Оглавление

Катя-Катерина

I глава

С масляными пятнами на оранжевой кофте, с сальными волосами, толстая, в окружении карт и горы чашек с недопитым кофе, она сидела за деревянным скрипучим столом в маленькой душной комнате без окна. Путь к которой вёл через грязную кухню, где в загаженной клетке истошно чирикала голодная потрёпанная канарейка. В дверь зазвонили.

— Да иду я, иду! — прогремела красноволосая бабища, вытирая руки о чёрные хлопковые брюки. — Заткнись уже, твою дивизию!

Это она гаркнула в адрес клетки. Канарейка заглохла — не столько из вежливости, сколько от неожиданности.

По пути баба чуть не споткнулась об огромную белую дворнягу, похожую на смесь волка с ещё как минимум десятью породами. Плод запретной волчьей любви получил пинок резиновым тапком и пару матерных сентенций в свой адрес. Возможно, он получил бы и второй пинок (пёс уже заскулил и зажмурился в ожидании удара), но времени у экстрасенса Катерины на это не было: в дверь настойчиво трезвонил клиент.

Чуть не поскользнувшись на грязном линолеуме, запыхавшаяся Катерина в десятый раз чертыхнулась и крепкой полной рукой открыла скрипучую дверь в ошмётках дерматиновой обивки (ветхая ткань помнила и хранила следы когтей всех животных, когда-либо обитавших в этой маленькой квартирке).

На пороге стояла худенькая измождённая брюнетка с потухшим взглядом. Лицо осунувшееся, уголки губ — вниз, фигурка облачена в тёмную бесформенную тунику. Оценить возраст клиентки беглым взглядом Катерине не удалось: ей могло быть между тридцатником и полтинником. А вот то, что дамочка пришла по делам сердечным, гадалке было понятно сразу. Всё как всегда: либо мужик бросил, либо даже не подбирал.

— Ну, проходи, — Катерина включила повелительный командорский тон. Женщина неуверенно переступила порог.

— Обувь можешь не снимать, — буркнула колдунья, не оборачиваясь на клиентку, — на уборку у меня времени нет, уж прости, сто-о-олько наро-о-оду…

Брюнеточка покорно засеменила за Катериной прямо в шлёпанцах на босу ногу. К счастью для избежавшего пинка «кабысдоха», у дамочки были так расшатаны нервы, что она его даже не заметила, несмотря на вполне себе масштабные габариты псины. И хорошо. Стресса хватало и клиентке, и дворняге.

— Ну чего, дорогая? Как докатилась до такой жизни? — с деланым сочувствием осведомилась Катерина, с трудом разместив обширный зад за старым столом, накрытым клеёнчатой скатертью. Для пущего эффекта она взяла в руки небольшой красный камень, купленный на китайском сайте, и сжала его в ладонях с глубокомысленным видом.

Пустые глаза клиентки моментально увлажнились. Мировая скорбь уже рвалась наружу, но пока ещё не могла облечься в слова.

— Да будет тебе, дорогая, я людей у Смерти отвоёвывала, — вздёрнула чёрную бровь Катерина, — с твоей сердечной бедой наверняка разберёмся… Как тебя зовут?

— Агния, — срывающимся голоском пропищала женщина. Маленькое личико её скукожилось ещё больше, а из тёмных глаз выкатились две крупные слезинки.

— А-а-агния, — с улыбкой протянула Катерина, постепенно входя в образ сильной колдуньи-защитницы. — Агнец Божий… Обижают тебя, совсем постоять за себя не можешь, каждая сволочь норовит пнуть и воспользоваться наивностью твоей и добротой…

Каждое слово вызывало у клиентки бурю эмоций, а глаза сообщали о скором инфаркте от изумления при виде таких экстрасенсорных способностей. Слёзы уже катились градом без остановки.

— И мужчин ты притягиваешь бедовых, ненадёжных, видят они твою чистую душу и норовят туда плюнуть, — безапелляционно добавила Катерина, заметив, что клиент почти готов.

Тут уже все хилые попытки сохранить лицо у Агнии слетели, и она зарыдала в голос, закрыв лицо руками. Катерина была довольна, но поспешила поскорее скрыть с лица улыбку сытой толстой кошки, удачно напакостившей и избежавшей наказания.

— Я к нему со всей душой! — сквозь рыдания кричала Агния, размазывая по щекам слёзы вместе с тушью. — Я такие сумки ему собирала, такие деньги за свиданья отдавала каждый божий месяц, а он… а он…

«Зэк, значица, — тут же отметила про себя Катерина, бесшумно убирая грязные чашки со стола, — ну ты совсем дура, крошка, просто идеальный клиент».

— Вышел из тюрьмы и тут же бросил тебя, — равнодушно продолжила за Агнию Катерина, — устроил скандал на пустом месте, мол, пока он сидел, ты тут всем давала направо и налево. Да ещё и обматерил тебя последними словами. И из дома что-то ценное спёр. Чтоб жизнь малиной не казалась.

Агния икнула и замолчала. Если что-то и могло привлечь мужика в её невнятной мордашке, так это огромные карие глаза с длинными коровьими ресницами, которыми она поражённо уставилась на экстрасенса.

— Точно! Всё так! Он мне прямо так и говорил… И да, шкатулку с маминым серебром украл. Оно не очень дорогое, конечно, но…

Агния снова зарыдала. Катерина не стала терять времени зря и вытащила из-под стола три запылившиеся литровые банки с плотно закрытыми пластиковыми крышками. В каждой банке загадочно бултыхалась слегка мутная вода.

