были и захватывающие, и дурацкие, но попадались и такие, что травмировали психику.

Интернет подарил людям свободный доступ к информации, попутно выпустив на волю – и всем нам в мозг – триллионы пикселей кошмара.

Тогда я еще не подозревал, что, пройдя по ссылке в письме, я подписался на безумное приключение, которому суждено было изменить мой взгляд на мир и на самого себя. Следующие пять лет жизни я потратил, пытаясь сложить пазл, большая часть деталей которого оказалась потеряна.

Запись была предположительно сделана камерой наблюдения в Cecil. Изначально она, судя по всему, хранилась в кабинете директора отеля, затем переместилась в компьютеры лос-анджелесских детективов и в итоге каким-то образом оказалась на YouTube-канале Дэнниса Ромеро, журналиста из LA Weekly. Ромеро потом упорно отказывался объяснить, как получил этот ролик.

Когда я увидел его впервые, количество просмотров исчислялось несколькими сотнями тысяч, но с тех пор подскочило так, что перевалило отметку в 23 миллиона – и это без учета перепостов.

На мутном, рассыпающемся на пиксели видео девушка с черными волосами до плеч, одетая в красную толстовку с капюшоном и длинные черные шорты карго (потом выяснится, что они мужские), зашла в лифт, нагнулась, чтобы рассмотреть панель с кнопками, нажала несколько кнопок и стала ждать. Дверь все не закрывалась. Девушка ждала – ждал и я, недоумевая, зачем друг прислал мне это видео. Я уже начал готовиться к тому, что это окажется «скример» – некогда популярная интернет-обманка, заставляющая тебя увлечься роликом, а потом подпрыгнуть до потолка, когда с экрана душераздирающе завопит жуткая рожа, похожая на демона из «Экзорциста».

– Что это за фигня? – спросил я вслух.

Описание под видео гласило: «Элиза Лэм, жительница Ванкувера, пропавшая в Лос-Анджелесе 31 января, странно ведет себя на записи, обнародованной полицией в четверг».

– Чего там у тебя? – спросил коллега за моей спиной.

– А, так, ничего, – ответил я, благоразумно сворачивая окно браузера. – Ты обедать собираешься?

Обед – и вообще любой прием пищи – был у нас в офисе важным мероприятием. Мирские удовольствия отвлекали от наших унылых трудов – SEO-оптимизации и размещения интернет-публикаций.

Я вернулся к видео.

Теперь девушка заинтересовалась чем-то снаружи лифта, словно услышала голос или шум в коридоре. Ее движения стали нервными, неуверенными, как у человека, который знает, что его кто-то подстерегает поблизости, но боится проверить, кто там. Затем она резко шагнула из дверей, приняв позу бегуньи, и бросила взгляд в коридор справа от лифта. Камера коридор не захватывала, был виден лишь кусочек ковра и стена прямо напротив двери, однако Элиза увидела (или услышала) нечто, заставившее ее вернуться в лифт и забиться в угол.

Прошло несколько секунд. Держа руки в карманах толстовки, Элиза выбралась из угла и замерла, глядя в до сих пор раскрытую дверь, словно проверяя, на месте ли тот, кто там был. Она снова нырнула в коридор, сделала несколько дурашливых шажков – влево, назад, затем вперед – и стала ждать, едва заметная у левого края экрана.

Потом она вернулась в лифт и вновь, чуть ли не носом уткнувшись в панель, начала стремительно нажимать чуть ли не на все кнопки подряд. Дверь лифта все не закрывалась.

Элиза опять вышла в коридор. Секунду она стояла неподвижно, а затем начала жестикулировать, словно общаясь с кем-то невидимым. Расставив пальцы, она поводила в воздухе руками – странными жестами, точно во сне.

Она лунатичка? Одержимая? Поведение девушки напомнило мне то, как вели себя мои знакомые (и я сам, скорее всего) под галлюциногенами.

Наконец, Элиза вышла за пределы видимости камеры. Спустя четыре или пять долгих секунд дверь лифта медленно закрылась. И на этом все закончилось.

При помощи кое-каких рабочих поисковых инструментов я проверил рейтинг ролика по Alexa, SEOmoz и другим системам. Он оказался невероятно популярным, можно сказать вирусным. Исчезновение Элизы Лэм уже обсуждали на нескольких форумах, включая Reddit и Websleuths[2].

Я стал читать комментарии под видео и обнаружил там настоящее осиное гнездо: диванные аналитики сходили с ума, выдвигая свои версии. Изрядное количество людей предполагали, что Элиза была под наркотиками. ЛСД, грибы, «ангельская пыль», «соль» – они перебрали чуть ли не все существующие запрещенные вещества, объясняя поведение девушки. Кто-то даже упомянул, что некоторые витамины могут вызывать тошноту и головокружение и таким образом теоретически способны привести человека в состояние спутанного сознания и паранойи.

Другие сочиняли детальные истории на тему того, что происходило в коридоре. Кто-то накачал Элизу наркотиками и теперь охотился за ней по всему отелю. Какой-то садист-психопат, забавляясь, нажимал разные кнопки на лифте в другом конце коридора, чтобы лифт Элизы не мог отправиться на другой этаж. Этот человек, если верить одному ютуберу, преследовал ее и, возможно, убил.

«Она прячется от кого-то, – писал комментатор, придерживавшийся противоположного сценария, – и пытается не дать ему воспользоваться лифтом. Если мы посмотрим на схему отеля, то там слева есть лестница, и я подумал: может быть, она пыталась туда добраться и ее поймали?»

Я подумал: интересно, этот человек и вправду изучал схему отеля?

Еще один юзер писал: «Она совершенно очевидно пыталась добиться, чтобы двери закрылись… Убийца, вероятно, пытался вынудить ее пойти по лестнице, чтобы он мог схватить ее там».

