– Значит, Раннулф? А вы уверены, что ритуалов было пять? Насколько я помню, максимум, который мог бы понадобиться, – это три жертвоприношения по двенадцать человек.
– После первых двух цепь прервалась, и Тасселу пришлось начинать работу заново, – ответил Адриан, не спуская глаз с архимага. – Так какую цель он преследует?
– Раннулф всю жизнь стремился к тому, чтобы научиться воскрешать людей из мертвых так же, как архивампиры, – без малейших колебаний отозвался Приам. – Даже больше – он хотел воскрешать их, не превращая в вампиров, и спустя неопределенный срок после смерти. Сутки, год или десять лет – неважно.
Архивампир приподнял брови.
– Это невозможно.
– Почему? – рискнула спросить я, вспомнив все, что я читала об исследованиях Тассела.
– Потому что человека можно воскресить буквально в течение пары часов после смерти. Потом в теле не остается уже никаких жизненных сил, и даже у архивампира не хватит сил, чтобы…
Тут он оборвал себя на полуслове и перевел взгляд на архимага.
– Совершенно верно, – благодушно подтвердил Приам, сразу поняв ход мыслей Адриана. – Есть прекрасные, хоть и запрещенные ритуалы для того, чтобы накопить достаточно сил для подобного. Кажется, с чем-то подобным вы и имеете дело?
– Даже с достаточным количеством сил архимагу не справиться с таким объемом работы, – возразил Адриан.
– Но ведь он использует помощников, – тихо напомнила я. – Помните, в Госфорде с ним было двое магов, которые погибли при взрыве?
Архивампир снова задумался, что-то для себя решил и ровно спросил:
– Для чьего воскрешения ему могла понадобиться сила от трех жертвоприношений?
Приам развел руками.
– Не имею представления. Это могут быть несколько человек, умерших пару-тройку десятилетий назад, а может быть, кто-то один, кто покинул наш мир лет сто назад.
