Александра Черчень

Фейри живут под холмами. Шипы и корона. Королева неблагого двора

Пролог

Ночь после бала — время странное. Слишком устаешь, чтобы не лечь спать, слишком много впечатлений, чтобы уснуть… Особенно если на этом балу случилось что-нибудь неожидаемое, невероятное, а то и вообще невозможное!

Хотя, конечно, кому как.

Его величество Кэйворрейн спал спокойно и радостно: уже потому, что случившееся продумал и сделал сам.

Быстро уснула и избранная им королева: так измучилась душевно, что просто не осталось сил.

А вот дивные леди Неблагого Двора в большинстве своем ворочались с боку на бок, хоть и по разным причинам. Кто тихо рыдал в подушку, кто прикидывал свои шансы занять освободившееся место фаворитки, а кто-то даже варил приворотное зелье… Правда, последних нашлось всего две: совсем еще юные и не сильно умные, от обиды не подумавшие о том, что, во-первых, приворожить его величество попросту невозможно, а во-вторых, и смысла в этом ровно никакого нет.

Королеву выбирают не по любви. Что в смертном мире, что в волшебном, увы. Бывают, конечно, исключения! Вот Оберон с Титанией, например. Но этим повезло. Или тот, всеми уже позабытый Неблагой король, женившийся на Мэб. Уж ему точно не повезло… А больше и припомнить-то некого!

Что же до нынешнего короля… О нем при Дворе можно было услышать самые разные мнения — по крайней мере до Бельтайна. Но вот что главное — ни до Весеннего Перелома, ни после него никто не мог отказать Кэйворрейну в уме и ясности рассудка. А поскольку избрать в королевы простую человечку можно только в полном помрачении разума, то есть именно что по любви, значит — король имел на то серьезные причины, а не питал к своей пряхе безмерную страсть.

Но в любом случае изменить его выбор уже невозможно! Разве что в ближайшие три дня, оставшиеся до свадьбы и коронации, фоморы сломают все Печати, ну или произойдет еще какая вселенская катастрофа, неподвластная даже королям фейри. Только и самому жалкому скоге понятно: свадьба всего лишь отложится!

Правду сказать, некоторые высшие лорды, присутствовавшие на балу, прикидывали, а не устроить ли эту самую катастрофу. Ну не то чтобы прямо прикидывали, так — тихо мечтали! Очень уж хорошо помнилась им предыдущая королева… Наученные этим горьким опытом, они искренне боялись повторения истории с Мэб. Утешало лишь то, что больше всех от Мэб пострадал не кто-нибудь, а лично король Кэйворрейн. Это обнадеживало: уж он-то точно не допустит ничего подобного! А с другой стороны — опять человечка в королевах… Или это уже традиция? Или…

Словом, уснуть после бала сумели лишь те лорды, которые сообразили сразу: пряха на троне рядом с Плетущим — это серьезный шанс на то, что фоморы останутся в своей Бездне! Честно признаться, сообразивших было не так и много, да и они про королеву Мэб не позабыли.

Но нашлись, нашлись в Неблагом дворце и те, кто испытывал искреннюю радость! Ну — почти…

Троица низших фейри, успевших неплохо узнать будущую королеву, сидела под ее дверью и отмечала выбор своего господина бутылочкой трехсотлетнего вина из запасов Айкена Драма.

Конечно, в другом месте им было бы куда уютнее!

В гостиной Эллы, например. Но Кэйворрейн наложил на покои невесты такую защиту, что и сам управляющий королевским сидом ее одолеть не смог.

В личном домике часовой фейки? Но он слишком мал, а поддерживать чары, чтобы там поместиться, никому не хотелось.

В каморке лакея Мелькана? Так Айкен отказался с презрением.

В норе самого Айкена? По старой привычке он именно так называл свои не особо скромные апартаменты, тщательно скрытые от всех дворцовых глаз и чар. И не хотел туда никого пускать.

Да и вообще боялся отходить от комнат вольной пряхи! Защита защитой, но мало ли что… До коронации еще три дня.

— А я рада! — заявила Ирри, так и не снявшая свое новое шикарное платьице. Оно ей безумно нравилось, да к тому же чуточку походило на платье Эллы. Пусть не фасоном, но тканью и цветом — точно!

— Я тоже, — со вздохом отозвался Мелькан.

— Не слышу радости, — язвительно заметил Айкен, разливая вино: в два серебряных фужера на длинной ножке и изящную кукольную чашечку для фейки. — Ну, за королеву! Чтоб ей проснуться отдохнувшей и в здравом уме!

— Так… за нее я рад. Но теперь-то с ней чаю не попьешь. Я кто? А она — кто? — печально сказал спригган, поднимая фужер.

— Тебе она и раньше была госпожа, — хмыкнул Айкен.

— Теперь не будет, — подытожил Мелькан. — Кто ж меня подпустит к самой королеве?

— Зато мне будет, — сказал брауни, вдруг помрачнев. — И надо с этим как-то жить, э-эх!..

— Может, приструнит тебя наконец! — фыркнула фейка.

— Может, — печально согласился Айкен, и собутыльники воззрились на него с недоумением.

— А вот часы есть везде! — объявила Ирри. Глотнула вина и облизнула свой крошечный ротик. — И вообще, насколько я успела понять, Элла не такая! Вот если б его величество выбрал какую дамочку из высших, тогда бы и я печалилась! Столько дур вокруг! И чего им только в голову не приходит! На днях одна мне попыталась приказать время перевести на полдня назад, представляете? Чего-то она там не успела…

— А ты? — с любопытством спросил Мелькан.

— А я перевела! Лично для нее! Одной! Ну она и застряла в себе, дурная! — Фейка скрипуче захихикала. — Заглядываю, а она такая сидит и пытается виноград есть! А взять-то не может!

— Почему — не может? — удивился Айкен.

