Тяжело дыша, он упал на спину, а затем, одной резкой, властной рукой, приподнял Катю и посадил её сверху на себя.
Катя, словно взбудораженная игрушка, взмывала и опускалась во власти Петра, её грудь трепетала в такт их страстному танцу. Он, в свою очередь, не давал ей остыть: то сжимал её груди в ладонях, то для большего возбуждения, резко шлёпал по ним своей ладонью.
