ГЛАВА 1. УТРО
Фархад проснулся не сразу. Сознание возвращалось медленно и неохотно, как преступник на место преступления. Сначала явилась боль — не свет, а тьма, изнутри разъедающая череп. Она поселилась в висках тупым, вязким камнем, чье биение отдавалось в костяных стенах склепа мерным, неумолимым стуком — как будто кто-то, замурованный заживо, методично долбил притуплёнными ногтями в немую броню вечности.
И тут — шум. Не звук, а натиск. Напор бытия, врывающегося сквозь трещины сознания: чужие шаги, чужие голоса, лязг метала, ругань как молот по наковальне. День уже жил — без него, помимо него, вопреки ему. Как будто мир, устав ждать, решил продолжить своё шествие, оставив его лежать в этой яме, среди промокших одеял и остывших грез.
— Вставай, — сказали где-то рядом. Не по имени.
Он приподнял веки, как поднимают ржавую решетку над погребом, — медленно, со скрипом. Мир просочился внутрь: выщербленный потолок барака, пропахший потом и плесенью, танец пылинок в косом утр
... 
