Вечер потихоньку умирал за вином, спорами о том, какой урок преподать типам, которые поймали ската, планами, все более и более жестокими. Сначала хотели просто напугать, потом побить, потом зарезать. Лилось вино, и будущее наказание крепчало, как языки вершителей справедливости.
