Оглавление

1. Черный Орден Христианских Карателей
2. Предисловие
3. Часть I  Благодетель насилия
   1. Глава I. Битва на рассвете
   2. Глава II. Семейное счастье
   3. Глава III. Раздельные пути
   4. Глава IV. Живое сердце
4. Часть II Наказание и прощение
   1. Глава V. Сладкое искушение
   2. Глава VI. Истинное лицо боли
   3. Глава VII. Иллюзия счастья
   4. Глава VIII. Ответ на тайну
   5. Глава IX. Тиран и правитель
5. Часть III Единственный и последний шанс
   1. Глава X. Крестовый Поход
   2. Глава XI. Созерцание ужаса
   3. Глава XII. Истинное предназначение
   4. Эпилог

Предисловие

Очень часто мы видим мир таким, каким сами хотим его видеть. Нередко лишь благодаря нам те или иные обстоятельства имеют место быть в нашей жизни. Но ещё чаще бывает так, что от человека не всегда зависит окружающий его мир.

Быть личностью любого формата в нынешней действительности очень нелегко. Таких людей зачастую не любят, травят, выставляют на посмешище. К сожалению, наибольшая часть достойных людей, попадая в тяжкую и порочную среду, не выдерживают и сами становятся такими же, как те, кто их окружает. И настоящий героизм добрых, отзывчивых и мягких сердцем людей в том, что они, ощущая на себе давление от подлостей, от обманов и зла в отношении себя, всё равно остаются такими же светлыми людьми и личностями, какими были ранее.

Многие из нас живут тихой жизнью. Мы не знаем друг друга. Но, как ни раз показывала история человечества, во время различных экстремальных ситуаций, катаклизмов или войн, каждый из нас проявляет свою истинную сущность. Это определяется по тому, как каждый из нас начинает действовать в таких ситуациях и относиться к другим людям. К более сильным, либо к более слабым. И к тем, к кому мы даже не обязаны относиться хорошо.

Каждый из нас по-разному относится друг к другу. У многих имеются на то различные основания. Но в отношениях с другими людьми всегда нужно руководствоваться своим сердцем, уметь отличать человека от зверя, которых сейчас вполне возможно стало больше, чем самих людей.

Единственное, что делает сердце по-настоящему живым — это настоящая искренняя любовь. Она не только облагораживает человека многими положительными чертами, но и даёт необходимый заряд благородства, с помощью которого можно одолеть любого врага, посягающего на самых дорогих, кто есть в вашей жизни. Благодаря любви не только совершаются отчаянные поступки, но и совершается гораздо больше подвигов. Любовь — это созидание, которое питает всё то чистое, доброе и светлое, что есть в наших помыслах и в наших сердцах. Именно любовь делает нас людьми, а не то, что нам пытаются преподнести и навязать со всех сторон нашей очень яркой жизни.

Но и за любовь очень часто приходится бороться изо всех сил. Не за человека, которого каждый из нас любит, а именно за саму любовь. Именно эту идею, прежде всего, хочет донести до каждого из Вас автор данной книги, который не является профессиональным писателем или работником в сфере искусства. Также, автор, как и в предыдущий раз, заранее извиняется, если заденет чьи-то чувства, личные, идейные, общие соображения, желания и образ жизни. Автор не поощряет поведение различных персонажей своего произведения и не призывает к данным видам поведения других людей.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ:

Книга содержит нецензурную, грубую и ненормативную лексику, а также описания жестокости, кровопролития, секса, сексуального, морального, физического и другие виды насилия. Не предназначено для прочтения несовершеннолетним и особо впечатлительным людям.

Также, данная книга НЕ является религиозной пропагандой или литературой, осуждающей различные политические, религиозные и иные жизненные взгляды.

Часть I 

Благодетель насилия

Глава I. Битва на рассвете

«Ни уклоняться от битвы нельзя,

ни самому искать битвы:

тогда и победа будет славнее».

(с) Иоанн Златоуст

Европа, бывшая Германия, 7 сентября, 2025 год

Несмотря на самое начало осени стояла очень жаркая погода. Тёмная по-настоящему летняя ночь подходит к концу. Уже совсем скоро за горизонтом появятся первые отблески приближающегося рассвета, который заставит звёзды окончательно погаснуть на небе, до самого наступления ночи.

Огромное поле, покрытое свежей травой и редкими лесами, уже давно забыло, когда в последний раз по нему шёл обычный человек, который когда-то был хозяином этих мест. Редкая фауна давно забыла, что когда-то тут совсем недалеко жили люди, которых следовало бояться. Пение птиц сопровождалось небольшими порывами ветра, который заставлял подпевать листву на редких деревьях волшебно красивого поля, в такт пернатым обитателям неба.

Неожиданно пение птиц оборвалось, всё замерло, а ветер словно исчез. Пугающая тишина, нависшая над полем, создавала впечатление остановки времени. Но тут же тишину разрезал ужасный демонический рык страшного монстра, который был похож на большого паука. Всё тело чудовища покрывала чешуя и омерзительное мясо. Мышцы проглядывались через тонкую кожу. Шесть развитых конечностей твёрдо держали демона на земле. Мощное тело этого создания было покрыто редкими шипами. Закончив свой боевой клич, демон опустил голову. Четыре красных демонических глаза с чёрными вертикальными зрачками продолжили жадно искать добычу на огромном ландшафте германских земель. Сдвоенный рот демона, в каждом из которых было по шесть рядов заточенных клыков, жадно чавкал, в нетерпении схватить любое живое существо и полакомиться им.

Словно по сигналу аспида, по полю понеслась дальше орда паукообразных демонов, демонов-ящеров, других аспидов и адских палачей. Скопление демонов выглядело чернее заканчивающейся ночи.

Тёмной тучей они шли на запах человеческой плоти. Самое страшное чувство вело этих созданий тьмы: чувства голода. Жажда крови, желание отведать живых человеческих сердец.

Демонические полчища уже давно не боялись дневного света. Поэтому, скорый рассвет не пугал исчадий ада.

Почти никто из монстров не обратил внимания на яркие вспышки далеко на горизонте, от которых поднимались в воздух едва заметные столбы дыма. Слишком велик был их демонический и звериный голод, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Лишь, когда все твари услышали пронзительный приближающийся свист — большинство из них подняло головы в сторону неба, но было уже слишком поздно: первый же снаряд выпущенный артиллерией крестоносного воинства угодил в довольно плотное скопление демонов, разорвав их на куски и убив осколками ещё больше тварей.

Тут же поле начали сотрясать взрывы от падавших сверху снарядов, обильно покрывая пламенем всё вокруг себя на десятки метров. Адские создания орали во все глотки, пытаясь подавить в себе панику, метались по застилавшемуся взрывами и огнём полю, но всё было без толку: порождения зла умирали сотнями и тысячами. Пламя от снарядов становилось всё больше и больше с каждым новым упавшим залпом, поскольку создавало впечатление слияния огня от многочисленных взрывов. Крики умирающих и испуганных монстров создавали жуткую мелодию в один такт с разрывами бомб, выпущенных из далеко стоящих пушек Христианских Карателей.

Когда обстрел прекратился, на краю необстрелянной части поля показался только что подошедший туда Сергий Александров. Чёрная армейская бронированная куртка со множеством едва заметных карманов, очень плотно сидела на торсе христианского воина. Чёрные армейские брюки также имели множеством карманов, были прошиты кевларовой бронёй и заправлены в армейские берцы отличного качества. Металлическая оболочка на его армейских ботинках дополнительно защищала крестоносца в бою. Мощный армейский ремень, с серебристой бляшкой не изменился, всё также сияя. На бляшке ремня был выгравирован Святой Сергий Радонежский, позади которого находился большой светящийся крест. Металлические налокотники и наколенники, пришитые сверху на одежду Сергия, светились серебряным блеском. Как и у любого другого крестоносца, чёрная форма Сергия украшалась серебристыми крестами на груди, на спине и на предплечьях. Руки, облачённые в тактические перчатки с накладками на них, были сжаты в кулаки, показывая готовность Христианского Карателя к началу предстоящего сражения.

Командир крестоносцев оглядел поле, усеянное на огромное расстояние обгорелыми телами демонов. Фрагменты их плоти валялись повсюду, источая жуткое зловонье. Артиллерийская атака удалась на славу.

Сосредоточенный взгляд серо-голубых глаз Сергия уловил новые движения вдалеке, на горизонте: ещё одна более многочисленная орда демонов бежала на всех своих конечностях в сторону командира Христианских Карателей, чтобы поквитаться с убийцами своих собратьев. Александров, едва заметно, злобно сдвинул брови, вдохнул и выдохнул полной грудью, развернулся и направился к необстрелянной части поля.

Всеми мыслями Сергий находился в сражении, которое уже буквально дышало ему в спину. Перед тем, как зайти за небольшой холм, командир крестоносцев посмотрел налево от себя, в сторону горизонта. Потрясающий красивый рассвет озарял небо, превращая его в палитру красного, оранжевого и других цветов. Александров видел, как на утреннем небе исчезали одна за другой звёзды. Ветер был настолько свежий, что казалось, будто он дует с самих небес, с самого первого луча этого невероятно прекрасного рассвета. Да: в такой день и умереть не страшно.