Был комментатор, который написал, что у Элизы был психотический эпизод, и ее убийца знал это. «Я думаю, убийца встретил ее в таком состоянии в коридоре у самого лифта. Возможно, это был служащий отеля, и, возможно, он хотел ей помочь, но потом подумал, что, так как она в таком состоянии, он может ею воспользоваться, и в итоге он ее убил…»

Комментарии и мнения все прибывали. Я пересмотрел видео, надеясь разглядеть какую-нибудь деталь, мелочь, пугающее лицо в углу экрана, сбой в матрице, еле различимое нарушение пространственно-временного континуума, стирающее границу между измерениями, – что-то, за что можно было бы уцепиться. Отчего люди вдруг помешались на этом видео?

Картинка была мутная, почти размытая, а тайм-код в нижнем левом углу необъяснимым образом исказился, превратившись в подобие диковинного санскрита. Но если не считать этого, а также, вне всякого сомнения, необычного поведения Элизы, ролик трудно было назвать увлекательным. Девушка заходит в лифт, девушка выходит из лифта. И все же по каким-то причинам видео меньше чем за неделю набрало почти миллион просмотров.

Я навел справки. Ровно неделю назад полиция Лос-Анджелеса провела пресс-конференцию. Никаких следов Элизы не нашли до сих пор.

Мне вспомнился совет, что иногда дают людям – особенно молодым женщинам – на случай, если нужно убежать от кого-то внутри здания. Им предлагают одновременно нажать множество кнопок на лифтовой панели, чтобы преследователь не узнал, на каком этаже они вышли. Неужели именно это здесь происходит? У меня по спине побежали мурашки, когда я представил, как преступник несется вниз по ступенькам, чтобы перехватить Элизу на первом этаже.

У комментаторов были и более экзотические объяснения. Один юзер предположил, что Элиза играла в «Лифт в другой мир»: нажимала кнопки в особой последовательности, чтобы кабина привезла ее в иное измерение.

Одна ютуберша углубилась в зловещую историю отеля Cecil. По ее словам, в его стенах покончили с собой десятки людей. Постояльцы отеля становились жертвами хладнокровных душегубов. Здесь останавливались насильники и серийные убийцы. И в отеле, несомненно, водятся призраки – подытоживала дама.

Про насильников мне ничего не было известно, но в Cecil действительно снимали комнаты по меньшей мере двое серийных убийц. И Ричард Рамирес, известный также как Ночной Охотник, и Джек Унтервегер, Венский Душитель, проживали здесь во время своих кровавых загулов в 1980-х и 1990-х. И разумеется, здесь были совершены десятки чудовищных убийств. Значит ли это, что некая злокозненная бестелесная сущность вселяется в постояльцев отеля?

Я так и не мог до конца разобраться, что за струну затронуло это видео в душах такого множества людей. Но кое-что я начал понимать. И начал ощущать ужас, затаившийся в этих пикселях. Все было очень просто.

Она пряталась от кого-то. А теперь она пропала.

«Кто за ней охотился? – задумался я. – Сталкер? Серийный убийца? Бойфренд-абьюзер? Спятивший постоялец или служащий отеля?»

– А ты сам?

– А? – Я вздрогнул и поднял глаза.

На меня смотрел коллега:

– Ты куда пойдешь есть?

МАКСИМАЛЬНЫЙ РЕПОСТ

Мой софт не соврал. Делу Элизы Лэм исполнилось всего две недели – в жизненном цикле популярной криминальной загадки это соответствует стадии эмбриона, – но страсти уже кипели и бурлили. Постепенно число просмотров взлетело до космических высот. В определенный момент Google Analytics показал 70 000 органических – без учета рекламных результатов – поисковых запросов по словам «Элиза Лэм» в месяц, потрясающий показатель, меркнущий, однако, в сравнении с поднявшимся в соцсетях бешеным ажиотажем вокруг посвященных Элизе статей, видеороликов и подкастов: юзеры делали миллионы перепостов в Facebook, Twitter, YouTube, Reddit и других сетях[3].

С работы в тот день я ушел с затуманенной головой, полной беспорядочно мельтешащих мыслей.

Я вспомнил недавнюю историю, когда во время поисков пропавшего человека полиция обратилась за помощью к экстрасенсу. Спустя пару лет ЦРУ рассекретило сотни тысяч документов, посвященных экспериментам правительства в области внечувственного восприятия, и помимо прочего эти документы свидетельствовали о том, что полиция регулярно привлекает экстрасенсов к расследованию «глухарей».

«Все офицеры полиции сообщали, что они прибегали к помощи экстрасенсов именно так, как это описывается в газетах, – говорилось в одном докладе. – Восемь офицеров сообщили, что экстрасенс предоставил им информацию, которая принесла пользу расследованию и не могла быть получена иным путем. В трех из упоминаемых дел тела пропавших были обнаружены в описанной экстрасенсом местности».

Я гадал, наняла ли полиция Лос-Анджелеса экстрасенса, чтобы найти Элизу? Нет ли в полицейском управлении кабинета без окон, где сидит припасенный на такой случай медиум и вперяет взор в астрал, пытаясь разглядеть в энергетических потоках красную толстовку девушки?

Хотя я и не знал Элизу, ее исчезновение меня внезапно обеспокоило.

Но было одно обстоятельство. Поимка Кристофера Дорнера – напряженная охота за разочаровавшимся в жизни бывшим правоохранителем, превратившимся в безжалостного убийцу, – явно вытягивала из полиции Лос-Анджелеса все силы. Для создания критической ситуации было достаточно уже того, что экс-полицейский написал на целое управление донос с обвинением в систематической коррупции. А после того как этот человек в прямом смысле взялся за оружие и в одиночку объявил войну третьему по величине городскому полицейскому управлению США, перспективы расследования по делу Элизы Лэм оказались под большим вопросом.

