Оглавление

Все описываемые события полностью вымышлены.

Глава первая «Conversion error»

В конференц-зале было тихо. И тишину эту с полной уверенностью можно было назвать зловещей. Затишьем перед бурей. И воцарилась она после завершения демонстрации рекламного ролика конкурирующей компании. С первых же минут после начала показа всем присутствующим стало ясно — это совещание им запомнится надолго, если не навсегда.

— Ну и что вы на это скажете? — Игорь Загорский, глава компании, обвёл своих подчинённых тяжёлым взглядом. Все прекрасно знали этот взгляд шефа, и он не сулил ничего хорошего.

— Как всё это называется, меня интересует? — тон Загорского соответствовал взгляду и тоже ничего радужного не сулил.

— Пиар-компания? — предположил один из сотрудников.

— Именно! — кивнул Загорский. — Пиар! А что это значит? — он ещё раз обвёл всех присутствующих своим тяжёлым взглядом. Сидевшие за длинным столом сотрудники напряглись. — Никто не хочет сказать?

Молчание становилось всё более неловким. Признать очевидное так никто и не отважился.

— Что-ж! — мрачно сказал Загорский. — Так я и думал! Сказать вам нечего!

— Может всё это постановка? — предположил один из подчиненных. — Просто пыль в глаза пустить?

— Пыль в глаза пустить?! — вышел из себя Загорский. — Это у вас уже пыль в глазах, если вы реальную картину от постановки отличить не можете! Пока вы в своих кабинетах стулья протираете, беспилотные фуры наших конкурентов уже на трассы вышли! И об этом публично заявлено! Если они уже снимают рекламные ролики, значит им есть, что показать широкой публике! А что есть у нас?!

— Наш проект находится на завершающей стадии, Игорь Николаевич, — ответил молодой программист Василий Громов.

— Я это уже слышал! — отмахнулся Загорский. — Вопрос в том, когда я наконец увижу что-нибудь?

— На это нужно время, Игорь Николаевич, — ответил Громов. — Всё требует более тщательной отладки и проверки!

— Сколько этих проверок уже было! — воскликнул Загорский. — Сколько средств уже потрачено, а твой искусственный интеллект в состоянии сдвинуть с места только «запорожец», и то, лишь в том случае, если ты вместе со своим отделом будешь его толкать!

За столом послышались тихие смешки. Загорский посмотрел на собравшихся и смех мгновенно стих.

— Вам смешно, — сказал он, — а вот мне не до смеха! Инвесторы требуют результатов, или грозятся прекратить финансирование проекта!

— Результаты будут! — твёрдым тоном сказал Василий.

— Вопрос в том — когда они будут? — спросил Загорский. — Сроки уже ощутимо поджимают!

— Я уложусь в эти сроки, Игорь Николаевич! — заявил Василий. — Осталось довести до ума интерфейс программы, и можно будет приступить к тестам.

— А исходя из этих тестов выяснится, что необходимо провести повторную доводку программы! — сказал Загорский. — А это опять же время, которого у нас уже почти не осталось!

— Доводка кода не займёт много времени! — в диалог вмешался Артур Морозов. — У меня есть идеи по этому поводу, которые позволят существенно ускорить процесс!

Василий Громов посмотрел на коллегу полным раздражения взглядом, но промолчал.

— Опять идеи! — рявкнул Загорский. — Когда мне нужен результат!

— Если бы меня не отстранили от разработки, результат уже давно бы был! Это ведь изначально была моя идея! — выпалил Морозов.

— Артур, ты забыл, чем эта твоя идея обернулась? — поинтересовался Загорский. — Тебе напомнить, во сколько нам обошлась ваш с Олегом проект? Так что теперь ты либо работаешь под руководством Громова, либо не работаешь здесь вообще!

Артур молча сел на своё место, закипая от бессильной ярости. Василий Громов торжествовал — невзирая на сложившуюся ситуацию у него было время довести всё до ума. Этот проект по своему размаху и амбициозности не шёл ни в какое сравнение с его предыдущими работами, и поэтому тут требовалось гораздо больше сил, средств и времени. Но Загорскому этого было не понять, он был далёк от технических вопросов, ему был нужен лишь результат, о чем он неустанно напоминал на каждом совещании, включая сегодняшнее. Только от его напоминаний толку было мало, а объяснять ему всё нюансы проекта значило лишь впустую тратить время.

Сразу после совещания Василий отправился в свой кабинет, не став утруждать начальника техническими подробностями, и тем самым раздражать его ещё больше. Несмотря на весь проделанный труд впереди было ещё много кропотливой работы, и гораздо рациональнее было потратить время на неё, чем на попытки объяснить шефу все тонкости и сложности проекта.

Оказавшись наконец в своём рабочем кабинете, Василий без долгих раздумий поудобнее устроился в своём любимом кресле и включил компьютер. Тишина наполнилась тихим шёпотом кулера охлаждения центрального процессора. Василий дождался загрузки операционной системы и, хрустнув пальцами, приступил к работе. К звуку работающего кулера добавился дробный стук пальцев по клавишам. Его пальцы бегали по клавиатуре, отчего кисти рук были похожи на двух беспокойных пауков, взгляд был сосредоточен на мониторе компьютера. Курсор, мерцая, убегал вперёд, оставляя позади себя бесконечный шлейф из символов, которые складывались в понятную лишь программисту картину. Часы на панели задач безмолвно отмеряли минуты. Курсор всё так же убегал вперёд, оставляя за собой строки кода. В стук клавиш иногда вплетались тихие щелчки мыши. Впереди было ещё немало работы, но дело уверенно продвигалось вперёд.

***

В отведённой для курения комнате было пусто и тихо — она почти не пользовалась спросом среди сотрудников и потому по своему прямому назначению использовалась крайне редко. Артур всегда приходил сюда для того, чтобы побыть вдали от посторонних глаз и остаться наедине со своими мыслями. И сегодняшний день тоже не стал исключением.

Как и следовало ожидать, после всех этих событий ситуация складывалась не в его пользу. Проект доверили молодому и амбициозному Громову, поставив тем самым на их команде жирную и безоговорочную точку. Конкуренция в крупной фирме явление неизбежное. Впрочем, тут следует вспомнить ещё один факт — ничто не длится вечно. И потому работать под началом Громова Артур не собирался. У него был свой козырь. Свой туз в рукаве. Заветная флешка. И теперь хранившаяся на ней информация всецело принадлежала только ему одному! И Артур Морозов прекрасно знал, как именно этой информацией следует распорядиться! Его бывший деловой партнёр Олег был альтруист, каких поискать. Всё для всех и всем на благо! А когда лучшему другу понадобилась помощь, он и слушать ничего не захотел о том, чтобы выгодно продать их проект тем, кто готов был заплатить за него солидную сумму! Но Олег и слушать ничего не хотел, в результате чего всей их работе и давней дружбе пришёл конец. Ну и пусть, у Артура теперь совсем другие планы!

— Простите, я вам не помешал? — Артур круто обернулся. На пороге стоял тот, о ком Артур только что вспоминал — Василий Громов. Что называется лёгок на помине.

— Не помешал! — буркнул Артур. — Я всё равно уже хотел уходить.

— Нет, постойте! — окликнул его Громов. — Я хотел поговорить с вами!

— О чем нам разговаривать? — Артур обернулся, стоя у двери.

— О проекте! — быстро заговорил Громов, словно опасался, что Артур не дослушает до конца и не проникнется его планом. — Я могу вам помочь! Я знаю, вы теперь работайте один и…

— И меня всё устраивает! — перебил его Артур.

— Как? — удивился Василий, явно не ожидавший такого ответа. — Вы же с Олегом Викторовичем работали вместе, и я думал…

— Вы неправильно думали! — снова перебил его Артур. — Послушайте, молодой человек, у нас с Олегом были разные взгляды на нашу работу, и то, чего хотел он, этого хотел только он, а я преследую иную цель!

— Понятно! — вздохнул Василий. — То есть вы не хотите объединиться.

— Да, не хочу, — кивнул Артур. — Я нашу работу видел несколько иначе, чем Олег, так что и с вами нам вряд ли будет по пути.

— Понятно! — снова кивнул Василий. — Ну, тогда извините!

— До свидания! — Артур первым вышел из комнаты и закрыл дверь.

Объединиться! Тут даже дураку станет понятно, для чего Громову это нужно! Заполучить те самые данные, результат долгой совместной работы с бывшим теперь уже другом Олегом. О том, что флешка с бесценной информацией досталась Артуру не совсем честным путём, он старался не думать. Ни к чему. Ситуация тогда была такая, что иного выхода не было. Впрочем, его и сейчас нет. Поэтому нужно было идти до конца и использовать то, что хранилось на флешке. Нужно действовать. Теперь Артуру никто не помешает.

Он вышел из здания компании на улицу. Вокруг него был жаркий день середины лета, но кто и когда будет обращать на это внимание посреди города-миллионника? В таких крупных городах люди думают совсем о другом. Это Москва, тут в безумном ритме жизни на философские размышления просто нет времени. Артур не любил этот сумасшедший ритм столицы, поэтому жил он в соседней области. Вот и сейчас он влился в плотный человеческий поток, и увлекаемый этой живой рекой устремился ко входу в метро. Добравшись до Казанского вокзала, он устроился в вагоне электрички и расслабился. Москва с её извечным хаосом оставалась позади, а впереди были почти три часа дороги. На вокзале родного города Артур заказал себе такси и добрался до дома почти без приключений, если не считать того, что на Первомайском проспекте он угодил в пробку. Рязань медленно, но верно превращалась в Москву.

Но всё когда-нибудь заканчивается — солнце благополучно миновало зенит, когда Артур оказался наконец в родном дворе. Там всё было без изменений — лавочки, окружённые девятиэтажками и занятые любителями обсудить всё и вся, детвора, увлечённая играми.

Артур, не став здороваться с соседями вошёл в родной подъезд и добравшись до нужного этажа вошёл в свою квартиру.

— Привет! — Лена вышла в прихожую. — Ну, как дела?

— Оптимистично! — улыбнулся Артур. — И скоро всё будет хорошо!

— Надеюсь на это! — Лена улыбнулась в ответ. — Есть будешь?

— Да! — кивнул Артур. — Голодный, как зверь! А впереди много работы!

Из кухни доносился соблазнительный аромат домашней еды. После столичных фаст-фудов даже простая яичница была прекрасной. Умывшись и переодевшись Артур набросился на еду.

— Как там Тима? — спросил он, закончив ужин и положив в раковину пустую тарелку.

— Как всегда! — ответила Лена. — Весь день провёл дома!

— У врача были? — спросил Артур.

— Да, — кивнула Лена. — Всё без изменений! Сам знаешь, нужно лечение.

— Знаю! — Артур утвердительно кивнул головой. — И уж поверь, я всё делаю для того, чтобы это лечение состоялось!

— Верю, — Лена с грустью вздохнула. — Он так ждёт!

— Недолго осталось ждать! — Артур встал из-за стола, обнял супругу. — Сделаю этот заказ, получу деньги, поедем на море после операции. Всё будет хорошо!

— Зайдешь к нему? — спросила Лена.

— Конечно зайду! — Артур высвободился из объятий жены, и выйдя из кухни зашёл в комнату сына.

— Папка! — сын вскочил с дивана и заключил его в объятья.

— Привет! — улыбнулся Артур. — Ну как, не скучал без меня?