— Что делать теперь с ним хочешь? Приворожить? Порчу навести? На смерть ему сделать к чёртовой бабушке! — патетически прогремела Катерина. Настроение её поднималось с каждым словом. Агния вновь резко затихла и уставилась на великую ведьму испуганными огромными глазищами. Катерина расхохоталась. Уж очень нелепой казалась ей её новая клиентка. И это было восхитительно! Чем тупее и зашуганнее баба, тем скорее она станет «постояшкой» и отвалит кучу бабла ей в кошелёк. Постепенно, конечно. Понемногу. Кате на жизнь хватит.

— Ну ты чего, просто пореветь пришла? — тяжело вздохнула и развела руками Катерина.

— Я забыть, забыть его хочу! — взмолилась Агния. — Мне тошно думать о нём, я ни спать, ни есть не могу.

— Так давай приворожим твоего придурка! — предложила Катерина. — Мозгов у него немного, ритуал сработает быстро. Будет у твоих ног лежать, как пёс верный.

В глазах Агнии промелькнуло сомнение.

— А это надолго? — тихо спросила она, нервно отколупывая с ногтей черный гель-лак.

— Раз в год обновлять надо. Если будет бухать, то раз в полгода, а то руки будет распускать, а оно тебе надо разве…

Агния напряжённо задумалась. Катерина не торопила, рыбка и так была уже на крючке.

— Нет, Катерина, — дрожащим голосом произнесла Агния, — помогите мне его забыть. Он столько гадостей про маму мою покойную наговорил, да ещё и серебро её… Не хочу его любовь наколдованную.

— Хозяин — барин, — флегматично пожала плечами Катерина, — но дело это долгое, непростое. Да и дорого.

— Не дороже денег, — махнула рукой Агния, — не могу я больше…

Внутренний скопидом Катерины ликовал. Ближайшие два-три месяца ей не придётся покупать пельмени по акции. Воображение рисовало ей говяжью вырезку и красное полусладкое уже сегодня вечером… Может быть, даже итальянское полусладкое! Но надо было подсекать, а то сорвётся, и сиди потом снова на сухарях до следующей идиотки с большим сердцем.

Катерина опёрлась на угрожающе скрипящий стол и начала буравить Агнию суровым взглядом опытной ведуньи. Агния поёжилась и опустила глаза в пол. Удовлетворенная эффектом, Катерина коротко выдала:

— Вот тебе для начала три банки с заговорённой водой. Это для чистки. Негатива на тебе просто тьма. Даже будущего твоего не видать — вот сколько черноты на себя понапустила! Одну выпей сегодня. Остальные в среду и в пятницу. Выпей каждую полностью, в три часа ночи перед открытым окном, и обязательно голая, прям в чём мать родила!

— Катерина, да я ж напротив СИЗО и полицейского участка живу…

— Ладно уж, ночнушку наденешь. Но только из натуральной ткани. Никакой синтетики, а то магия не сработает! Только льняная или хлопковая, без всякой там химии! — смилостивилась Катерина.

— Хорошо, — вздохнула Агния, доставая чёрный пакет из сумки, — как чувствовала, взяла с собой попрочнее… Сколько я вам должна?

— Каждая банка 750 рублей, — отчеканила Катерина. Агния слегка улыбнулась и достала кошелёк. Катерина поняла, что продешевила, но умело скрыла досаду за каменным выражением лица. Ладно уж, в конце концов, это первый сеанс. Своё забрать с этой блаженной она ещё успеет.

— Когда к вам снова приходить? Надо заранее записаться? — Агния положила деньги на липкую клеёнку и теперь аккуратно убирала «волшебные» банки в пакет.

— Как выпьешь последнюю банку, на следующий день звони или пиши. Часиков в двенадцать, не раньше. До этого я… медитирую, да. Нужен определённый настрой для магической работы, знаешь ли.

— Спасибо вам огромное! — в глазах Агнии появилась надежда, а желтоватая кожа на щеках слегка порозовела. — Лена про вас столько хорошего говорила…

— Ладно, деточка моя, — улыбнулась Катерина и направилась к выходу, — у меня через полчаса новая девочка, там тоже личные проблемы… Ребёночка не может выносить никак, только на чудо осталось надеяться… Тяжёлая порча на ней, надо мне подготовиться…

— Конечно-конечно, простите — Агния мигом засуетилась, подхватила маленькой ручкой пакет и засеменила к выходу. Судя по мышцам на этой ручке, девке было не привыкать таскать тяжести. Видать, действительно носила своему ненаглядному передачки, да небось не в маленьких авоськах, а в баулах килограмм по десять — двадцать.

Катерина радостно захлопнула дверь за клиенткой и побежала в ванную освежиться. Южная жара окончательно её доконала, а старый папин кондиционер тянул из неё все нервы, а не из комнаты спёртый воздух, так что днём становилось совсем тяжко.

— Жрать, жрать, жра-а-ать! — пропела Катерина, скидывая с тучного тела хлопковые грязные тряпки. — Мы сегодня офигенно сладенько пожрём!

— Эй, псина! Вылезай! Сегодня без битья! — выкрикнула Катерина, перекрывая шум воды.

Огромный белый двортерьер выполз из-под тяжёлого, нависающего над батареей подоконника, тихо прошёл в коридор и улёгся на пороге.

II глава

Катя в чёрном платье, которое язык не повернётся назвать «маленьким», стояла в коридоре у старого советского зеркала, обрамлённого светильниками в виде свечей, и старательно наводила плойкой куделя из тёмно-красных волос. Она уже сделала модный нюдовый, а-ля натюрель макияж в розово-бежевых тонах, и теперь её всегда агрессивное, готовое к бою лицо выглядело почти нежным, хоть и немного нервным.

В коридоре, да и вообще дома у Катерины царил относительный порядок (насколько это было возможно в её случае). Во всяком случа