До сих пор я знал мало радостей, исключая лишь некоторые самого строгого свойства, и удовольствия мои были лишь теми, какие даруют ученые занятия человеку, ведущему одинокую жизнь. Мне не хотелось собирать цветы, которые лишь увядали бы в моей руке, но теперь я буду рвать их ревностно, дабы приколоть к вашей груди.
2 Ұнайды
– Я только что разговаривала о тебе, Розамонда, и была очень удивлена тем, что услышала.
– Что же вы услышали, тетя? – Глаза Розамонды, в свою очередь, внимательно рассматривали вышитый воротник миссис Булстрод.
– Я просто не могу поверить… Чтобы ты обручилась, и я ничего об этом не знала… и твой отец мне ничего не сказал! – Тут глаза миссис Булстрод обратились наконец на лицо Розамонды, которая густо покраснела и ответила:
– Я вовсе не обручена, тетя.
– А почему же все говорят, что ты обручена? В городе только об этом и сплетничают!
– Что за важность – городские сплетни! – сказала Розамонда, про себя очень довольная.
– Ах, душенька, ты должна быть осмотрительней. И не пренебрегай мнением ближних.
1 Ұнайды
Она порозовела и взглянула на Лидгейта, как глядят на нас садовые цветы, когда в прозрачном вечернем свете мы беспечно прогуливаемся между клумбами, – ведь верно, что в этих нежных лепестках, собранных в легкий трепетный венчик вокруг темно-алой сердцевины, прячется неизъяснимая душа полунимфы, полуребенка?
1 Ұнайды
Но очень трудно стать ученым: люди словно бы утомляются на пути к великим мыслям и от усталости уже не в силах достичь их в полной мере.
1 Ұнайды
– Можно или нет сказать «молодые люди, превосходные во всех отношениях», – ответила миссис Винси, беря колокольчик.
– А, теперь появилось множество сортов чая и сахара, превосходных во всех отношениях. «Превосходный» прочно вошло в жаргон лавочников.
– Значит, ты начал осуждать жаргон? – мягко спросила Розамонда.
– Только дурного тона. Любой выбор слов – уже жаргон. Он указывает на принадлежность к тому или иному классу.
– Но есть правильный литературный язык. Это не жаргон.
– Извини меня, правильный литературный язык – это жаргон ученых педантов, которые пишут исторические труды и эссе. А самый крепкий жаргон – это жаргон поэтов.
1 Ұнайды
Как бы то ни было, мистер Кейсобон снизошел до того, чтобы часами слушать и учить, точно школьный наставник, или, вернее, точно влюбленный, который умиляется невежеству своей возлюбленной в самых простых вещах. Какой ученый не согласился бы при подобных обстоятельствах обучать даже азбуке! Но Доротею огорчала и обескураживала ее непонятливость – к тому же ответы, которые она услышала, робко задав несколько вопросов о значении греческих ударений, пробудили в ней неприятное подозрение, что, возможно, и правда существуют тайны, недоступные женскому разумению
1 Ұнайды
Я решила тебя предупредить, потому что ты всегда идешь, куда тебе заблагорассудится, и не смотришь, где ты и что у тебя под ногами. Ты всегда видишь то, чего никто другой не видит. На тебя невозможно угодить, и тем не менее ты не видишь самых простых вещей.
1 Ұнайды
– Но он не обо всем рассуждает одинаково хорошо.
– По-моему, это свойственно только очень неприятным людям, – заметила Селия с обычной своей манерой ласкового котенка. – Наверное, жить с ними ужасно! Только подумай – и за завтраком, и всегда!
1 Ұнайды
Мелочи вовсе даже не многозначительные поддаются бесчисленным истолкованиям, и для искренних и увлекающихся молодых натур любая мелочь оборачивается источником удивления, надежды, доверия, необъятных, как небо, и расцвеченных распыленными частицами фактов. И далеко не всегда они грубо обманываются. Ибо даже Синдбад благодаря счастливому стечению обстоятельств время от времени рассказывал правду, а неверные рассуждения иной раз помогают бедным смертным прийти к правильным выводам – отправившись в путь не оттуда, откуда следовало бы, петляя, двигаясь зигзагами, мы порой попадаем точно к месту нашего назначения
1 Ұнайды
– Ах, как мистер Кейсобон некрасив!
– Селия! Я еще не видела мужчины столь благородного облика! Он удивительно похож на портрет Локка. Те же глубоко посаженные глаза!
– А у Локка тоже были две волосатые бородавки?
– Может быть, и были – на взгляд людей определенного рода! – отрезала Доротея, отходя к окну.
– Но у мистера Кейсобона такой желтый цвет лица!
– И прекрасно. Тебе, вероятно, нравятся мужчины розовые, как cochon de lait[14].
1 Ұнайды