Во второй — с ошеломлением окунается в атмосферу сложных взаимоотношений, режиссируемых политиками, которым он не без оснований «не доверяет» (лейтмотив «Я не доверяю политикам» — у Реннета и «Я верю нашим политикам» — у Гончарова пронизывает всю картину).
В одном из ранних интервью Дворжецкий, отвечая на вопрос о мечте, улыбался и говорил: «Хочу, чтобы цветущий остров Сахалин отдали детям и устроили на нем нечто вроде Диснейленда — ведь на Сахалине есть все переходные климатические зоны.
По сути, это ведь очень по-булгаковски: перебить откровенный фарс внезапным лирическим жестом, драму — комедией, бурлеск — интонацией подлинного отчаяния, сон — явью, жизнь — смертью и наоборот.
каторжная Сибирь до поры до времени была фактически островком свободы в Советской России. Дальше Сибири не сошлют, а Сибирь — родной дом, поговаривали омичи.
