Становись, Данте, будешь защитником.
Данте становится перед Роджейро, который делает обманное движение левой ногой, как будто побежит влево, но, как только Данте дергается влево, Роджейро бросается вправо и уводит мяч.
1. Без Бекана мы ещё не цветок
Лето у «Луковок» – сладкое-пресладкое, как рожок клубничного мороженого, которое Шпилька с удовольствием поедает в прохладном сквере на улице Питтери.
Школа закончилась, в табелях обошлось без неприятных сюрпризов, можно отдыхать хоть целый день, бесконечно наслаждаясь солнцем. И никаких домашних заданий!
Но дело не только в этом.
Лето у «Луковок» сладкое-пресладкое, потому что оно особенное: через несколько дней Томмазо с друзьями отправляются в Бразилию, где их ждет сказочный отдых.
А Рио-де-Жанейро что-нибудь означает, Данте? – спрашивает Эгле.
– Да, Январская река, – отвечает десятый номер. – Как вы знаете, город раскинулся на берегу большого залива. Первые португальцы, прибывшие сюда 1 января 1502 года, не знали, что это морской залив, приняли его за устье большой реки. Поэтому они назвали город Рио-де-Жанейро, что в переводе с португальского означает «Январская река».
– Я этого не знал. Данте, ты молодец! – восклицает Томми.
Данте оборачивается к своим товарищам.
– Иметь друга-ботаника тоже иногда полезно, правда?
Автобус оглашают дружные аплодисменты.
– Как видите, – продолжает десятый номер, – в Рио много подъёмов и спусков, потому что значительная часть города лежит на горах и холмах, которые здесь называют моррусами.
– Моррусами?
– Да, и сейчас мы направляемся к двум самым известным из них. Это Сахарная Голова, на которую мы поднимемся по потрясающей канатной дороге, и Корковадо, самая высокая гора в городе. На ней возвышается огромная белая статуя, которую мы видели из самолёта. Помните? С обеих гор открывается восхитительная панорама, так что готовьте фотоаппараты.
– Шпилька, айда на Сахарную Голову! – шутит Кир. – Только умоляю, не ешь её целиком, – и он от души хлопает друга по спине.
Вратарь вскрикивает от боли.
– Я совсем забыл, что ты обгорел, – извиняется Кир.
Аугусто паркует микроавтобус, и дальше до канатной дороги они идут пешком.
4. «Луковки» на стадионе «Маракана»!
Данте просыпается и свешивает голову со второго яруса кровати:
– Шпилька, к тебе что, краб в постель забрался? Ты всю ночь ворочался и поднимал шум.
Шпилька шепчет:
– Я не мог заснуть. Кажется, я слегка обгорел…
Он встаёт, снимает пижаму, и все смотрят на него, раскрыв рты.
– Ничего себе слегка!.. – восклицает Кир. – Ты похож на гигантского омара! Сегодня держись подальше от ресторанов, а то ещё засунут тебя в кастрюлю!
Бекан смеётся:
– Если бы тебя сейчас увидели друзья Роджейро, то называли бы не петушком, а жареным цыплёнком…
Но Шпилька не разделяет всеобщего веселья:
– Остряки…
– Ты бы хоть цепь снял с шеи, – говорит ему Томми, с интересом рассматривая белую полосу на обгоревшем животе. – Ты как будто нацепил костюм супергероя. Большая белая буква «U» на красном фоне. Uperman!
Медленно переставляя ноги, Шпилька шагает в ванную, широко раскинув руки, как астронавт на Луне:
– Я сейчас чувствую себя Человеком-факелом…
В номер спешит Гастон Шампиньон, захватив крем после загара.
– Но если ты считаешь, что кремы – это для маленьких девочек, я тебя мазать не буду, – говорит он.
– Нет-нет, я передумал, – шепчет многострадальный Шпилька. – Намажьте меня, пожалуйста, синьор, очень печёт.
– Несколько дней тебе лучше не снимать рубашку. И, чтобы ты сегодня больше не мучился, – предлагает повар, – мы можем отправиться на интересную экскурсию по городу. Так что у тебя больше не будет искушения прыгнуть в воду. Что скажете, ребята?
– Окей, – отвечает за всех Томми.
Аугусто берёт в аренду микроавтобус, вмещающий «Луковок» в полном составе вместе со взрослыми.
Впереди рядом с Аугусто, который восседает за рулём в шофёрской фуражке, устроился Данте. Взяв в руки микрофон, он делится сведениями, вычитанными из книги.
Он прекрасно вжился в роль экскурсовода и рассказывает обо всём с таким серьёзным видом, будто отвечает учительнице на уроке географии:
– Рио-де-Жанейро – огромный город, в пять раз больше нашего Милана. Вы только представьте, его населяют свыше десяти миллионов человек! Жителей Рио ещё называют кариока.
– Кариока? – переспрашивает Лара.
– Да, так индейцы называли первых португальцев, прибывших в Рио в шестнадцатом веке, – продолжает рассказывать Данте в микрофон. – Португальцы начали строить здесь белые дома, и индейцы, жившие на этих землях, называли эти сооружения carioca: на индейском языке cari означает «белый», а oca – «дом».
«Луковки» идут окунуться в море, чтобы освежиться. Они просто для развлечения немного погоняли мяч на пляже.
Но вид у Томми очень расстроенный.
– Синьор, – говорит он Шампиньону, – они все играли лучше нас.
Повар смотрит на него с улыбкой.
– Томмазо, бразильские футболисты – лучшие в мире, потому что они с детства гоняют босиком в футбол, – объясняет тренер. – Они быстро учатся правильно бить по мячу. Игра на песке, как вы сами убедились, требует очень хорошей техники. Пляж – отличная школа.
– Финты, которые выделывает Роджейро, я видел только по телевизору.
– Да, он молодчина. Его отец сказал, что он играет в детском составе «Фламенго». Но вот увидите, к концу нашего отдыха вы станете играть намного лучше и больше не будете проигрывать со счётом 7:1. Я ведь привёз вас в Бразилию ещё и поэтому: это футбольный университет! Вы научитесь здесь многим полезным вещам. Но главная цель нашей поездки – получить удовольствие. Так что ныряй в воду, Томми, и не думай о семи голах!
Томми окунается и подходит к друзьям, которые всё ещё обсуждают матч.
– Одного я не понял: почему друзья Роджейро всё время называли меня Франко, если меня зовут Шпилька?
Жуан улыбается:
– Они называли тебя не Франко, а frango – в Бразилии это означает «петушок». А ещё так называют вратаря, который пропускает голы.
Все заливаются смехом.
Все, кроме Шпильки…
Когда они возвращаются в отель, Эгле говорит:
– А Роджейро классно играет в футбол, правда?
Томми отвечает:
– Да, у него всё получается.
И ему уже не хочется отбивать мяч головой, как он делал в аэропорту.