— Потому! Она там — в полусутках назад! — а виноград здесь!

— Ничего не понял, но весело, — с сомнением кивнул спригган. — А как это, в себе застрять?

— Покажу как-нибудь, — пообещала Ирри. — Хочешь?

— Не-ет, спасибо! — отказался Мелькан и на всякий случай расправил тень, окружавшую его голову.

— Доиграешься ты! — предупредил фейку Айкен, немного разбиравшийся в чарах времени. — У меня на тебя и так жалоб — свитков сто!

— Отдай их королеве! — ухмыльнулась она. — Она у нас добрая!

— Люди меняются, Ирри, — указал брауни. — А уж королева, так она просто обязана измениться! Королева же.

— Спорим, что не изменится?! — загорелась фейка. — Вот спорим!

— На что? — благодушно спросил Айкен.

— Ну-у… я тебе — час времени, если проиграю. А ты жалобы сожжешь! При мне!

— А давай! Мель, ты свидетель!

Спригган разорвал натянувшуюся между брауни и феей ярко-синюю ниточку и поднялся из-за наколдованного столика.

— Пойду я спать, — оповестил он… ну, наверное, не друзей… Однако теперь они как минимум раз в неделю собирались вместе. Жаль, не всегда с милой Эллой, а теперь-то и вовсе у нее не посидишь. — Хороший был день!

— Наверное, — с сомнением подтвердил Айкен.

— И спор у вас интересный, — продолжил Мелькан. — И это… Ирри, ты мне объяснишь потом про время и виноград? Я хочу разобраться, вдруг пригодится…

— Все не оставил надежду стать штатным магом? — хмыкнула фейка. — Ладно уж, как-нибудь выберу для тебя часок-другой!

— Ты неплохой маг, спригган, — неожиданно сказал Айкен. — Надо за тебя словечко замолвить…

Мелькан разулыбался и исчез — да так, что и управляющий не отследил его тропы. Это в собственном-то… гхм… в королевском то есть дворце!

— А спор и впрямь интересный, — задумчиво сказала Ирри, берясь за чашечку.

— Угу, — подтвердил брауни.

И поймал себя на том, что ему очень, ну просто до ужаса хочется проиграть этот спор.

Но ведь не выйдет!

Королева — это вам королева! Будь она хоть тысячу раз человечкой…

Глава 1
О печалях королевской невесты

Утро первого дня в новом статусе началось для меня удивительно.

Разумеется, я понимала, что повышение из фаворитки до королевской невесты изменит в моей жизни многое. И это я еще о последствиях свадьбы не говорю. Но я решила, что размышлять об этом недалеком будущем пока не стоит. Себе дороже. В смысле — рассудок мне очень, очень дорог. Здравый, трезвый, вольный и так далее…

А потому думаем о статусе невесты и тому, что к нему приложится в эти три дня. Наверняка портнихи: сшить свадебное платье за этот срок я, может, и успею, но только если ничем другим заниматься не буду. К портнихам приложатся обувщики, визажисты… Ювелиры! Без драгоценностей точно не обойтись, а Кэйр вряд ли позволит мне надеть цацки Мэб. Хотя, конечно, мой венценосный женишок способен на все… уверена, я и представить не могу, на что он способен.

Ладно.

Организация банкета, хочется верить, обойдется без моего участия. Нет сомнений, существует четкий протокол королевской женитьбы, традиции, обряды и так далее. Но ведь все это меня заставят выучить, как иначе-то.

Словом, занята я буду по самые ушки, хоть они у меня и не длинные.

Все эти мысли ко мне пришли мятущейся и орущей толпой в один момент — стоило проснуться. Сев на постели, я тихонько постонала, потрясла головой, попрыгала даже. Не помогло.

Не помог ни контрастный душ, ни пробежка вокруг стола гостиной, ни тупое рассматривание вида из окна. Правда, глядя на далекие заснеженные горы, я осознала, что встала слишком рано: едва занимался рассвет! И что еще через три рассвета я, на минуточку, выхожу замуж!

За любимого мужчину!

За высшего лорда фейри.

За короля Неблагого Двора, мать его!

Так, об этом не думаем. Выхожу замуж по любви, вот что главное. Ну, пусть не по взаимной, но жених ко мне точно хорошо относится и испытывает сексуальный интерес. С этим не поспоришь! И вообще, немногие смертные девушки могут похвастаться такой головокружительной «карьерой»!

А думать нужно о другом. О кофе, например, который сейчас мне нужен больше всего на свете.

Я надела обычный свой наряд: джинсы и домашнюю рубашку. Почему-то в это утро мне как никогда нужны были напоминания о том, что где-то за пределами этого сумасшествия существует человеческий мир. Но все же подумать только… Пряха — и в королевы!

Если честно, мне не хотелось никого видеть, примерно с такой же силой, как желалось кофейку. Жаль, что вместе со статусом невесты не полагаются азы бытовой магии. Садишься ты такая за стол, вежливо просишь завтрак — и тот немедля появляется из воздуха.

Но, к сожалению, кофе сам не материализовался, и я поплелась к стене, чтобы подергать за шнурок вызова слуг. Конечно, еще совсем рано, и они наверняка спят… Но варианты? Нет вариантов.

Шнурочек был весь серебристый, витой, толстый и красивый, с колокольчиком, похожим на фигурку феи. Я подергала за свисавшую из колокольчика жесткую кисточку и обернулась, ожидая увидеть Мелькана или горничную, имени которой так и не запомнила.

Никого.

А ведь всегда являлись мгновенно…

Позвала сприггана вслух, затрясла шнурок посильнее. Никакого эффекта.

Странно…

Взгляд на колокольчик напомнил про Ирри, и я кинулась к часам в спальне. Но и дверка часов была наглухо закрыта, а клыкоплир на мои призывы не реагировал. Даже когда я, прижав губы к крохотной замочной скважине, невнятно окликнула часовую фейку — ничего не произошло.