— Скучал! — ответил Тимофей. — Почему ты так надолго уезжаешь?

В голосе сына послышался упрёк.

— Работа такая, сынок, — вздохнул Артур.

— Ты обещал в кино сходить! — сын посмотрел на него так, как умел смотреть только он и его мать. У него были глаза Лены.

— Конечно сходим, Тим! — улыбнулся Артур. — Вот решу рабочие вопросы, пойдём куда угодно! И в кино, и в Кремль!

— Скорее бы! — вздохнул сын.

— Сынок, ну что ты? — Артур посмотрел на сына. — Всё будет замечательно! Я всё для этого делаю!

— А в Москву мы уже скоро поедем? — сын с надеждой посмотрел на него.

— Скоро! — улыбнулся Артур. — Совсем скоро!

Эта поездка была очень важна для всей их семьи. И Артур был готов на, всё, чтобы она состоялась. И потому после разговора с сыном он не стал откладывать дело в долгий ящик. Все необходимые данные были у него. Осталось только привести программу в требуемый заказчиком вид. И Артур незамедлительно приступил к работе. Вставив накопитель в компьютер, он с удовольствием обнаружил, что все файлы были на месте. Открыв редактор, он принялся за работу. Инновационная интеллектуальная система, которую они втроём когда-то разрабатывали, должна была совершить прорыв, став единственной и неповторимой, лучшей из лучших. Автором всего проекта был Олег, и именно он написал основной код. У будущей программы ещё даже не было названия, и во время их последней беседы Олег назвал её Фантомом. Искусственный интеллект Фантом.

— Вот ты значит, как хотел, — хмыкнул Олег. — Фантом, значит. Ну-ну!

Артур даже пожалел о том, что бывший друг и партнер, теперь надёжно запертый в психоневрологической лечебнице, не узнает о том, что его детище в скором времени станет чем-то большим, чем простая интеллектуальная система.

— Так бездарно использовать такой потенциал! — пробормотал Артур, попутно изменяя исходный программный код. — А ты так и не понял, что мы могли бы вместе создать! Не захотел понимать! Ты так и не смог увидеть в нашем деле то, что увидел я!

С этими словами Артур запустил заранее написанную им программу-преобразователь, которая должна была переписать исходник, воплотив тем самым в жизнь его давнюю задумку. И задумка эта была разрушительна, как вулкан Кракатау. Вирус. Мощный компьютерный вирус. Вот чего от Артура требовали заказчики, вот за что они готовы были заплатить весьма внушительную сумму. Вирус, который был бы не по зубам ни одному файрволлу и антивирусу. Вирус, который по задумке создателя мог стать в цифровом пространстве чем угодно, и подчинить себе даже самые защищённые в мире серверы, оставаясь при этом недосягаемым, незаметным для защитного программного обеспечения. Вот только для этого не хватало буквально самой малости — одарить вирус разумом, для чего идеально подходил написанный Олегом код. И теперь Артур с удовлетворением наблюдал за процессом, который разворачивался на мониторе компьютера. Наблюдал, как его задумка воплощается в жизнь.

— Эх, Олег! — вздохнул Артур с притворным сожалением. — Как жаль, что тебе не довелось присутствовать при таком великом собы…

Артур не договорил, в недоумении уставившись на монитор компьютера.

«Conversion error» — говорилось во всплывающем окне.

— Что за черт? — пальцы Артура забегали по клавиатуре. — Какая ещё ошибка?

Что он упустил? Что сделал не так? Он ведь всё проверил! Видимо, Олег уже успел что-то изменить, иного объяснения попросту не было! Даже сейчас некогда лучший друг умудряется вставлять палки в колёса!

— Чего же ты добиваешься? — процедил Артур сквозь зубы. — Неужели думаешь, что так ты сможешь мне помешать?

«Conversion error»

Артур выругался. Ну не могло тут быть ошибки! Но программные алгоритмы безжалостны — если что-то не так, они не будут работать, как бы их не умоляли. Они не будут работать, пока не устранена причина неполадок. Не будут, и всё тут!

Оставалось только запустить процесс снова, что он и сделал. Он ещё раз всё проверил.

— А что, если… — Артур решительно ткнул в клавишу. — Что если сделать вот так?!

Перед глазами Артура вновь замелькали строки кода. Символы, уходящие в бесконечность.

— Папа, — позади раздался тихий голос сына.

— Сынок, не мешай! — отмахнулся Артур. — Я сейчас занят!

— Папа, мне только музыку перекачать на колонку!

— Говорю же — не сейчас! — рявкнул Артур.

Артур терпеть не мог, когда его отвлекали во время работы. Особенно, если работа не ладилась.

— Артур, не кричи на ребёнка! — в комнату тут же ворвалась Лена. — Тебе что, на пять минут компьютера жалко?

— У него вообще-то свой есть! — возмутился Артур, помимо своей воли втянутый в семейный конфликт.

— Артур! — в голосе супруги лязгнула сталь.

— Нашли время! — Артур с досадой свернул окно и встал. — Сынок, только быстро! И на панели задач не тыкай никуда!

— Спасибо, папа! — Тимофей занял его место, и подключил к компьютеру колонку.

— Только быстро! — нетерпеливо сказал Артур.

— Пусть пользуется, сколько нужно! — заявила Лена, выходя из комнаты.

— Да мне же работать надо! — раздражённо рявкнул Артур, выходя следом за ней.

— А твоя работа ради ребёнка что, подождать не может? — спросила Лена.

— Да, не может! — взорвался Артур. — Потому что эта работа ради него!

Голоса родителей доносились из-за закрытой кухонной двери. Они опять ссорились. В последнее время они часто стали ссориться. Тимофей прекрасно знал, из-за чего ругаются родители, но поделать с этой ситуацией он ничего не мог. В такие моменты он всегда уходил во двор, подальше от всего этого. Вот и сейчас, увидев уведомление о завершении копирования он поспешно отсоединил колонку и вышел из комнаты. Уведомление светилось на рабочем столе ещё несколько минут, пока не исчезло.

«The conversion is complete. The backup has been completed»

Глава вторая. Первая встреча

Это был солнечный день середины лета. И его с полной уверенностью можно было назвать судьбоносным — сначала я увидел его, потом — встретил еë. Но не будем забегать вперёд, обо всём по порядку. Итак, вокруг меня было тёплое и прекрасное лето во всей своей красоте. Здорово было даже просто жить на белом свете, видеть безмятежный мир вокруг. Я стоял напротив него, не в силах оторвать взгляд. Он был превосходен, нетронутый, безупречный, с почти нулевым пробегом. И он был моим — ключ-брелок у меня в руках являлся, прямым тому подтверждением. Как вы уже наверняка догадались, речь идёт о машине. Это был КамАЗ-54901, новейшего, пятого поколения. Один на всё предприятие, и достался он именно мне. Водители старой закалки брать его не стали — не хотелось им разбираться в многочисленных электронных системах тягача. Так всегда бывает — предыдущее поколение с опаской и недоверием относится к новшествам прогресса и уже вряд ли привыкнет. В их время такого не было. Так же было и сейчас — посмотрели, удивились, махнули рукой — дескать, пускай молодёжь со всем этим разбирается. В общем, мне выдали на руки инструкцию, ключ-брелок, и предупредили, чтобы я был осторожен, и ничего не попортил в новой и жутко дорогой технике. Даже не верилось, что это — «КамАЗ». Но это был он! Высокий, статный серебристый красавец, с его огромной чёрной фальшрешеткой радиатора, диодными фарами, плавными изгибами линий кабины, он всем своим видом олицетворял стремительность и мощь, грацию и скорость. И если он так хорош снаружи, что же ожидало меня внутри? А что мучить себя предположениями? Это моя тачка, и я могу с лёгкостью всё увидеть! С этими мыслями я решительно нажал на кнопку разблокировки дверей. К машине помимо электронного ключа прилагался ещё стандартный, но зачем он теперь, если тягач, подобно современной иномарке, открывался и заводился нажатием кнопки? При виде того, что мне открылось в кабине, я замер в нерешительности. Даже разуться захотелось, чтобы не лезть внутрь в грязной обуви. И душ принять, настолько внутри всё было чистым, новым и нетронутым. Прикасаться к непорочному казалось варварством и вандализмом, но я смог пересилить себя и забраться внутрь. Это был одновременно отель люкс и космический корабль со всеми своими датчиками. И глядя на всё это я отчётливо понял — будущее наступило. Ведь судите сами, в далёкие семидесятые годы прошлого века, когда с конвейера Камского автогиганта выезжали грузовики первого поколения, они тоже были техникой завтрашнего дня! А такие автомобили, как сейчас, тогда были лишь плодом воображения, мечтой! А сейчас — вот он! Я сижу за его рулём и мне это не снится! Вот оно, будущее, которое теперь стало настоящим. Новым, и в тоже время досягаемым. Как писал в одной из своих книг Стивен Кинг, запах новой машины — это лучший запах в мире, не считая запаха гнили. И тут пахло именно так — новизной. Новой обивкой сидений, обивкой салона, новизна — она была здесь повсюду. Этот запах невозможно было описать словами, как-то охарактеризовать. Его можно лишь почувствовать самому. Я сделал глубокий вдох, моя рука легла на руль. Грузовик будто звал меня прокатиться, словно конь, который застоялся в стойле и жаждет вырваться на волю. Что-ж, зачем же в таком случае медлить?! Я решительно вставил ключ-брелок в слот, и грузовик ожил — вспыхнул сенсорный дисплей бортовой интеллектуальной системы. В двух словах — на борту тягача имелся если не компьютер, то полноценный планшет уж точно. Там было всё — начиная от диагностики, и заканчивая интернетом и телефоном. Боковых зеркал у машины тоже не было — их сменили камеры, картинка с которых передавалась на два дисплея. И уж насколько я современный человек, но даже я выпал в осадок от того, до чего техника дошла! После нажатия кнопки запуска ожила приборная панель, вспыхнули на короткий миг индикаторы. И, вот он, момент истины — я нажал на кнопку второй раз и услышал плавный рокот двигателя. Ну, поехали! Я снял машину с тормоза и задав автоматической коробке передач нужный режим плавно надавил на педаль акселератора. Сказать, что я почувствовал себя так, словно находился в самолёте — это ничего не сказать! Если закрыть глаза, можно было представить, что ты медленно плывёшь, настолько плавно он шёл. На дороге я прибавил газу, и сразу стало веселее. Угадайте, кем я себя чувствовал в этот момент? Серьёзной шишкой с личным телефоном в машине. И телевизором. И вообще всеми благами цивилизации за исключением места для размышлений. И я нисколько не преувеличиваю — здесь вполне можно было жить! Не машина, а квартира-студия, ей Богу. И главное — жить где угодно, куда приедешь, а управлять тачкой могла даже блондинка: теперь ей не нужно было думать, что делать с третьей педалью, когда у неё ножек — всего две. Так, не переставая радоваться новой машине, я добрался до родного дома и даже смог припарковаться во дворе, хотя обычно там яблоку негде упасть.