К тому времени, за холмом, уже построилась огромная армия крестоносцев, численностью примерно в двадцать тысяч человек. Это было почти всё войско, практически в полном составе, которое имелось в наличии у Чёрного Ордена Христианских Карателей, на данный момент. Все воины встали во множество колонн, готовые сменить формацию лишь по одному приказу. Готовые уничтожить врага во имя благого дела. Готовые умереть за своего командира, погибнуть друг за друга, за других людей, отдать жизни свои во имя спасения человечества. И войти в Царство Небесное.

Когда Сергий шёл через боевые ряды своих воинов — они почётно расступались, образуя для него коридор. И тут же смыкались прямо за его спиной в прежнее построение.

Дойдя до середины крестоносного войска, Александров вынул из ножен свой крестовидный меч и раскрыл его в боевое положение. Этот меч видел уже немало битв, но был всё такой же заточенный и блестящий. А надписи с двух сторон его оружия — «С Нами Бог» и «Gott Mit Uns» — всё также сияли в отблесках света. Увесистый металлический диск, находящийся на перекрещении лезвий, только сначала производил впечатление лишь красивого орнамента. Но даже многие враги знали, что этот диск являлся смертоносным оружием, по которому как раз немало кто узнавал владельца этого диска и меча на поле боя ещё до его появления в своём кругозоре.

Топот демонических лап уже слышался ушами, сердцем и разумом воинов света. Зло неминуемо приближалось для огромного сражения. Предвкушая скорую резню, Сергий поднял свой крестовидный меч над своей головой и произнёс вслух:

— КРЕСТОНОСЦЫ! ВПЕРЁД ШАГОМ МАРШ!

Произносить вслух данную фразу не было необходимости. Как и повторять её. Каждый крестоносец владел мысленной связью со своими соратниками. Потому, данный приказ услышали все. Сначала своим сердцем и своей душой каждый из воинов, а потом уже и своими ушами.

Они шли всем войском на бой. Впереди их ждала ещё одна очень жестокая битва, с очень опасными врагами. Возможно — она должна быть уже последней для многих, если даже не для всех. Сергий шёл в середине войска для более удобного командования своими людьми в этой смертельной битве за жизнь человечества.

По правую руку от Сергия Александрова шли два его друга: Николас и Константин. А слева от командира крестоносцев шли друг за другом Александр и Максимиан. Николас подмигнул Александрову и очень добро по-дружески, но весело, в своём духе, улыбнулся своему брату по убеждениям, а также по многим позициям в жизни. Максимиан ободряюще похлопал своего командира по плечу рукой, дав понять, что все его друзья рядом. Сергий и так знал это, но даже вот такая мелочь, как дружеские жесты, всегда придавали уверенности в таких моментах.

Выйдя на холм в составе своей армии, Александров обнаружил, что потоку демонов, нападающих на его армию рыцарей, не было конца и края. Около пятисот тысяч, не меньше. Поражение было почти неизбежно, при любом раскладе. Неужели, всё вот так и должно будет закончиться? А ведь ещё столько было не сделано. Ещё стольких людей надо спасти.

Внезапно перед глазами у Сергия стали проноситься картины, одна за другой:

Чавкающие человеческой плотью демоны, из ртов которых текут слюни, вперемешку с кровью и разжёванными внутренностями людей. Всё поле усеяно телами крестоносцев зачастую разодранных и разорванных на части. А торжествующие от своей победы демоны, громко рычат, поднимая свои головы в небо, оголяя в рыках свои страшные зубастые кровавые челюсти.

В Святограде каждая девушка и женщина убита горем. Много дней подряд весь город плачет по своим погибшим мужьям, братьям и отцам. Марина, Алёна, Александра плачут над закрытыми гробами своих мужей. Их слёзы и слёзы всех остальных жён, матерей и детей щедро орошали землю.

Вдруг перед Сергием предстаёт Натали в красивом белом платье, нежно смотрящая своими ясными голубыми глазами в его уставшие глаза. Его любимая Натали, которую он помнит и искренне любит до сих пор, стоит рядом с ним. Он касается своей рукой её щеки и чувствует тепло от её кожи. Вот оно — счастье. И ему нет предела теперь. Широкая улыбка медленно расцвела на лице Александрова. Наташа нежно улыбнулась своему любимому, но не успела сказать ни слова: из её груди, с треском и со звуком сломавшихся костей, вышло окровавленное лезвие от огромного тесака адского палача. Насадив Натали на свой огромный меч-тесак, палач поднял её в воздух над собой и, ещё живую, бросил в толпу беснующихся позади него демонов. Любимую Александрова на его глазах разорвали на части и съели. А ужасный смех палача через его металлическую маску-шлем добавлял и без того растущее чувство вины, боли и душевной агонии из-за потери крестоносцем своей любимой.

Командир крестоносцев посмотрел решительно твёрдым взглядом на приближающуюся толпу монстров. В авангарде атакующих чудовищ бежал один из адских палачей, вооружённый огромным тесаком-мечом. На его голове виднелась специфическая металлическая маска-шлем треугольной формы красного цвета, на месте глаз и рта у которой находились решётки.

Александровым овладела очень сильная ярость, стальная злость и невероятно крепкий гнев.

— Нет. Не бывать всему этому! Мы вас всех уничтожим! ВСЕХ! — вслух процедил Сергий, со сжатыми от ненависти и ярости зубами.

Александров поднял над головой свой крестовидный меч, направив его остроконечником вверх. Серебряный крест, который был мечом старшего рыцаря, словно засиял над всем войском. В ту же секунду Сергий подал команду:

— КРЕСТОНОСЦЫ! НА МЕСТЕ — СТОЙ!

Армия Христианских Карателей остановилась синхронно, нога в ногу. Тут же Александров продолжил командовать:

— КРЕСТОНОСЦЫ! ГРЕКО-РИМСКАЯ ФОРМАЦИЯ! КВАДРАТОМ СТАНОВИСЬ!

По команде Сергия христианские воины достали внушительные мощные копья и большие продолговатые чёрные щиты, с изображением на каждом из них большого белого креста. Рыцари очень плотно сомкнули ряды, соорудив непреодолимую стену щитов, с занесёнными вперёд на изготовке копьями. Теперь армия крестоносцев представляла собой ровный квадрат с небольшим вакуумом внутри, в виде очень малого квадрата. В той самой пустоте стоял Сергий, отдавая команды своим воинам, взяв на себя всю ответственность за их жизни и за исход сражения. Осознавая это, Александров отдал приказ:

— ПЕРВАЯ, ВТОРАЯ, ТРЕТЬЯ И ЧЕТВЁРТАЯ ЛИНИИ — ЩИТЫ И КОПЬЯ УБРАТЬ! ПРИГОТОВИТЬ АВТОМАТЫ!

Слушаясь своего командира, Христианские Каратели, стоящие в первых четырёх рядах, убрали оружия ближнего боя. Сразу же после этого каждый из обозначенных крестоносцев достал из-за спины серебристый автомат АКСУ-74 и приготовился к стрельбе.

В то же самое время целая тьма свирепых демонов-убийц приближалась с невероятной скоростью к своим будущим жертвам. В их глазах сверкала ярость, сияло безумие, блестел голод по новой людской плоти.

— ПЕРВАЯ ЛИНИЯ — ПОЛОЖЕНИЕ ДЛЯ СТРЕЛЬБЫ ЛЁЖА ПРИНЯТЬ! — по команде Сергия, первый ряд крестоносцев лёг на животы, приготовившись стрелять из положения лёжа.

— ВТОРАЯ ЛИНИЯ — ПОЛОЖЕНИЯ ДЛЯ СТРЕЛЬБЫ СИДЯ ПРИНЯТЬ! — по приказу Александрова, все крестоносцы из второго ряда заняли позицию сидя. Каждый из них поставил правую ногу, согнутую в колене, вперёд на подошву, как основную опору, а согнутое колено левой ноги поставили на землю.

— ТРЕТЬЯ ЛИНИЯ — ПОЛОЖЕНИЕ ДЛЯ СТРЕЛЬБЫ СТОЯ ПРИНЯТЬ! — исполнив приказ своего командира, рыцари из третьей линии христианской армии приготовились стрелять стоя, прижав расправленные складные приклады автоматов к своим плечам, а руками схватив автоматы за цевьё и положив правые указательные пальцы ближе к спусковым крючкам.

— ЧЕТВЁРТАЯ ЛИНИЯ — ПРИКРЫВАТЬ ТРЕТЬЮ ЛИНИЮ! НАБРАТЬ ДИСТАНЦИЮ! — по этой команде, крестоносцы из третьей линии расступились в стороны меньше, чем на полшага, предоставив, таким образом, рыцарям из четвёртой линии расстояние для стрельбы по врагам.

В такой позиции Христианские Каратели замерли, в ожидании новых приказов лидера всего крестоносного воинства. Сергий незамедлительно отдал другое распоряжение:

— ПУЛЕМЁТЧИКИ — ВСТАТЬ ПО КРАЯМ КВАДРАТА! ПО МОЕЙ КОМАНДЕ — БУДЬТЕ ГОТОВЫ СТРЕЛЯТЬ ПО КРАЯМ! СБИВАЙТЕ ДЕМОНОВ ПЛОТНЕЕ ДРУГ К ДРУГУ!