— Айкен! — громко позвала я. — Айкен Драм! Айкен!!!

Тишина.

В испуге кинувшись к входной двери, я мигом выяснила, что она заперта.

Трижды повторив по кругу свои действия: дерганье шнурка, призывы к часам и брауни, стук в дверь, — я упала в кресло и выдала:

— Это конец!

А что? Запертая в своих покоях невеста, лишенная возможности кого-то позвать… Это может значить только одно: Неблагой Двор, потрясенный выбором своего короля, быстренько его сверг! И до расправы надо мной остались считаные минуты! Переворот! Революция!

Любопытно, а это здесь возможно — свергнуть правителя?! Памятуя о виденном мной королевском совете, как-то сомнительно. Но что еще тут можно предположить?

Кровавые картины дворцового переворота промелькнули перед глазами как ускоренное кино, а поскольку недостатком воображения я никогда не страдала…

Куча обуреваемых меня эмоций свернулась колючим клубком и взорвалась, оставив от себя черный, беспросветный ужас. Паника захлестывала с головой, топила в себе как в черном океана, била волнами, утаскивала течением на дно…

Не в силах с этим справиться, я зажмурилась, вскинула голову к потолку и в голос заорала:

— Кэйр!!!

И облегченно выдохнула, когда — через пару мгновений, не больше! — прямо передо мной возник его величество собственной персоной.

С распущенными волосами, волнами падающими на голые плечи. В одних штанах — явно домашних, а то и пижамных! И босиком…

— Элла? — не слишком внятно произнес король. Поднес руки к лицу и очень человеческим, детским даже жестом протер глаза. — Что такое?..

Да фоморы тебя подери!!!

Но злость была где-то там, далеко-далеко, а потому я сделала то, чего не сделала бы в нормальном состоянии ни за что на свете: вскочила и кинулась королю на шею. Обхватила руками и ногами, повисла обезьянкой, как на единственном родном существе. Прижалась всем телом и тоненько заскулила. Клянусь — ни секунды не думая ни о какой любви!

Я так на отца запрыгивала в детстве… И просто так, и однажды — до смерти перепугавшись чужой собаки, забежавшей к бабушке во двор. Правда, тогда я весила все-таки значительно меньше…

А потому его величество пошатнулся от неожиданности и вместе со мной обрушился на ковер. Попытался сесть, отодрать меня, растерянно вопрошая:

— Элла? Да ты что… что с тобой? Элла…

Он был теплый, твердый, и вообще… жизненно необходимый.

Его присутствие словно разгоняло весь этот сумрак, помогало истребить страх.

— Ничего… — пробормотала я, с сожалением расцепляя свою мертвую хватку. Но слезать не стала, плотно уселась верхом на коленях Кэйра, спрятала голову на его груди, с наслаждением вдыхая аромат совсем уж спутавшихся черных волос. Свежий такой, чуть лимонный, чуть вересковый… А еще они пахли утренним сумраком и почему-то топлеными сливками.

Кажется, я с ума схожу…

— С тобой все в порядке? — растерянно подтвердил эту мысль Кэйворрейн, заключая меня в тесные объятья.

— Угу…

Я поерзала, устраиваясь поудобнее, но что-то мешало… Какой-то жесткий бугор, попавший на самые нежные мои места, между ногами, и джинсы от него не спасали.

Ой…

— Ой…

На меня ватным одеялом рухнуло сначала смущение, а после и возмущение. У меня тут страхи, переживания, я к нему прижимаюсь как к единственному и неповторимому — а у него… у него вот это!

В ответ меня прижали еще крепче и поцеловали так, что ужасы из сознания испарились напрочь. Вместе с остатками разума и протестами…

— Девочка моя… — выдохнул король, перемещая губы к моему уху. Прикусил мочку, издал короткий стон и полез руками под мою рубашку. — Ты меня за этим звала?.. Ммм…

— Ммм… — откликнулась я, подставляя ему шею и выгибаясь. — Не совсе-е-ем…

— Эл-ла… — Мое имя словно прокатилось по коже, побежали мурашки.

А мужские руки тем временем выделывали нечто невообразимое с моей грудью, точнее — сразу с обеими. И то, что мешало внизу, внезапно перестало быть лишним, оказалось правильно расположенным, и я заерзала опять, желая, чтобы оно проникло глубже… Но там штаны… мои… и его… вот это все однозначно лишнее…

Недавний животный ужас превратился в пламя. Сердце неистово колотилось, все быстрее разгоняя кровь по венам, мысли туманились, и в них был лишь один король. Такой важный, такой нужный, такой желанный.

Нет критики, нет переживаний, нет сомнений.

Есть лишь он.

Именно в этот момент, когда я уже окончательно попрощалась со своей крышей, ласковые пальцы вдруг пропали с груди, возникли на талии, сжали, приподняли и аккуратно пересадили чуть дальше, лишив такого замечательного ощущения.

— Стоп.

— А?

В смысле «стоп»? Самое интересное только начиналась!

— Нельзя.

— Почему? — тупо удивилась я.

— Потому что.

Яркие голубые глаза на идеально вылепленном лице моргнули, зажмурились… и полыхнули синим льдом. Да так, что я невольно отпрянула.

— Кэйр?

— Да-да, моя драгоценная. Я здесь. Но мы… еще не женаты.

Какая милая отмазка. Словно после штампа в паспорте что-то изменится. Хотя минуточку, у фейри ведь нет паспортов. Что у них штампуют и штампуют ли?..

Как можно понять, я уже пришла в себя. Не нужно никакого ледяного душа или там удара по голове! Достаточно взглянуть в глаза любимого, чтобы вернуться в реальность!

