Оглавление

Вступление

* * *

— Что такое любовь? — я спросил у мужчины однажды.

— Ради женщины, — он отвечал мне, — пройти через ад…

— Что такое любовь? — обращался я к женщине каждой.

— Ждать мужчину, сожжённого пламенем адским, назад…

Мустай Карим

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Любая семья — это остров, границы которого желательно не нарушать, ибо есть риск, отплыв слишком далеко от берега, попасть в водоворот жизненных страстей, которым уже будет трудно противостоять по одной простой причине. В отличие от острова, где под ногами благоприятная и спасительная почва, вне острова под ногами — бездна, в которой невозможно долго продержаться без риска утонуть.

* * *

Если вы чувствуете родственную связь с супругой (или с супругом), какую имеете с родителями (откуда вы вышли) или с детьми (куда вы вошли), — душа ваша сделала то, чего порой не может сделать даже кровная структура. Вы соединили свою сущность с совершенно чуждым вам (по крови и генетике) человеком. Это и есть Любовь!

* * *

Любовь. Что это такое? Представьте себе двух влюблённых, умерших одновременно. Предстают они перед Богом, а Он им и говорит: «У меня свободно одно место в раю, одно в аду — договаривайтесь между собой». И каждый из них, будто спасение для себя, просит место… в аду.

* * *

Познать Бога — это как жить огромной любовью в душе ко всему, что тебя окружает. Любовью, подобно той, что исходит от любящих родителей к младенцу. И в то же время, познать Бога — это и жить определённым страхом, что рано или поздно за все свои необдуманные жизненные действия и грехи придётся отвечать. Эти два состояния характеризуются богобоязненностью, которая не только защищает человека от грехопадения, но и ведёт его по жизни, подобно любящим и опекающим своего ребёнка родителям. Взаимосвязь с душой обуславливает сознание использовать её кладовые для более полноценного развития человеческого естества.

Мне не по своей воле, через любовь к женщине, довелось познать сущность Божью, обрести Его дыхание в своей душе. Душа — есть принадлежность Божья, и выдаётся она человеку при зачатии (встраиваясь определённым кодом в генную структуру), в виде определённого сопроводительного документа, который рано или поздно придётся возвращать с подробным отчётом о проделанной работе, за которую человека ждёт как вознаграждение, так и расплата.

В этой книге (и не только в этой) я отдаю дань уважения и благодарности женщине, которая своей жертвенной судьбой осветила мою душу Божьим озарением. Она имела это озарение в своей душе при нашей супружеской жизни, а я, ни сном ни духом не ведал, что верить в Бога — это не столько обязанность, сколько спасение.

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Душа многомерна. В том смысле, что человек способен осознавать своё естество в одном теле, тогда как душа человека может одновременно пребывать в нескольких физических телах.

Каждую ночь я вижу сны. Много снов. Иногда «живые» сны. Для многих людей эти миры открываются посредством применения определённых методик, включающих в себя осознанный вход в астрал (несведущему человеку трудно в это поверить, но реальность в «живом» сне в астрале ощущается не меньше, чем реальность в земном пространстве; ощущение такое, что ты проснулся на другой планете, в клоне, двойнике Земли). Есть исключения (как и в случае со мной), когда это умение имеет врождённый характер (не так часто, но, иногда, не предпринимая каких-либо особых усилий, оказываюсь в этих мирах, изучением которых занимаются многие сообщества, и даже официальные организации).

Возвращаясь поутру в наше пространство, я испытываю такое сильное разочарование, когда моему взору предстаёт наш трёхмерный и непонятно насколько реальный (сопоставляя впечатления ночных реалий) мир, что невольно сами собой возникают мысли о смерти. Будто пространства, в коих мне пришлось побывать в ночных путешествиях, пытаются донести до моего сознания свою искренность и безопасность, которые не стыкуются с нашим земным представлением о смерти — явлении, которое для каждого человека является загадкой в виде чего-то страшного, пока его структура покрыта пеленой физического одеяния в виде плоти.

Где я настоящий? Там или здесь? Да и я ли это в своём физическом теле? Скорее всего, я — это душа, путешествующая в лабиринтах пространств и времени.

Душа, доминируя в структуре подсознания человека, осознаёт истинную реальность. Физическая же плоть вкупе с сознанием принимает за реальность иллюзию, в которую поместила её временно для определённой работы эволюционная природа Мироздания.