Четверо высокорослых и невероятно мощно накаченных молодых людей побежали по два человека в разные края построения впереди войска. Вскоре по два пулемётчика оказались на краях квадратного построения воинов света. Каждый из них был вооружён внушительным крупнокалиберным пулемётом и обмотан лентами патронов для своих металлических зверей.

Со стороны данное построение Христианских Карателей напоминало крепость, в которой мало что было похоже на построения римлян или греков. Но как раз в своей изначальной сути, крестоносцев обучали тактикой боя в такой формации по принципу греческой фаланги, но на римский манер ведения боя: если первая линия фаланги слишком долго бьётся — по команде её меняет вторая линия, а третья страхует вторую, пропуская назад первую линию.

Сергий сосредоточено стоял и смотрел в надвигающуюся на него и его людей пелену адских созданий. Зажав в правой руке свой крестовидный меч, он выжидал момент, когда твари подскочат на нужное расстояние. Всё! Пора! Резким движением Александров сначала убрал за пояс свой меч, затем достал свой автомат АКСУ-74, снял его с предохранителя, заслал патрон в патронник движением затворной рамы и отдал команду:

— ПУЛЕМЁТЫ — ОГОНЬ!!!

Огромные пулемёты застрочили свою страшную песню, метая раскалённые серебряные пули по армии демонов. Огненные потоки стрельбы били точно по краям орды исчадий ада, сбивая их в более плотную массу. Каждый патрон разил сразу же около десяти-пятнадцати монстров, но тут же всё это пространство наполнялось новыми адскими мутантами. Буквально через десять секунд, Сергий отдал громовую команду своим соратникам:

— КРЕСТОНОСЦЫ! ОГОНЬ НА ПОРАЖЕНИЕ!!!

Поле боя, где стояли молодые рыцари, озарилось пламенем, выбрасываемым из дул автоматов и пулемётов. Демонов разрывало на части пулями от АКС-74У, РПК и других стрелковых орудий христианских воинов. Зачастую одна пуля убивала сразу по несколько чудовищ, но всё это не ослабляло поток демонических тварей. Большинство монстров уже поскальзывались на трупах и фрагментах тел своих сородичей, но инстинкт убийства брал своё: демоны нещадно желали уничтожить крестоносцев.

Александров осознавал, что, несмотря на огромные потери от огнестрельных орудий его воинов, монстры всё равно медленно, но приближались к обороняющимся рыцарям. Несмотря на невероятно быструю перезарядку своего оружия, Христианским Карателям не удавалось остановить натиск демонической орды. Получилось лишь замедлить её продвижение, но не более того. Как только демоны подошли совсем близко, командир крестоносцев сам лично прекратил огонь и отдал новый приказ, убирая автомат за спину и доставая свой крестовидный меч:

— СОРАТНИКИ! АВТОМАТЫ УБРАТЬ! ДОСТАТЬ КОПЬЯ И ЩИТЫ! ПРИГОТОВИТЬСЯ К БОЮ!

Почти синхронно рыцари убрали автоматы и пулемёты, соорудив мощную фалангу. Плотно встав друг к другу, выставив вперёд копья и щиты, крестоносцы образовали непробиваемый панцирь из щитов и копий. Каждый из воинов света был сосредоточен на кровопролитии, которое сейчас перейдёт в рукопашное столкновение.

Из толпы послышался голос Максимиана:

— Сегодня мы отправим их даже не в ад, а туда, где ещё глубже и отвратнее для них!

Войско света дружно одобрительно вскрикнуло.

— GOTT MIT UNS!!! — во всё горло прокричал Николас, показывая дулом мощного ручного гранатомёта, зажатого в своей правой руке, в воздух. Армия Христианских Карателей, через бой, дружно ответила одобрительным криком своему соратнику.

Константин стоял в боевой позиции пятого ряда воинов с копьём и щитом в руках, шепча вслух, но едва слышно, молитву.

Демоны уже приблизились к крестоносцам и смотрели им в глаза. Ни один из рыцарей не отвёл взгляд. Александр стоял уже в середине шестого ряда, с огромным щитом и гигантским копьём в руках, скрипя зубами от жажды разорвать на части каждого демона, которого видел перед собой.

— ДЕРЖАТЬ СТРОЙ! ВСЕ, КАК ОДИН! ВЫСТАВИТЬ ШИПЫ! — только успел крикнуть Сергий, и тут же из серебряных щитов Христианских Карателей высунулись огромные шипы. Орда адских тварей врезалась в стену шипастых щитов и копий крестоносцев. Плоть монстров трескалась и разрезалась на куски.

В результате столкновения и сложившейся давки, самых первых демонов мигом разрубило на части, а остальные монстры уже не сразу успевали соображать, как их кололи насмерть серебряные копья крестоносцев, которыми последние работали поставленными ударами.

Сначала вся плотно стоявшая армия Христианских Карателей поехала немного назад, взрыхляя за собой землю, из-за сильного удара при столкновении с врагом. Но через мгновение крестоносцы уже вновь плотно держались на ногах, найдя опору друг в друге от столь мощной атаки толпы демонов.

Христианские воины кололи врага, почти не давая себя ударить. Рыцари несли потери, но это были пара десятков человек, по сравнению с тысячами погибших демонов.

Металлический диск со свистом пронёсся по полю боя, отрезая головы демоническим тварям. Убив, таким образом, свыше пятидесяти монстров, Сергий с криком перепрыгнул своё же воинство, оказавшись в авангарде крестоносцев. При этом — ещё в прыжке достав и раскрыв свой второй крестовидный меч.

Александров профессиональными отработанными движениями своих мечей в виде крестов рубил отвратительные тела демонов, лишая их конечностей, разрезая им животы, отрезая им головы, разрывая их всех на части. Но, даже находясь в боевом кураже, Сергий всё прекрасно осознавал. И понимал, какая на нём лежит ответственность. Прямо во время нанесения очередных ударов, командир крестоносцев отдал приказ:

— МЕНЯЙТЕСЬ!

По его команде первая линия рыцарей ушла назад, уступив место второй. Третья линия встала на место второй соответственно. И остальные линии также сместились вперёд. В пустом квадрате внутри построения, раненым бойцам оказывалась первая помощь, и время каждому крестоносцу, чтобы сосредоточиться на исцелении, ускоряя свою естественную регенерацию.

Во время самого боя, все демоны, пытающиеся перепрыгнуть боевое построение Христианских Карателей, мгновенно отстреливались точными попаданиями дальних линий крестоносцев из огнестрельного оружия.

Александр без устали уничтожал копьём всё новых и новых демонов. При смене линий очередной паукообразный демон налетел на его уже измученное битвой копьё таким образом, что сломал оружие Твердохлебова. Не растерявшись, Александр достал свой огромный тесак-мачете и одним движением отрубил голову паукообразному монстру. Все демоны, которые перелетали первые четыре ряда обороны, в сторону Александра Твердохлебова, нередко разрубались им ещё в воздухе. Невероятная скорость, сверхмощная сила и огромный рост создавали впечатление об Александре, как об идеальной машине для войны.

Максимиан рубил врага своей длинной серебристой палкой, с остроконечниками и цепями с шипами на её краях, во второй линии обороны, вытаскивая из первой линии раненых соратников. Аспидный демон на глазах у Филатова убил одного из Христианских Карателей в первой линии, проткнув его своими когтями насквозь через броню, а второго воина света демон серьёзно ранил когтями боковым ударом уже другой своей лапы.

Раненый голубоглазый рыцарь упал на землю, выронив из правой руки копьё. Аспид тут же прыгнул сверху на свою раненую добычу, но крестоносец успел подставить щит, чем спас себя от неминуемой смерти. Шипы на щите уже не причинили вреда монстру, так как он обогнул их и встал лапами прямо на сам щит, в безопасных для себя местах на нём.

Раненый рыцарь держался изо всех сил. Капли пота вышли на его высоком лбу, а короткие белокурые волосы стали мокрыми от напряжения. Внезапно послышался металлических свист, который был громче других схожих звуков. А затем — скрежет от вхождения чего-то острого в чью-то плоть. Обратное движение с теми же звуками и обмякшее тело аспида, пронзённого прямым ударом копьём через рот, которое вышло из спины монстра, упало на щит крестоносца.

Приподняв щит, Христианский Каратель увидел, как Максимиан стоял над ним, а рядом лежал уже начавшийся растворяться и шипеть убитый Филатовым аспид, который пытался убить молодого воина. Максимиан поднял за плечи раненого воина света и направил его в центр квадрата за первой медицинской помощью, добавив ему вслед:

— В следующий раз — будь осторожнее, Евгений! Прикрывай свой правый фланг во время боя! Иди отдыхай и лечи раны! Ты нам ещё пригодишься!

Крестоносец Евгений Дмитриев направился к центру своей армии медленным бегом, прихрамывая на правую ногу, прямо над которой и были три рваные раны, в виде трёх длинных глубоких полос от когтей аспидного демона.