КАРАТЕЛЬ

Элиза Лэм стала звездой местных новостей, однако в новостных заголовках национальных газет ее исчезновение было не главной сенсацией из Лос-Анджелеса. Третьего февраля, за три дня до официального начала расследования по делу Элизы, бывший офицер полиции Кристофер Дорнер выпустил манифест, в котором объявил «атипичную и асимметричную войну» полицейскому управлению Лос-Анджелеса. Вскоре после этого он принялся целенаправленно убивать сотрудников полиции и членов их семей. Недельная облава, устроенная его бывшими сослуживцами, началась и закончилась самым жестоким образом.

Повсюду было фото Дорнера – в форме ВМС, с ослепительной улыбкой во все лицо. Дорнер успел послужить не только в полиции: он был резервистом Военно-морского флота и шесть месяцев провел в Персидском заливе, обеспечивая безопасность шельфовой нефтяной платформы в Бахрейне. За более чем десять лет в резерве ВМС США Кристофер получил множество наград, включая памятную медаль за участие в Иракской кампании, памятную медаль за участие в глобальной войне с терроризмом, знак отличного стрелка и медаль за отличную стрельбу из пистолета.

В досье Дорнера был отмечен достойный похвалы случай, когда в 2002 году, во время несения службы на военно-воздушной базе Вэнс, он нашел сумку, в которой лежали 8000 долларов, принадлежащих энидской Корейской церкви Божьей Благодати. Крис сообщил о деньгах в местную полицию и проследил за тем, чтобы их вернули владельцам. Он говорил, что это было «дело принципа».

Неприятности у Дорнера начались в 2008 году, когда он обвинил свою сослуживицу Терезу Эванс в том, что она ударила задержанного в наручниках ногой по лицу. Служебная проверка показала, что Дорнер сфабриковал обвинение, и вскоре его уволили. Он подал на полицию в апелляционный суд Калифорнии, однако его заявление отклонили.

Видимо, оскорбление, нанесенное принципам Дорнера, что-то надломило в нем, в его мозгу щелкнул переключатель, и парня охватила ярость и жажда мести.

Два года спустя в офис Андерсона Купера на CNN пришла посылка от Дорнера, адресованная начальнику полиции Ла-Пальмы Эрику Нунесу. В ней лежали записка на клеящемся листке для бывшего начальника полиции, уволившего Дорнера, видеозапись со сценой чрезмерного применения силы, предположительно подтверждающая обвинение против Эванс, и золотая памятная монета, продырявленная пулями.

Потом полилась кровь. В Ирвине были убиты Моника Кван, дочь первого в полиции Лос-Анджелеса капитана азиатского происхождения (Дорнер полагал, что капитан был причастен к его увольнению) и ее жених Кит Лоуренс. Всего за четыре дня до этого радостная Моника преподнесла сюрприз своим товаркам по баскетбольной команде Калифорнийского университета в Фуллертоне: высоко подняла руку, выставляя напоказ кольцо невесты. Кит, сделавший Монике предложение, при этом собственноручно выложив из розовых лепестков сердце, был многообещающим офицером правоохранительных органов, перед ним открывались широкие горизонты. Обоих застрелили в их машине. Монику – тремя пулями в затылок, Кита – пятью пулями в голову и лицо и двумя в шею.

Вскоре Дорнер опубликовал в Facebook манифест в 11 000 слов. В нем он перечислил по меньшей мере еще сорок полицейских и других людей, которых планировал прикончить в отместку за то, что они сговорились против него. В своем послании он разносил в пух и прах правоохранительные органы Лос-Анджелеса, обвиняя их в оголтелом взяточничестве, расизме и жестокости. Дорнер, афроамериканец, заявил, что после избиения Родни Кинга[4] дела в полицейском управлении приняли совсем скверный оборот и необоснованное применение насилия стало ежедневной рутиной. Дорнер не просто пересек «тонкую синюю линию», которая, как предполагается, объединяет всех офицеров полиции в крепкое братство, – он уничтожал саму концепцию лояльности правоохранительным органам Лос-Анджелеса.

«Синяя линия разорвана навеки, пришло время культурных перемен, – писал экс-полицейский. – Вы разбудили спящего исполина… Я несу с собой перемены и новую политику. Противостояние полицейского управления Лос-Анджелеса обществу и честным/порядочным офицерам – это традиция, которая должна быть и будет изменена».

«С 02.05 по 01.09, – продолжал он, – на должности сотрудника полиции Лос-Анджелеса я видел, как люди творят с другими людьми гнуснейшие вещи. К несчастью, я работал не на улицах. Это происходило во время нештатных ситуаций (sic!) в полицейских участках и полицейских автомобилях».

В числе прочего Дорнер обвинял полицейских в том, что они приписывали преступления людям, чья невиновность была им известна. Он утверждал, что они оставляют жертв огнестрельных ранений истекать кровью лишь для того, чтобы накапливать сверхурочные благодаря последующим вызовам в суд. По его словам, полицейские со скабрезными комментариями пересылали друг другу снимки омерзительных убийств, сделанные на мобильные телефоны во время службы. Они регулярно издевались над простыми гражданами и скрывали это.

В своем бессвязном документе Дорнер переходил от красноречивых призывов восстановить справедливость к описанию своих любимых телешоу и актеров. Он выражал восхищение президентом Обамой и сенатором Джоном Маккейном с его бескрайним уважением к американским военным ветеранам и федеральным правовым нормам. Он ратовал за меры по контролю за ношением оружия, одновременно угрожая начать полномасштабную бойню при помощи профессионального армейского арсенала. Используя лексику террористов, Дорнер обещал развернуть «атипичные и асимметричные военные действия» и предупреждал своих бывших коллег, братьев по полицейскому мундиру, что они будут «жить жизнью жертвы». Он заявлял, что ему известны все полицейские протоколы действий в случае нештатных ситуаций, и он будет методично душить в зародыше все попытки противодействия.