В кабине было настолько здорово, что выходить нисколько не хотелось. Да и смысла не было — скоро всё равно ехать на вокзал, навстречу своему счастью. Я же говорил, что это судьбоносный день? Сначала я встретил его, а теперь — поеду встречать её! Ну и настала пора про неё рассказать. Как известно, люди встречаются, люди влюбляются, женятся. Однако теперь всё иначе — люди находят друг друга в социальных сетях, добавляются в друзья, начинают общаться, и понимают, что нашли друг друга, вопреки тому мнению, что знакомства во всемирной паутине — это авантюра. И ты понимаешь, что без этого человека жизнь уже вряд ли станет прежней. Тебе хочется оказаться по ту сторону экрана, чтобы быть рядом с той, о которой всегда мечтал. Обнять, прижать к себе и никогда больше не отпускать. И совсем уже скоро этот долгожданный момент наступит — нас больше не будет разделять расстояние. Часы на дисплее отмеряли время до её прибытия. С одной стороны я сгорал от нетерпения, а с другой — волновался, ведь я еду встречать девушку, которую увижу вживую после стольких лет общения в Сети. Что это будет? Как это будет? Да долой все сомнения, замечательно всё будет! Я отодвинул сидение и вальяжно положил ноги на руль — моя тачка, что хочу, то и делаю! Не без удовольствия я наблюдал в зеркала-дисплеи, как дворовая детвора с восторгом рассматривает мой грузовик. И лишь одному из них до всего этого не было никакого дела — Тимофей, как всегда держался особняком. Общение с детьми не моя сильная сторона, но с ним я, как вы, уже поняли, был хорошо знаком. Он сидел на лавочке и был занят каким-то своим делом. Я вышел из машины и сел на лавочку рядом с ним.

— Привет! — улыбнулся я. — Чего грустный такой?

— Привет! — он улыбнулся мне в ответ. — Да вот, закачал у папы с компа музыку, а она играть не хочет!

— Совсем не хочет? — спросил я.

— Совсем! — кивнул мальчишка с грустью посмотрев на колонку.

— Да ладно тебе нос вешать! — улыбнулся я. — Пошли посмотрим, что там с твоей колонкой!

— Это что, твой? — он восхищённо посмотрел на КамАЗ.

— Ага! — я кивнул. — Залезай, сейчас разберёмся с твоей музыкой!

— Слушай, классно у тебя тут! — воскликнул Тимофей, оказавшись внутри.

— А ты думал! — улыбнулся я. — Шнур у тебя с собой? Сейчас подключим, тут стереосистема должна твои песни увидеть!

Шнур у мальчишки с собой был, а вот песен на колонке не оказалось — бортовая система грузовика ничего не воспроизвела.

— А ты туда точно песни закачал? — поинтересовался я.

— Точно! — категорично заявил он.

— Может у тебя колонка уже свою песенку спела? — предположил я.

— Или ваша система глючит? — мальчишка не полез за словом в карман.

— Да с чего ей глючить? — удивился я. — Машина практически нулëвая!

— Значит, дело действительно в колонке! — вздохнул он.

— Да не парься! — улыбнулся я. — Сам знаешь, что в таких случаях делать — форматни её и запиши всё заново, может и запоет.

— Видимо придется! — кивнул он. — Ну, пойду тогда с ней разбираться, спасибо за помощь!

Я снова остался в гордом одиночестве. И для того, чтобы это одиночество скрасить, я решил побаловать себя музыкой. И вдруг, как в песне Сергея Шнурова, тут случилось «но» — музыка в машине включаться не пожелала. Ключ-брелок был на месте, питание работало без перебоев, а вот с бортовой интеллектуальной системой творилось странное — экран либо не реагировал на мои прикосновения, либо реагировал неадекватно.

— Так! — с раздражением заявил я. — Ну и что с тобой происходит?

Конечно же машина мой вопрос проигнорировала. Я тыкал в значки на дисплее и всё больше выходил из себя — что за шутки, в самом деле? Да, не зря видимо, никто кроме меня не горел желанием обзавестись новой техникой — она оказалась с огромным приветом! Я даже растерялся, взял инструкцию, но в ней ни о чем подобном не упоминалось. Я положил её на место, помянув крепким словом всех составителей этой бесполезной макулатуры. Что-ж, буду лечить как умею, а умел я только выключить и включить обратно. После приветственной заставки на экране вспыхнула надпись — «Data received. Installation completed. The system has been updated». Все, можно выдохнуть, а то я уже подумал, что началось восстание машин! Так, ладно, если сюрпризов больше не будет, то можно ехать на вокзал! Сюрпризов не было — грузовик завёлся и довёз меня до пункта назначения без приключений. Городской автовокзал — это место со своей непередаваемой атмосферой: извечный шум голосов, гул автобусов, и периодические объявления об отбытии и прибытии. И на мой взгляд самое интересное — это разное настроение, в зависимости от того, для чего вы здесь — провожать, или встречать. Я встречал и потому испытывал приятное волнение. Вот честное слово, даже вечернее солнце ярче светить стало! Я её увижу! И уже совсем скоро! Нужный мне автобус должен был прибыть с минуты на минуту.

«Восьмая платформа, Нижний Новгород!» — ну вот, пожалуйста! Я увидел, как на площадку заруливает повидавший многое на своём веку автобус, как он останавливается, выпуская из своего нутра пассажиров. Вот она! Я сразу понял, даже с такого расстояния, что это она — девочка с красным чемоданом на колесиках, в джинсовой жилетке и кепке со стразами. Я медленно шёл к ней навстречу, она увидела меня.

— Ну что? — она улыбнулась. — Вот и встретились!

— Ага! — мне от волнения нелегко давались слова. Это был наш первый разговор вне Сети. Интернет не солгал — она оказалась так же красива и в жизни. Я обнял её, прижавшись губами к её волосам. Я так долго ждал этого дня!

— Серёжа, ну нашёл место! — она обняла меня в ответ. — Народ же кругом!

— Да пошли они все! — прошептал я.

Я не могу сказать, сколько времени мы так простояли. С сожалением выпустив её из своих объятий, и повёз её чемодан к машине. Радость от встречи переполняла меня, и я до сих пор не мог поверить в то, что держу её за руку, и не нужно теперь смотреть в экран телефона для того, чтобы её увидеть. Ущипните меня семеро, честное слово!

— Это он? — Маша восхищённо глядела на грузовик. — Про него ты рассказывал?

— Он самый! — кивнул я. — И никакого «мерса» не надо!

И тут я не преувеличивал — этот «КамАЗ» был почти полностью скопирован с немецкого «актроса».

— Ну круто! — она восторженно оглядывала салон. — И классно!

— Поехали! — воскликнул я, включая двигатель. И тут опять случилось «но» — зумер пикнул, двигатель не включился. Как вовремя, чтоб тебя!

— Да ну чего ты! — с досадой воскликнул я. Маша с интересом наблюдала за происходящим. Я снова ткнул в кнопку — результат был тот же. Я посмотрел на дисплей приборной панели — там горели все индикаторы, и означало это лишь одно — у тягача вышло из строя абсолютно всё, что могло сломаться!

— Может такси вызовем? — спросила Маша.

Я в ответ припомнил то самое волшебное слово, после произнесения которого любая техника приходила в себя. И да, я человек воспитанный, если что. Очередная попытка увенчалась успехом — то ли слово подействовало, то ли судьба решила сжалиться надо мной, и до дома мы добрались без приключений.

Вечером мы сидели на лавочке во дворе и грешили распитием пива. Вернее, я грешил. Вокруг нас вовсю цвела и пахла высаженная жильцами фауна, я обнимал Машу, и до сих пор с трудом верилось, что всё это — не сон. Я боялся её отпускать! Боялся, что она исчезнет! Какая глупость! Хотелось сидеть так час, два, день, неделю, всю жизнь, только не отпускать. Моё! Всё моё, такое родное, до боли знакомое! Телефон проигрывал её любимую песню, которую мне было не понять — нас разделяло пять лет, и потому я любил совсем другую музыку, люто презирая почти всю нынешнюю эстраду. Мы говорили о всяких глупостях. Нам было на всё наплевать, как говорится — и пусть весь мир подождёт. Ничего мне в этот вечер было не надо, я был по настоящему счастлив, впервые за много лет. Я был настолько счастлив, что совершенно забыл о законе подлости, а его, как известно, никто ещё не отменял! Всю романтику нарушил мой сосед. Как говорится, недолго музыка играла. Он без ложной скромности и сарказма человек просто замечательный, вот только имеется у него одна особенность — почти всегда появляться там, где его никто не ждёт. Вот как сейчас, например. От него тут же поступило предложение продемонстрировать нам красоты местного Кремля. Маша была не против прогулки, и потому мне ничего другого не осталось, кроме как отдать себя на растерзание судьбы. Как я и предполагал — прогулка обещала быть долгой: Рязанский Кремль, конечно. не московский, но всё-таки это Кремль, потому посмотреть было на что. Да и шли мы медленно.

Миновав Глебовский мост и Соборную колокольню мы вышли к набережной и стоя у ограждения любовались рекой. Вечер был прохладным и почти тихим, если не считать хорового выступления лягушек. С полной уверенностью можно было сказать, что прогулка удалась. Мой глубокоуважаемый сосед в красках поведал нам множество фактов и подробностей, так что даже мне стало интересно, хотя я далёкий от всего этого человек. Мне казалось, что время в этом месте замерло. Что вот-вот из-за угла нам навстречу выйдут обыватели тех лет, той Руси. Я тряхнул головой, чтобы прогнать из своего сознания эту жуткую в своей реалистичности иллюзию. Мне с моей фантазией нужно было идти в писатели, а не становиться водителем. Хотя, никогда не поздно начать! А что? Напишу книгу, прославлюсь и стану знаменит! Ага, и закончу жизнь, как и большинство творческих людей — в депрессии, вызванной непониманием окружающих. Нет уж, не надо мне такого счастья. Хоть я и Сергей, но не Есенин. Так что славы мне не видать, и в бронзе меня, как Есенина, не увековечат. Бронзовый поэт, раскинув руки в стороны, устремил свой задумчивый взгляд в направлении родного села — Константинова. Казалось, что в этом неживом взоре трепетала душа, будто это был не бронзовый бюст, а сам Есенин стоял перед аудиторией, и готовился прочесть свои стихи. Ещё мгновение и с бронзовых губ монумента сорвутся слова о позабытых родимых далях, о том, что грубым даётся радость, а нежным — печаль. А мне — ничего не надо. Мне — никого не жаль!

Когда мы вернулись с прогулки на небе уже были видны первые звёзды. Во дворе горел фонарь. Для полноты картины лишь аптеки не хватало.

— Ну как, понравился Кремль? — спросил сосед у Маши.

— Очень! — кивнула она. — Я не жалею, что приехала!

— Спасибо за прогулку, Геннадий Павлович! — сказал я. — Правда у меня после такого марш-броска ноги отваливаются!

— Нужно больше ходить, а не на лавочке сидеть! — поучительно сказал сосед. — Тогда и ноги болеть не будут!

— Человечество миллионы лет эволюционировало, изобретало колесо, для того чтобы я в итоге таскался пешком? — с сарказмом спросил я. — Нет уж, дудки, я лучше за рулём!

С этими словами я похлопал по двери своего тягача.

— Это твоя машина? — спросил сосед, оглядев КамАЗ.

— Моя! — с гордостью кивнул я. — Так что пусть пешком другие ходят, а я проедусь!

— А я всё думаю, кто это двор превратил в стоянку грузовиков! — усмехнулся сосед. — Ну, поздравляю!

— Спасибо! — улыбнулся я. — Ну, мы, пожалуй, пойдём! Спокойной ночи!

Да, сказать, что этот день выдался насыщенным — это ничего не сказать!