Константину также не приходилось скучать теперь уже в четвёртой линии: без конца прыгающие на его позицию лизардиусы, аспиды и паукообразные демоны без устали и без промахов разились им, при помощи его мощного копья. Более того, Ланевский даже успевал помогать более молодым соратникам, прикрывая их, в случае если демонические монстры вдруг проскальзывали мимо ударов копьями. Так было всего три раза, но на войне это может иметь фатальный исход при неудачном раскладе и непрофессиональном подходе к вопросу обороны.

Сергий бьётся без устали и без передышки впереди своего строя, по центру. Переводя одно своё движение в другое, один удар в продолжение и в довершение следующих ударов, командир крестоносцев уничтожает своих врагов своими двумя крестовидными мечами, периодически запуская в толпу демонов диски со своего оружия ближнего боя. Прямо во время очередной серии ударов и нескольких уклонов от контратак демонов, командир крестоносного воинства отдал приказы:

— МЕНЯЙТЕСЬ! ГРАНАТЫ К БОЮ, НА ТРИДЦАТЬ ШАГОВ!

Крестоносцы в очередной раз поменялись линиями и, сразу же — после замен — кинули гранаты на расстояние в тридцать шагов от себя. Все они тут же закрылись щитами, а Сергий упал на землю, прикрываясь щитом, прикреплённым к своей спине.

Взрыв и осколки смели почти всех демонов перед оборонительной позицией Христианских Карателей. Оставшихся стоять монстров, было перебить совсем не трудно. Сергий вскочил на ноги, убил последнего из атаковавших демонов и встал в боевую стойку боком, выставив два своих крестообразных меча вперёд.

Разозлившись больше прежнего, адские твари вновь во второй раз ринулись в атаку на Христианских Карателей, твёрдо занявших позиции, но, как и прежде их усилия, старания и жажда крови были разбиты о щиты и копья крестоносцев. Трюк с гранатами был проведён удачно ещё дважды. Перед четвёртым залпом Сергий ещё раз поменял оборонительные линии и продолжил вести тактику боя, бомбардируя врага залпами гранат вместе со своими соратниками.

За несколько часов кровавой битвы, после седьмой неудачной атаки и очередным потерям от гранат, демоны осознали, что их почти не осталось по сравнению с тем, сколько было изначально при столкновении с крестоносцами.

Адские создания отказывались нападать в восьмой раз на уже покрытых чёрно-зелёной кровью Христианских Карателей. Истошно рыча и размахивая конечностями, монстры прекратили наступать и остановились примерно в двадцати метрах от стоявших в обороне воинов света.

Неожиданно начала сотрясаться земля. Словно шёл какой-то гигант. Но никто из Христианских Карателей не удивился, поскольку ещё издалека все крестоносцы заметили приближение двух демонов-атлантов.

Каждый из этих титанических монстров был высотой около двадцати метров. Строение тела лишь отдалённо напоминало человеческое. Передние лапы имели по четыре когтистых пальца. Из груди торчали ещё по две неестественно кривых руки с тремя пальцами, которые заламывались в противоположную сторону, при передвижении. Задние лапы были самыми длинными и самыми мощными, на каждой из которых все четыре пальца украшали огромные когти. Широкие перепончатые чешуйчатые ступни служили главной точкой опоры и силы при беге или ходьбе. Всё тело каждого демона было покрыто красной мелкой чешуёй. На головах виделись по два рога, по два горящих жёлтых глаза с вертикальным зрачком и огромный рот, с пятью рядами острых зубов. Подойдя поближе к христианским воинам, атланты преисподней голодно, злобно и громко прорычали.

— «Пора» — подумал про себя Сергий и скомандовал своему соратнику:

— НИКОЛАС! ДАВАЙ!!!

Николас Рихтер, к тому времени, стоял в середине квадратного построения крестоносцев, на небольшом устройстве, похожем на миниатюрную катапульту. Два рыцаря, стоявшие по бокам, отвели её на нужную дистанцию и перерезали верёвки. Николас моментально высоко подпрыгнул под воздействием сработавшего механизма.

В левой руке Рихтер держал длинную цепь с крюком на конце, а в правой — тот самый мощный ручной гранатомёт. Приближаясь к одному из демонических атлантов, Николас пролетел мимо него и, пролетая возле головы гигантского демона, зацепился крюком своей цепи за его затылок. Демон заорал от боли. Когда цепь натянулась, Рихтер сначала затормозился в воздухе, а затем полетел в сторону зацепившегося за цепь демона. Пролетев мимо головы атланта, Николас завис в воздухе от натяжки цепи, в нескольких метрах от лица гигантского монстра. Прицеливаясь во врага из гранатомёта, Рихтер произнёс вслух:

— Скажи «А-а-а!» — после этих слов крестоносец выстрелил из ручного гранатомёта в открытую пасть адскому атланту, который в этот момент рычал от боли. Голова демона разлетелась на части по самую шею. Обезглавленное тело атланта из преисподней хаотично размахивало руками, и через несколько секунд с грохотом упало на землю, прямо на своих же сородичей.

Рихтер отпрыгнул от падающего гигантского демона, ещё когда тот стоял на ногах, будучи обезглавленным. Тут же в прыжке, Николас зацепился за шею крюком на цепи следующему атланту из преисподней. Демон захрипел от боли и попытался рукой отогнать от себя, как муху, летящего в его сторону крестоносца.

Но Николас, благодаря успешному закреплению крюком за шею демона, уже сменил направление облёта вокруг его головы, обматывая шею гигантского монстра своей цепью. Пролетая возле лица демонического атланта, Рихтер прицелился и тут же выстрелил из своего гранатомёта в голову гигантского чудовища, обезглавив его. Мозги и фрагменты головы демона разлетелись в разные стороны. А Николас восторженно закричал на английском языке:

— BOOM, HEADSHOT!!!

Безголовое тело убитого демонического атланта рухнуло на землю. А сам крестоносец, убивший его, приземлился рядом. Будучи на земле, Рихтер обнаружил, что он окружён огромным числом демонов, которые ограждали его от друзей и соратников.

Сотни аспидов, паукообразных демонов и лизардиусов хищно улыбались, радуясь пойманной добыче. Вперёд вышел адский палач с огромным молотом в руках. Сдавленный металлический хрип и дыхание слышались через его мощный металлический шлем, с многочисленными шипами на нём, и походили на дыхание через противогаз. На проделанной рези для глаз красные очи демона горели бешеной злобой и ненавистью. Ростом в два с половиной или три метра, с невероятно накаченным торсом, покрытым бронёй из кроваво красного металла, точно по форме тела, демон являлся типичным представителем своего вида. Руки палача были так же закованы в защиту до самых кистей, как и всё его существо. Перчатки с шипами оставляли голыми лишь огромные пальцы. А немного красноватая плоть не имела с человеческой ничего общего. Адский палач с издевательством произнёс жутким, сдавленным, грубым голосом:

— Ну что, мышонок белобрысый? Теперь мы на тебя поохотимся.

Николас поднял брови, покивал головой и спросил с привычным для себя актёрством и чувством юмора:

— Серьёзно?

Тут же Христианский Каратель достал свои любимые нунчаки, с острыми, как бритва, шипами на них. Профессионально размахивая ими в разные стороны возле себя и над своей головой, Рихтер без доли страха и дрожи в голосе, спросил:

— Ну, что? Кто из нас охотник теперь, а?

Не дав своим врагам времени сообразить, Николас неуловимо для взгляда демонических тварей, пробежал через их ряды, разрубая их на части своими нунчаками, словно мясорубка свежую свинину. Первым он убил того адского палача, с молотом в руках. После этого направился к своим, прорубая себе путь своим любимым оружием ближнего боя.

Добежав до оборонительных позиций крестоносцев, Николас Рихтер подошёл к Сергию. Оба воина уже были покрыты чёрно-зелёной кровью своих врагов.

— Я рад, что у тебя всё получилось, Ник. Только вот тебя ранило несколько раз — сказал Сергий своему другу, показывая ему на свежие раны на руках, плечах и животе. Николас улыбнулся и ответил:

— Фигня. Ты бы видел, что случилось с ними. Точнее — то, что от них осталось.

Александров тоже немного улыбнулся, после чего Рихтер добавил, разведя руками в стороны:

— Просто, играя в «кошки-мышки», нужно здраво понимать, кто — кошка.

Сергий покивал своему соратнику в знак согласия и велел ему идти вглубь квадрата оборонительной формации. Александров позвал к себе Максимиана и дал ему свои распоряжения:

— Макс. Ставь Тевтонскую атакующую формацию. Принимай командование. А я за подарком нашим врагам. Пора заканчивать с ними и отплатить им за наших друзей.

— Есть, командир! — без лишних эмоций согласился Филатов. Как только Сергий скрылся из виду, Максимиан отдал распоряжение своего командира:

— КРЕСТОНОСЦЫ! ТЕВТОНСКАЯ ФОРМАЦИЯ! ВПЕРЁД!

Христианские Каратели перестроились в так называемую «Тевтонскую» атакующую формацию. По форме сверху, она напоминала остроконечник копья. Плотно держа строй, крестоносцы направились средним шагом на врага.

Демоны завопили и зарычали, пытаясь нагнать ужас на воинов света, но это не сработало: рыцари разрубали клином своих врагов, дробя и без того хаотичную толпу демонов на две части, сея в них панику и уничтожая их физически.