Прокашлявшись, я все же не стала слезать с его колен, но разумный ответ нашла:

— В моем мире вообще-то уже в порядке вещей, когда двое до свадьбы проверяют, подходят ли они друг другу в плане секса.

Ну а что? Во-первых, чистая правда. Во-вторых, ясно, что ничего с моим мужчиной не случилось. В-третьих — это же мой мужчина?! Ну теперь-то точно мой?

— Ты забываешь о том, что в моем мире порядок вещей совершенно иной, — ответили мне очень любезным тоном. — Например, подразумевается девственность пряхи.

— А я еще пряха? — неприятно удивилась я. — В смысле, разве на меня все еще распространяются эти запреты?

Мне казалось, что королевская невеста имеет хоть какие-то плюшки! А королева тем более!

— Контракт ведь не разорван, — окончательно разочаровал меня Кэйр. — И не будет разорван. Милая моя, ты представляешь насколько вырастут твои силы после свадьбы и коронации? Девственная пряха, ты станешь жемчужиной в короне Неблагого Двора.

Если честно, мне многое что хотелось ему сейчас сказать. Сидела я, смотрела на идеальные черты лица, на растрепанные черные волосы, мускулистую грудь… и понимала, что конструктивного диалога у нас сейчас не получится от слова «совсем». Все, что я могу сейчас высказать, это мое правдивое мнение о его величестве. О том, какой он изворотливый, хитрый и умный мерзавец, который все может обернуть в свою пользу! Но так как речь о правителе Неблагих фейри, боюсь, что он воспримет это как комплимент!

Ну и вопросов у меня еще больше появилось. Как вообще жить дальше, например… и сколько мне оставаться пряхой? Те же семь лет? Или условия изменились?

В любом случае для обсуждения таких вопросов мне нужен трезвый мозг, не размягченный страстными поцелуями. А потому…

— Я все поняла, вняла и осознала, — кивнула я, все равно испытав острый укол обиды. Глупой обиды, на самом деле. В конце концов я его не первый день знаю, могла бы уже перестать обольщаться!

— Не переживай! — Кэйр коснулся моих губ быстрым, но страстным поцелуем. — Да, нам доступны не все радости супружеской жизни, но, имея фантазию, мы сможем позволить себе многое. Поверь, у меня уже список того, что именно я хочу сделать с тобой брачной ночью, сладкая девочка.

И вновь эти слова, наполненные чувственным ядом, которые туманят мой разум, и наглые пальцы с нажимом обводят мои губы, откровенно демонстрируя чего именно от них желают…

Чего мне стоило вырваться из его объятий, не знают все боги разом! Сразу стало холодно, так одиноко… но я взяла себя в руки и язвительно (ну как могла) напомнила:

— Прясть не могу. Основная моя полезная функция недоступна! Для этого надо выйти из комнаты.

Судя по спокойному лицу, Кэйр, как обычно, ни капли не переживал из-за того, что я на него злюсь. Мгновенно переключился на новую тему:

— Ну да. Извини. Так ты поэтому меня звала?

— Именно, — подтвердила я. — Я почему-то заперта и никого не могу дозваться.

— Я не подумал, что ты проснешься так рано, — пожал плечами король. — Значит, ты просто испугалась… — И так, с чувством, сообщил: — Жаль!

С-скотина какая…

— Ну раз так, слезай с меня, — потребовал этот невозможный мужик и выразительно прижался ко мне бедрами, давая понять, что его желание никуда не испарилось. — Иначе придется искать новую пряху! А мне, знаешь ли, сейчас не до этого!

Несколькими неделями раньше я бы разинула рот, изумившись такому выверту. А сейчас просто сползла с его ног и встала.

— Сложно спать долго, когда нервы натянуты! — И возмущенно добавила: — Я хочу кофе! И что-нибудь съесть. Прости, что отвлекла от твоих многочисленных дел!

«Только ты сам виноват!» — повисло в воздухе несказанное, но очень ощутимое. По крайней мере его величество точно ощутил.

— Конечно, милая! — сказал немедленно и нежно. — Чуть позже я открою доступ.

— Доступ?..

— Ну да. Я поставил на твои комнаты защиту.

— Зачем?

Кэйр посмотрел на меня, как на дитя неразумное, но тут же улыбнулся и небрежно пояснил:

— Первая ночь после объявления моего выбора. Могли быть недовольные. Я просто перестраховался, не бери в голову. Но береженого, как говорится, и фоморы не достанут. Что же до моих дел… — Он развел руками, и улыбка стала виноватой. — Я спал, Элла. Ты меня разбудила, на самом деле.

Король легко поднялся на ноги и сладко потянулся. От этого зрелища меня опять слегка повело, но только зубы стиснула.

— Извини.

— Достаточно, мне кажется, извинений для одного утра, — хмыкнул Кэйворрейн. — Тем более что в отличие от тебя я и одеться-то не успел.

Ох, а я вот сожалею, что успела! Может, если бы не была такая бодрая и продуманная, то сейчас бы уже и пряхой не являлась! По сугубо техническим причинам.

Может, стоит об этом сказать?

Но было уже некому.

Только от стола тянуло потрясающим ароматом кофе, не разбавленным никакими специями и добавками. Славно! Айкен-то наверняка тоже спит…

Полностью заботу жениха о невесте я оценила, увидев около громадной кружки большое блюдо с разнообразными пирожными. Трогательно… Правда, я бы предпочла пару тостиков с джемом, но откуда его величеству знать о моих утренних предпочтениях.

«Через три дня узнает!» — с надеждой подумала я, жадно глотая обжигающий кофе.

И у надежды моей были серьезные основания. Он же сказал, что мы еще не женаты! А значит, после свадьбы мы точно проверим, насколько подходим друг другу в плане секса.

Впрочем, в положительном результате проверки я не сомневалась. Предвкушала, да! И, выбирая пирожное, решила думать только об этом.