В результате последовавших за этим облавы и противостояния – к осуществлению задачи потребовалось подключить тысячи служащих полиции Лос-Анджелеса – пятеро погибли и шестеро получили ранения.

В ту неделю, когда исчезла Элиза Лэм, охота на Дорнера была в самом разгаре. Полицейскому управлению, обремененному беспрецедентной операцией по нейтрализации бывшего сотрудника, превратившегося в жестокого убийцу и карателя, пришлось выкраивать время, чтобы разыскивать еще одного человека.

Когда одна криминальная история завершилась бурным кровавым финалом, а другая погрязла в неопределенности, я обнаружил и другие тревожные параллели.

На данный момент я могу лишь предположить, что Элиза исчезла всего в нескольких кварталах от Скид-Роу, одного из самых опасных районов Лос-Анджелеса. Опрашивали ли детективы служащих и постояльцев отеля? Разговаривали ли они с жителями домов по соседству? Вдруг Элиза просто завела с кем-то знакомство и остановилась у нового друга, потеряла телефон и осталась без доступа к интернету? По словам родных, это было совсем не в духе Элизы. Однако пропавших людей находили живыми и при куда более странных обстоятельствах.

Одно было очевидно: Элиза не войдет в те 65 % пропавших, которые возвращаются сами или находятся целыми и невредимыми в течение двух суток. По прошествии семидесяти двух часов шансы на выживание резко падают. Элизу искали уже семь дней.

Но сюрпризы и странности только начинались. Через пять дней невероятная находка окончательно закрепила за делом Элизы Лэм звание одного из самых диковинных расследований смерти в истории криминалистики.

В 1991 году сотрудники полиции жестоко избили чернокожего гражданина США Родни Кинга, оказавшего сопротивление при аресте. Дело получило широкий общественный резонанс. Суд вынес полицейским оправдательный приговор, что спровоцировало в Лос-Анджелесе массовые протесты и беспорядки.

Некоторые социальные сети, упоминаемые в книге, такие как Facebook и Instagram, принадлежащие компании Meta Platforms Inc., запрещены в России.

Reddit – сайт, на котором зарегистрированные пользователи могут размещать ссылки на любую понравившуюся им информацию в сети и обсуждать ее; Websleuths – интернет-сообщество, специализирующееся на преступлениях и пропавших без вести лицах. – Здесь и далее примеч. пер. и ред.

Дневники призрака (англ.).

Глава 2
Находка

Из крана сочилась густая коричневато-красная жижа, можно было подумать, что вода насыщена чуть ли не красными кровяными тельцами. Правда, кровяные тельца не способны разбухать до такой степени, чтобы их стало видно невооруженным глазом. «Чем бы ни были эти гадкие крупинки, – подумала Натали Дэвис, стоя над краном в своем новом временном жилище, – лучше мне об этом не знать».

Стивен и Глория Котт увидели то же самое. Въезжая в отель Cecil, они не рассчитывали, что номер будет радовать глаз шелковыми шторами и хрустальной посудой. Да и относительно качества водопроводной воды – как в отеле, так и где бы то ни было в городе – они особых иллюзий не питали. Но они все же не планировали, почистив зубы, полоскать рот водой, которую словно закачали в капризные трубы восьмидесятилетнего здания на шестьсот комнат[5], расположенного в центральном районе Лос-Анджелеса, из кишащего мертвыми телами болота.

Потому Стивен Котт и обратился к руководству отеля с официальной жалобой.

Когда он явился к стойке регистрации и высказал свое неудовольствие, директор отеля Эми Прайс с трудом подавила стон. Это была третья жалоба на воду за вечер и десятая за неделю. Некоторые постояльцы были недовольны слабым напором – по их словам, вода еле капала из крана, другие заявляли, что вода пахнет и имеет «странный, сладковатый, отвратительный привкус».

Эми Прайс знала, как следует вести себя с жалобщиками. Зачастую – особенно в неблагонадежном Cecil (который мог похвастать жившими в нем серийными душегубами, множеством насильников, несколькими чудовищными убийствами и более чем дюжиной суицидов) – гости возмущаются не столько конкретными неполадками, сколько общей неприятной атмосферой. С этим ни Эми, ни другие управляющие ничего не могли поделать без солидных вложений в ремонт от собственников отеля.

Немаловажное обстоятельство заключалось в том, что Cecil представлял собой старое здание в крайне захудалом районе, и основной его клиентурой были туристы, трудовые мигранты и малообеспеченные местные жители, нуждающиеся в максимально дешевом жилье – от 65 до 95 долларов за ночь. Проведите хоть сколько-нибудь времени в центре Лос-Анджелеса, всего в паре кварталов от Скид-Роу, – и вы приметесь отчаянно искать какой-то платный ночлег, чтобы избежать нежелательного соседства.

Но в тот день обилие жалоб на воду слегка обеспокоило Эми. Что, если с водопроводом отеля и впрямь что-то случилось? Может быть, прорвало трубу или просто образовался засор? Эми уже начинала думать, не пора ли произвести проверку. Как раз в этот момент к стойке явился Стивен Котт с сообщением о красно-коричневой жиже с «кровяными тельцами».

Наутро Эми отправила на крышу подсобного рабочего, чтобы тот проверил исправность водяных цистерн.

СТРАШНЫЙ СЮРПРИЗ

Девятнадцатого февраля 2013 года Сантьяго Лопес, как обычно, заступил на смену в Cecil. Хотя день, конечно, выдался необычный. Пропала постоялица, молодая женщина, и по отелю уже двое суток шатались полицейские. Один детектив даже немного порасспрашивал Лопеса.