Ещё немного и всё было кончено: аспиды, лизардиусы, паукообразные и палачи обратились в бегство. Главный палач, с огромным тесаком-мечом в руках сначала пытался остановить своих отступающих солдат, отбрасывая некоторых из них назад в пекло боя, но всё было понапрасну. Вскоре он сам побежал от идущей на него армии крестоносцев.

Оставшиеся тысячи демонов бежали хаотично в обратную сторону огромного поля, где начинался небольшой лес. Казалось, что они вот уже скоро уйдут из поля зрения Христианских Карателей, спрятавшись в лесистой местности. Но вдруг недалеко с тыла и с левого от них фланга появились ещё отряды крестоносцев, во главе которых стоял Владислав Полевской.

Засада! Свежие воины света бросились в атаку на убегающих демонов, убив немалое число монстров. Засадный отряд Христианских Карателей оказался немногочисленным. Поэтому, большинству демонов удалось сбежать в правую сторону, где раскинулась огромная равнина.

— «Как раз то, что нужно» — подумал про себя Владислав.

Уже ничего не соображая, демоны бежали по полю от преследующей их армии христианских воинов. Адский палач, командовавший этой ордой ада, бежал впереди своих подчинённых, почётно возглавляя отступление. Вряд-ли что-то может быть ещё более позорным для командира.

Удача наконец-то улыбнулась монстрам из глубин ада: они останутся живы и атакуют в следующий раз. Но это было обманчиво: вдалеке прямо по курсу от отступающих монстров, со стороны палящего Солнца и странного облака пыли, показался вдали большой золотистый крест, который поливало лучами уже взошедшее небесное светило. Слышался нарастающий топот копыт. Облако пыли приближалось, золотистый крест становился всё больше, всё ближе, а демонические твари остановились, замерев в страхе. И лишь при близком приближении стало ясно, что на демонов несётся в атаку конная кавалерия крестоносцев, во главе которой верхом на боевом коне возглавлял атаку Сергий Александров, показывая на своих противников крестовидным мечом, зажатым в правой руке.

Все лошади кавалерии носили мощные серебристые доспехи, покрывающие их от шей до хвостов, от седла и до копыт. На голову каждого коня был надет очень плотный шлем, с прорезями для глаз, рта и носа. Все крестоносцы зажали в правых руках мечи, прикрывая себя щитом от контратак. И лишь молодой зеленоглазый Христианский Каратель в первых рядах, вместо щита, держал в левой руке тот самый трёхметровый золотистый крест, а в правой руке на замахе уже находился мощный меч, которым воин был готов разить врагов.

Вот теперь уже порождения ада испытали настоящий страх. Адские палачи побросали свои оружия и побежали наутёк вместе с другими отступающими монстрами. Некоторые из созданий тьмы решили последовать примеру самого первого адского палача, который был командиром этой своры. Он не побежал, надеясь нанести хоть какой-то урон армии Христианских Карателей. Часть демонов тоже насторожилась, приготовившись отбить натиск крестоносцев.

Но планы главного адского палача и самых смелых демонов нарушил Сергий, на ходу разнеся голову предводителя этого отряда адских монстров вместе со шлемом на части одним ударом своего крестовидного меча снизу-вверх. Безжизненное тело командира демонов подлетело на полметра и, с раскуроченными остатками черепа вместо головы, упало спиной вниз на землю. Самые смелые демоны отступали, пятясь назад. Но их разносили и разрубали на части мечи кавалеристов.

Воистину потрясающее зрелище: линии врагов смяты и сломлены. Тысячи демонов убегают в панике, спасая свои жизни. Сотни крестоносцев догоняют и рубят отступающих монстров на части. Этот день станет очередной легендой в истории противостояния света и тьмы.

Демоны убегали от конных крестоносцев врассыпную. Не всех из монстров успевали убить конные воины света за один заход, и приходилось несколько раз разворачиваться и повторять налёты на паникующих адских тварей.

Армии под командованием Максимиана и Владислава объединились в одно целое. Подобно гигантскому серпу, двигаясь на демонов нога в ногу, копьями и мечами вперёд, огромное войско крестоносцев резало на части каждого монстра из преисподней, уже получается с трёх сторон.

Меньше, чем через полчаса всё закончилось. Широкое поле на территории бывшей Германии было покрыто трупами демонов. Запах от разрубленной демонической плоти и демонической крови плотно стоял в воздухе. Особенно, когда тела монстров стали растворяться, шипеть и превращаться в мерзкую, вязкую чёрно-зелёную жижу. Редко где встречались и павшие в бою крестоносцы, но потери Христианских Карателей были очень малы.

Сергий, не слезая со своего боевого коня, осмотрел поле битвы: крестоносцы ходили и вручную добивали, с помощью копий и мечей, ещё полуживых раненых демонов.

Максимиан давал указания по распределению на охрану периметра поля.

Александр лично уничтожал недобитых монстров своим огромным мечом.

Николас ходил по полю, вращая своими нунчаками и рубил агонизирующих демонов, нередко выдавая шутки и остроты.

Константин ходил по полю с небольшим серебряным крестом, зажатым в правой руке, перекрещивая им тела убитых в бою крестоносцев, зачитывая молитвы об упокоении их душ и о вхождении их в Царство Небесное.

Владислав уже направлялся в сторону артиллерии крестоносцев, чтобы она двигалась вровень с передвижениями основной армии Христианских Карателей, держа её под прикрытием.

Сергий выбежал на своём коне к самой середине поля, поднял над собой окровавленный крестовидный меч и закричал своим воинам:

— ПОБЕДА!!! ПОБЕДА И СЛАВА!!!

Крестоносцы дружно подняли оружие в воздух с радостными криками в ответ своему командиру. Наперебой в толпе крестоносцев, рассредоточившихся по всему полю, зазвучали возгласы:

— СЛАВА ПОБЕДЕ!!!

— СЛАВА ПАВШИМ ГЕРОЯМ!!!

— СЛАВА ХРИСТИАНСТВУ!!!

— GOTT MIT UNS!!! (С НАМИ БОГ!!!)

— DEUS VULT!!!

— STRENGHT AND HONOR!!! (СИЛА И ЧЕСТЬ!!!)

Крестоносцы шли ровным строем в пять колонн после удачной битвы против сил тьмы. Многочисленные штандарты, знамя батальонов и полков Христианских Карателей развивались в передвигающейся колонне войска.

Позади строя тащились телеги и обозы, с обмотанными трупами в них. На каждом трупе, завёрнутом в мешки, виднелась бирка с фамилией именем и отчеством, а также с именем в крещении, с указанием звания и другой информации о человеке. Павшие герои заслуживали достойного погребения у себя дома, в Святограде. В самой начале марширующей армии ехал Сергий, на своём боевом коне.

Командир крестоносцев смотрел вдаль, с болью в сердце за каждого павшего соратника в прошедшем бою. Он думал о том, что он скажет их семьям. Их матерям. Их жёнам. Их детям. Их невестам. Такие молодые парни, что немало из погибших сегодня даже не успели жениться. Этот груз висел тяжёлой наковальней на душе у Александрова. Единственное, что грело его душу, сердце и разум — это была победа, во избежание ещё большего количества человеческих смертей. И это были не только жители Святограда, где-то в дальних землях. Это были ещё и те, кто находился уже совсем близко. Те, кого чуть не разорвали орды оголтелых и голодных демонов ада.

Небольшое укрепление с невысокими каменными стенами расположилось неподалёку от густого леса. Спереди, со стороны центральных ворот, раскинулись широкие поля с плодородной почвой. В самом городке было видно одиннадцать невысоких многоквартирных домов в три этажа каждый. Помимо них, было видно и несколько более низких жилых и нежилых построек.

Судя по конструкции, было видно, что всё в данном городе-крепости было построено наспех, но с умом и грамотно. Пятеро человек собирают урожай свежих овощей недалеко от стен этого поселения. Белокурый мужчина средних лет идёт из леса и несёт на спине связку из свежо нарубленных дров. Вдруг один из молодых людей на стене закричал на немецком языке, показывая пальцем в сторону полей:

— Смотрите! Смотрите! Там что-то есть! К нам кто-то идёт, со стороны полей!

Все шесть человек за пределами городских стен оглянулись в сторону поля. Народ стал собираться на стены города, чтобы посмотреть на приближающуюся в сторону поселения опасность. Многие уже начинали рыдать, лишь по мере приближения к возвышенностям на стенах, ещё не смотря вдаль.

Конечно, что же можно хорошего ждать от пугающей пустоты, где когда-то годы назад находились их города, их дома, где жили они со своими семьями, которых в тотальном большинстве уже нет в живых? И теперь в их жилищах, на руинах цивилизации, на месте больших городов и мегаполисов обитают страшные существа из глубин ада, которых не берёт ни одно оружие.

Почти все эти люди видели смерть своих друзей, близких и родных. И просто были свидетелями того, как людей рвали на части и пожирали живьём ужасные твари, происхождение которых было до конца неизвестно этим людям.