Вся информация «моих» книг пронизана любовью — любовью к женщине. Я начал писать книги (не имея даже малейших навыков, будто кто руководит мной) спустя полгода, как моя супруга покинула наше земное пространство. Не имея должного образования, мне приходится писать книги (хоть и нет ни малейшего желания), некоторые из которых способны дать фору иным трудам учёных мужей (достаточно прочитать «мою» книгу «Исповедь мертвеца: Смерть, или вход в иное измерение», чтобы убедиться в этом). Это одно из условий знакового творчества, где не принимается в расчёт желание человека, которого просто используют как определённую структуру межпространственного общения. И в то же время в жанровой стилистике «мои» книги доступны многим. Будто «моё» творчество копирует с души умение подать как многомерность ту информацию, в которой интеллект способен выбирать своё по вкусу.

Не удивляйтесь изобилию кавычек. Я осознаю, с какой энергией имею дело. «Кому много даётся, с того много и спросится» — гласит народная мудрость. Если человек сумеет вознести над собой (а не себя над ней) энергию, которая выбрала его для определённой работы, эта энергия будет мощной защитой этого человека как на Земле, так и в том пространстве, где придётся держать ответ за проделанную работу.

* * *

Что делать человеку после потери (смерти) любимого или любимых людей? Понятное дело: надо продолжать жить. Но это у кого как получается. Бывает, что «продолжать жить» для человека, перенёсшего горе, — не просто необходимость, а умение, которому ещё надо научиться.

* * *

* * *

Эта книга — не повесть, не роман. Она не имеет определённого жанра, чтобы нравиться определённой категории людей. Задевает она своей основной тематикой структуру, которая неизбежно постигнет каждого живущего на Земле человека. Страх перед этой структурой заложен в сознание каждого человека, как бы он ни был смел в своих высказываниях в отношении этой структуры. Одно упоминание о ней в иных умах вызывает дрожь и содрогание. Структура эта — смерть, неминуемая неизбежность, с которой рано или поздно столкнётся каждый человек, живущий на Земле.

Написана эта книга в форме некоего общения. Это общение полилось из меня рекой, когда через полгода после смерти супруги, в морозную январскую крещенскую ночь, в состоянии сильного нервного срыва, я отправился на кладбище, чтобы у могилы своей супруги выпросить для себя смерть. Просто уже не было сил, мочи терпеть то, что рвалось наружу. Этой силе уже не хватало места во мне, и она, словно магма, задыхающаяся в жерле вулкана, рвалась наружу.

Было далеко за полночь, когда через огромные сугробы я пробрался к своей любимой. Упав на колени перед могилой, я стал просить прощения за всё. Мне вспоминался каждый год нашей совместной супружеской жизни. В этой жизни было всё: и любовь, и радость, и разлука, и печаль, и ссоры, и примирения. Чего только не было в этой, вроде бы и долгой, и вроде бы короткой супружеской жизни.

Негативные воспоминания, в которых я, большей частью неосознанно (за неимением опыта жизни), причинял боль своей супруге, причиняли теперь уже мне такую боль, что, если бы это было возможно, я сам разорвал бы себя на части. Адской болью эти воспоминания жгли моё сердце и сознание. Я не был плохим мужем, но и ангелом меня вряд ли можно было назвать — по крайней мере, в то время нашей супружеской жизни.

Сейчас, я уже знаю наверняка, что истинный муж — это тот муж, который умеет быть ангелом-хранителем для своей супруги. Если бы я осознавал эту истину тогда, при жизни с супругой, когда принимал своё счастье как что-то обыденное и положенное, не беспокоя своё сознание более тщательным, скрупулёзным анализом смысла своей (и не только своей) жизни…

Как глупо устроен человек! Ему необходимо сначала потерять то, что ему дорого, чтобы затем осознать истинную цену этой «дороговизны». Не я первый, кто приходит к этой истине ценой высоких потерь. И не я последний.

Временами я выл, как волк на луну, стоя на коленях у могилы любимой. Вы не поверите (да и мне поверить в это сейчас сложно), но, если рядом была бы свежевырытая могила, я бы лёг в неё (не задумываясь) и хоть как-нибудь закопал бы себя. Сейчас мне трудно в это поверить, но в ту ночь, в состоянии нервного срыва, моим единственным заветным желанием было исчезнуть из этого земного пространства, которое теперь для меня было аду подобно.