Но если не считать этого, все шло как всегда. Лопес не мог знать, что спустя всего несколько часов он увидит нечто поистине чудовищное, нечто такое, что навсегда впечатается в его память.

Сантьяго служил в отеле подсобным рабочим уже три года. Большинство людей не знали, что помимо временных обитателей на некоторых этажах здесь размещались и постоянные. Кое-кто жил в отеле десятилетиями. В то время как весь остальной Лос-Анджелес был жестко разделен по классовому признаку, Cecil, в противоположность другим знаменитым отелям Лос-Анджелеса – Roosevelt, Biltmore и прочим, – давно отказался от блеска и роскоши, сосредоточив свои ресурсы на предоставлении крова обездоленным.

Прекрасно, но это до известной степени осложняло работу персонала, поскольку необходимо было удовлетворять и просьбы постояльцев, приехавших на одну ночь или в отпуск, и потребности людей, давно живущих здесь.

В то же время у Cecil было кое-что общее с другими отелями и домами Города ангелов: зловещая репутация, сотканная из загадочных, пугающих историй. Сантьяго никогда не был поклонником рассказов о привидениях и таинственных убийствах, однако не мог не признавать, что работает в гостинице с необычным прошлым. Как же так получается, что в одном здании происходит столько ужасного?

Рабочий день Сантьяго Лопеса начался всего десять минут назад, и у него был длинный список дел. Уйма мелких починок, рутинных обязанностей и, положа руку на сердце, муторных проверок. Люди, оказывается, не умеют обращаться со смесителем! Сантьяго не понимал, как такое вообще возможно. Это же действие из тех, что за долгие годы практики намертво закрепляются в мышечной памяти, обращаться со смесителем выучиваешься еще в раннем детстве, так же как включать свет или спускать воду в унитазе.

И тем не менее за последние несколько дней множество постояльцев жаловались на проблемы с раковинами и душем. Жалобы были изобильны и разнообразны. Изобильны в том смысле, что поступали со всего отеля непрерывным потоком, а разнообразны – в том смысле, что касались всего, чего только можно, начиная с плохого напора и задержки воды до странного запаха и вкуса воды, и даже до «темной воды».

Гость из номера 320 дважды сообщил: напор такой слабый, что он не смог смыть мыло с волос, когда принимал душ. Это, конечно, нельзя назвать проблемой из серии «жемчуг мелкий». И все же… Понятно, что нормально функционирующий душ нужен для поддержания санитарии, но трудно не пробормотать «Как дитё малое!», если кто-то начинает жаловаться из-за того, что не может смыть с волос мыло.

Отель Cecil по форме напоминает букву «Е» – от основного корпуса отходят три сообщающихся крыла, и всего в здании шестьсот номеров. Обычно Сантьяго делал дела в одном крыле, потом переходил в следующее и дальше. Он планировал работу так, чтобы не приходилось бегать туда-сюда из одного крыла в другое.

Увы, в тот день еще до обеда он успел побывать в каждом крыле по два раза – носился словно ужаленный. Ничто так не бесит постояльцев, как проблемы с водой.

В номере 320 Сантьяго обнаружил проблемы с напором. Постоялец злобно зыркнул на него, когда исправить ничего не получилось. Сантьяго сказал, что вернется через час. Он не любил оставлять работу недоделанной, но первичный осмотр ничего не дал, и решить проблему можно было, только отыскав системные неполадки.

Он отправился на четыре этажа выше, в номер 720. У него был общий стояк с номером 320, и здесь тоже наблюдались проблемы с напором.

Выйдя в коридор, Сантьяго почувствовал покалывание в ладонях. Он понимал, что это просто игра воображения, однако покалывание всегда начиналось на седьмом или восьмом этаже, так что Сантьяго старался там не задерживаться.

В отеле бывали «прыгуны» – постояльцы, которые кончали с собой, выбрасываясь из окон. А еще здесь случались жестокие убийства, и преступников так и не находили.

Дальше ему нужно было на четвертый этаж – но, к несчастью, в номер 451, расположенный в среднем крыле. Добравшись туда, он вспомнил, что как раз в этом номере пару лет назад случилась очень странная история. Мужчина-постоялец заявил, что проснулся посреди ночи с ощущением, будто кто-то яростно его душит. Дрожа и обливаясь потом, он явился к стойке регистрации и сообщил, что кто-то невидимый словно хватал его за горло. Он потребовал другой номер, а узнав, что свободных комнат нет, собрал вещи и уехал.

Тот же номер. Однако никаких сообщений о душителях. Лишь слабый напор в кране.

Невероятно, но с этим номером был связан еще один диковинный инцидент. Год назад молодой парнишка по имени Костон Алдерете сфотографировал отель с улицы. Приглядевшись, на снимке можно было различить полупрозрачную серую фигуру, появляющуюся из окна на четвертом этаже.

Изучив план отеля, Сантьяго определил, что это окно номера 451, расположенное ровно на три этажа ниже того окна, из которого несколько десятков лет назад выбросился один из «прыгунов».

Еще одна жалоба на проблемы с водой поступила с девятого этажа – и, разумеется, из другого крыла.

В пояснении к вызову значилось лишь «№ 943 – напор».

Дверь открыла молодая женщина по имени Натали. Вид у нее был встревоженный. Сантьяго открыл кран. Вода уже не была красной, но он заметил пятна в раковине. Окрашенная вода обычно является результатом отложений в трубах. Красный цвет, как правило, возникает из-за ржавчины. Также его причиной может быть осадок, поднявшийся со дна нагревателя. Зрелище, спору нет, неприятное, но в большинстве случаев никакой опасности это не представляет.

Объяснив все Натали, Сантьяго добавил, что сейчас он кое-что проверяет и ее проблема в списке приоритетных. Он пообещал, что скоро вернется.

