Уверенным шагом они заходят в лес. В сырость, поднимающуюся вечером от реки. Кругом темно, но они, как кошки, лучше ориентируются в темноте. Знают всякую птицу по пению, всякое дерево по коре, всякое растение по размеру и жесткости листьев. Ходят по лесу, как по собственному дому. Знают куда ступать, чтобы не потревожить змей. Чтобы не ужалил скорпион. И лес знает их с младенчества. Ведь многих зачали и даже родили прямо там, среди ив, ольхи, колючих кустов эспинильо с желтыми цветами и деревьев лапачо, похожих на клубы розового огня. Колыбелями им служили камыш и рогоз. Они родились и выросли на острове. И крестила их река.