***

Кофе и одуряюще сладкий завтрак сделали свое дело: я окончательно проснулась и перестала рефлексировать.

Причин-то, если разобраться, нет! К тому же до меня наконец дошло: а ведь я победила!

Я хотела доказать Неблагому Двору, что человечка может конкурировать с любой леди фейри. И доказала уже дважды — на Бельтайне и на балу.

Я хотела стать независимой — и стала. Потому что через три дня мой статус будет равен статусу королевы Титании. Звучит совершенно невероятно, но ведь факт! Кстати, тот же Тионг еще до объявления имени королевской невесты лично передо мной извинился именно за это. А уж теперь…

Я хотела получить Кэйра — и получила! Невеста — точно не игрушка, жена — тем более, по крайней мере жена короля фейри. Ну если судить по многочисленным легендам и сказкам…

Я добилась немыслимого. Не так уж важно, по каким причинам, но это точно моя заслуга. Даже если Кэйворрейн задумал жениться именно на пряхе — так у него их еще целых двенадцать! А выбрал он меня!

Конечно, на все это можно привести сто и один контраргумент. В стиле, что мой новый статус — дело рук Кэйра, рядом с Титанией меня и не стояло хотя бы в плане способностей, а выкрутилась с нарядами я по той причине, что у фейри моды и традиции не меняются веками. Воруют, конечно, человечек, но волю и разум им оставляют крайне редко! Так что бедным девицам совсем не до тряпок…

Но о таких мелочах, как логические доводы, я сейчас решила не думать! У меня слишком мало собственных достижений в этой дурацкой волшебной стране, где каждый первый владеет магией на недоступном для меня уровне. Чтобы не забиться в угол и не страдать от собственного несовершенства, я должна как драгоценные бусины собирать свои победы, даже самые маленькие. Бережно их хранить и периодически внимательно рассматривать!

Так что… вот.

Конечно, я была бы намного счастливее, случись наша свадьба в моем мире, по взаимной любви. Потому что Кэйр прав: не нужен мне ни высочайший статус, ни поклонение как минимум половины волшебной страны, ни сам трон. Мне нужен только этот странный и непредсказуемый мужчина. И он действительно мой. Это так странно произносить даже про себя, что язык не повернется вымолвить вслух.

Пока поверить в происходящее слишком сложно. Сказка как есть. Но ведь она есть!

И я действительно переиграла высших леди, со всей их магией, бессмертием, неотразимой красотой и прочими достоинствами. Переиграла, даже не вступая в игру, даже не претендуя на победу, не представляя главный приз в собственных руках.

Ну и не стоит забывать про еще один момент. Кэйр сказал, что моя смертность — вопрос решаемый. Надеюсь, что в сторону бессмертия и превращения в дивную леди, а не в сторону торжественного жертвоприношения на коронации. Мое буйное воображение тотчас представило, как Кэйворрейн возлагает на меня венец, а после убивает, вытягивает из бесчувственного тела нить моей любви к нему и намертво закрывает ею ворота в Бездну!

Брр! Лучше стану думать в другую сторону. В оптимистичную.

Вот интересно, а если — или когда? — я стану фейри, у меня удлинятся уши? Появятся лишние суставы? Хвост, может, отрастет?!

Эта мысль заняла меня так сильно, что явившегося наконец Айкена я встретила вопросом, которого он явно не ждал:

— Айкен! А скажи, у меня после коронации не вырастет какой-нибудь хвост или еще одна коленка?

Брауни аж рот раскрыл. И некоторое время хлопал губами, как вытащенная из воды форелька.

— Это тебе лучше у короля спросить! — заявил он наконец. — Я такой информацией не обладаю! Да и вообще нечего думать о всяких глупостях. У тебя полно других забот!

Я уставилась на него с интересом. Неужели погонит на работу?.. Вот ни капли не удивлюсь, если так! И хвост — это вовсе не глупость, а жуть жуткая!

Хотя если длинный, красивый и с такой милой кисточкой на конце? Хм.

Но Айкен вдруг заморгал, уставился на меня с нескрываемым ужасом и… хлопнулся на колени!

— О прекраснейшая из невест короля Неблагого Двора! Что же теперь будет с несчастным Айкеном!

И головой об пол — тук!

— Вы должны простить вашего ничтожного слугу! О величайшая будущая королева! Я всего лишь пыль, жалкая пыль у несравненных ножек самой бесподобной из леди!

Бам! Тук-тук-тук!

— Что же делать бедному Айкену, как вымолить прощение у несравненной Элеоноры?!

Я даже растерялась сначала. Буквально на минутку. А потом кинулась поднимать явно рехнувшегося брауни.

— Никогда! — орал он, вырываясь и норовя стукаться лбом о любую поверхность. В данном случае — о мои ноги и руки. — Ни за что! Никаким образом жалкий слуга больше не позволит себе!..

Бух! Тук!

— Ай!

Лоб у Айкена оказался ну очень твердый!

— О величайшая из великих! Простите мое тупоумие! Не держите зла! Ваше непревзойденное великолепие! Айкен жалок, но злого умысла не было! — вопил брауни. — Не корысти ради, а только из недоумия!..

— Заткнись сейчас же! — рявкнула я, отбежав от него и потирая ушибленную коленку.

Бесполезно… Освободившийся Айкен мгновенно рухнул на пол и застучал головой уже в каком-то немыслимом темпе, словно на барабане играл.

Я огляделась, желая только одного: любым способом прервать этот кошмар. Ага!

Облитый водой из большого хрустального графина, брауни действительно замолк, но остался в той же позе. Торчащая кверху задница, обтянутая коричневыми штанами, притягивала взор, и я злорадно вылила на нее остатки водички.

— Молчу, молчу-у! — с подвыванием отозвался Айкен и протянул ко мне руки. Все четырнадцать пальцев были скрючены и тряслись. — Но леди простит?! Простит своего убогого слугу? Простит несчастного?!