– Спасибо, – сказала Натали, а когда Сантьяго уже стоял в дверях, спросила: – Вы не знаете, в этой комнате кто-нибудь умирал?

Сантьяго застыл, молча глядя в пол. Потом поднял глаза на Натали.

– Здесь в каждой комнате кто-то да умер, – ответил он.

Теперь было ясно: чтобы установить источник проблем, придется обследовать крышу.

При помощи служебного ключа Сантьяго отключил сигнализацию двери, ведущей с пятнадцатого этажа на крышу. Если сигнализация сработает, то крайне неприятный звук разнесется по четырнадцатому и пятнадцатому этажу, а также будет слышен на стойке регистрации внизу. Но это, конечно, только в теории – за все время, что Сантьяго работал в Cecil, сигнализация не срабатывала ни разу, так что он не знал, как она звучит и функционирует ли вообще.

Если не считать пожарных выходов, эта дверь была единственным путем на крышу.

Позже, в Высшем суде штата Калифорния, Лопес под присягой подтвердил, что в день проверки сигнализация – до того, как он отключил ее, чтобы попасть на ровную, серую, невзрачную бетонную площадку, – была в рабочем состоянии. Поднявшись, Лопес осмотрел четыре тысячегаллонные водяные цистерны, сгрудившиеся на краю крыши, точно цилиндрические горгульи, обозревающие Центральный Лос-Анджелес. Система, основанная на использовании силы гравитации, закачивала воду из расположенного под улицей городского водопровода вверх, в цистерны. Вся питьевая и техническая вода поступала в отель из них.

Все цистерны имели десять футов в высоту и шесть в диаметре. Располагались они на четырехфутовых платформах, и добираться до них, не говоря уже о том, чтобы их обслуживать, было нелегкой задачей. Лопес поднялся на первую платформу по узкой лестнице; чтобы забраться наверх, пришлось протиснуться между цистернами и сантехническим оборудованием. После этого он оказался у второй лестницы, идущей уже по боку цистерны – до самого верха.

Первым, что заметил и впоследствии подтвердил в суде Лопес, была открытая крышка одной из цистерн. Квадратные крышки 18 на 18 весили порядочно. Как вообще такая штуковина могла сдвинуться с места? Полицейские, искавшие пропавшую женщину, тут побывали – могли они оставить цистерну открытой?

Поднявшись на ноги, Сантьяго отряхнул запачкавшиеся после подъема брюки и взглянул с высоты птичьего полета на центр Лос-Анджелеса и мозаику темных строений под розовым вечерним небом, расчерченным инверсионными следами самолетов, испещренным дронами и вертолетами.

Он заглянул в открытую цистерну. Что-то в ее темных глубинах привлекло его внимание – цветное пятно там, где ничего цветного быть не должно. Красное пятно.

Как Сантьяго позднее сообщал начальству отеля, детективам и судебным чиновникам, в цистерне он увидел тело женщины. Оно плавало лицом вверх, примерно в двенадцати дюймах от верхушки. За две недели левый глаз вылез из орбиты, кожа слезла, превратив лицо в нечто чудовищное. Рядом плавала одежда – красная толстовка с капюшоном.

На торце отеля есть реклама, что в отеле 700 номеров.

Глава 3
Расследование начинается

Дирекция отеля Cecil связалась с правоохранительными органами 19 февраля в начале одиннадцатого утра. Вскоре после этого, согласно показаниям офицера Дианы Фигероа, полицейское управление Лос-Анджелеса направило сотрудников по адресу Саут-Мейн-стрит, 640. Капитан пожарного управления Лос-Анджелеса Джейми Мор сообщал, что к ним тоже поступил звонок из отеля с информацией о том, что рабочий обнаружил тело. Осмотрев место происшествия, Мор заявил: «Там на крыше три запечатанных бака на площадке. Тело в одном из них».

Он ошибся с количеством баков (их было четыре), и непонятно, что он имел в виду, говоря «запечатанных». Во всех последующих отчетах значилось, что крышки цистерн не были запечатаны. В отчетах указали неверные сведения? Элизу запечатали?

Мор заявил, что люк цистерны слишком узок для оборудования, необходимого для извлечения тела. Поэтому цистерну осушили и вскрыли лазерами.

Примерно в 13:45 офицер полиции Лос-Анджелеса Брюс Борихэн подтвердил, что внутри одного из баков на крыше отеля Cecil обнаружен труп.

«Наша поисково-спасательная команда сейчас разрабатывает самый оптимальный метод, который позволит изъять тело с места происшествия, сохранив как можно больше… улик, способных помочь расследованию, которое проводят полиция Лос-Анджелеса и детективы из отдела расследования убийств и грабежей», – заявил пресс-секретарь полиции сержант Руди Лопес.

Тот факт, что цистерну пришлось разрезать сбоку лазерами, наглядно демонстрирует, насколько неудобно было работать на платформе на крыше отеля. На фотографиях с места происшествия видно множество пожарных и полицейских, толпящихся у цистерны и на возвышающейся над баками крыше подсобки. Правоохранителям пришлось приложить некоторые усилия, чтобы не дать спасателям вытащить тело через узкий люк в верху цистерны – после этого на трупе могли остаться отметины и порезы.

Мрачная картина лишний раз напоминала о том, в сколь странном месте было обнаружено тело. То, что Элиза… вернее, так – то, что в принципе кто-то сумел добраться до цистерн, казалось происшествием на грани сверхъестественного, загадкой, достойной Шерлока Холмса. В сети уже зарождались грядущие бурные дебаты о том, была ли такая задача чисто физически выполнима для девушки, которая запечатлена на видео в явно дезориентированном состоянии и без очков, – а также о том, что вообще могло заставить ее устремиться на крышу.