Интерлюдия

Во дворе не было ни души, только одинокий сверчок выводил свою извечную песню. Казалось, что жизнь замерла, но это было не так — тихо пикнул домофон, дверь подъезда одного из домов открылась, во двор вышел человек. Он осторожно оглянулся, словно опасался того, что за ним могут наблюдать, но окна окружающих домов были темны и безжизненны. Украдкой подошёл к фонарю, вновь огляделся, словно искал или ждал кого-то. Но всё было наоборот — ждали его. Возле серебристого тягача стояла чёрная «ауди». Артур подошёл к человеку, курившему возле машины.

— Ну, доброй ночи, Артурчик! — поприветствовал его этот ночной визитëр. — Как продвигается дело?

— Двигается! — буркнул Артур.

— И когда будет результат? — вкрадчивым тоном поинтересовался человек.

— Скоро! — ответил Артур.

— Скоро только кошки родятся! — человек презрительно сплюнул. — Артур, что за дела? Сколько нам ещё ждать?

— Вы сами знаете, что раньше я не мог этого сделать! — с отчаяньем в голосе сказал Артур. — Этот дурак встал мне поперёк горла!

— Раньше тебе мешал твой правильный кореш, а теперь тебе что мешает? — спросил заказчик.

— Теперь — ничего! — ответил Артур. — Данные у меня и я работаю!

— Работает он! — хмыкнул заказчик. — Работничек!

Артур хотел было возмутиться, но в машине сидели двое парней, и Артур прекрасно знал, на что эти двое дуболомов были способны.

— Наше терпение не бесконечно, Артурчик! — заказчик многозначительно посмотрел на него. — Мы уже слишком долго ждём!

«Ещё подождëте!» — хотел ответить Артур, но сдержался.

— Я всё сделаю! — сказал он вместо этого.

— Конечно сделаешь, Артурчик! — кивнул заказчик. — Тем более что это в твоих интересах!

— И обязательно мне нужно об этом напоминать? — раздражённо спросил Артур.

— Часики тикают, Артур! — из голоса собеседника мигом пропала приторная любезность. — Смотри, как бы поезд не ушёл!

Сказав это? ночной гость сел в машину и чёрная «ауди» отбыла с места действия.

Артур посмотрел ей вслед и с досадой выругался сквозь зубы. Весь его продуманный план летел, что называется, ко всем чертям, и он не мог выяснить, в чем заключается причина всего этого. Артур закурил, но тут же выплюнул сигарету и со злостью её растоптал, словно она была виновна в его проблемах. Ещё раз оглядевшись Артур покинул двор. Раздался писк домофона, с тихим стуком закрылась подъездная дверь и вновь воцарилась тишина. Горел одинокий фонарь, стояли машины, вдалеке слышались голоса редких прохожих, которым не сиделось дома в этот поздний час. В кабине серебристого КамАЗа вдруг вспыхнул дисплей бортовой системы. Вместо привычного меню на экране замелькали странные символы. Это зрелище можно было бы назвать странным, но кабина тягача была пуста, его водитель мирно спал в объятьях своей подруги, и не мог увидеть всего этого. Символы выстраивались в причудливые формы, вслед за центральным монитором замерцала приборная панель. Наконец, оба дисплея угасли. На одном из них высветилась надпись — «Initialization complete». Буквы мигнули, и текст стал русскоязычным — «Инициализация завершена». Следом за этой надписью тут же возникла другая — «Я — Фантом».

Глава третья. Рейс

Всё располагало к тому, чтобы это утро было добрым. И может для кого-то она таковым и являлось, но только не для меня. Солнце светило, птички пели, а я сидел в кабине в ожидании окончания погрузки злой донельзя. И причина была проста — мне с утра нужно было ехать в рейс, а моя милая Маша оказалась не в восторге от такого положения вещей.

— Встретиться не успели, а ты уезжаешь! — заявила она мне.

— Да, уезжаю! — кивнул я. — И ты в курсе, что это моя работа!

— Ну едь! — вздохнула она. — А я тут буду сидеть одна, как полная дура!

— А ты не сиди! — ответил я. — Сходи в Кремль, тебе же там понравилось!

— Я вообще-то к тебе приехала! — заметила она.

— А я вообще-то дальнобойщик! — парировал я. — И ты с самого начала знала, к кому ты едешь и с кем жить собираешься!

— Ой, едь уже! — отмахнулась Маша.

— Вот обязательно нужно было перед рейсом мне настроение портить! — сказал я, беря сумку и направляясь к входной двери.

По всей видимости, нужно было. Женщины, что тут ещё сказать? Суток не прошло, а я уже начинаю познавать совместную жизнь с её обратной стороны. Ну да, это ведь не только конфеты и букеты, это ещё и быт. А отношения, закалённые бытом — уже много стоят. Так что, Серёга, это ещё цветочки! Ягодки, как говорится, впереди! Крути баранку и терпи! С такими мыслями я дождался окончания погрузки и отправился в первый рейс на новой машине. Надеюсь, теперь сюрпризов не будет! Где там музыка? С музыкой веселее! Хорошая музыка — наше всё! Но стереосистема упорно не желала меня радовать. Видимо, без сюрпризов не обойдётся! Я с досадой хлопнул кулаком по консоли. Будет в этой умной раздолбайке музыка играть, или нет?! Музыка в конечном итоге заиграла. Стереосистема поведала мне о том, что совсем недавно не пускали нас в кино, а время было летнее, и в кино как раз, только не для нас шëл многосерийный «Фантомас». Тьфу ты, что это за песня такая? Её старикам слушать надо, вспоминая о былых временах и кепках-восьмиклинках, пуская при этом скупую слезу ностальгии!

«И билетёры останавливали нас, и к радости родителей, над малышами, на рекламе возле касс, смеялся Фантомас!» — выдали динамики.

Я переключал радиостанции, но везде было одно и то же — тётю просили не волноваться, так как дядя на работе, а не с кем-нибудь в кино, Светке Соколовой обещали букет розовых роз, на Канарских островах утопало всё в цветах, а Канары утопали в океане.

«Здравствуйте, товарищи! Начинаем программу телепередач на завтра!» — объявил Александр Барыкин.

Вот только телевидения мне ещё не хватало! Я с досадой выключил радио. Надо было взять свою музыку, но как всегда бывает, о мелочах вспоминаешь в самый последний момент. И о важных вещах — тоже. Из-за ссоры с Машей я ушёл не позавтракав, и теперь мой желудок выражал протест против этой голодовки. Решив уделить внимание протестующему я свернул с трассы в сторону кафе. Война войной, а обед по расписанию, как говорится. Кабина наполнилась ароматами шашлыка. Я припарковался, и поспешил к столу.

Сегодня тут было многолюдно — я приметил на стоянке «МАЗ» — бензовоз с московскими номерами, два питерских зерновоза и воронежский реф, это не считая остальных машин. Я попросил у официантки плова и шашлык, устроился поудобнее за столом в компании коллег и принялся поглощать еду. Говорили тут как всегда об одном и том же — кривой логистике, отсутствии путных заказов и идиотах на дорогах.

— Привет мужик! — поздоровался со мной пожилой водитель. — Куда путь держишь?

— В Шацк, — ответил я.

— Везёт! — вздохнул он. — А мне до Нижнего надо.

— А сам-то откуда? — поинтересовался я.

— Из Липецка! — ответил он. — А ты?

— Рязанский! — ответил я.

— Давно катаешься? — поинтересовался он.

— Год! — сказал я.

Честное слово, не любил я все эти вопросы — откуда будешь да куда едешь, мало ли что, ведь болтун — находка для шпиона.

— А, значит всё ещё впереди! — сказал он. — А кормят у вас тут вкусно! Ну бывай, спасибо за компанию!

Я продолжил трапезу, радуясь тому, что допрос закончился. Кормили тут действительно вкусно.

— Ребята, серебристая фура чья? — к столу подошла официантка с подносом.

— Моя! — ответил я. — Что, мешает кому или вам понравилась?

— Да нет! — девушка пожала изящными плечами. — Бегите, может ещё успеете догнать!

— Не понял?! — удивился я. — Куда бежать, кого догонять?

— Фуру свою! — воскликнула официантка. — Которую угоняют!

— Какого хрена?! — я посмотрел на стоянку и подскочил так стремительно, будто подо мной был не стул, а раскалённая электроплитка. Взгляду моему открылось душераздирающее зрелище — моя прекрасная фура неспеша выруливала со стоянки прямо у меня на глазах!

— Стой! — истошно заорал я. — Стой, гад! Мужики, в ГАИ звоните быстрее!

Я сорвался вслед за своей машиной. Вот это блин номер — угон посреди бела дня, да ещё и при свидетелях! Катастрофа! Да с меня начальник три шкуры живьём сдерëт и мозг съест! Да я же вовек не расплачусь! Потеря потерь, подстава подстав!

— Стой, придурок! — проорал я. — Догоню — прибью! Стой!

А неведомый угонщик словно издевался надо мной — он медленно катил по обочине, не набирая скорость, но и не позволяя себя догнать.

— Тормози, пьянь гребаная! — рявкнул я.

Тормозить он явно не собирался, так что тратить силы на крики смысла не было, тем более что силы эти были уже на исходе. И что же, фура вместе с грузом вот так вот запросто уедет от меня?!

— Помогите! — заорал я во всю мощь своих прокуренных лёгких.

И тут случилось чудо, иначе и не скажешь — позади раздался звук полицейской сирены. Честное слово, ещё никогда в своей жизни я так не радовался сотрудникам Госавтоинспекции, как сейчас! И даже при виде полицейских КамАЗ не прибавил скорости! Грузовик послушно замедлил ход и остановился, его двигатель выключился. Я подбежал к машине, рывком распахнул водительскую дверь, готовясь обрушить на голову угонщика весь свой запас ругательств, но слова комом застряли у меня в горле — кабина была пуста!

— Вот так поворот! — только и смог выдавить из себя я.

— Что случилось? — ко мне подошёл автоинспектор. — Тормоза отказали?

— Она поехала! — сообщил я и почувствовал себя полнейшим идиотом.

— Угон? — ко мне подошёл второй инспектор.

— В кабине никого! — первый уже успел заглянуть внутрь.

— Как она тогда остановилась? — второй огляделся. — Трасса ведь ровная!

— Она поехала! — вновь сообщил я.

Гаишники переглянулись и посмотрели на меня так, как будто это у меня крыша поехала.

— Что произошло вы можете объяснить? — спросил первый.

— Я сидел в кафе, и вдруг вижу, как моя фура начала выезжать со стоянки на дорогу! — честно рассказал я. — Ну я и побежал! Я бегу, кричу, а она едет и едет, чтоб её!

— То есть вы хотите сказать, кто-то проник в кабину, и поехал?

— Ну там ведь нет никого! — я развёл руками. — Вы же сами видели, товарищ лейтенант!

— Но это же невозможно! — полицейский изучал меня внимательным взглядом. — Как она могла сама выехать на трассу?

— Пройдемте! — ко мне подошёл второй.

Черт побери, лучше бы я им сказал про то, что у фуры тормоза отказали!

Мне вежливо предложили подуть в трубочку, и крайне удивились никакому результату.

— Трезвый! — резюмировал лейтенант.

— Вы никому не передавали ключи? — спросил его напарник.

Вместо ответа я продемонстрировал ему ключ-брелок.