Бам-бам-бам! Но уже не так интенсивно.

Все же вот это опыт у него, а? Унижения на уровне профессионализма! У тебя так попросят прощения, что ты отдашь все, лишь бы наконец закончили!

— Прощаю! — гаркнула я в голос. — Все прощаю! Прекрати немедленно!!!

— Желание моей королевы — непреложный закон! — заявил он. — Ничтожный брауни не смеет ослушаться!

— Тогда встань, — предложила я, слегка успокоившись. До меня начала доходить причина его истерики…

— Но леди Элеонора, величайшая из прекраснейших, простила?

— Да, да! И я разрешаю тебе обращаться ко мне, как прежде! Айкен, ну пожалуйста!

Меня уже начинало нервно потряхивать. Настолько стремительных перемен в общении я не ожидала. Все же некоторая заботливая хамоватость Айкена казалась мне незыблемой вещью из категории «солнце встает каждый день и Айкен скандалит каждый день».

Брауни таки поднялся. Сложил лапки на груди, словно пряча дрожь, встряхнулся по-кошачьи (воды в графине было литра два) и заискивающе спросил:

— И великолепная королева не станет жаловаться его величеству?

— Да на что, боже мой! И я еще не королева.

— Да что там — жалкие три дня… — пробормотал Айкен.

Я смотрела на него, пытаясь понять: это вот он придурялся так гениально или и вправду считает, что должен теперь передо мной пресмыкаться?

Брауни тоже на меня косился из-под кустистой брови. В гостиной висела благословенная тишина. Наконец я аккуратно уточнила:

— А что ты такое сделал, что я должна обидеться?

— Обратился к прекрасной королеве на «ты», — пояснил он. — Но бедный Айкен просто забылся! Забылся! Не хотел!!!

— Стоп! — Правильно, значит, угадала. — Повторяю: называй меня просто «Элла» и на «ты». Ну мы же друзья, в конце концов, Айкен!

— Друзья?.. — Он покачал головой и вздохнул. — Как скажет моя королева…

— Друзья! — с нажимом сказала я и плюхнулась в кресло. Фух… Вроде концерт окончен?

— Моя прекраснейшая коро…

— Элла! Приказываю!

— Да… Элла… Вы… ты завтракала?

— Угу. Его величество позаботился, — ответила я с некоторым упреком. — А что, защита уже снята?

— Конечно, о вели… Снята, да. Прошло ровно десять часов, и статус королевской невесты подтвержден.

О как!

— Теперь мне ничего не угрожает?

— Теперь вы… ты законная, официальная невеста, согласно магическому… Словом, статус — он вызрел и устоялся.

Я вздохнула. Так и впрямь понятнее, но сколько же сложностей… И, полагаю, впереди еще больше…

— И его величество снял защиту. Я пришел объявить прекраснейшей из королев, что к ней пожаловали фрейлины.

Произнесено это было с заметным пренебрежением, что я отметила лишь мельком.

— М-м-м… А зачем?

— Ну как же… Вашему будущему величеству… твоему! По штату положено. А потому, если ты уже позавтракала, то надо принять. Они окажут помощь в подготовке к свадьбе. После обеда явится еще распорядитель, и…

— То есть без меня никак не обойдутся? — мрачно спросила я.

— Никак, — подтвердил брауни. За время разговора он успел себя высушить и пригладил всклокоченную шевелюру.

— А разве королева не сама себе фрейлин выбирает?

— После свадьбы — конечно. А сейчас-то нет на это времени, — пояснил Айкен. — Потому нет вариантов. Я уж и так выбрал самое лучшее. Лучших.

— Ты?!

Хотя да. Кто тут у нас управляющий-то…

— Зови, — вздохнула я.

Айкен развернулся, но тут же замер и повернул ко мне голову.

— Элла… Я не смогу ни при ком обращаться к тебе, как раньше.

— Я понимаю, — ответила тоскливо.

— И это… переоделась бы ты? Все-таки почти королева…

Надо, надо вводить новые моды! Не то чтобы я не любила ходить в платьях, вовсе нет. Но не иметь даже возможности разнообразия? Королева я или куда?! Пусть даже будущая.

Ладно. Разберемся.

Как ни странно, назначенные Айкеном фрейлины произвели на меня благоприятное впечатление. Может, конечно, потому, что не строили презрительных гримасок и не смотрели на меня… ну, как на «золотую» пряху. А может быть, Айкен выбрал тех, которые не претендовали на руку и сердце Кэйра?

По крайней мере в глазах явившихся ко мне высших леди не было ни зависти, ни жадного любопытства, ни изумления. Был интерес, но и только. Да и особого почтения они не выказывали, явно не желая меня смущать. Вели себя практически как подруги, что, на самом деле, смущало еще больше.

Четыре очаровательных девицы (которым вполне могло быть и лет по пятьсот как минимум) щебетали очень похоже на обычных человечек. Пятая, видимо, главная, и выглядела постарше и вела себя построже. Но не как какая-нибудь чопорная учительница — скорее, как старшая сестра. Причем любящая, что тоже напрягало.

Нет, понятно, что с королевой надо дружить. И понятно, что они понимают: поклоны и речевые любезности собьют простую смертную с толку. С другой стороны — что я вообще знаю о манерах, принятых при Неблагом Дворе? Да ровно ничего! Вроде бы высшие вполне демократичны… по отношению друг к другу.

А я теперь вроде бы одна из них…

В общем, леди очень старались, и это даже не слишком бросалось в глаза.

Но вряд ли я смогла бы расслабиться даже при таком отношении, если бы не тема разговора! А темой было свадебное платье.

Фрейлины притащили с собой каталоги, на вид сильно смахивающие на древние магические фолианты, и кучу образцов — только маленьких, будто кукольных.