Некоторые женщины и мужчины начали читать вслух молитвы на немецком, французском, русском, голландском, бельгийском, английском и на других языках, на которых каждый из них говорил, но все без слов понимали друг друга. Один католический священник читал вслух Библию для преклонивших колени для более, чем сорока мужчин, женщин и детей немцев, австрийцев, поляков и других народов:

— Unser Vater in dem Himmel!

Dein Name werde geheiligt. Dein Reich komme.

Deine Wille geschehe auf Erde wie im Himmel.

Unser täglich Brot gib uns heute.

Und vergib uns unsere Schulden, wie wir unsern Schuldigern vergeben…

(Отче наш, иже еси на Небесах!

Да святится Имя Твоё. Да придёт Царствие Твоё.

Да будет Воля Твоя яко на Небесах и на земле.

Хлеб наш насущный дай нам днесь.

И оставь нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим…)

Этот Священник лично видел те зверства, которые происходили в немецких городах. Он, как и остальные, думали, что сейчас к ним придут те, кто уничтожили их друзей, родных и близких, а теперь — спустя годы — пришли добить и их.

Некоторые юноши вооружились вилами, ножами, топорами, мотыгами, инструментами и различным оружием, надеясь дать отпор орде демонов и убить некоторых из них перед тем, как умереть самим.

Тот самый синеглазый немец, который шёл за пределами городка с дровами за спиной, снял очки, потёр их о ворот своей клетчатой рубахи и надел их вновь. Он не мог поверить своим глазам, как и все жители города, наблюдавшие данную картину:

Первое, что увидели все люди — это сияющий вдалеке большой золотой крест. Солнечный свет словно заряжал энергией данный символ, от чего казалось, что он светился ещё ярче Солнца. Через мгновение со стороны горизонта стал виден ровный ряд воинов, шедших к городку единым строем по многочисленным холмам.

По мере приближения этих странных незнакомцев, населению города становилось понятно, что это идут отнюдь не демоны, а люди. Живые настоящие люди! В доспехах христианских воинов, с крестами на броне и на оружии, с большими знамёнами над колоннами рыцарей.

— «Невозможно! — подумали про себя большинство жителей городка:

— «Там же ничего живого не осталось. Там же зло, в самом прямом смысле. Там эти ужасные чудовища. А тут мы видим людей… Ещё и с символом Господа нашего».

Армия из пяти плотно стоявших друг к другу колонн, подошла примерно к 15—20 метрам от поселения и остановилась по команде Сергия. Александров, верхом на коне, в сопровождении ещё двадцати четырёх конных воинов, подошёл поближе к городской стене. Возле лидера Христианских Карателей стояли те шесть человек, которые находились за пределами поселения и не успели забежать внутрь. Командир крестоносцев видел всех людей, стоявших на стене городка, наблюдающих за этим невероятным зрелищем.

Оглядев всех и каждого быстрым взглядом, Сергий произнёс немного торжественным, но командным тоном:

— Братья! Сёстры! Все мы дети Божьи! Он не забыл о Вас и прислал Вам помощь! Мы защитили Вас, и будем защищать впредь! Это наш священный долг! И теперь я — Сергий Александров, командир крестоносного воинства Чёрного Ордена Христианских Карателей — говорю Вам, что теперь все Вы свободны от страхов, ужасов и от угнетений силами зла! Мы отведём Вас в наш дом! В Ваш новый дом, где все Вам будут рады! Где Вам будет дано многое, чего Вас лишили эти дьявольские орды демонов! С НАМИ БОГ! ДА ХРАНИТ ОН ВАС ВСЕХ И КАЖДОГО!

Крестоносцы дружно подняли оружия в воздух и одобрительно закричали, поддержав слова своего лидера. Переводить никому ничего не требовалось, так как Сергий каждое произносимое слово доносил мысленно до каждого из людей, находившихся в поселении, и до каждого воина своей армии.

После речи Александрова многие из жителей подняли радостный возглас, радуясь подошедшим на помощь воинам света. Многие из спасённых людей расплакались от счастья и встали на колени, обратив взор в небо, со словами благодарности Всевышнему. Шестерых человек, которые стояли за пределами городских стен, обняли как братьев слезшие с коней христианские воины, и все вместе они вошли в городок уцелевших людей.

Глава II. Семейное счастье

«Жизнь дана для счастья».

(с) Александр Солженицын

Бывшая Россия, ныне — Святоземье, г. Святоград, 10 сентября, 2025 год

Рассвет поливал своими яркими, тёплыми лучами небо, одаривая приятной солнечной лаской красивейшие пейзажи зелёных лесных массивов и простирающиеся поля. На зелёных равнинах с небольшими холмами и возвышенностями до самого горизонта тренировались новые отряды будущих крестоносцев. Недалеко от берегов небольшой речки, протекающей возле леса вдоль зелёных равнин, свежо и прохладно. В это время года, уже в который раз, стояла очень жаркая погода. Климат окончательно сбился из-за вторжения демонов ада в этот мир и нарушения равновесия в энергетике всего мироздания.

Святоград за эти годы очень сильно разросся: население города увеличивалось. Успешность в производительности пищи, в добыче нужных ресурсов, а также в развитии полезных ремёсел и технологий опережала даже предполагаемые прогнозы. В результате спасения людей из небольших поселений, организованных в глубинах Европы и США, Святоград существенно преобразился. Пополнились и продолжали пополняться ряды крестоносного воинства, рабочих, строителей, учёных, агрономов, врачей, инженеров и других полезных обществу людей.

Недавно спасённое немецкое поселение немного увеличило население города. Перемещение всех людей из бывшей Германии в Святоземье прошло без проблем, через порталы крестоносцев. Как только все жители поселения оказались в Святограде, в честь их спасения был назначен пир и празднество.

Каждому из выживших европейцев было предоставлено жильё, возможности выбора тёплой и лёгкой одежды, а также еда и вода. А самое главное — все люди получили безопасность и убежище. Жизнь у новых граждан полиса крестоносцев начала налаживаться.

Но вот, уже после празднований и веселья, командир крестоносцев Сергий Александров находился в большом полуподземном помещении недалеко от казарм Христианских Карателей. В этой просторной комнате стояли сорок восемь закрытых гробов, с именными табличками на каждом из них.

Сергий стоял в самом начале комнаты, у входа, смотря взглядом своих серо-голубых глаз на своих погибших рыцарей. Хоть битва прошла уже три дня назад, Александров всё равно не верил своим глазам: сорок восемь молодых ребят, каждого, из которых он очень хорошо знал лично. Каждого он ценил, как брата, как сына и как солдата. Перед глазами командира крестоносного воинства проплывали в памяти лица каждого убитого крестоносца, лежащего теперь в деревянном гробу в этом холодном помещении. Живые, радостные лица, полные веселья, чувств, любви, искренности, мужественности и доброты.

От всех этих воспоминаний и от груза ответственности за них, сердце Александрова словно начинало колоть иголками. К горлу Сергия ощутимо подходили слёзы, готовые вырваться потоками из его серо-голубых глаз. Взгляд лидера крестоносцев выражал неизлечимую боль, которая отзывалась эхом ужаса по всей его душе. Левой рукой Александров коснулся своего лба и тихо прошептал:

— «Простите. Простите меня, братья, что не уберёг вас. Прости меня, Господи, за то, что не сохранил им жизни на поле боя».

Железная воля и нерушимая выдержка не позволили Христианскому Карателю обронить из глаз свои скупые мужские слёзы. Опустив от лица руку, Сергий развернулся и увидел позади себя более, чем двухметрового коротко стриженного гиганта Александра Твердохлебова, стоявшего всё это время на пороге помещения. Друг нашёл друга, будучи в его скорби.

— Здравия, Серёга. Почему-то знал, где тебя искать — сказал Александр, с едва видимым в его серых глазах сочувствием, но с абсолютным пониманием в душе.

Командир крестоносцев повернулся к гробам и, смотря даже не на них, а в давящую пустоту, произнёс:

— Я не смог спасти их. Они верили мне. Почти все они были женаты. У большинства были дети, а у некоторых они так и не успели ещё появиться. Они доверились мне, а я их подвёл. Их родных, их близких и их любимых — тоже.

Подойдя поближе к Сергию, Твердохлебов положил свои руки на плечи своему командиру, повернул его к себе и сказал, глядя в глаза:

— Они знали, на что шли. И каждый из них мечтал умереть в бою под твоим командованием. За честь, за добро, за справедливость, за веру… За любовь. Все они уважали и до сих пор уважают тебя. Теперь они попали в Царство Небесное, вошли в жизнь вечную, где теперь их настоящий дом. Где все мы окажемся, рано или поздно. Они ни о чём не жалеют. И тем более — не держат зла на тебя. Ты сам об этом знаешь.

Командир крестоносцев отошёл в сторону, затем развернулся и стал рассуждать вслух, расхаживая по комнате, периодически переводя взгляд то на Александра, то на убитых соратников:

— Мне это всё не нравится, Саня. Думаешь, мне приятно этим заниматься? Нет. Я тоже хотел бы жить мирной жизнью. Но в то же время с ужасом понимаю, что больше ничего не умею. А если бы и умел, то зная, какой силой обладаю, не смог бы спокойно жить и смотреть, как люди вокруг страдают, умирают. Причём, далеко не естественной смертью. А я сижу в тепле и радуюсь жизни.