В какой-то момент я замер, глядя на небо, от удивления. Я никогда в жизни не видел столько звёзд. Звёзды (их было так много!) светили такой влюблённой красотой, что я не мог оторвать глаз. На небе не было места, в котором бы отсутствовали звёздные скопления, как и отдельные звёзды. Красивое, завораживающее молчание звёзд и молчание кладбища сливались в необыкновенную волшебную тишину. Эта тишина действовала на меня таким мощным успокоением, что на некоторое время я почувствовал: Земля — не истинный мой дом, и что нахожусь я на её территории временно, с определённой миссией, суть которой мне пока не раскрывают.

Не знаю, сколько простоял я в таком трансовом, гипнотическом состоянии, восхищаясь небесной красотой, но вдруг я почувствовал дыхание могил. На какое-то время мне показалось, что я не один восхищаюсь столь удивительным и красочным зрелищем. Оторвав взгляд от звёздного неба, я остановил его на близлежащих могилах. Я почувствовал в них что-то родное (подобное испытывает человек, возвратившийся после долгих скитаний в отчий дом). Как будто там лежат живые, не чужие мне люди и смотрят на меня с таким состраданием и умиротворением, что у меня начало «гореть» сердце, согревая во мне всё моё естество, какое я в то время мог чувствовать. Ощущение было такое, будто меня накрыли прозрачным куполом, который отгородил меня не только от холода морозной крещенской ночи, но и от моей боли, от моего горя. Было такое ощущение, что смерть моей супруги забрала у меня душу и вернули мне её только сейчас. Будто я почти полгода жил без души.

Вернулся домой я с таким умиротворением в душе, будто вернулся со своей супругой, которую уже не мог считать мёртвой. Я чувствовал её в своём сердце, в душе, в каждой фибре своего тела. Даже некоторые её привычки перешли ко мне. Не говоря уже о том, что я автоматически (не по своей воле) стал верующим человеком — таким, какой была при жизни моя супруга, и чего в то время нельзя было сказать обо мне.

С той ночи я начал писать книги. Ни с того ни с сего, не имея предрасположенности к этому (я обычный, простой человек, не имеющий должного образования, чтобы писать подобные книги). Меня успокоили «моим» творчеством. Вряд ли когда-либо я смогу назвать его своим. Это всё равно что полюбить то, что стало причиной смерти твоего любимого человека. Но эта работа помогла мне выжить.

После смерти любимого человека сознание скорбящего не должно оставаться один на один с горем. Это горе будет чем-то вроде червя в яблоке, где под яблоком подразумевается человек. После смерти родных людей надо жить активной жизнью, всегда стараться быть среди людей, активно использовать свой мозг работой, окружить его такой жизнедеятельной защитой, чтобы в него не смог пролезть «червь смерти».

И после всего этого мне не надо доказывать существование жизни после смерти. Я живу этим проявлением автоматически, через «смерть» своей супруги. Нижеприведённый абзац откроет более осознанно моё душевное состояние, в котором я пребываю и по сей день после той необычной зимней «экскурсии» на кладбище. Вернее, состояние это держится с того момента, когда моя супруга перешла границу смерти, забрав с собой частичку моей души, оставив в моей душе частичку своей. И всё же это скорее состояние души, которая активно живёт двумя мирами — мирами живых и мирами «мёртвых». Физическое же тело все эти годы проходит определённые испытания, которые пытаются увеличить силу сознания до того уровня, чтобы при переходе границы смерти оно не заблудилось в новом, ином измерении и смогло отличить свои миры от чужих миров.

* * *

Когда душа человека, непроизвольно выскочив из физического тела (по смерти оного, по какой-либо трагической случайности), в неимоверной надежде, прилагая бессмысленные усилия в попытке вернуться назад, отчаявшись, всё же осознает боль неудавшихся попыток и с неимоверным трудом примет ненужность и бесполезность плоти (нет пользы в том, чего уж не одеть), только тогда «умерший» человек дойдёт до того состояния, в котором я нахожусь ПОСТОЯННО.

Если попытаться объяснить проще, моё сознание после смерти супруги переместили на некую периферию между жизнью и смертью. Когда ты уже не можешь жить земным пространством, но, имея зависимость от физического тела, не способен полноценно жить тем пространством, в которое ушла половинка твоей души. И своё физическое тело я чувствую больше как некое подобие голограммы, которое используют через сознание и подсознание оба эти пространства.

* * *

Господь Милосердный! Безгранична Милость Твоя!

Реальность — это не всегда то, что ты видишь, но всегда то, что ты принимаешь. Ведь на основе того, во что ты веришь, и создаётся твой внутренний мир, который и есть твоя истинная реальность.

* * *

* * *