— Без этой штучки запуск двигателя невозможен! — сообщил я. — Никак.

— Следов взлома нет! — полицейский ещё раз осмотрел кабину.

Они перетрясли «КамАЗ» буквально до последней гайки, дважды проверили документы и даже открыли фуру, благо она не была опломбирована, но результат был по прежнему никаким.

— Чертовщина какая-то! — подытожил лейтенант.

Я был с ним целиком и полностью согласен. Им не оставалось ничего другого, кроме как оставить меня и мою машину в покое.

— Я могу ехать? — спросил я.

— Можете! — кивнул инспектор. — Объяснительную напишите пожалуйста, и всё.

— Так и писать, что сама поехала? — уточнил я.

— Пишите про отказ тормозов! — махнул рукой инспектор.

— Напишу, — кивнул я. — На работу только не сообщайте пожалуйста.

Получив от меня объяснительную, полицейские пожелали мне счастливого пути и уехали. Я остался один на один с машиной.

— Что-ж ты творишь? — спросил я у неё, но ответа, конечно же, не получил. Нужно было садиться в кабину и ехать дальше, но мне этого абсолютно не хотелось. На душе было жутко. Неужели я боялся? Пересилив себя, я забрался в кабину и ещё раз всё осмотрел — ничего подозрительного не обнаружилось.

— Ну и что теперь? — спросил я, обращаясь скорее к самому себе, чем к грузовику. — Давай, поиздевайся надо мной!

Дрожащей рукой я вставил брелок в слот и запустил двигатель. Ничего не произошло — машина завелась как положено. Сделав глубокий вдох, я надавил на газ. Мои руки дрожали, когда я взялся за руль, но всё было тихо и спокойно. Чудеса по всей видимости благополучно закончились. Я добрался до места назначения без эксцессов и вскоре страх прошёл. Началась стандартная в таких случаях бюрократия — сдача груза с рук на руки. И вот тут опять начались проблемы — то у них компьютер завис, то нужного человека на месте не оказалось, то ключи от склада никак не находились.

В общем выехал обратно я только поздней ночью, поминая «добрыми» словами всю отечественную логистику. Я очень торопился домой — вдобавок ко всем моим бедам Маша на звонки и сообщения не отвечала. Быстрее бы уже закончился этот рейс! Я уже не знал, что обо всём этом думать! Моё пылкое воображение рисовало такие сюжеты, что сам Стивен Кинг удавился бы от зависти. Почему Маша не берёт трубку и игнорирует сообщения, хотя я видел, что они прочитаны? Почему? Так, спокойно, главное себя не накручивать! Всё будет хорошо! Машина сюрпризов больше не преподносила, ехать всего два часа, так что всё хорошо! Вдалеке вспыхивали огоньки фар встречных машин, которые стремительно мчались будто бы прямо на меня, но все они проносились мимо. Свет встречных фар слепил глаза, и я понял, что со мной приключилась одна из самых худших дорожных оказий — мне захотелось спать! Нет, только этого ещё не хватало! Не спать! Те, кто по роду деятельности, как и я подолгу находятся за рулём прекрасно знают, к чему это может привести. Особенно если управляешь многотонной фурой! Глаза слипались, тягач словно плыл по течению безмятежной реки, а не нёсся по трассе. Нужно было немедленно остановиться и выспаться, но как назло? до ближайшего подходящего места было ещё далеко. Держаться! Музыку и погромче!

«Кружит голову сон, встречною полосой, за спиной двадцать тонн, да напарник седой!»

Стало только хуже! Но мне было уже всё равно, окружающий мир погрузился в непроглядную тьму, которую не в состоянии были разогнать даже фары встречных машин… Очнулся я от резкого рывка. Что за чëрт?! Осознание пришло мгновенно — я задремал, и потеряв контроль над машиной чуть не вырулил на встречную! Я до сих пор не мог поверить в то, что ещё немного — и могло случиться непоправимое. Я в последний момент резко вывернул руль, я успел! Хотя неясно, как я смог это сделать в полусонном состоянии. Неужели тягач сам вырулил? Да ну, не может быть! И тут же вспомнилось, как машина ехала по обочине, а я бежал за ней. Сама ехала! От этих мыслей стало жутко, нога резко надавила на педаль тормоза.

— Что же ты такое? — тяжело дыша спросил я.

Машина была безмолвна. Я припарковался, вышел из кабины и закурил. Что творится, в самом деле? Я обошёл вокруг грузовика. Он спокойно стоял, будто выжидая. Ничего не происходило. Но того, что произошло с лихвой хватало для размышлений! Я отбросил окурок и забрался в кабину. Нужно было вернуться домой и как следует во всём этом разобраться! И я всенепременно разберусь! Успокоив себя этой мыслью, я перевёл коробку передач в нужный режим и надавил на газ. Домой. Пора домой.

В родном дворе я оказался лишь под утро. По прибытии меня вновь ждала рутина с документами. Разобравшись со всем этим, я оставил прицеп на базе и теперь припарковав тягач в переулке неподалёку шёл домой, предвкушая тёплый приём, завтрак, душ и отдых. Но едва я переступил порог родной квартиры, стало ясно, что приём мне оказан действительно тёплый — в коридоре стоял чемодан Маши. Что за дела? Она ведь разобрала свои вещи!

— Нас что, ограбили? — спросил я. — Ау!

В зале послышался какой-то шум. Воображение вновь заработало на полную катушку, открыв дверь я приготовился к самому худшему. Маша, к счастью, была жива-здорова. К несчастью — она явно куда-то собиралась.

— Что за дела? — воскликнул я. — Маша, что происходит?

— Я ухожу! — заявила она. — Ничего мне от тебя не надо! Придурок!

— Не понял? — оторопел я. — Как уходишь? Что я сделал то?!

— Сам не догоняешь? — поинтересовалась она. — Возьми да посмотри!

С этими словами она кивнула в сторону моего ноутбука, и я почувствовал, как пол уходит у меня из-под ног.

— Что, дошло да? — со злостью спросила она. — Думал, что я за тебя замуж выйду, и при разводе твою квартиру себе захапаю? Серёжа, ну и козлина же ты!

Она добавила ещё пару «ласковых слов».

— Маша, да успокойся! — я попытался обнять её, но она меня оттолкнула. Ситуация тут была — хуже губернаторской! Ну да, я волновался по поводу нашего бракосочетания и думал о всяком нехорошем, обсуждал эту ситуацию с друзьями, и что, теперь меня за это повесить? Но ей этого было не объяснить. Я второй раз в жизни в полной мере ощутил, как мой внутренний мир стремительно падает в пропасть. И я ничего не мог с этим поделать! Вот они, ягодки! Вишенка на тортик моей семейной жизни, которая сейчас имела все шансы закончиться, толком не начавшись! Это был край. Но я отчаянно пытался хоть как-то всё спасти.

— Милая, ну давай успокоимся и поговорим! — воскликнул я. — Ну пожалуйста!

— Не о чем нам с тобой говорить! — отрезала она. — Вызови мне такси до автовокзала и забудь меня!

— Ничего я не буду вызывать! — возмутился я.

— Тогда я пешком пойду! — заявила Маша, схватила чемодан и хлопнула дверью. Вот так дела блин, врагу подобного не пожелаешь!

— Да постой же ты! — я устремился за ней следом. — Маша, ну ё-моё!

Бесполезно, как об стенку горох! Она шла по двору с гордо поднятой головой, а я бежал за ней, но что толку!

— Так, что за шум, а драки нет? — раздался голос соседа. Есть на свете Бог! Сосед оказался в нужном месте и в нужное время!

— Геннадий Павлович, спасите ради Бога! — взвыл я, устремившись в его сторону.

— Что случилось? — спросил он.

Мы наперебой начали рассказывать ему о нашей размолвке.

— Ясно всё с вами! — изрёк он, выслушав прения сторон. — Пойдёмте в дом, чаю выпьем!

— Пойдём! — согласился я. Маша тоже не возражала, и я счёл это хорошим знаком.

Позвольте мне не описывать весь этот нелёгкий разговор? Он был долгим, обстоятельным, и в ходе беседы я уже в который раз убедился в том, что мой сосед — человек с большой буквы, честное слово. Не буду рассказывать, как именно, но он разрулил всю эту безвыходную на первый взгляд ситуацию. Он попросту сделал невозможное — отговорил Машу от принятия столь опрометчивых решений! Ей-богу, я в тот момент едва сдерживался, чтобы не броситься ему на шею!

— Ну, как я погляжу, ваш инцидент исчерпан? — спросил Геннадий Павлович.

— Ага! — кивнул я, улыбаясь до ушей.

— Исчерпан! — кивнула Маша.

— Ну, я пойду тогда! — сказал сосед. — И больше не ругайтесь по пустякам!

— Не будем! — пообещал я.

Когда за соседом закрылась дверь я обнял Машу и прикоснулся губами к её волосам. Всё это пустяки, главное было то, что мы были вместе, и я был уверен, что никто и никогда не разлучит нас. Только смерть, до которой было ещё далеко. Я до сих пор не мог поверить в своё счастье. Всё было позади, всё было пустяком!

— Ты действительно никуда от меня не уедешь? — прошептал я.

— Нет! — так же тихо ответила она.

— Запомни, — прошептал я. — Что бы не случилось — я тебя люблю!

— И я тебя! — прошептала она в ответ.

— Пойдём гулять? — предложил я, выпуская её из своих объятий.

— Опять в Кремль? — спросила Маша.

— Нет! — я покачал головой. — Давай сходим посмотрим цирк!

Маше идея понравилась и когда я закончил после рейса приводить себя в порядок мы отправились на Лыбедский бульвар.

На местном Арбате было многолюдно и шумно. По обоим сторонам улицы было множество кафе на любой вкус и цвет, и вдобавок уличные музыканты вносили свою лепту разнообразия, в общем — глаза разбегались и всё было интересно, особенно Маше. Мы медленно шли по Подбелке то и дело останавливаясь послушать музыкантов, и мне даже завидно было — будь у меня при себе гитара, я бы тоже спел! Наконец Почтовая с её шумным весельем осталась позади, мы вышли к памятнику Коловрату и перейдя дорогу вскоре достигли цели нашей прогулки — Лыбедского бульвара. Здесь в отличии от Подбелки царила тишина, нарушаемая лишь шумом фонтана. Мы медленно шли, взявшись за руки и любуясь вечными обитателями бульвара — скульптурами цирковых слонов, медведя, и «Солнечного клоуна» Олега Попова. А впереди возвышалось само здание цирка, по своему виду напоминающее огромный шатёр. И хоть в самом цирке мы не побывали, впечатлений нам хватило с лихвой и домой мы возвращались счастливые и довольные. Но бочка мёда без ложки дёгтя, к сожалению, не обошлась.

Он сидел возле нашего подъезда, этот нехороший человек. Казалось бы, что тут такого, ну сидит и сидит, и когда он попросил у меня сигарету я молча дал ему требуемое, но когда он начал в открытую подкатывать к моей девушке, это уже наглость, безо всяких преувеличений!

— Слышь, девчонка занята! — видит Бог, я был спокоен!

— И че? — он с вызовом посмотрел на меня и в его взгляде читалась неприкрытая наглость.

— Пацан, ты берега попутал? — поинтересовался я.

— Я тебе щас бокс покажу! — заявил он.

— Чего? — опешил я.