Сделав несколько шагов навстречу Твердохлебову, Александров твёрдо произнёс, глядя в напряжённые серые глаза своего друга:

— Не время сейчас для отдыха и скорби, Сань! Наше призвание — быть крестоносцами до конца. Ты прав: я это знаю. И поэтому — приложу все усилия, чтобы эта резня закончилась, как можно скорее. Раз и навсегда.

Александр покивал головой и немного улыбнулся, радуясь тому, что командир снова наполнился боевым духом. Легко хлопнув по плечу своего соратника, Сергий направился к выходу из помещения. Но, остановившись на пол пути, Александров обернулся и обратился к своему другу:

— Пойдём в город, Сань. Давно не общался с тобой по душам. Не о делах, а так, просто.

Александр догнал своего соратника, и они отправились на улицы Святограда. Уже у самой лестницы и двери наверх, командир крестоносцев пропустил вперёд Твердохлебова, обернулся к телам своих покойных братьев по оружию и тихо промолвил:

— Спите спокойно, братья. Царство Вам Небесное. До встречи.

Сергий и Александр прогуливались по небольшому парку Святограда. Александров уже немного отошёл от неприятных воспоминаний, путём развития приятной дружеской беседы со старым напарником. Тишина, пение птиц, приятный аромат цветов, красивые лица влюблённых пар вокруг и просто отдыхающих людей радовали душу и давали приятное тепло. Три маленькие девочки, со смехом и интересом от очередной детской игры, пронеслись мимо двоих крестоносцев. Посмотрев на них, лидер Христианских Карателей вспомнил свой недавний разговор с Александром, но уже в более позитивном русле:

— Ты давно был у Максимиана, Сань? Говорят, что его сын растёт, как на дрожжах.

Александр улыбнулся и ответил:

— Давно, командир, давно. Куда уж там? Марина уже второго от него ждёт. У него свои заботы теперь. Так то, видимся часто, но на тренировках и на поле боя. А в гостях у него давно не был уже.

Сергий тоже улыбнулся и сказал с радостью за своих друзей:

— Точно. Николас тоже с сыном возится постоянно. Александра ему такого парня родила. И тоже, кстати, скоро второго ребёнка Рихтеру подарит.

Александр сначала заулыбался, а потом, указательно выставив вперёд себя правую руку, вспомнив очень важную информацию, произнёс:

— А Влад? Он ведь тоже отцом стал! И тоже мальчик родился! Вот так! Уже три будущих воина растут.

Командир крестоносцев покивал головой и довольно сказал:

— Да. Три Рыцаря. Три лучших друга в будущем. Уверен, что они наследовали лучшее от своих отцов и матерей. Впрочем, плохого я в них и не вижу ничего.

Буквально минуту два воина света прошли по парку в тишине. Выдержав паузу, Сергий спросил своего соратника:

— Как там Анжелика?

Александр становился довольным и улыбчивым каждый раз, когда слышал это имя. Больше всего на свете Твердохлебов любил свою жену — Анжелику. И дело было даже не в том, что такой доброй, интересной и красивой девушки он никогда не встречал. А ещё и в том, что Александр сам спас её во время одного из рейдов в разрушенные и захваченные демонами города, ещё четыре года назад.

Сначала они просто дружили. Но Твердохлебов уже тогда полюбил Лику всем сердцем. Он ждал очень долго, пока она сама не раскрыла ему свои чувства. Ведь было бы нечестно давить на неё, учитывая, что у него было моральное преимущество: дар внушения, которым обладал каждый крестоносец. Это был самый счастливый день в жизни Александра. С тех пор, уже почти три года они живут полноценной молодой семьёй.

— Анжелика? Хорошо. Даже очень — чуть не закатывая от счастья глаза говорил гигант Александр:

— Даже не знаю, как я мог жить все эти годы без неё. Так хочется всегда быть рядом с ней. Вот, в данную минуту, мы общаемся с тобой, а уже так безумно по ней скучаю. С ней всё стало иначе. Она вдохнула жизнь в меня. И я сделаю всё, чтобы она была счастлива. И чтобы её никто никогда не обидел. Самое прекрасное время дня — это когда я её обнимаю. А самое лучшее время в жизни — это ночи, проведённые с ней.

Внезапно Александр нахмурился. Он видел, что Сергий улыбался, но Твердохлебов очень хорошо знал своего друга. И то, что было у него на душе в данный момент.

— А ты? Ты долго ещё так будешь жить, Серый? Я понимаю: ты всё ещё любишь её, но ты не должен быть один. Ты воин. И тебе, как никому другому, нужна девушка. Любящая тебя.

Сергий помрачнел, уже тогда, когда Твердохлебов только начал озвучивать свою последнюю мысль.

— Я не просто всё ещё люблю её, Александр. Я именно люблю её даже сейчас. И всегда любил.

Командир крестоносцев немного отошёл в сторону, затем развернулся к Александру и продолжил изрекать свою мысль:

— Нас сделали воинами, защитниками, солдатами нового мира. И тем, кем я стал — обязан, в том числе и ей. Благодарю Бога за то, что мы нашли с ней друг друга. И за то, что Он дал мне такую сильную любовь. Но время и опыт показали, что мне больше никто не нужен. Она со мной здесь — сказал лидер Христианских Карателей, приложив свою правую руку, сжатую в кулак, к своему сердцу. Через секунду Александров произнёс:

— И там, где душа моя неразрывна с Богом и держит Его за руку — там же и моё сердце бьётся в ладонях Наталии, выбивая своими ритмами и стуками её имя.

Александр расстроился, ощутив боль своего друга. Но Сергий тут же положил руку ему на плечо, добавив:

— Всё нормально, Сань. Я рад за тебя и за остальных. Но даже, если в моей жизни и появится другая, даже если Господь подарит мне ещё одну любовь — место Наташи в моём сердце останется занятым ею навсегда.

— Да, помню. Было уже такое у тебя, совсем недавно. Всё же — верю, что всё нормально сложится в твоей жизни, Серый. И у Константина всё тоже наладится.

Командир крестоносцев улыбнулся и поправил Александра:

— У Константина то всё хорошо: он участвует в духовной тренировке новобранцев. В одном из самых важных этапов их становления, как крестоносцев. Он укрепляет веру в их сердцах и в душах. Он делает их христианскими воинами. Можно сказать — наш Костя окончательно ушёл в монашество.

— Вот именно. И ты такой же уже стал, со временем. Но мы всё равно тебе невесту найдём! Насильно, но женим!

Оба друга негромко посмеялись вслух. Оглядевшись, они поняли, что загулялись, поскольку прошли весь парк и были уже возле дома Александра. Твердохлебов поспешил пригласить своего командира на ужин:

— Зайдёшь к нам? Анжелика была бы рада тебя видеть.

Сергий выставил вперёд обе руки и ответил, мотая головой в стороны:

— Нет, спасибо, Сань. Мне пора домой. Пожалуй, сегодня посплю. А то уже последние два месяца вообще не спал. Надо бы и поспать теперь ночь, пожалуй.

— Это полезное дело. Удачи тебе, командир. И не расстраивайся. Мы тебя никогда не оставим.

Сергий улыбнулся и обнял своего друга после таких тёплых сказанных им слов. Твердохлебов ушёл к себе домой. Через несколько минут Александров и сам оказался в своём доме, на другом конце улице.

Командир Христианских Карателей пребывал в своих мыслях и уже был готов отойти ко сну, когда увидел в соседском цветочном саду недалеко от своего дома двух беседующих людей, сидящих на одной из скамеек сада. Александров непременно узнал их: это были Константин Ланевский и Николас Рихтер. Они что-то обсуждали, и Сергий решил навестить старых друзей, с которыми так редко удавалось пообщаться в простом быту.

Командир крестоносного воинства спустился в благоухающий цветами и красивыми растениями сад, пока двое его соратников о чём-то очень оживлённо общались. Подойдя поближе, Сергий перебил активно рассуждающего в эту минуту Николаса простым и дружеским приветствием:

— Здравия, братья.

Николас Рихтер и Константин Ланевский одновременно взглянули на Александрова и тут же улыбнулись. Первым встал Николас и приобнял своего старшего соратника. Следом поднялся и Константин. Ланевский обнял своего командира сразу же после того, как Николас разжал свои объятия и отпустил Сергия.

— О чём так жарко беседуем, воители? — улыбаясь, спросил своих друзей Александров.

Николас тут же ответил, но с неохотой в голосе:

— Да я со своей поругался. Скорее даже не поругался, а поставил её на своё место.

Сергий широко раскрыл глаза от удивления и спросил:

— В смысле «поставил на место?» Она у тебя что, на полке стоит и падает, чтобы ты вновь «ставил её на её место?»

— Ты же знаешь: у нас сын растёт. Она уже второго ребёнка ждёт от меня. Мы уже отдельная семья, в которой теперь растёт новая жизнь. Но она уже третий раз жалуется, что я слишком долго пропадаю на тренировках, а также всегда участвую в спасательных рейдах и в Крестовых Походах. Но в этот раз я не выдержал. Решил не использовать наш дар воздействия на разум, а поступил по-другому.