Позже в тот же день родители Элизы опознали дочь.

В 16:36 следователь по особо важным делам Фред Коррал уведомил старшего криминалиста Марка Шакарда, что тело покойной доставили в экспертно-криминалистический центр и требуется специалист.

Чуть менее часа спустя мистер Шакард смотрел на тело Элизы, лежащее на медицинском столе: разложение зашло далеко, лицо, живот и бедра раздулись, потемнели и покрылись пятнами. Ладони и ступни отекли – это не удивило криминалиста, который уже знал, что тело много дней провело в цистерне с водой. Рядом с покойной лежала ее мокрая одежда, а также наручные часы и ключ-карта – их тоже извлекли из цистерны.

Марк собирал данные судебной экспертизы до 18:50, после этого одежда и личные вещи Элизы были упакованы и приобщены к вещественным доказательствам.

Эти данные, равно как и дополнительная информация об обнаруженных на одежде волокнах и частицах, не предавались широкой огласке еще шесть месяцев, пока не были опубликованы полные отчеты о вскрытии и токсикологической экспертизе. Другие детали – среди них были и чрезвычайно важные – обнародовали лишь в следующем году. А некоторые подробности дела так и остались тайной.

ИСПОРЧЕННАЯ ВОДА

Из всех начавшихся в тот день расследований, связанных с делом Элизы Лэм, местную прессу больше всего занимало разбирательство, начатое Управлением здравоохранения округа Лос-Анджелес: необходимо было выяснить, пригодна ли для питья вода в Cecil. До объявления результатов расследования чиновники от здравоохранения и представители Управления по охране окружающей среды временно перекрыли отелю подачу воды и запретили использовать для питья ту, что еще оставалась.

В новостях стали появляться сообщения о зараженной воде. Бернард Диас, восьмидесятидевятилетний постоялец отеля, проживший здесь тридцать два года, заявил, что дирекция не проинформировала его о ситуации с водой. Как и другие обитатели Cecil, он узнал об объявленном карантине только из телевизора. Час спустя, по словам Диаса, ведущий канала KTLA сообщил, что в одной из водяных цистерн на крыше здания, где он живет, нашли труп. Можно представить чувства человека, узнающего из вечерних новостей о том, что в воде, которую он пьет, плавал покойник.

Временные и постоянные жители отеля вспомнили, что иногда лившаяся из их кранов и душевых леек вода бывала темной, красноватой и даже с осадком, – и с ужасом осознали, что почти две недели они использовали для питья, купания и чистки зубов трупную воду.

«Когда мы об этом узнали, нас слегка замутило, в самом буквальном смысле, особенно от того, что мы пили эту воду. Мы чуть с ума не сошли», – заявил мистер Бау, турист из Британии.

Другой постоялец сообщил репортерам, что вода на вкус была почти «сладкой».

«У воды действительно был странный привкус, – сказала Сабрина Бау, пившая эту воду восемь дней. – Мы на эту тему вообще не задумывались. Думали, что так и должно быть».

Терренс Пауэлл, глава Управления здравоохранения Лос-Анджелеса, заявил, что в силу размеров цистерны и почти повсеместного наличия хлора в воде, текущей по городскому водопроводу, вероятность загрязнения крайне мала, однако совсем исключать ее нельзя.

«Больше всего мы обеспокоены возможностью фекального загрязнения воды из-за этого тела», – сообщил Пауэлл прессе.

Когда предварительный тест на колиформные бактерии – индикатор человеческих испражнений – дал отрицательный результат, чиновники попытались развеять страхи постояльцев отеля. Но никакое самовнушение не могло отменить тот чудовищный факт, что в их питьевой воде мариновался покойник.

После страшной находки на крыше отеля 55 постояльцев покинули его. Около пятнадцати гостей – среди них в основном были малообеспеченные постоянные жильцы – подписали отказ от претензий и остались. Им предоставили бутилированную воду взамен предположительно загрязненной. Двое постояльцев, Стивен и Глория Котт, месяц спустя подали на отель групповой гражданский иск.

Цистерну, в которой обнаружили Элизу, отключили от системы, в разных частях отеля взяли дополнительные пробы воды для повторного тестирования. Из труб отеля спустили всю воду и заменили на новую – с высоким содержанием хлора. До тех пор пока не пришли результаты повторных тестов, ресторан отеля был закрыт, а водой в Cecil пользовались лишь для смыва.

«В этом здании столько всего происходило, что я уже ничему не удивляюсь», – сказал Диас журналисту.

ПРИЧИНА СМЕРТИ

В ходе предварительного вскрытия определить причину смерти Элизы не удалось. Эд Уинтер, помощник главного коронера[6] округа Лос-Анджелес, заявил, что объявление результатов «откладывается, ожидаются дополнительные тесты». Вслед за этим Уинтер сообщил, что судмедэксперты не будут обнародовать ни частичных, ни предварительных сведений по делу, пока не получат результаты токсикологической экспертизы, анализа крови и мочи. Они должны были стать известны в течение шести-восьми недель. По крайней мере, так предполагалось.

Хотя Уинтер почти ничего не сообщил журналистам, он дал им некоторое представление о ходе своих мыслей, обозначив несколько вопросов, на которые желал получить ответы: «Что было в организме [Элизы Лэм]? Все ли ее органы работали исправно?.. Были ей прописаны какие-либо медикаменты, принимала ли она их в терапевтических дозах или чрезмерных – или она не принимала ничего?»

Из этого заявления можно было сделать логичный вывод о том, что полиция как минимум хочет проверить теорию, согласно которой Элиза на видеозаписи находится под воздействием наркотиков. По своей ли воле она приняла запрещенное вещество – галлюциноген или транквилизатор, который привел ее в диссоциативное, спутанное состояние сознания? Или ее чем-то накачали?