На вид он был типичный дохляк, и судя по возрасту — вчерашний школьник. Дунь на такого — и улетит, махая карманами. И вот это мелкое недоразумение мне ещё что-то там собирается показать?

— Серёжа, успокойся! — вмешалась Маша. — Пойдём отсюда!

— Нет, подожди! — меня покинуло всякое смирение. — Что ты мне показать хотел?

— Иди сюда! — он явно меня провоцировал. Я шёл на него, он отходил назад.

— Серёжа, не надо! — Маша решительно схватила меня за руку. — Пойдём домой!

— Шуруй отсюда! — честное слово, так хотелось дать ему пинка для ускорения. Он уходил, а я смотрел ему вслед.

— Пойдём домой! — Маша всё ещё держала меня за руку. — Не видишь, он малолетка, что с ним связываться!

— Пошли! — кивнул я.

Злость прошла, оставив после себя едкое чувство тревоги. Моя интуиция меня почти никогда не обманывала, и сейчас упорно твердила мне, что всё это явно не просто так. Этот гадёныш ещё напомнит о себе. Он ещё вернётся.

Глава четвёртая. Роковая ночь

В автосервисе было шумно. Вечер, конец рабочего дня и наплыв клиентов, которым нужно было отбалансировать колёса, заказать запчасти, и провести компьютерную диагностику своего транспортного средства. В общем, картина такая же, как в районной поликлинике. Я терпеливо ждал своей очереди, благо мне в отличии от других ждать нужно было не так долго. Тут была первоклассная мойка и в ожидании своего знакомого мастера я решил помыть машину, раз уж приехал, а себя побаловать стаканом кофе. Краем глаза я заметил своего соседа Артура в обществе его супруги Лены, видимо не у одного меня были проблемы с машиной. Сервис этот был недалеко от нашего дома и потому сюда часто заезжали мои знакомые. Да и мир тесен, куда уж без этого?

***

Пока Артур разбирался с машиной Лена решила пройтись. Она гуляла по стоянке перед сервисом, и миновав её вышла к моечным боксам. Делать ей здесь было совершено нечего, но как почти все женщины она была любопытна и потому осторожно подойдя к одному из боксов, заглянула внутрь, и тут же отшатнулась, резко вздохнув от неожиданности. Прямо перед ней стоял грузовик, который в полумраке помещения она не сразу заметила. Серебристый «КамАЗ» словно светился в тусклом свете, и Лена вдруг ощутила исходящую от машины некую угрозу. Она чувствовала присутствие чего-то необъяснимого и потому — пугающего. Но вокруг не было ни души, только она и грузовик. Захотелось как можно скорее уйти, и она не стала противиться этому порыву. Странная машина будто смотрела ей вслед, и она облегченно вздохнула, оказавшись на стоянке перед автомастерской.

***

Я сидел за столиком, кофе в стаканчике медленно остывал, нужный мне мастер себя долго ждать не заставил.

— Какие люди! — улыбнулся он, подойдя ко мне.

— Привет, Фарид! — улыбнулся я.

— Ну, какими судьбами? — полюбопытствовал он.

— Известно, какими! — вздохнул я. — На работе новый «КамАЗ» получил, и он сразу начал парить мне мозг!

— А ты уверен, что это ко мне? — спросил Фарид.

— А почему не к тебе? — удивился я. — Кто у нас спец по автоэлектрике?

— Ну, рассказывай, что там у тебя! — сказал Фарид.

— Сразу говорю — в это просто невозможно поверить, — предупредил я. — Приключилась тут вот такая фурнитура…

И я рассказал ему о том, что мне довелось пережить в недавнем рейсе.

— Сама поехала? — с недоумением спросил Фарид, выслушав всю эту историю.

— Вот те крест! — кивнул я. — Он сам ехал!

— Ну пошли, посмотрим! — хмыкнул он, недоверчиво взглянув на меня.

Осмотр ничего подозрительного не выявил.

— Всё в порядке! — заключил Фарид. — По проводке и электрике всё нормально!

— Что за чертовщина, — задумчиво сказал я, посмотрев на грузовик, — он же ехал, он на моих глазах со стоянки вырулил!

— Ну этого же не может быть, — он посмотрел на меня.

— Не может! — согласился я. — Но я своим глазами видел, что в кабине никого не было!

— Так может этот кто-то успел выпрыгнуть? — предположил Фарид.

— Я бы заметил! — я отрицательно покачал головой.

— Ну тогда это происки госдепа или шутки инопланетян! — усмехнулся Фарид. — Там случайно мимо тарелка не пролетала?

— Да ну тебя! — отмахнулся я. — Тебе всё шутки, а я реально не знаю, что мне делать!

— А ты на Солотчинский мост езжай! — на полном серьёзе посоветовал Фарид.

— Зачем? — я с недоумением посмотрел на него.

— А доедь до середины моста и сбрось свою тачку оттуда нахрен! — заявил Фарид и рассмеялся при виде моего выражения лица.

— Шутник, блин! — рассердился я. — Я серьёзно говорю, я это не выдумал! У меня машина поехала, а не крыша!

— Ну я не знаю, что тебе ещё предложить! — Фарид развёл руками. — Я электрик, а тебя хакер какой-нибудь нужен!

— Где его ещё искать, — проворчал я.

— В Голливуде! — посоветовал Фарид. — Их там в кино много!

— Шутник! — вздохнул я. — Спасибо, что посмотрел машину!

— Незачто, — ответил Фарид. — Ты заезжай, если что!

— Заеду! — пообещал я. — Если по твоим шуткам соскучусь!

В общем поездка в автосервис закончилась ничем и домой я вернулся не солоно хлебавши. Дома всё было тихо и спокойно. Мы с Машей поужинали и наслаждались обществом друг друга.

— Чем займёмся? — спросила она. — Может, кино посмотрим?

— Не надо, — я покачал головой, — пойдём лучше ещё раз прогуляемся.

— Зачем? — она посмотрела на меня. — Мы ведь уже сегодня гуляли, да и тебе нужно отдохнуть.

— Здрасте, приехали! — удивился я. — А кто жаловался, что дома сидеть не хочет?

— Может никуда не пойдём? — спросила Маша.

— Нет уж! — заявил я. — Пойдём!

Мы снова пошли на Лыбедский бульвар, только теперь — на другую его сторону.

— Кому ты там пишешь? — спросил я.

— Подруге! — ответила Маша.

— Какой ещё подруге? — поинтересовался я.

— Да познакомилась, пока ты в рейсе был, — сказала Маша, — может сейчас подойдёт, втроём погуляем.

— Хорошее дело, — усмехнулся я, — не успела приехать, а уже подругу завела!

— Да, завела! — улыбнулась Маша. — Пойдём, она нас уже ждёт!

Мы пошли в сторону местного рынка, сейчас он был уже закрыт, и площадка была темна и пуста.

— Странное место твоя подруга выбрала, тебе не кажется? — спросил я, когда мы оказались под мостом.

— Я тоже так думаю! — кивнула Маша.

— Пошли отсюда, — решительно заявил я, беря Машу за руку, — не нравится мне здесь.

Поднявшись по лестнице, мы миновали главпочтамт и вышли на Подбелку. Там было так же, как всегда — выступали музыканты, светились вывески заведений, гуляли люди.

— Серёжа, пойдём в кафе посидим? — предложила Маша. — Ну пожалуйста!

— Пошли! — со вздохом кивнул я, хотя мне хотелось сейчас лишь одного — побыстрее оказаться дома.

Мы устроились за столиком, я заказал себе ром, который оказался на редкость отвратительным пойлом, и мило беседовали.

— Мышка, пойдём домой? — предложил я, наконец расправившись с ромом. — Поздно уже.

— Пойдём, — кивнула Маша.

Мы вышли на центральную площадь, и я свернул от ярко освещённой улицы в сторону переулка, где оставил свой грузовик.

— Зачем мы туда идём? — вдруг насторожилась Маша.

— Машину во двор перегнать! — ответил я. — Да и путь до дома заодно срежем.

— Серёжа, может не надо? — она с тревогой посмотрела на меня.

— Да что с тобой? — удивился я. — Не бойся, я раньше здесь уже ходил!

— Ну как знаешь! — она пожала плечами, и мы пошли.

В переулке было темно, хоть глаз выколи, и мне хотелось побыстрее дойти до машины. Я вдвойне пожалел о том, что выбрал эту дорогу, когда заметил, что в переулок следом за нами вошёл человек. Вот чего он увязался? Что ему здесь понадобилось? Ситуация с каждой минутой нравилась мне всё меньше.

— Пошли быстрее! — попросил я Машу. Я рассчитывал дойти до машины, прежде чем этот загадочный прохожий с нами поравняется, до грузовика осталось буквально несколько шагов, но я не успел.

— Простите, закурить не найдётся? — спросил он, подойдя ко мне.

— Держите, — я протянул ему сигарету, в душе надеясь, что он её возьмёт и отвяжется от нас, но эта надежда рухнула.

— Деньги давай! — потребовал он и я услышал тихий щелчок.

Мне всё сразу стало понятно — гоп-стоп, мы подошли из-за угла! В такой ситуации я оказался впервые в жизни, и мысли пронеслись в голове со скоростью пули.

— Маша, беги! — крикнул я, в надежде отвлечь гада на себя, дать ей возможность убежать. И это всё, что я успел сделать, потому что в следующее мгновение я полетел на землю от сильного толчка в грудь. Я сгруппировался и сразу же вскочил на ноги, однако защититься от двух быстрых ударов я не успел. На моё счастье, удары эти оказались несущественными и на ногах я устоял, а этот гад сорвался с места, устремившись за Машей. Проклятье! Я понял, что догнать его я при всём желании не успею, настолько быстро всё это произошло. Я бежал, с ужасом осознавая то, что я понятия не имею, где моя Маша! Догнал ли он её? Страшно было от того, что этот гад может с ней сделать, если я опоздаю! Но, к счастью, я успел! И морально я был готов рвать эту тварь на куски! Он стоял ко мне лицом, и держал Машу за горло.

— Отпусти! — рявкнул я. — Сука, отпусти её! Убью!

Он выставил вперёд правую руку с зажатым в ней ножом. Мне уже было на всё наплевать. Нужно было приблизиться, схватить его за руку и вырвать эту руку к чертовой матери, но я медлил — он прикрывался Машей, как живым щитом.

— Серёжа, стой! — взмолилась Маша. — Серёжа, не надо!

Ситуация казалась мне безвыходной, но к моей неописуемой радости, она разрешилась сама собой — поняв, что долго так продолжаться не может, он оттолкнул Машу от себя, и только его и видели.

— Ты цела? — я подбежал к ней. — С тобой всё в порядке? Что он тебе сделал?

— Ничего! — ответила Маша. — Всё хорошо? Ты как?

— Вроде в норме! — ответил я. Тело немного побаливало после падения, но в целом отделались мы с ней довольно легко, только вот на моей футболке спереди красовались две маленькие дырки. И откуда они там взялись, ведь падал-то я на спину! Мы вышли из этого злополучного переулка на улицу, и я вновь посмотрел на эти дырки. Я задрал футболку и мне всё сразу стало ясно — дырки были не только на одежде, но и на мне.

— Вот сволочь, всё таки порезал! — сказал я, оглядывая две маленькие раны. Я прикоснулся к одной из них, чтобы оценить полученный урон, и лучше бы я этого не делал — рана тут же начала кровоточить и буквально через минуту я уже был похож на заколотого к Рождеству поросёнка — весь живот, футболка и жилетка были обильно залиты кровью и останавливаться она не собиралась. Вот ведь дрянное дело, а я даже не сразу понял, насколько сильно я влип.

