Первые джинсы я привез тебе из Парижа, потом привозил из всех поездок или в “Березке” покупал».
Надоело подслушивать, он распахнул дверь. Увидел вульгарную красотку Марину, Тосика, смазливого блондина лет тридцати, и Вику в халате, в чалме из полотенца, у Тосика на коленях. Она вскочила с колен как ошпаренная, заверещала:
– Папулище! Вот сюрприз!
– Ты когда вернулась?
– Часа в три ночи. – Она уже висела у него на шее и мурлыкала: – Ох, прости, забыла тебе позвонить, просто с ног валилась и будить тебя не хотела, ты, наверное, уже десятый сон видел.
– Бабушка сказала, ты не ночевала дома. – Он отстранил ее и попытался заглянуть в глаза.
Вика не покраснела, не отвела взгляд, сделала серьезное лицо и произнесла трагическим шепотом:
– Пап, у нее совсем плохо с головой, забывает все через минуту, мы же с ней сегодня завтракали вместе.
* * *