Сергий внимательно слушал рассказ своего соратника, почёсывая себе подбородок пальцами правой руки, и поинтересовался:

— И что же ты сделал?

Николас развёл в стороны руками и ответил с иронией в голосе:

— В том то всё и дело: не сделал ничего. Кроме того, что накричал на неё, сказал ей, что она прохлаждается тут, пока мы своими жизнями рискуем, и она ещё чем-то недовольна. Потом собрался и ушёл на тренировку по стрельбе.

С того самого момента, когда речь пошла о том, что Рихтер не выдержал и поступил по-своему, Константин медленно начал тереть себе лоб и закрытые глаза пальцами правой рукой. Когда Николас закончил, Ланевский, опустив с лица свою руку, не дожидаясь реакции Сергия, спросил Рихтера:

— Ник. Когда она начала жаловаться?

— С начала пятого месяца беременности.

Константин кивнул и задал ещё один вопрос:

— Так. И это было всего три раза, верно?

— Верно.

Разведя в стороны руками, Ланевский спросил Николаса:

— А сколько раз при этом она, например, вспоминала свою маму, своего отца, своего старшего брата, свою младшую сестру и лучшую подругу, которых она больше никогда не увидит? Много раз?

— Да. Очень даже много. Она ведь скучает по ним. Потому что больше не увидит их в этой жизни.

Константин был рад, что подвёл наконец-то ту черту, к которой шёл, чтобы всё объяснить одному из своих самых лучших друзей:

— Верно! Скучает! Она скучает не только по ним всем, а ещё и по тебе. Пойми: ей очень нелегко. Она тут одна, в другой стране, с другими людьми. А если ещё учесть тот факт, что она беременна? Ведь у беременных эмоциональный фон очень меняется из-за гормонов. На каком она уже месяце?

— На восьмом… — раздумывая произнёс Николас.

— Да. То есть, за три месяца ты трижды услышал от неё жалобы и рассердился из-за этого? А услышав десятки раз слова «мама», «папа», «брат», «сестра», «подруга» и так далее — ты не понял, что ей нужно? Что она хочет с тобой поговорить о чём-то более глубоком? О своих родственниках, о близких, о тех, кого она потеряла, и не просто получить, а ощутить твою поддержку? Не верю, что ты этого не понимаешь, Ник. Это не свойственно нам — крестоносцам.

В глазах Николаса была видна его вина перед женой. Он задумчиво посмотрел в сторону домов и улиц Святограда. Сергий сложил руки на груди и сделал вывод:

— Вот что: ты сейчас идёшь к Александре, собираешь ей букет красных роз, даришь ей его, обнимаешь её и говоришь всё, что ты к ней чувствуешь до сих пор. А я знаю, что ты к ней испытываешь сейчас. Вижу это. И это хорошо. Ваша любовь очень сильная. И стала только сильнее. Тебе надо учесть, что она не крестоносец, хоть и получает часть твоей силы от тебя и твоё спокойствие. У неё никого, кроме тебя сейчас нет. У тебя есть она. У вас есть сын. А вскоре — будет уже два прекрасных ребёнка. А ты ещё позволяешь себе такие вещи делать. Нельзя так себя вести рыцарю, Николас. Нельзя. Иди.

Николас встал со скамьи, одобряюще покивал головой, в знак согласия. Выставив вперёд себя левую руку, с разжатой ладонью и пальцами, Рихтер принялся рассуждать:

— Ты прав. Я так и сделаю. Но ей тоже надо было следить за своими словами. Я же воюю за неё. И могу умереть в любой момент. Иногда, кажется, что она этого не ценит. И не понимает. Знаю, что она любит меня. Но она как-то…

Сергий перебил Николаса, сильно схватив его за плечи и твёрдо сказал:

— Она то всё прекрасно понимает! А вот ты, похоже, не хочешь её понимать и идти ей навстречу, несмотря на то, как она тебя ценит! Несмотря на то, что тебе это сделать несложно, в силу наших способностей, но ты начинаешь показывать характер с пустого места, отказываясь идти на уступки в отношениях, руководствуясь своей гордыней!

Александров отпустил слегка шокированного Рихтера, который не ожидал таких эмоций от своего командира. Глубоко вдохнув и выдохнув, Сергий отвернулся в сторону. Когда Александров повернулся к Николасу и поймал полный раскаяния взгляд синих глаз своего друга, Сергий спокойно произнёс, уже с добродушной интонацией, с явной добротой и какой-то горечью в душе, так как ему было с чем сравнивать:

— Она жива, Ник. Она — жива. И это главное. Не тратьте свою любовь и свои бесконечные светлые чувства на такую глупость, как мелкие ссоры. Тем более — в такой момент для неё. Цени её. Потому что только Бог знает, что будет завтра.

После этих слов Александров положил свою правую руку на левое плечо Рихтера и, с добрым взглядом, сказал:

— Ты хороший человек, Ник. Но ты можешь быть лучше. Я знаю это. Как раз, Саша тебе в этом поможет: она тебя любит. По-настоящему. Иди к ней и сделай всё, что требуется. Не губи своё счастье. Будь силён там, где слаба она. А там, где она сильна — будь ещё сильнее. Ни в коем случае не извиняйся перед ней за вашу ссору. И не извиняйся никогда перед своей женщиной, если ты прав. Не проявляй слабость. Она убьёт ваши отношения. Но просто покажи ей свою любовь. Это так мало, но так нужно. Поверь мне, брат.

Николасу стало стыдно за свои действия перед своей женой. Он опустил голову, с печалью в глазах. Глубоко вздохнув, Рихтер вновь поймал своими яркими синими глазами твёрдый, но добрый взгляд серо-голубых глаз своего командира. Николас сказал лишь то, что мог сказать в эту минуту:

— Спасибо тебе, Серый. Ты прав. Мне не нужно было так себя вести. И тебе спасибо, Костя, что выслушал. Я пойду, братья. Пока.

— Конечно. До скорого, дружище — ответил Константин немного растерянно, так как тоже не ожидал такого потока эмоций от своего обычно постоянно собранного и невозмутимого командира.

— Увидимся, Ник — одобряюще произнёс Сергий, и Николас пошёл к себе домой, где крестоносца уже ждала любящая его супруга.

Константин и Сергий проводили взглядом ушедшего домой соратника и стали разговаривать уже между собой. Александров сказал тихо и спокойно, как обычно он и говорил:

— Чудной он, всё же. Да, есть чувство юмора, харизма. Но из-за этого и своих эмоций порой попадает вот в такие вот ситуации.

Ланевский пожал плечами и произнёс:

— Да таких ситуаций раньше у него не было. Наверное, переживает ещё за многое в душе. К тому же, отношения полов сейчас изменились: всё, что было неактуально ранее, из-за иллюзии огромного выбора, теперь стало сокровенным. Люди больше не раскидываются друг другом. И ценят любовь по-настоящему.

Сергий присел рядом с Константином, справа от него, сказав с очень тяжёлым выдохом:

— Да, переживания — они такие. Порой понимаю, что за всю жизнь человек набивает множество ошибок и лишений, от которых боль казнит сердце.

— Я понимаю тебя, дружище. Тебе пришлось и приходится несладко, как нашему командиру, и как человеку со своим грузом на сердце. Но ты сильнее, чем думаешь. Ты ещё даже без сил крестоносца смог сделать очень сложное, но важное для любого человека действие: ты принял свою боль и обратил её в нечто абсолютно другое, во что-то более правильное и более высокое. Ведь даже в такой ситуации ты ещё умудряешься морально помогать нашим, помогаешь им искать ответы на многие вещи.

На лице командира крестоносцев нарисовалась лёгкая усталая улыбка. Александров ответил на последние слова друга:

— Да что я такого сделал сейчас ему? Лишь сказал, что думаю.

Константин одобряюще ткнул в воздух указательным пальцем правой руки и проговорил:

— Правильно думаешь. Немногие так способны помочь своим воинам. А ты помогаешь своим подчинённым и на поле боя, и в учении, и в быту. Только вот ты сам стал уже почти монахом.

— Кто бы говорил — улыбаясь, и покачивая в стороны головой, сказал Сергий:

— Со мной всё ясно. А ты почему ещё не связал себя ни с кем узами брака?

Голубые глаза Константина осмотрели проходящих мимо жителей Святограда. Не сводя взора с горожан, Ланевский произнёс:

— Как и все мы — я стремлюсь к Всевышнему. И пытаюсь дать как можно больше Его тепла другим людям, через свои благие дела и добрые слова. Помимо дел и слов, я молюсь за них. Часто и упорно. Знаю, что ты тоже. Потому что наши молитвы могут идти туда, куда пока что мы ещё не можем пройти и попасть сами. Ведь нет ни границ, ни тюремных стен, ни дверей, которые закрыты для нас и для наших благих мыслей, когда мы молимся искренне, от души.

Сергий улыбнулся, вновь одобряюще кивнул и добавил:

— Так и есть. Очень рад, что ты тоже меня понимаешь в этом. Нужно жить, как живём. И стараться делать жизнь лучше, стремиться к развитию вперёд, вверх. Нужно и дальше вести нашу борьбу, будучи с новыми силами. «Не будь побежден злом, но побеждай зло добром», как говорилось в Священном Писании. И Господь не оставит нас.