С ЧЕГО НАЧАТЬ?

Теперь, когда Элиза больше не числилась пропавшей и ее тело было обнаружено, на руках у полиции оказалось потенциальное убийство. Пока не были получены результаты вскрытия и токсикологической экспертизы, которые могли бы помочь прояснить причины смерти эмпирическим путем, к работе приступили детективы.

Старшими следователями по делу Элизы Лэм назначили ветеранов Уолласа «Уолли» Теннелла и Грега Стернса. Элизу нашли голой, ее одежда (если, конечно, это была ее одежда – среди предметов, зарегистрированных как вещи Лэм, числились мужские шорты) плавала в воде, покрытая «пескоподобной субстанцией». До получения результатов вскрытия невозможно было узнать, подвергалась ли Элиза какому-либо насилию. Следы сексуального контакта в сочетании с частичками кожи под ногтями могли бы дать ответ на необходимый, но страшный вопрос, неизбежно возникающий, когда пропавшего человека находят раздетым.

Ни снимки места происшествия, ни снимки тела Элизы обнародованы не были, полиция Лос-Анджелеса не стала разглашать никаких сведений, касающихся собранных на крыше образцов ДНК. Это, разумеется, было в порядке вещей. В процессе расследования убийства детективы с крайней осторожностью говорят о ходе дела, поскольку какие-то подробности преступления может знать лишь его виновник. Эти подробности следователи стараются выудить у подозреваемых на допросе.

Старая как мир тактика на удивление эффективна. Допрашивая серийного убийцу Джека Унтервегера, проживавшего в Cecil во время своих кровавых разгулов, детективы – как венские, так и лос-анджелесские – тщательно скрывали информацию о состоянии убитых им проституток. Подробности вроде конструкции зловещих, затейливых и смертоносных удавок, которые Унтервегер мастерил из бюстгальтеров своих жертв, были известны лишь детективам и ему самому.

В случае с Ричардом Рамиресом, также снимавшим номер в Cecil, полиция Лос-Анджелеса не разглашала такие подробности дела, как марка кроссовок убийцы – Avia – и калибр автоматического пистолета – 25-й, чтобы Рамирес не прочел об этом в прессе и не уничтожил улики. Но тогдашний мэр Сан-Франциско Дайэнн Файнстайн проговорилась на пресс-конференции, и информация появилась во всех городских газетах.

Полицейские были в ярости из-за утечки, а поимка преступника оказалась под угрозой срыва, когда Рамирес узнал об уликах от СМИ. После этого он, разумеется, избавился от оружия и кроссовок. К счастью, его все равно поймали.

В деле Элизы Лэм не было ни единого физического доказательства преступления – зато была масса вопросов. Действительно ли Элиза общалась с кем-то в коридоре, как можно предположить по записи с камеры? Почему ее тело оказалось в цистерне? Почему она была голой? Почему она вообще попала на крышу? Как она туда проникла (или как ее туда затащили), обманув сигнализацию?

О первых этапах расследования мы знаем лишь то, что полицейские обыскали отель, этаж за этажом, с отрядом кинологов из К-9. Эми Прайс сообщила под присягой, что осмотру подверглась и крыша, но найти там ничего не удалось.

Детектив Теннелл подтвердил, что, когда полицейские развернули в отеле штаб, они «заглянули в каждую щель в здании, во все помещения, открытые ли, закрытые – их в обязательном порядке открывали. Их в обязательном порядке обыскивали».

Это было довольно некорректное высказывание, поскольку, с самого начала заглянув якобы «во все щели», полицейские так и не нашли тело Элизы. Если бы они и вправду заглянули в каждую щель, то обнаружили бы труп в одной из четырех цистерн на крыше, где они, как утверждалось, искали дважды и где кроме самих цистерн не было ничего.

Как сотрудники полиции проглядели цистерны во время обоих обысков? Крыша была пуста – если крышка цистерны, в которой находилась Элиза, была поднята, как можно было этого не заметить? Если же крышка была опущена – по-видимому, после того как Элиза оказалась внутри, – чьих рук это было дело? Кто закрыл цистерну?

ПОЛИЦЕЙСКИЕ СОБАКИ

В полиции подтвердили, что в здании работали собаки, но не стали вдаваться в детали. К примеру, мы не знаем, обыскивали ли собаки комнаты, вынюхивали ли они свежие следы, когда Элиза еще числилась пропавшей. Неизвестно также, насколько активно работали с собаками на крыше, если вообще работали. Это критически важно для понимания того, почему Элизу не обнаружили в цистерне в самом начале, и самое главное – важно для понимания того, что на ранних этапах расследования могли быть потеряны весьма значимые улики. Пока мы лишь наметим эту тему и вернемся к ней позже.

Коль скоро полицейские, по их собственному заверению, обыскали все здание, «заглянули во все щели», кинологи поднимались на крышу. Но как собаки могли не учуять Элизу?

Чтобы получить ответ, в первую очередь нужно понять, какой вид служебных собак задействовали: разыскных или специальных. Разыскных собак часто применяют в ситуации, когда дорога каждая минута. Чтобы они взяли след пропавшего человека, их доставляют на место происшествия до того, как картину смажут запахи посторонних. Разыскных собак специально выводят и дрессируют, чтобы они умели различать тяжелые частицы кожи – таких частиц с живого человека каждую минуту осыпается около 40 000. Они составляют основу запахового следа, который все мы оставляем за собой.

Более чем логично предположить, что полицейские задействовали разыскных собак, так как предполагали, что Элиза еще жива. Но если она была жива и находилась в отеле, то искать ее имело смысл только в одном из номеров. Если полицейские пришли к такому выводу, то они могли решить, что в деле могут быть замешаны подозрительные постояльцы или служащие отеля, и, следовательно, использование разыскных

...