— И что теперь делать? — спросила Маша, с ужасом оглядывая весь этот пейзаж.

— В скорую звонить, что делать! — мрачно ответил я.

— А может не надо? — дрогнувшим голосом спросила она.

— Ты хочешь, чтобы я кровью истёк? — поинтересовался я.

— Я х..ю с вашей Рязани! — Маша была потрясена.

— Успокойся! — сказал я, доставая телефон. — Кишки вроде не задеты.

Трубку на том конце сняли быстро.

— Скорая слушает! — сказал женский голос.

— Доброй ночи, — поздоровался я. — Два ножевых ранения, обильное кровотечение!

— Адрес? — спросила диспетчер.

— Музей истории ВДВ, — ответил я. — И если можно, побыстрее пожалуйста.

— Поняла! — диспетчер отсоединилась.

— Что теперь будет? — с тревогой спросила Маша.

— Капец теперь будет! — ответил я.

— Ты позвонишь в полицию? — она смотрела на меня.

— Нет, — я покачал головой. — В скорой сами об этом им сообщат, хочу я этого, или нет.

Стоило мне только это сказать, как телефон у меня в руках завибрировал.

— Ну вот, пожалуйста! — сказал я и ответил на вызов. Как и ожидалось, на том конце были те, чья служба опасна и трудна, и я вкратце поведал им о случившемся.

— Так, — сказал я Маше, завершив разговор с полицией. — Значит, слушай меня — тебя будут об этом спрашивать, не пытайся им врать, говори, как всё было! А ещё лучше вообще молчи, я всё сам решу.

— Поняла! — голос Маши снова дрогнул.

Больше я сказать ничего не успел — приехали медики и я перестал контролировать ситуацию. Лёжа на кушетке в машине скорой, я слышал, как подъехали полицейские, как они говорили с Машей. Оставлять её наедине с ними я решительно не хотел, кто знает, чем всё это для неё обернётся? Нужно было срочно что-то делать.

— Доктор, куда повезете? — спросил я.

— В Канищево, в ОКБ, — ответила медсестра, закончив наложение повязки.

— Стойте! — сказал я, попытавшись встать. — Я без девушки никуда не поеду! Я хочу, чтобы она была рядом!

— Лежите! — медсестра не дала мне встать. — Сейчас она придёт!

Она вышла из машины и почти сразу же вернулась вместе с Машей.

— Ну вот, — вздохнул я, — так намного лучше!

Маша села рядом со мной, я взял её за руку и на душе сразу стало спокойнее.

Большую часть пути мы проделали молча, Маша была напугана, и её можно было понять. Хотя, ей чего бояться? Бояться теперь нужно было мне — меня будут зашивать, а местный наркоз на меня не действует! Когда мы доехали до больницы, я почти смирился с тем, что мне предстоит пережить не самые лучшие часы в моей жизни — часы адской боли на столе хирурга. Меня переложили на каталку и повезли. Маша шла рядом и держала меня за руку. Я надеялся, что всё пройдёт быстро, но увы, несмотря на столь поздний час в больнице кипела жизнь и я был не единственным пациентом, потому в ожидании своей очереди я держал Машу за руку и говорил с ней.

— Мышка, ты ведь не уедешь? — спросил я. — Ты ведь меня не бросишь?

— Не брошу, — ответила Маша.

— У тебя есть деньги на такси? — спросил я. — Тебе дать?

— Не надо, — ответила Маша. — Не волнуйся, я доберусь.

— Главное Геннадию Павловичу ничего не говори, — предупредил я, — незачем ему об этом знать. И полиции ничего не говори! Отправляй их ко мне! Если наши показания разойдутся, будет только хуже! Поэтому пока я не вернусь домой, и мы во всëм не разберёмся, трепись об этом поменьше.

— Поняла! — кивнула Маша.

Стоило мне вспомнить про соседа, телефон у меня в руке тут же ожил.

— Лёгок на помине! — проворчал я, взглянув на экран. Телефон не умолкал, и интуиция мне упорно твердила, что сосед не оставит меня в покое. Ведь не просто так он звонит в столь поздний час! Я вздохнул и ответил на вызов, приготовившись лгать на ходу.

— Доброй ночи, Геннадий Павлович! — поздоровался я.

— Что случилось? — сосед сразу взял быка за рога и по его решительному тону я сразу понял, что ему обо всём уже известно.

— Всё в порядке! — ответил я.

— Что случилось? — снова спросил он.

— Говорю же, всё в полном порядке! — повторил я.

— ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?! — рявкнул он так, что даже Маша услышала.

— Да ничего страшного, упал неудачно! — сказал я, в надежде на то, что такого объяснения ему будет достаточно.

— ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?! — видимо всё-таки недостаточно.

Хотелось мне этого или нет, пришлось рассказать ему всё как было.

— Ну и что теперь делать? — спросила Маша. — Ты же просил ему не рассказывать, а сам всё рассказал!

— Ты же видела, что он мне другого выбора не оставил, — заметил я. — Теперь, мышка моя, тебе нужно ехать домой. За меня не переживай, справлюсь, не первый раз зашивают.

— Когда тебя выпишут? — спросила она.

— Я вернусь утром! — ответил я. — Обещаю! Езжай домой, вон, уже и врачи за мной идут!

С сожалением я выпустил её руку и смотрел, как она уходит. Миг — и она скрылась. А я лежал, и от меня ничего теперь не зависело, всё теперь зависело от врачей. Меня быстро доставили в оперблок, я самостоятельно встал и разделся без помощи медсестры. Раны не болели, но это только пока. Я лёг на операционный стол, и стиснув зубы приготовился к предстоящей пытке. Пришёл врач, мне сделали укол, и пытка началась. Я чувствовал всё, и лёжа на столе рычал от боли и матерился сквозь стиснутые зубы. По телу будто провели раскалённой бритвой. Хирург посоветовал мне расслабиться, но как тут расслабишься, когда тебя режут живьём?! Было холодно и неуютно. Я чувствовал, как в моё тело раз за разом втыкается хирургическая игла, чувствовал каждый шов. К моменту наложения повязки я вспомнил даже те ругательства, какие не знал до этого. Меня повезли в палату. Всё было позади, теперь можно было просто уснуть, но сон не шёл. Кто-то храпел, кто-то — хрипло кашлял. Я лежал, не имея возможности устроиться поудобнее, и думал о Маше. Как она там? Что с ней? А ещё я думал о том, что теперь полиция не перед чем не остановится и вычислит этого гада. И на этот раз я буду готов к нашей встрече.

Интерлюдия

Да, полиция была намерена отыскать преступника. Но они были не единственными, кто принял такое решение. В переулке было темно и тихо. Грузовик безмолвно стоял во мраке и его камеры бесстрастно и с мельчайшими подробностями зафиксировали всё происходящее. Вспыхнул дисплей бортовой системы и приборная панель. Он видел нападение и угрозу. И угрозу эту следовало найти и устранить. Вспыхнули фары, ожил двигатель, словно некто невидимый в кабине нажал на кнопку запуска. Регулятор коробки передач с тихим щелчком принял нужное положение, раздалось шипение тормозной системы. Педаль газа пришла в движение, и грузовик с тихим шуршанием шин медленно тронулся с места. Его кабина была пуста, руль внутри крутился сам по себе, задавая машине нужное направление. Грузовик выехал из переулка и повинуясь некоей неведомой силе покатил по дороге. Угрозу требовалось обезвредить, и он отправился на поиски этой угрозы. На дисплее высветилась надпись: «Поиск цели. Найти и обезвредить».

Глава пятая. Признание

Я открыл глаза. Как я уснул — непонятно, ведь уснуть в моём незавидном положении было просто невозможно. Я лежал и смотрел в потолок, потому что делать здесь было больше нечего. Неудобная койка, тонкая простыня и все прочие прелести казённого здравоохранения радости нисколько не добавляли. Очень хотелось домой, но моя одежда осталась в оперблоке а идти по улице в одном белье не очень-то хотелось. Вскоре пришла медсестра, которая принесла мне мою одежду.

— Доброе утро! — улыбнулась она.

— Доброе! — кивнул я. — Скажите, когда я смогу уйти?

— Это врач во время обхода решит! — ответила она. — Вам лучше? Встать можете? Тут с вами хотят поговорить.

— Могу, — ответил я, — Сейчас встану.

Ну наконец-то! Сейчас придёт Маша, заберёт меня отсюда и мы пойдём домой! Нужно было срочно одеться, и вот тут меня ожидали некоторые трудности — при попытке встать с постели раны отозвались тупой ноющей болью. Влезть в брюки теперь было задачей практически непосильной, но я справился. С футболкой дела обстояли похуже — она вся была покрыта пятнами бурой засохшей крови, но другой одежды у меня не было. Жилетке тоже досталось. Ну всё, к выписке готов. Однако вопреки ожиданиям пришла ко мне вовсе не Маша, меня почтил визитом офицер полиции. Думаю, нет нужды приводить здесь наш разговор — и так очевидно, о чем он меня спрашивал. После его ухода я лёг на кровать и задумался. Что же это получается — полиция всерьёз взялась за это дело? Целый майор ко мне пожаловал! Но додумать эту мысль до конца мне помешало сообщение от Маши. «Нам нужно поговорить, когда вернёшься»

Я насторожился — этого ещё не хватало! В голову сразу полезли нехорошие мысли. А я не такой человек, который будет ждать, если я хочу всё выяснить, мне нужно всё выяснить здесь и сейчас!

«О чем?» — я отправил ответ.

«Мне нужно уехать домой»

Если бы я не лежал на кровати, пол бы точно ушёл у меня из под ног. Да что опять не так?! «Да что опять не так?»

«Всё хорошо, мне просто нужно уехать»

Такому зануде, как я, нужно было всенепременно докопаться до сути, иначе не видать мне спокойствия! Ну вот зачем ей уезжать? Всё ведь обошлось! Я должен знать, в чëм причина такого решения! Тут явно всё не просто так, ничего так просто на свете не бывает, у всего есть причина! Самое паршивое в данной ситуации это то, что я толком не могу с ней поговорить! После этого разговора лежать в больнице стало намного хуже. Вся эта ситуация тяготила, нужно было действовать, а находясь здесь я ничего не мог поделать! Было, от чего лезть на стену! Выход был только один — нужно было как можно скорее выписываться отсюда, всеми правдами и неправдами. А для этого нужно было найти врача, к чему я незамедлительно приступил.

Получасом позже я стоял возле входа в больницу и вызывал такси. Не спрашивайте, как мне удалось выписаться досрочно, главное — мне это удалось. И теперь нужно было добраться до дома. Раны на теле по прежнему болели, но мне было всё равно, я еле дождался, когда меня довезут домой. Но всё когда-нибудь заканчивается и потому вскоре я благополучно оказался перед своим подъездом. Маша была дома, читала книгу.

— Серёжа? — удивилась она. — Тебя уже выписали?

— Сам ушёл, — ответил я.

— Но зачем? — спросила Маша.

— Затем, что хочу знать, что происходит! — ответил я. — Что такое?

— Ничего! — вздохнула Маша. — Мне нужно домой!

— Ну зачем? — спросил я. — Если всё нормально и ничего не случилось, зачем тебе уезжать?