— Насколько мне известно, вы, леди Элеонора, предпочитаете собственные фасоны, — предварила просмотр каталогов старшая. — Но, может быть, нам удастся найти что-то подходящее? И потом, вы понимаете, существуют традиции… И их нужно соблюдать, потому что в определенных вещах заложена магия.

Я не собиралась с этим спорить и охотно попросила барышень помочь мне с правильным выбором.

И очень радовалась, что среди них нет Фаиры. Вот перед ней мне было… не то чтобы стыдно! Да и нет повода для стыда. Но да, не слишком комфортно.

Кстати, свадебные наряды фейри оказались вовсе не белого цвета. Благо хоть не черного, что было бы логично для Темного Двора фейри. Требовалось, конечно же, серебро.

Но мне, если честно, ужасно хотелось именно белое платье. Даже не синее, в котором частенько выходят замуж в Ирландии. Нет, белое.

А еще… Душу опять одолели хрустальные мечты, от которых веяло тоской. Еще мне всегда хотелось, чтобы будущий муж попросил моей руки у родителей. Чтобы мама по старому обычаю запекла для жениха гуся. Чтобы на свадьбе были мои подруги, родственники. Не так их много, а все равно… Но главное — родители!

Я четко представила реакцию отца и матери на явление в дом короля фейри и громко, тяжко вздохнула.

— Вы правы, леди Элеонора, — задумчиво откликнулась на мой вздох старшая фрейлина. — Эти кружева вам совершенно не подойдут!

Все, Элла! Надо заканчивать наматывать сопли на кулак и при каждой возможности проваливаться в сожаления о том, что Кэйр не человек. Он не изменится!

Я даю себе слово, что это последние мои мысли на эту тему. Они говорят о моей слабости.

А я больше не буду слабой.

Глава 2
О таинственном саде и смертельном дереве

Быть невестой короля оказалось утомительно.

От меня постоянно чего-то хотели! В данный момент распорядитель дворца желал знать мое ценное мнение о том, какой именно оттенок мы станем использовать для салфеток на пиру.

— Кипенно-белые? Слоновая кость? Или лучше взять ткани с искрами серебра? — воодушевленно раскладывал передо мной образцы фейри. — Или, быть может, цвета утренних сливок на козьем молоке?

Ы-ы-ы… А он как-то отличается от цвета вечерних сливок и коровьих?

Голова раскалывалась. Не хотелось ничего решать! Мои комнаты наводнило такое количество волшебного народа, что мне хотелось сбежать от них куда подальше, забившись в самую отвратительную нору хобгоблина. Там меня точно бы не искали!

— И не стоит забывать про скатерти и занавески! — добил меня распорядитель, а после вдохновенно закатил раскосые глазки к сводчатому потолку и выдал: — И подумать, на каком именно фоне расположить герб Неблагого Двора и символику его величества Кэйворрейна. И вашу… Леди Элеонора, у вас же есть символика?

Я кисло на него посмотрела. Судя по ответному взгляду, мужик только что осознал, что в двадцать первом веке человеческой цивилизации с родовой символикой напряженка.

Хотя… Я же пряха? В этом вся моя честь и заслуга. В этом моя необходимость.

— Веретено, — медленно проговорила я, словно пробуя на вкус это слово. — Изобразите веретено.

— Да, прекраснейшая леди! А еще нужно определиться с основными цветами свадьбы. Притом уже сегодня, сейчас! — В багровых глазах распорядителя отчетливо мелькнуло злорадство. Он прекрасно видел как мне «нравится» данное обсуждение, но не торопился снять с меня эти задачи. Наоборот, мучил по мелочам! Так как до салфеток мы обсуждали столовые приборы. А точнее, какая именно лоза винограда должна быть на них выгравирована!

— В смысле? Вы же говорили, что зал будет в привычных сочетаниях, разве что глубокие темные цвета выведут в более светлые оттенки, — озадаченно нахмурилась я.

— Это зал. А одежда гостей? Мы же не хотим, чтобы на свадьбе была пестрая толпа?

Лично меня это вообще не интересовало. Но почему я выбирать должна, а?!

Я встала, оправила платье и обвела тоскливым взглядом тотчас вскочившего с диванчика распорядителя и мою главную фрейлину. Статс-даму, так сказать.

— А что на эту тему говорит его величество? Чего хочет он?

— Величайший и сильнейший из Неблагих Королей передал, что любой выбор обожаемой невесты будет верным!

Сразу вспомнились слова Кэйра о том, что королеве, в отличие от короля, позволены капризы и чудачества. Немедленно захотелось сказать, что хочу свадебку в ядовито-розовых тонах! Это для дам. А кавалеров желала бы лицезреть в салатовом! Прямо вижу кислую морду того же Тионга в кислотном костюме.

Поманив к себе распорядителя, я доверительно прошептала в заинтересованно оттопырившееся острое ухо:

— А как вы считаете, какие оттенки будут наиболее уместны?

— Ну… — Судя по некоторому сомнению на лице фейри, он явно прикидывал, насколько в данном случае инициатива будет иметь инициатора и стоит ли сейчас вообще что-то говорить.

Потому я ласково улыбнулась, прикусила губку и постаралась придать взгляду прелестную беззащитность. Надеюсь, что получилось и меня не очень перекосило. Практики в том, чтобы строить милые моськи, у меня не так много.

— Дело в том, что как человек — я не очень хорошо разбираюсь в традициях Неблагого Двора. Как и в том, какие цвета допустимы для благородных родов фейри, а какие нет. И боюсь, что если мой выбор будет неверным, то ответственность за него ляжет не только на мои плечи.

А еще на твои, к примеру, о мой красноглазый друг. Ты же, как-никак, главный организатор торжества, так что свалить совсем уж все на несведущую будущую королеву не получится.

