– Ну да. – Инна энергично кивнула головой. – Как-нибудь да будет, ведь не бывает, чтоб никак не было. Бравый солдат Швейк.
1 Ұнайды
Белка доела орехи, обнюхала ладонь, внимательно, но без страха посмотрела на застывшего мужчину и девочку, махнула хвостом и взлетела на ветку повыше.
– Ух, какая красивая, – выдохнула наконец Юлька. – Папа, а она ручная?
– Не знаю, надо будет спросить у дяди Игоря и тети Алисы, – честно признался Фомин, – но думаю, что самая обыкновенная. Просто здесь парк большой, людей мало, никто белок не обижает и не пугает. Да и к угощениям вкусненьким приучили, наверное.
– Да. Здорово, наверное, в таком месте жить! – мечтательно сказала Юлька, тряхнув кудряшками. – А то возле нашего дома белку ни за что не встретишь. И жить негде, и выхлопными газами пахнет. Папа, а надо быть очень богатым, чтобы иметь такой дом, чтобы парк был и белки?
– Очень. Честно тебе скажу, мы в таком доме вряд ли когда-нибудь жить будем.
– Ну и ладно, – покладисто согласилась Юлька. – Зато ты у меня самый замечательный папочка на свете. Мне все равно, где жить. Лишь бы с тобой.
У Фомина опять сдавило горло.
«Черт знает что, – подумал он, – я с этими выборами неврастеником скоро стану. В сентиментальность бросает. К старости, что ли?»
Сердито насупив брови, он широкими шагами вышел на плиточную дорожку, ведущую к гостеприимно сияющему огнями дому. Навстречу им с крыльца сбежал Стрелецкий.
1 Ұнайды
– Так ты у него спроси.
– Я бы спросила, да он трубку не берет, – призналась Настя, – а мне ведь интересно.
– Бабы все любопытны, а журналистки – особенно.
Анютка, конечно, в Фомина сразу влюбилась, на Настю первое время смотрела как на соперницу, а потому держалась букой, но быстро поняла, что любовных отношений между Егором и Настей нет, а потому дуться перестала и оказалась веселой компанейской девчонкой, по первому требованию готовой сварить довольно сносный кофе.
Самая мелкая и вместе с тем самая ходовая американская купюра – это один доллар. И на ней располагается самый первый в истории Соединенных Штатов президент, более того, их основатель Джордж Вашингтон. Кстати, он же запечатлен еще и на 25-центовой монете, но ее я вам показать не могу.
– Мелочи не держим, – съязвила Инна, но Стрелецкий не обратил на нее ни малейшего внимания.
– Следующая купюра – номиналом в два доллара. На ее лицевой стороне – третий президент США Томас Джефферсон. И он же на монете в 5 центов. Кстати, именно ему принадлежит авторство знаменитого и прекрасного девиза «Никогда не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня». Вот купюра в пять долларов, и изображенный на ней весьма серьезный мужчина – не кто иной, как президент-освободитель Авраам Линкольн.
– Знаем, тот самый, который рабство отменил, – встряла Настя. Впрочем, без особого успеха. Внимание всех собравшихся было приковано к Стрелецкому.
– Линкольн также нанесен на аверс одноцентовой монеты. На десяти долларах, кстати, они, скорее, розового цвета, чем привычного зеленого – первый министр финансов Александр Гамильтон. Его еще называют отцом доллара. Кстати, он и Бенджамин Франклин – единственные не президенты, увековеченные на американских банкнотах. Франклин как раз на стодолларовой, с которой мы начали разговор. И он действительно никогда не был президентом, только дипломатом и ученым, правда, очень известным. Именно его подпись стоит и на Декларации независимости США, и даже на Конституции. Кстати, он первым из американцев стал иностранным членом Российской академии наук.
Ну и, наконец, у нас остались 20 и 50 долларов. На двадцатке – седьмой президент США Эндрю Джексон, а на полтиннике – герой гражданской войны, 18-й президент Соединенных Штатов Уиллис Грант.
В одном городке в ряд стояли дома. В одном из домов жил упрямый Фома. Казалось ему, он велик и могуч. Руками разгонит он множество туч.
На улице слякоть, и дождик, и град. – Не справишься с городом, – все говорят. – Неправда, – не верит Фома, – я смогу… – Отныне судьба горожан на кону.
На выборы двинул с отчаянья он. В политике действует грубо, как слон. И снова не верит Фома: – Это ложь. Я – гордый рысак, на слона не похож!
Однажды приснился упрямому сон. Как будто шагает по мэрии он. Вокруг и почтенье ему, и почет. Река под названьем «казна» в рот течет.
Подходит к реке прокурорский отряд. Ребята в погонах ему говорят: – Коррупции – нет, казнокраду – война. – Неправда, – им нагло ответил Фома.
Разруха близка, разворован бюджет, Политику больше доверия нет. Но слышен из мэрии наглый ответ: – Прошу не учить, мне за сорок уж лет!
Уж меч занесен над повинной главой, Засовы замкнулись, тюрьма за спиной. И все же доносятся ветром слова: – Непра… Я не ве…
Избиратель вздохнул и имя Фомы навсегда зачеркнул.
Проснулся Фома, ничего не поймет, Костюм от Кардена со стула берет. Фома удивлен, Фома возмущен, Я – мэр, я – начальник, и это – не сон.
Мораль сих стихов до смешного проста. Он с умыслом жаждет большого поста. Не верьте тому, кто так рвется во власть, Чтоб городу вовсе потом не пропасть!
И если найдете такого Фому, Вы эти стихи прочитайте ему.
неприветлив. Вообще-то его главным оружием была знаменитая шубинская улыбка
известная под псевдонимом Инесса Перцева, возбужденно мерила
1. Будь уверена в том, что ты появилась на свет, чтобы быть здоровой, успешной, красивой, процветающей, а главное – счастливой.
2. Знай, что мечтать не только не вредно, но и полезно.
3. Отличай мечту от цели. Вволю намечтавшись, ставь конкретную цель и намечай шаги по ее достижению.
4. Верь в себя. Свои силы, возможности, способности.
5. Будь готова к изменениям, которые входят в твою жизнь.
6. Отбрось свои представления о себе,
покладистости. – Вы сами себе чаю налейте