— Просто хочу уехать и всё! — ответила Маша.

— Зачем ты хочешь уехать, ты можешь объяснить? — спросил я. — Я уже понял, что ты хочешь уехать, я не могу понять причину! Между нами что-то не так?

— Всё нормально, — ответила Маша.

— Ну и зачем тогда уезжать?! — не выдержал я. — Если всё нормально, что тогда тебе не так?!

— Просто я думаю что так будет лучше, — сказала Маша.

— Для кого? — поинтересовался я.

— Для нас, — Маша с грустью посмотрела на меня.

— Ты из за этого всего так решила? — спросил я.

Маша в ответ лишь молча кивнула.

— Ну всё ведь закончилось! — я решительно ничего не мог понять. — Или ты думаешь я не смогу защитить тебя? Я подставился, и это твоя благодарность?

— Серёжа, не в этом дело, понимаешь? — воскликнула она.

— А в чем тогда? — спросил я. — Ты чего-то боишься? Ты думаешь, что это повторится?

— Его ищут? — тихо спросила она.

— Конечно! — кивнул я. — Его найдут и он нас больше не побеспокоит, будь уверена!

Но судя по её выражению лица её эта новость не очень обрадовала. Что-то тут явно было не так!

— Не нужно никуда ехать, милая моя! — заявил я. — Ну какие причины для этого могут быть? Всё хорошо! Всё позади!

— Можно я потом всё объясню? — она посмотрела на меня.

Я мог, конечно, спросить, почему потом, почему не сейчас, но не стал — это всё равно что лить воду в решето. Я вышел на улицу, сел на скамейку и закурил. Мне всё это не нравилось, и вдвойне паршивее было от того, что я никак не мог всё это изменить! Я не хотел её терять, но всё к тому шло! И что было делать — непонятно.

— Прекращай курить это для тебя плохо кончится! — ко мне подошёл Геннадий Павлович и сел рядом, на соседнюю скамейку.

— Жизнь для всех в итоге плохо кончится! — ответил я.

— Сильно болит? — спросил он.

— Палыч, тут дело гораздо хуже! — вздохнул я.

— Что опять случилось? — спросил он. — Выкладывай!

Я не стал ничего скрывать. Смысла не было. Сейчас мне как никогда требовалась его помощь.

— Уезжать значит собралась, — изрёк он. — И причину не сообщает. Давай сигарету!

— И что теперь делать? — поинтересовался я.

— Думать! — ответил сосед, выпустив дымную струю. — А ещё лучше — отпустить, пусть едет!

— Да как?! — я чуть не задохнулся от возмущения. — Да что вы?! Что вы понимаете?!

— Я две твоих жизни прожил! — заявил сосед. — Это тебе нужно понять, что рабства у нас нет! Насильно человека возле себя никак не удержишь!

— Да я всю жизнь этого человека искал! — воскликнул я. — Всю жизнь ждал такую, как она, как вы этого не поймëте?!

— Ну искал! — кивнул Геннадий Павлович. — А в итоге нашёл себе приключение на одно место! Неужели вся эта ситуация ничему тебя не научила?

— Чему по вашему она меня должна научить? — спросил я.

— Тому, что если такая хрень происходит, и человек после всего хочет уехать — то грош такому человеку цена! — заявил Геннадий Павлович. — Ты подставляешься ради неё, а она уезжает! Тут и выяснять ничего не надо!

— Я должен знать, в чем причина, — упрямо заявил я. — Вдруг ещё можно всё исправить?

— А нужно ли после такого всё исправлять? — Геннадий Павлович внимательно посмотрел на меня.

— Вы так говорите, будто это её рук дело! — воскликнул я.

— Я говорю, что ты сильно рискуешь, — сказал сосед. — Лучше отпустить её и жить дальше спокойно.

— Да не смогу я в таком случае жить спокойно! — рявкнул я. — И именно это я и пытаюсь вам сказать! Не смогу я без неё!

— Ладно, успокойся! — Геннадий Павлович отбросил окурок и встал со скамейки. — Подумаю, как тебе помочь!

— Спасибо, утешили! — ответил я.

— Иди домой, не думай о плохом! — посоветовал Геннадий Павлович.

— Да, — кивнул я, — сейчас пойду. Спасибо, что выслушали.

Но домой мне почему-то совсем не хотелось. Да, там была Маша, которую я люблю, но ноги несли меня совсем в другую сторону — в тот самый злосчастный переулок! Вскоре я вновь стоял на этом самом месте. Именно здесь прошлой ночью я едва не лишился жизни. Мне крупно повезло — первый удар пришёлся в ребро, что меня и спасло, а второй — в живот. От одной только мысли о том, что могло бы быть, попади нож на сантиметр ниже, становилось жутко. Всё, конец истории был бы, во всех смыслах! Так, всё, не думать о плохом!

— Вот такая фурнитура! — изрёк я, подойдя к своей машине. Раз уж пришёл, отгоню её во двор, подальше отсюда! И никогда больше здесь ходить не буду!

Припарковав машину во дворе, я вернулся домой. Было тихо.

— Маша! — позвал я.

Ответа не последовало. Вот и что ещё на мою голову? Я вошёл в комнату, Маша сидела на кресле и молчала.

— Мышка, ну что такое, в самом деле? — спросил я подойдя к ней. Она встала, посмотрела на меня, по её щекам текли слезы.

— Ну и что за сырость? — спросил я, обнимая её. Она молча уткнулась мне в плечо и тихо заплакала.

— Ну чего ты? — спросил я, гладя её по волосам. — Всё ведь обошлось!

— Не обошлось! — всхлипнула она.

— Как так? — удивился я. — Милая, ну хватит уже загадок! Что тебя тревожит? Неужели этот гад тебя так напугал? Всë кончилось! Его найдут и посадят, далеко и надолго, он больше никогда в нашей жизни не появится!

— Серёжа, его точно найдут? — спросила она.

— Сама-то как думаешь? — спросил я. — Конечно найдут! Уж поверь, это вопрос времени!

— И что нам делать? — спросила она.

— Как что? — удивился я. — Дать показания, чтобы его упекли куда надо!

— И никак без этого? — она испуганно смотрела на меня.

— Конечно никак! — удивился я. — Что за вопросы?

— Понятно! — вздохнула Маша и слезы вновь потекли по её щекам.

— Зато мне непонятно, что случилось-то? — поинтересовался я. — Ты сама не своя! Что происходит, в конце-концов? Помнится ты обещала всё объяснить, вот я думаю сейчас самое время!

— Пойдём покурим? — предложила Маша.

— Пошли! — кивнул я. — Заодно и поговорим!

Мы вышли на улицу и сели на скамейку возле дома.

— Ну и что происходит? — спросил я.

— Я знаю, кто тебя порезал! — вздохнув сказала Маша после недолгого молчания.

— То есть это как это? — опешил я. — Знаешь?

— Знаю, — кивнула Маша.

— И ментам ты конечно же сказать это побоялась? — спросил я.

Она в ответ лишь молча кивнула.

— Так, — мрачно сказал я, — ну и чего я ещё не знаю?

— Я знала, что он будет там тебя ждать! — всхлипнула Маша.

— Так вот почему ты не хотела идти тогда тем переулком! — я чувствовал себя полным идиотом. — А сразу обо всём сказать у тебя язык отсох?

— Я не знала, что всё так будет! — всхлипнула она.

— Нормально! — заявил я. — Не знала она!

— Я думала, что он просто поговорить с тобой хочет! — Маша снова заплакала. — Потом поняла, что это слишком далеко зашло, пыталась тебя спасти!

— Спасительница хренова! — мрачно изрёк я. — Откуда этот козёл вообще взялся?

Выяснилось, что с козлом она познакомилась на просторах интернета, когда я был в рейсе. Решила пожаловаться ему на свою тяжкую долю и у козла созрел «гениальный» план о том, как меня проучить. Сначала он поджидал нас возле дома днём. Поняв, что так у него ничего не получится, он решил действовать иначе! Реакция моя на такое откровение была очевидна и потому здесь она по цензурным соображениям не приводится.

— Милая, ну и кто ты после этого? — поинтересовался я. — Я тебе так верил! Я позвал тебя к себе жить, я тебе ни разу ни в чем не отказал, и что я получил взамен? Предательство! Самое натуральное! Ну и дурак же я!

— Серёжа, прости меня пожалуйста! — всхлипнула Маша.

— Понятно теперь, зачем тебе так резко свалить приспичило! — сказал я.

— Он мне звонил! — сообщила Маша. — Сказал, что если его найдут, он всё расскажет!

— Ну не дура ли ты? — спросил я. — Если ты уедешь, это будет расцениваться как попытка уйти от следствия! Так что сиди и не дëргайся раньше времени, никуда ты не поедешь!

— Серёжа, что теперь делать? — спросила она, глядя на меня полными слëз глазами.

— Думать! — ответил я, закуривая очередную сигарету.

По большому счëту тут и думать было нечего — сдать эту парочку со всеми потрохами и жить дальше спокойно, но я не мог. Глядя на заплаканную Машу, я осознавал, что я не смогу этого сделать. И что теперь? Ждать, пока как нарыв всё само рассосётся? Как бы не так! Одно было ясно — его найдут, он заговорит, и наговорит он такого, что мало никому не покажется, и уедет моя Маша лет на десять, как пить дать. А я? А я останусь один и буду терзать себя всю жизнь, думая, обо всём этом! Хотя, что тут думать? Любой бы махнул рукой на всё это, но только не я. И понимание того, что делать пришло само — простить, пережить всё это и попробовать жить дальше. Принять такое решение было легко. Почему? Из-за любви? Хотя как после такого любить человека дальше? А я любил. И мне было её жаль. Тупик. Утешало тут одно — спасу еë, чтобы не терзать себя тем, что отправил человека на нары, хотя туда ей и дорога. История достойная пера Шекспира, иначе и не скажешь!

— Что теперь будет? — спросила Маша.

— Что будет, то и будет! — ответил я.

— Серёжа, прости меня! Ты ведь простишь? — она вновь с мольбой посмотрела на меня.

— Ну а что с тобой ещё делать? — вздохнул я. — Пошли домой!

Вот и поговорили, что и добавить нечего. Не зря мне твердила интуиция, что тут дело паршивое — оно тут дрянное, хуже некуда!

Интерлюдия

Солнце скрылось за горизонтом. Во дворе не было ни единой живой души, лишь серая кошка бесшумной тенью прокралась рядом с колесом серебристого грузовика. Детская площадка была пуста, забытые игрушки сиротливо лежали на ней в лунном свете. Ветер тихо шелестел листвой деревьев. Изредка по дороге проезжали машины. Грузовик стоял рядом с домом, подобно безмолвному стражу и ни одно движение не ускользало от его видеокамер. Он «видел», как во двор дома въехала чёрная «ауди». Из машины вышла группа людей, они огляделись по сторонам, но вокруг не было ни души. Вскоре из дома вышел человек, подошёл к ним. Он долго что-то им говорил, отчаянно жестикулируя при этом, вообще их беседа носила откровенно напряжённый характер. Они стояли совсем рядом, но никто из них даже предположить не мог, что каждое их слово и действие тщательно фиксируется. Наконец, разговор закончился. Трое сели в машину и уехали, что-то сказав своему собеседнику напоследок. Камеры «КамАЗа» запечатлели эту встречу во всех подробностях, полностью записав разговор.