Мои намеки не остались без внимания, и сообразительный мужик тотчас пообещал, что все сделает в лучшем виде. Я немедленно сказала, что в этом ему с охотой поможет моя статс-дама и все остальные фрейлины, которых я часом ранее выгнала из гостиной, так как слишком уж их было много! Пять дивных леди на одну маленькую меня — явный перебор.

Вдобавок эти барышни желали развлекать мою светлость. В своем понимании, разумеется. На мою больную голову сыпалось столько вариантов времяпровождения, что я их даже толком не запоминала.

— Прошу меня простить, но я должна идти работать, — сообщила я, выйдя из гостиной и тут же наткнувшись на свою статс-даму.

Дивная леди с готовностью шагнула вперед, потому я с нажимом добавила:

— Одна!

— Но… — попыталась было возразить первая фрейлина.

— Это необходимо для того, чтобы его величество получал нити самого высочайшего качества, — тотчас приплела я короля. — Мы же не хотим расстраивать прекраснейшего, достойнейшего и величайшего?

— Не хотим! — подтвердила она.

— Ну и чудненько.

И я радостно сбежала, вихрем пролетев мимо стоящих в коридоре остальных девиц. Шла я, разумеется, не работать. Просто задолбалась до невозможности, и хотелось хотя бы немного выдохнуть!

— Замок, миленький, проводи меня, пожалуйста, туда, где меня не потревожит никто из тех, с кем я не хотела бы общаться?

Золотистая лоза появилась узором на камне у моих ног. Несколько мгновений она переплеталась в клубке, словно замок думал, а потом выпустила побег. Он скользил по каменным плитам коридоров, залов и анфилад, уводя меня все дальше и дальше от моих покоев. Слишком маленьких для той толпы народа, что прилагалась к моему новому статусу. Но переезжать в королевские апартаменты я пока категорически отказалась. Мне было нужно хоть что-то стабильное. Хоть что-то, что связывало с прошлым, которое при всей его необычности было менее сумасшедшим, чем настоящее.

В итоге тропа привела меня в маленький внутренний дворик. Окруженный колодцами стен здесь рос прекрасный яблоневый сад. Буйный, заросший. В нем словно перепутались все времена года разом. Деревья одновременно цвели, плодоносили и роняли золотую листву в объятия высокой травы.

У самой стены стояли рядком три яблоньки. Одна молоденькая, тонкая и стройная. Вторая в самом расцвете сил: ветви мощно поднимаются в небо, словно силясь наконец-то вынести листочки за пределы замковых стен. А третья старая, приземистая и давно уже тянет к земле ветви, стараясь дать тень траве и цветам под собой.

Место показалось мне необыкновенным. Сочным, волшебным и таким светлым, словно кусочек земли и магии перенесли сюда с территории Благого Двора.

На меня волнами снисходило спокойствие и умиротворение. Коснулась гладкой коры молодой яблони, настолько шелковистой, что она напоминала кожу, и дыхание выровнялось.

Я шагнула ко второму дереву и наклонила ветку с цветами к лицу, прикрывая глаза и втягивая сладкий, тонкий аромат цветов. И все мысли в голове словно стали медленнее. Они уже не метались от одной стороны черепа к другой, гулко сталкиваясь с перерабатывающими их станками. Остановились…

Третья яблоня подарила мне плод. Сочный, кисловатый, освежающий. Он прогнал туман из разума и наполнил тело энергией.

— Чудесное место, не так ли, королевская невеста?

Сквозь занавесь из веток, листьев и цветов я видела лишь очертания мужской фигуры в бирюзовом костюме. И собственно лишь из-за цвета была практически уверена, с кем имею честь беседовать, а потому радостно улыбнулась и двинулась навстречу.

— Приятно снова тебя увидеть, Филидэль!

Говорила я совершенно искренне, кстати. Этот изворотливый тип мне нравился, несмотря на четкое понимание всей его изворотливости. Не говоря уж о том, что недавно он меня буквально спас!

***

— Прекраснейшая из королевских невест, этим днем вы ослепляете меня еще больше, чем обычно! — в своем стиле поприветствовал меня Благой, склонившись в поклоне, и даже мазнул по траве кончиком своей голубой же шляпы.

Филидэль умудрялся на диво гармонично выглядеть в костюме такого цвета и с таким количеством вышивки и украшений, что любая пролетающая мимо сорока сошла бы с ума.

— Мы снова на «вы»?

— Если великолепнейшая не будет настаивать на обратном, — хитро сощурился Филидэль. — Все же пряха и невеста — разные весовые категории, милейшая Элеонора. И вам первой стоит про это помнить.

Мне мигом вспомнились утренние, чисто профилактические унижения Айкена.

— То есть считаешь, что я должна разом стать заносчивой букой? — подозрительно нахмурившись, спросила я, нарочно используя это простонародное, даже немного детское слово.

— Я считаю, что прелестному цветку Неблагого Двора стоит быть аккуратнее. У тебя теперь может быть очень много друзей, Элла. И далеко не все из них простодушны. И хорошо, если они станут преследовать исключительно выгоду. А что, если захотят навредить? Память о ее величестве Мэб осталась не только в памяти многих придворных.

— Ну и где еще? — чуть скептически уточнила я, складывая руки на груди и ощущая, как вновь начинает портиться настроение.

— На телах, к примеру, — совершенно спокойно ответил Филидэль. — Прекрасная королева любила видеть живые свидетельства своей власти. И ей было крайне любопытно, как же именно реагирует плоть настоящих фейри на то же холодное железо.

Жесть какая!

— Слушай, а можно вопрос? Такой… вероятно, неоднозначный.

— Кто я такой, чтобы отказывать чудеснейшей из птичек Небла…

— Филидэль!

— Слушаю, — тотчас со смешком поднял обе ладони лорд.

— Почему все ее терпели?! Ну, она убивала королей, она пытала придворных, она… да я без понятия, что она д